Реальность или галлюцинация?

— Да секунду, — Попов встал рядом с Антоном, аккуратно держа его руку. — Всё будет хорошо, я обещаю… — Арсений Сергеевич! — медсестра стояла рядом с дверью, указывая на врача. — Да, иду… — надеясь на лучшее, Арсений всё-таки подошёл. — Что с ним? — К сожалению, всё не так хорошо, как могло бы быть. — Сердце забилось чаще, а паника накрывала новой волной. Казалось, ну вот же, операция сделана, осталось только идти на поправку, но нет. — В черепе была небольшая трещина, травма очень тяжёлая, но даже не в телесных травмах дело. Могут быть сильные психические нарушения. Психолог поговорит с ним сразу после того как он сможет нормально общаться. — Это же пройдёт со временем? Да? — секунда за секундой, а врач всё молчал, хотелось лишь одного — знать что всё будет хорошо, только нужно немного подождать. — Мы не можем точно сказать, но это вполне может остаться с ним до конца жизни, — После этой фразы ноги подкосились, пришлось опереться на стену. В голове была такая каша, что просто не укладывается, как так? Как это может остаться? — Есть процент того, что это можно обойти? — 50 на 50. Не волнуйтесь, мы сделаем всё возможное. Арсений Сергеевич? Что такое? — Волнение настолько накрыло Арса, что его и без того умирающее тело готово было рассыпаться на песчинки, но всё обошлось лишь тем, что Попов отключился. — Отнесите его на кровать, пускай отдохнёт…

***

Арс очнулся только на утро. Всё бы было хорошо, если бы не Антон, лежащий рядом на соседней кровати. Рядом с ним стояла капельница, на лице надета кислородная маска.

«Бедный мальчик…»

На тумбочке стояла еда: овсянка, яблоко и чай. Неплохой завтрак для такой трущобной больницы. Устроившись по удобней, Арсений принялся есть. Но как всегда всё идёт не по плану. Стоит только ему съесть ложку как небольшая белая дверь открывается, и в палату входит врач и медсестра. — Доброе утро, Арсений Сергеевич. — Если бы оно было добрым… — Вам лучше? — спокойствие Дмитрия порой удивляло. — Да, спасибо за завтрак. Как состояние Антона? — Каждый раз удивляюсь тому, как вы переживаете за него, хотя даже не его родственник. Езжайте домой, Арсений… Я думаю, Вас там ждут. — Уже нет. — Ссора с Алисой во всей ситуации казалась лишь фоном. И всё же, он любил её. Но если сама пожелала уйти, пускай идёт! Бездушная тварь, и как только Арсений с ней жил? — Но могу ли я заехать за некоторыми вещами? — Арсений Сергеевич, понимаете, мы не можем оставить вас здесь с Антоном. Вы можете навещать его в любое время, прошу, поймите и меня тоже. — Если так будет лучше — хорошо. Ещё час и я уеду, ладно? — Да конечно, у вас время до 12. — Спасибо. — Попов принялся доедать свой законный завтрак, пока врачи осматривали Антона.

***

      Час пролетел очень быстро. Антон всё так же лежал, совсем не шевелясь. В палате было настолько тихо, что, если хорошенько прислушаться, можно услышать как бьётся его сердце. Это не было похоже на обычный стук, было даже ощущение того, что внутри Антона творится что-то ужасное. Что-то, что не даёт ему покоя. Арсений собрал все вещи, которые валялись на кровати и под ней, прошептал Шастуну на ушко, что всё будет хорошо и покинул больницу. Он сильный и справится с этим. Время за пределами палаты тянулось невероятно медленно. Пока Арс ехал на автобусе к школе, чтобы забрать машину, оставленную им там, на телефон пришло сообщение. «Лисуня»… Давно пора переименовать это контакт. Или вообще удалить? Удалить из своей жизни и забыть как страшный сон? Ведь проблемы начались не сегодня, а ещё несколько месяцев назад. Одна ссора, ещё, и ещё...

Лисуня:

–Я заеду за вещами через 20 минут.

— Ок.       Арсений как раз успел зайти в квартиру ещё до Алисы. Он кинул вещи в шкаф, надел домашнюю футболку и старые пижамные штаны. Закинув в стирку окровавленные вещи Антона, которые попросил забрать Дмитрий, Арс ушёл на кухню наводить себе кофе. Пока чайник закипал, раздался звонок. Попов поспешил к двери. — Надеюсь, ты ещё не выкинул мои вещи? — Нет. Всё лежит в шкафу и некоторые в стирке. — Спасибо и на этом. — Алиса пошла в ванную. После чего раздался смех.