Невозможно устоять

Хибари стоял в ступоре, разве, что рот не открыл. Но так продолжалось не долго. Из этого самого ступора его вывела маленькая ручка, которая ухватила Кёю за его, Кёи, ладонь. Хибари опустил недоуменный взгляд на свою руку, а потом перевел его на лицо мальчика. Оно как-будто светилось изнутри, а от руки исходило какое — то странное тепло. И только потом Кёя заметил, что от их рук исходит еле заметный, оранжевый свет. На душе сразу стало как-то спокойно. Через некоторое время Тсунаёши выпустил руку Хибари и отошел на пару шагов. — Это было впечатляюще, — сказал Реборн. — А что собственно это было? — спросил Хибари. — Это особая сила Тсуны. Его Пламя Неба, как вы знаете, обладает многими интересными свойствами, но это, на мой взгляд, самое интересное, — Реборн опустил полы шляпы. — Эта сила способна успокоить любого, и без разницы от чего успокоить: от физической боли, моральных переживаний, от глубоких потрясений. Но такое чистое и яркое пламя получается только тогда, когда Тсуна искренне кому-то доверяет и его желание помочь очень велико. Все стояли потрясенные. — Какой ты все-таки интересный, Тсунаёши-кун! — до сих не выйдя из шокового состояния, сказал Мукуро. — Реборн, так значит, Тсуна очень сильно доверяет Кёе? — не веря в сказанное, переспросил Дино. — Получается, что так. — Но почему? — теперь в разговор вмешался Гокудера. — Откуда мне знать… — ответил Малыш, и как-то не по-доброму посмотрел на до этого тихо стоявшего, Кёю. — Хибари, а ты не знаешь? — спросил Реборн, хитро ухмыляясь. — Понятия не имею, — презрительно фырнул, ДК. — Ну, ладно. Надеюсь, ты не передумал, Хибари, и Тсуна остается жить у тебя? — поинтересовался Реборн. — Нет, не передумал, — обреченно так сказал Кея. (Мне его даже жалко стало: D) — Ну, вот и отлично, — Реборн, похлопал в ладоши. — Так, а теперь мы уводим маман, а потом ты, Хибари, уводишь Тсуну. Всем все ясно? Все согласно кивнули, начиная активные сборы. Кто-то даже занялся заметанием следов — уборкой. — Мама-ан… — Реборн, отправился на поиски Наны, на второй этаж. Все, из присутствующих, Хранители, и не только они, уставились на Тсунаеши, который так и стоял рядом с Хибари. — Чего уставились, травоядные?! — Кёя всех осмотрел злобным взглядом. — Проваливайте! Первым ретировался Кусакабе, прекрасно зная, что своего босса в гневе лучше не видеть. Следующими, попрощавшись, последовали Дино и Ромарио, примерно по той же причине, что и Кусакабе. После них начали собираться остальные присутствующие. Большинство из них ушли просто тихо, но не все… Гокудера из последних сил вырывался из захвата Ямамото, который пытался увести его. Такеши тогда услышал в свой адрес много не совсем приличных слов и узнал про себя много нового. Но Хаято не ограничился словами. Он колотил кулаками по Ямамото, оставив пару синяков, но даже после этого Такеши не выпустил Гокудеру. И так, под бранные выкрики Хаято и веселый смех Такеши оба удалились. Вскоре, на территории дома Савады не осталось никого, кроме трех человек. — И какого черта ты еще здесь, ананасина?! Я, по-моему, ясно выразился, чтобы все проваливали! — прорычал-спросил Хибари. — А я, кажется, сказал, что не оставлю Тсунаёши-куна на тебя, ку-фу-фу. — Тебя никто и не спрашивал, убирайся, травоядное! Тсуна только переводил взгляд с Хибари на Мукуро. — Эх, не интересный ты, Кёя-кун, — Мукуро заправил прядь волос за ухо. — Ладно, сейчас я уйду, но я обязательно вернусь, ку-фу-фу, — его смех растворился в тумане вместе с самим Мукуро. — Наконец свалил, — выдохнул Кёя. — Дядя… — робко сказал Тсунаёши, дергая Хибари за штанину. — Что? — Кёя опускает взгляд и встречается с глазами цвета шоколада, которые будто сияют изнутри. Внутри у Хибари что-то дёрнулось. — А как Вас зовут? — Кёя. Хибари Кёя. (Бонд. Джеймс Бонд.: D) — Я-асно. — протянул паренёк, — Хибари-сан, а что мы сейчас будем делать? — Ты — собирать… — Кёя осекся, вспомнив, что у Тсуны нет детской одежды. — Ладно, что-нибудь придумаем. — прошептал себе под нос юноша. — Хибари-сан, подождите немного, — сказав это, Тсу выскочил из комнаты, даже не выслушав ответ. Так прошло минут десять. И вот, наконец, Тсунаёши вернулся в комнату с рюкзаком на спине. Посмотрев на этот самый рюкзак, Хибари спросил: — Что это? — вполне логичный вопрос. — Мои вещи, — наивно сказал Тсуна. — Просто я подумал, что Вы говорили про это, вот и собрал. Хибари только кивнул. «Ты не перестаёшь удивлять меня, травоядное. Неужели, твоя интуиция настолько сильна?» — Тогда пойдем. — Ага. Хибари и Тсунаёши вышли из дома, и Кёя запер дверь. Сделав это, ГДК повернулся к Тсуне и протянул ему руку. Тот несколько секунд непонимающе смотрел на неё, а потом уверенно взял, крепко сжимая. — Мало ли ты потеряешься, а мне за тебя отвечать потом, — ради приличия фыркнул Хибари. Но на самом деле, он действительно беспокоился за малыша. И так, держась за руки, они пошли в сторону дома Хранителя.