Самая Длинная

Самая Длинная. В темноте коридоров мелькают фигуры, в одной из частей коридора стоит треугольник переливающийся огнями гирлянд, там веселятся, но кое-кому не весело, ему страшно. Одна из бродящих по коридорам фигур одета во всё чёрное но её присутствие выдают кеды. Это Рыжий, крысиный вожак. Озираясь по сторонам идёт к перекрёстку, опасаясь охоты которую устроили на него состайники, Соломон, Фитиль и Дон. Пройдя первый перекрёсток, опасаясь даже спящего Слона, методично считающего во сне подоконники, он добирается до следующего коридора, проходит и его, иногда замирая, вслушиваясь в тишину, начиная передвигаться мелкими перебежками, после которых снова идёт обычным шагом. После второго перекрёстка следует женское крыло, почему-то вокруг дым, проходя сквозь него вожак всматривается в матрасы, на них знакомая фигура, это Длинная курит кальян (откуда у них он?) она переваливается с ноги на ногу, стараясь казаться изящной и криво улыбается фиолетовыми губами. Теперь понятно, почему голос прокурен. — Что ты тут делаешь? – интересуется она, выпуская кольца дыма. Кажется, Рыжий опешил, резко обернулся, осмотрелся, и сел будто сломался. — К Рыжей иду. — Какие-то проблемы? – протягивает шахту кальяна Рыжему, тот отказывается. — Самая длинная ночь, и меня хотят убить! При чём трое! – возмущённо всплескивает руками Рыжий, развернувшись к рядом сидящей девушке. Лицо длинной искажается в удивлении. Когда в начале коридора слышится топот, Рыжий срывается с места, Габи, почему-то тоже бежит за ним. Почти в конец коридора, они пробегают комнату с бешенной птицей, комнату где живут Спица с Мухой и наконец-то останавливаются напротив самой «экстравагантной» комнаты женского крыла. Оба ввалились в комнату. Там их встречает Рыжая, вид у неё заспанный, по всей видимости она встала что бы проверить кого там принесло на их головы, и возможно прибить этих несчастных тапкой. Из-за двери табора выглядывает Русалка, потирая кулачками глаза. — Зарасти – отдышавшись начинает Длинная – к вам тут это, гость, пожаловал. Рыжий выглядит испуганным и не оставляет сестре выбора, кроме как впустить в спальню. Габи заходит сама, без приглашения и дверь ведущая в коридор закрывается. Не спят все, даже Крыса и тем более Кошатница. Последняя начинает ворчать и жаловаться на свет, пока не видит причину по которой его включили. Жалобы становятся тише. — Дожили – всё-таки силы к Кошатнице вернулись – поспать уже нельзя, шастают здесь всякие. Рыжая шикает на неё и садится на кровать. Рядом усаживают Рыжего, Русалка же включает электроплитку и ставит чайник. Было понятно, что спать сегодня они вряд ли будут, и то что Рыжий останется тоже было ясно. Габи залезает на вторую полку к Крысе и свешивает ноги улыбаясь. А Крыса и не возмущается, ей все равно, она тоже сидит, смотря через зеркала на шее. Куча маленьких Рыжих, чуть по-больше, чуть по-меньше. Сестра обнимает брата со спины, стараясь успокоить и даёт прийти в себя. — Может ты уже скажешь, что происходит? – не заботясь о тактичности спрашивает Кошатница, ей на самом деле даже радостно от прихода крысиного вожака, к нему она привыкла, а он не редко выслушивает её и общается. Вообще Рыжий — частый гость этой комнаты. И довольно желанный. Ей не отвечают, вместо этого Русалка, гремя посудой, разливает чай. Отдав каждому по кружке, садится на корточки возле Рыжего, заглядывая в лицо опустившего голову крысиного вожака. — Хочешь..сделаю расклад на удачу? – осторожно предлагает она. Рыжий смотрит в кружку, после чего резко вскидывает голову и улыбаясь девушке, кивает. Когда все более-менее успокоились, Рыжему поведали насколько у него хорошее сегодня везение, напоили чаем и сейчас он заплетает длинные локоны волос Русалки в мелкие косички. Рыжая лежит на кровати закрыв глаза и о чём-то думает под звуки включённого радио. Сонная Крыса склоняет голову на плечо Габи, которая всё ещё сидит у неё на кровати болтая ногой на кончиках пальцев которой висит белая шпилька, Кошатница то и дело взвизгивает на Длинную, опасаясь что эта самая шпилька угодит в её кота или что ещё хуже в неё саму. Идиллию происходящего разрушает громкий стук в дверь, который заставляет всех замереть, из-за двери слышатся голоса парней «Откройте! » требует один, но ощущение будто он булькает, а не говорит…«Откройте, пожалуйста!» повторяет, но уже прося другой, более высокий. Габи потихоньку сползает с полки, сказав всем оставаться на месте, встав на ноги поправляет задравшуюся и без того короткую юбку и стуча каблучками скрывается в таборе. По звукам понятно: она открыла дверь и агрессивно настроенные гости пытаются прорваться, но Длинная не даёт, кто-то взвизгивает и весь шум уходит за громко закрывающуюся дверь. Всем скопом девушки в компании с Рыжим несущим Кошатницу на руках, подлетают к двери и слушают.. Шум, глухие удары и крысино-Длинные крики разносятся по женскому коридору. Странно что воспитательницы не бегут туда проверять, что происходит с их воспитанницами. Габи явно выигрывает, судя по тому с какой громкостью верещит Соломон. Фитиль притих…а Дон кажется слинял поджав хвост, хотя, вполне возможно что его ему оторвали. Когда всё стихает и кажется последние крысы позорно покидают поле боя, Габи возвращается. Без обуви. Это, считай победа. До конца СД ещё много времени…все возвращаются на свои места, Рыжий доплетает косы Русалки, Кошатницу усаживают на её кровать, где к ней со всех сторон подбираются коты и кошки, устроившись удобнее она прикрывает глаза и впервые за всё время, замолкает, слушая.. — Они хоть живые? – с усмешкой интересуется Крыса, пока гостья снова залезает на её полку. Выглядит Габи потрёпано, блузка порвана и растрепаны волосы, где-то даже подрезанные пряди торчат, ноги в чулках, на чулках дыр ещё больше чем обычно. Есть не глубокие царапины от крысиных бритв, но это не серьёзно. — Бежали резво, не похоже что я их прибила..– ухмыляясь, Габи пристраивается рядом с ней – туфли жалко.. — Спасибо…– все смотрят на Рыжего, а он, улыбается и завязывает последнюю ленточку на волосах Русалки – жизнью вам обязан, девчонки. — Всегда пожалуйста – мурлычет самодовольная Габи. Самая Длинная, откусившая от утра около двух часов, подходит к концу, Рыжий уходит обратно во Вторую, где с упоением наблюдает картину: в дальнем углу, Соломон, Фитиль и Дон, зализывают друг другу раны. Сжалившись, он посылает их в Могильник и вздыхает полной грудью. Оставят ли его в покое? Этого он не знает, но в ближайшее время эта троица покушений планировать точно не будет..