Валет червей

— долго ещё? Мне к отряду пора. — ты никуда не пойдёшь. Бежевая комната, лёгкий ветерок, дующий из-за приоткрытого окна и две одинокие души — одна сидит на кровати, другая же что-то ищет в ящике. Усердно вытаскивает вещи, пробирается к самому его сердцу и достаёт оттуда какой-то маленький мешочек с очень сильно пахнущей травой. — и почему это не пойду? — оскалилась блондинистая девушка, что до сих пор пришмыгивала носом и вытирала слезинки со щёк. — если ты не помнишь, то тебя здесь оставил Венти, — устало ответил ей белокурый парень. — ты если не думаешь о себе, подумай о нём. Он ведь там чуть с тобой не зарыдал. Девушка недовольно отвернулась, однако, к удивлению профессора, с места не сдвинулась. Лишь поджала руки под грудь и ещё раз шмыгнула. — кроме зверобоя ничего нет, — коротко кинул парень, поднялся и положил мешочек на стол, взяв в руки уже кружку. — подожди тут, я пока воды налью. Люмин не ответила, продолжив сидеть с важным видом. Когда Альбедо, наконец, захлопнул дверь, она расслабилась. Нет, ну почему Венти не отвёл её в мед пункт? Хотя... Зная Розарию и её любовь к раскопкам мыслей своего пациента, может, он был и прав. Да нет, ничерта! Судя по вчерашнему, Альбедо такой же, только ко всему этому добавляется его странность. Ну сможет ли нормальный человек к девятнадцати годам жизни прославиться на весь Тейват, сравняться и обогнать учёных из Сумеру, стать настоящим гением? Прошло лишь пару дней с того момента, как Люмин увидела Альбедо вживую, но она всё ещё не могла поверить в его способности. Более того, он успевает присматривать за Кли, всегда выглядит, как модель с обложки, и... Рисует. Рука её самовольно потянулась к блокнотику, что уже давно лежал на прикроватной тумбочке и мозолил девушке глаза. Даже если он не настоящий учёный, то уж точно настоящий художник. Да, лезть в чужое творчество без разрешения нехорошо, но любопытство взяло верх. Блокнот тихо открылся. На первом развороте красовался парк, откуда начиналось путешествие в лагерь. Дальше шла какая-то совсем незаконченная зарисовка дерева, затем — необычный цветок. Люмин никогда такого не видела, отчего засмотрелась на эту страничку. Однако, не долго думая она перевернула на следующую — и увидела чей-то эскиз, до боли знакомый... —"это я?" — пронеслось у неё в голове. Да... Все почти полностью совпадает, вот только узор на платье немного отличается, и... Эти цветы, что были на другом рисунке — здесь они почему-то вплетены в её волосы. Люмин не знала, что делать. Рисунок был до безумия красивый — здесь и спорить нечего. Но... Почему она? В каждой секундой девушка всё больше ловила себя на мысли, что это походит на сталкерство. Точно ли он не хочет её убить? И где он так долго ходит? Может, намешивает ей яд в бокал? Привёз всяких реагентов и делает какую-нибудь царскую водку, пока никто не видит... Но если б она была хоть немного внимательней, то уже давно бы заметила, что Альбедо стоит прямо напротив неё. — интересно? — вдруг нарушил молчание парень. Голос звучал холодно, но на удивление заинтересованно. Руки его были спрятаны за спину, а своим телом он слегка подался вперёд, нагнувшись, отчего расстояние между ним и девушкой сократилось до минимума. Люмин с ужасом захлопнула блокнот и постаралась спрятать его себе за спину, хоть и понимала, что профессор всё прекрасно видел. Это скорее была реакция на испуг. — я-я... Парень устало выдохнул, принял нормальную стойку и, развернувшись, отошёл. — хватит уже меня бояться, как огня. Я тебе не враг. — ещё чего надумал... — слегка раздражённо буркнула Люмин себе под нос, хоть и было заметно, что голос всё ещё дрожит. — ладно, не важно. Я уже тебе всё сделал. Кружка на столе, — сказал он, присев на колено, и наклонился к рюкзаку, доставая из своего царства хаоса книжку. Затем, элегантно развернувшись, сел на кровать, где уже давно устроилась Люмин: в этот момент девушка как можно сильнее двинулась к изголовью, чтоб оказаться подальше от профессора. Не найдя для себя достойного занятия, она уставилась в стену, стараясь увидеть там хоть что-нибудь интересное. Тем не менее, через пару минут своего "очень весёлого" времяпрепровождения она привстала и поплелась за кружкой, которую Альбедо так любезно оставил чёрт знает где. Эта особа явно не привыкла к тому, что вся комната забита вещами: в том углу стоят какие-то книжки, там — что-то вроде мензурок, а на столе, который был окружён парой полочек одиноко лежала старая, уже явно повидавшая жизнь колода карт... А рядом с ней, судя по всему, та самая кружка, о которой говорил Альбедо. Она аккуратно подобрала чашку и прислонила её к носу. Пахло содержимое успокаивающе сладко. Не похоже, что он мог залить туда какую-нибудь дрянь. Всё же переступив через себя и притянув кружку к губам, Люмин принялась пить успокоительное — быть может, профессор был в чём-то прав. Если она не думает о себе, стоит подумать о Венти. Ведь если он узнает — а он узнает — о том, что она так ничего и не выпила, в небе разразится гром, реки выйдут из берегов, а он разозлится так, что любой в радиусе километра помрёт лишь от одного только присутствия музыканта. Чай, если это можно было так назвать, был на удивление сладким. Даже черезчур. Девушка вопросительно взглянула на учёного, и тот, моментально почувствовав на себе чей-то взгляд поднял глаза. — у зверобоя немного странный вкус, — пояснил он, прочтя её беззвучный вопрос и вновь поглужаясь в книгу. — так будет легче привыкнуть. Пожав плечами, Люмин выпила чай и уселась обратно на кровать, достав телефон. — подожди... — она вдруг задумалась, подняв глаза и положив аппарат на колени. — всмысле "привыкнуть"? Альбедо ухмыльнулся. — Венти говорил, что у тебя такое иногда бывает и что ты вроде как страдаешь хронической усталостью. А этот чай нужно пить месяц, чтоб всё прошло. Намёк понят? — я не собираюсь приходить к тебе всю смену. — какая жалость. Уже представляю, как Вент... — Ладно-ладно! Я поняла. Только не надо делать из этого очередную трагедию! — так бы сразу, — улыбнулся парень, прикрыв лицо ладонью. Минута за минутой — и вот, у девушки уже слипаются глаза. Широко зевнув, она залезла подальше на кровать, потянула колени к своей груди, приняла более-менее удобное положение и закрыла глаза, уже представляя, как проваливается в царство Морфея. —"нет... Нельзя спать. Он же..." В очередной раз ударив голос разума дубиной переговоров, она провалилась в сон, кажется, напрочь забыв о том, где и с кем находится. Альбедо даже не сразу понял, что его "спутница" задремала. Был слишком увлечён книгой. Заприметил он это только тогда, когда Люмин во сне решила перейти из вертикального положения в горизонтальное и буквально упала парню на ногу. Юноша слегка дрогнул — уж слишком неожиданной оказалась его новая ноша. Тем не менее, отложив книгу подальше он постарался приподнять девушку, чтоб переложить её в более удобное положение — но у него ничего не вышло. От каждого движения она начинала вертеться, брыкаться и, в конечном итоге, Люмин вцепилась одной рукой в покрывало, причём таким образом, что у Альбедо не оказалось даже шанса пошевелиться. Впрочем, он, на удивление для самого себя был не против. Взяв книжку обратно в руки, он уже хотел продолжить свое занятие, но напрочь забыл где читал. И что читал. Один лишь вид спящей напоминал парню об Учителе, что так редко спала на своих исследованиях.

Flashback.

Ледяной ветер обдувал крошечную пещеру, где спрятались мальчишка и взрослая женщина. Небольшой костёр согревал их, на первый взгляд, хрупкие тела, в то время как каппилярная, вечно текущая ручка в руках девушки скользила по бумаге, записывая что-то явно важное. Паренёк не отставал от своей спутницы. В небольшой тетради он вырисовывал что-то незамысловатое — кажется, это был тот самый костёр, что грел его. Не смотря на простоту эскиза он получился довольно красивым — хоть на первый взгляд этому юнцу было около 14 лет, но рисовал он так, будто потратил на это дело несколько десятков лет. — редко же ты пишешь что-то обычное, — усмехнулась женщина, ставя жирную точку в конце своего исследования. У русого парня приподнялись уголки губ. Как она узнала о том, что он делал? Будем честны — его это не особо интересовало. Учитель знала всё — и Альбедо выпала честь учиться у неё. Жить бок о бок, быть компаньоном и, быть может, в каком-то смысле даже родственником. Он не помнил своих родителей. Своей семьёй он считал Учителя — всегда строгую, бесстрастную исследовательницу, которая была не прочь лишний раз подколоть своего маленького помощника. Тем не менее, шуток о себе она не терпела. — слушай, мы шли уже довольно долго, так что думаю, можно прилечь, — сказала она и, встав, аккуратным движением расстелила у костра спальник, юркнула в него, закрыла глаза и почти что моментально провалилась в сон. Альбедо ещё пару минут повозил карандашом по листу, закончил эскиз и, наконец, убедившись, что его наставник уснул, положил блокнот на пол пещерки, тихонько приподнялся со своего стула и поплёлся к небольшим склянкам, что так бережно хранила Рейн. Аккуратно взяв одну в руку и высыпав из неё немного пепла, он сжал его в кулаке, прижав к груди. — так, как она там говорила... Он глубоко вздохнул и напрягся, собираясь с мыслями. В следующую же секунду он расслабился и задержал дыхание, проговаривая, словно мантру: — вселенная - опрокинутое небо. Земная кора - сон, забытый временем. Это пепел, простейшее состояние сложной структуры, что зовут жизнью. А это... Он протянул руку вперёд, раскрыв ладонь. На месте гости пепла образовался крошечный бутон цветка Сессилии. — ...Новая жизнь.

Конец flashback.

— давно это было... — усмехнулся учёный. С печалью опустив книгу на тумбочку он устало закрыл глаза и аккуратно откинулся на стенку так, чтоб не разбудить Люмин. Алхимия... Древняя наука, что уже тысячилетия считалась мёртвой. А для скептиков её и вовсе не существовало. Однако в Тейвате когда-то был человек, что продолжал изучать алхимию... Быть точнее, кхемию. Искусство создания жизни. Она была Золотом. — и когда все пошло не так... Альбедо откинул эти мысли. Нет. Он обещал себе, что больше никогда не вспомнит об этом. Он уважал Учителя — память о нём была важнее всего, что когда-либо имел этот юноша. Но алхимия... Если бы не она, то всё было бы иначе... Вновь взявшись за книгу, он постарался сконцентрироваться на чтении. Не получилось. Строки путались меж собой, голова шла кругом. Вновь отложив чтиво, парень вздохнул и приподнялся. Опустив голову вниз он взглянул на светловолосую девушку, которая сладко спала у него на коленях. И почему-то её слегка... Потряхивало? Альбедо взволновался, но не стал её будить. Если ей снится кошмар, то для Люмин будет легче, если она сама проснётся. Но с каждой секундой девушку всё сильнее трясло, тело напряглалсь, а маленькая слезинка скатилась с её щеки, впитавшись в штанину профессора и словно давая безмолвный знак о том, что пора что-то предпринимать. — Люмин... — прошептал Альбедо и аккуратно тронул её за плечо. — уйди... — то ли хрипнула, то ли пискнула она в ответ. — не трогай... Уходи... — Люми-ин... Просыпайся... Внутренний голос будто подсказывал профессору, что если сейчас он не разбудит её, то эта особа будет обижаться на него до конца жизни. Ему как бы было всё равно, однако разум шептал, что так будет правильней и... Человечней, что ли. Погладив Люмин по голове он ещё несколько раз шепнул её имя, и буквально через пару мгновений девушка подорвалась вверх и села на край кровати, стараясь отдышаться. А Альбедо лишь взволнованно смотрел на неё, погрузившись в свои мысли и искренне не понимая, почему его сердце тоже ускорило свой бой, ведь он чувствовал: это был не испуг.