296 минут

      — Вот поэтому, Сэмми, я на самолетах не летаю.       — Знаю.       Сэм и Дин сидели на кухне бункера. Дин, сцепив руки в жесткий замок, жадно слушал и расспрашивал. Про самолет, про кулон, про Ким, про проклятье, про все-все-все. А Сэм как никогда отчаянно надеялся, что происходящее — правда, а не очередной выверт мозга, и рассказывал.       Самолет благополучно приземлился в аэропорту Торонто. Но Сэм все пропустил. Его нашли там же, где он наглухо вырубился. Передали медикам и влепили штраф за курение, учуяв в кабинке дым. Очнувшись в больнице, Сэм сдержал в горле разочарованный вой — он так хотел умереть! — только потому, что у его койки стоял врач. Он изумленно объяснил, что Сэм, в общем-то, здоров, и он понятия не имеет, почему температура ни в какую не падает ниже тридцати девяти. Док бормотал что-то про обследование, медстраховку и прочую ересь, но Сэм не слушал и удрал из больницы при первой возможности.       Ким он больше не видел. Она исчезла без следа.       Перелет в США Сэм не запомнил. Даже если турбулентность встряхивала самолет всю дорогу, он ни черта не почувствовал: отключился в кресле и проспал мертвым сном. А с трапа спускался с ощущением, что вот-вот подчистую выкашляет легкие.       Следующие несколько дней растянулись в мучительную бесконечность, заполненную болью, беспамятством, беспомощностью и малодушным ожиданием конца, с редкими минутами облегчения. А затем, во время очередной короткой передышки, в бункере появился Кас. Они о чем-то говорили — долго и сложно. Но Сэм не запомнил. Мозг более-менее реагировал только на два слова: Дин и смерть.       Потом Кас исчез и снова появился то ли уже в следующую минуту, то ли много часов или дней спустя. Дал Сэму что-то. У Сэма уже не было сил сопротивляться и соображать, реален Кас или нет. Он с трудом проглотил это мерзкое до тошноты «что-то» и, кажется, отключился. Когда очнулся, Кас сидел рядом. В голове было пусто и легко, Сэм все правильно понял: Кас не галлюцинация, он воскрес и спас его.       Сэм спросил одним взглядом: зачем? Кас заявил, что ему еще рано умирать. Сэму хотелось рявкнуть, что в самый раз, потому что он устал как черт. А главное, потому что он угробил жизнь на охоту и поверил, что чего-то в этом добился, но стоило Дину уйти, как он почувствовал себя бестолковым сосунком, который даже ведьму в одиночку нормально прибить не смог — схлопотал по полной программе. Но Сэм ничего не сказал. Ни к чему. И больно нужно Касу его жалкое нытье.       Он только посмотрел на него, чувствуя, как с грохотом рушатся его последние ориентиры, и чуть не спросил, вернулся ли Кас с концами или сейчас снова исчезнет не пойми куда. Но Кас не дал ему и рта раскрыть и припечатал к месту одним коротким: «Дин скоро вернется».       Дальше он со скоростью пулемета понес какой-то бред про Вселенную, ошибку, Небеса и закончил тем же, чем начал: «Дин скоро вернется». А Сэм боялся обмануться и не верил до тех пор, пока Дин не шлепнулся из ниоткуда прямо возле бункера и не вцепился в него, как в спасательный круг посреди океана: хрен оторвешь.       Живой. Абсолютно точно живой.       — С памятью-то чего? — спросил Дин, когда Сэм замолчал.       — Не знаю, — Сэм пожал плечами. — Барахлит иногда. Может, нервы?       — К Ровене почему не пошел? В книжечки не зарылся? Зря, что ли, половину бункера занимают?       — Не знаю. Дин прошил его строгим взглядом. Сэм не спускал с него глаз, потому что до смерти боялся: стоит отвлечься, и Дин испарится, и он больше никогда не увидит ни этого, ни любого другого взгляда брата.       — Не знаю, — передразнил Дин. — Ладно. Я вернулся. Я разберусь. Починим твою кукушку.       Он встал из-за стола, всем своим видом демонстрируя, что готов к подвигам, глупостям и приключениям. Сэм поднялся следом и робко спросил:       — Прямо сейчас, что ли?       — Ну… — Дин почесал затылок. — Нет. Для начала пожрем. А то тебя ветром унесет, — он несильно хлопнул его по тощему животу, но Сэм все равно охнул, согнулся и пробормотал:       — В холодильнике пусто.       — Боже, как все запущено, — протянул Дин с жалостливой улыбкой. — Погнали в какую-нибудь забегаловку.       — Как скажешь, но… — Сэм предусмотрительно отступил от Дина на полшага. — Я Импалу в Сан-Франциско бросил. И плохо помню, где именно…       — Ты бросил Детку? — растерянно пробормотал Дин.       — Ну, я умирал…       — Так себе отмазка, старик.       Сэм лишь развел руками и пустил в ход щенячий взгляд: прости. Дин нахмурился и сверкнул глазами: не прощу. Но в следующую секунду фыркнул, пихнул его в плечо и махнул рукой, мол, пошли. И Сэм пошел следом, по-прежнему не сводя с Дина глаз.