Вечерний дождь

Холодные и мрачные улицы Лондона я покидала с дикой тоской и болью на сердце. Мама написала лишь одно сообщение, ничего больше не сказав она сообщила о том, что мой брат умер. Сказать честно, в последнее время мы были уже не так близки, как несколько лет назад, но его смерть огорошила меня. Моя учёба в Лондоне была продлена до Нового Года, но я не раздумывая собрала все свои вещи, попрощалась со школой, объяснила причину и как только смогла - выдвинулась в аэропорт. Мне было больно и жутко страшно, что уж скрывать, я чувствую опустошение и сейчас, мой старший брат умер, а я не видела его уже больше почти пяти лет. Почти сорок часов дороги, две пересадки и все это на грани срыва, я не хотела плакать перед другими людьми, я хотела лишь одного, побыстрее вернутся домой, в Токио. Я тайно надеялась, что все это мамина шутка, что она просто решила пошутить так и просто хочет побыстрее меня увидеть, но надежды на это с каждым часом проведённым в самолёте исчезали все быстрее. Вторая пересадка, самолёт, Япония, Токио. Я приехала третьего числа, в день его рождения, но больше я не смогу поздравить его с его днем, поцеловать в щеку, с силой сжимая брата в своих объятиях. Токио встречал меня таким же дождём, что и Лондон, странно возвращаться в ту же погоду, от которой бежал сломя голову, но ничего не поделаешь, на улице был ноябрь, а дожди для этого месяца были обыденностью. Возле аэропорта, как всегда, было много такси, которые готовы довезти тебя в любую точку города, даже не посмотрев на то сколько тебе лет. Благо, разрешение отца я получила и долетела нормально, это радует. Осталось только найти такси и побыстрее доехать домой, или на кладбище, его же уже похоронили? Самое страшное, что я не имела ни малейшего понятия ехать ли мне домой или сразу же на кладбище? Буду искать его там. Машина быстро подъехала ко мне, милый водитель с радостью помог мне с моим багажом, и лучезарно улыбаясь предложил взять у него зонтик, ведь видит, что я приехала из далека, зонтика нет, а на улице период дождей в самом разгаре. —Спасибо, не нужно, просто поехали быстрее,—попросила я довольно пожилому на вид мужчину. Он не стал со мной спорить, сразу же открыл мне двери и я оказалась в уютном салоне машины. Здесь было в разы теплее, и маленькие капли не пробирались под толстовку, что меня радовало. Мужчина почти сразу же оказался на водительском сидении и вырулил на выезд из Аэропорта Ханэда. —Куда едем, Баджи-тян?—вежливо спросил у меня мужчина. —Тайто,—только и ответила я, говорить с кем-то сейчас точно не хотелось, особенно с незнакомыми людьми, поэтому я отвернулась к окну и начала наблюдать за стекающими по окну капельками воды. Что происходит сейчас в моей жизни вообще? Все было хорошо, пока мне не пришло то судьбоносное сообщение. Я была прилежной ученицей обычной школы, у меня было много знакомых, пусть друзей я так и не нашла, да и не старалась этого сделать, ведь понимала что скоро уеду домой, к маме и брату... У нас с папой была миленькая квартирка в Лондоне, мы часто с ним гуляли и хорошо проводили время вместе, но потом он начал пропадать на работе, а я засиживаться за учебниками, но даже это не испортило наше отношения друг к другу. А вот из-за нехватки общения с мамой, мы с ней перестали общаться как раньше. После того, как мои родители развелись, отец решил уехать назад на родину, а мама бы сама не потянула двоих детей, поэтому суд отдал меня папе, а Кейске маме. Никто не был против этого, только маленькие мы не могли свыкнуться с мыслью, что нас разделят и мы увидимся не скоро. Я пообещала ему тогда, что я вернусь и мы вместе пойдём смотреть на цветение сакуры или салюты, но я опоздала. Машина ехала по оживленным улицам столицы, огибая другие машины, останавливаясь на светофора, дождь так и не прекращался и теперь уже меня больше привлекла идея купить где-то зонт, но к этому магазинчику ещё ведь нужно дойти. —Извините, а сможете остановить у какого-то магазина, чтобы я купила себе зонт?—нарушив тишину в машине, спросила я. —Возьмите мой, Баджи-тян. Помните, я предлагал Вам тогда?—спросил он, продолжая наблюдать за дорогой, но довольно спокойно продолжать вести диалог со мной. —Да, но я не могу забрать у Вас зонтик и оставить с ничем, к тому же просто забрать его я тоже не могу, извините,—каждая вещь имеет свою цену, а забирать чужие, даже с позволения владельца я не хочу. —Не переживайте из-за этого, из-за того, что я работаю в службе такси и постоянно перевожу пассажиров, некоторые приезжают впервые в Токио и не знают, что здешняя погода довольно шаловливая, поэтому в багажнике у меня всегда есть парочка запасных зонтов. Если Вам неудобно просто забрать его, можете купить, но чаевых хватит, не переплачивайте, я и так вижу, что Вы школьница и вряд-ли зарабатываете большие деньги, лучше оставьте себе, дорогая. Сейчас в Токио они очень нужны,—уведомил меня мужчина. —Разве нам не удалось побороться с кризисом ещё в нулевых?—озабочено спросила я, мне казалось, что тёмная полоса в жизни Японии закончилась. —Сейчас неспокойное время. В городе теперь много опасных группировок, поэтому будьте осторожны,—предупредил меня мужчина. —Хорошо, я все же куплю у Вас зонтик, спасибо,—денег и вправду осталось не так много как я ожидала, но должно было хватить. —Вас к дому подвести или ближе к какому месту?—переспросил мужчина. —К кладбищу Якане, если не сложно,—скрывать свой путь мне не хотелось, да и идти под холодным дождем с чемоданом тоже. Изначально я не планировала говорить этому доброму мужчине куда направляюсь, но он лишь водитель такси в которое я села, думаю, он привык к таким, как я, да и что за игры... Думаю, водителю вообще без разницы куда меня везти. —Будем через десять минут там,—с такой же добродушной улыбкой ответил он. Жаль, что я была не в состоянии ответить ему такой же, в обычной жизни я старалась улыбаться всем, ведь лучше смотреть на счастливых людей, чем на кислые мины, но сейчас не то время, чтобы веселится и пытаться поднять настроение кому-то другом, когда у самого на душе плохо. Дорога оказалась довольно быстрая, я расплатилась за такси и зонтик, накинула ещё парочку чаевых и меня с моим багажом оставили возле входа в Якане, как раз то, что я просила. Зонтик не спасал от холодного ветра, но дождь больше меня не беспокоил. Взяв с собой чемодан я направилась вглубь кладбища. Где-то здесь он, мой братик, которого я так давно не видела и больше не увижу. Как только я переступила порог Якане, с меня резко спали все маски, вроде и говорила себе, что должна быть сильнее, а в итоге все равно плачу, но это ведь нормально... Я хочу плакать, хочу биться в истерике хоть день, хоть десять, лишь бы побыстрее я перестала чувствовать ту давящую боль внутри. Я не знала где он захоронен, поэтому приходилось вглядываться в каждый надгробный камень, в каждую надпись. Здесь почти никого не было, ни одного человека у которого я могла бы что-то спросить. Но кажется, он больше мне и не понадобится. Прямо передо мной стояла плита, а на ней имя моего брата. Ещё не завянувшие цветы стояли внизу, недалеко от них стояла запакованная лапша и маленькая игрушка в виде какого-то героя. Слезы лились ручьём, не скажу, что мне стало легче, как только я выплакала их все, совсем нет. Слезы действительно ушли, не знаю через какое время, сколько я тут вообще просидела? Десять минут или час? Время здесь течёт по другому, боже, как бы мне хотелось с ним увидеться, снова... Даже история того как он умер для меня до сих пор под завесой тайны, я ничего не знаю о том, как это произошло. Его убили или что случилось вообще? В голове роились, словно агрессивные пчелы, разные странные и нелепые мысли, хотелось заплакать ещё сильнее, словно раненый зверь, но я уже просто физически не могла это сделать. Зонтик валялся где-то, но меня это вовсе не заботило, все, что я могла это закрыть лицо руками и ничего не видеть, представить, что вот он, мой брат, недалеко стоит и радуется тому, что мы с мамой запустили воздушного змея, а потом мы все вместе пошли готовить с папой нашу любимую яичницу. Хоть я и была младше его на чуть больше года, но он всегда гулял со мной, брал с собой к своим друзьям и мы мило проводили время вместе. Помню как сильно мы плакали, держась за руки в аэропорту, он сильно сжимал меня в своих тёплых объятиях, обещая, что когда я приеду, мы сходим в парк и будем смотреть как цветёт сакура, а я пообещала ему, что это случиться как можно скорее. Мы пытались провести как можно больше времени вместе, я хотела запомнить его таким, чтобы потом, когда мы встретимся не узнать его и разплакаться от того, что я его не узнаю. Он говорил, что точно бы узнала, ведь он сделает огромный плакат и будет кричать моё имя на весь Токио, лишь бы только я его услышала. Мы были такими детьми, а что же сейчас стало с нами, Баджи? В какой момент мы свернули не та ту дорогу.. Холодные капли начали постукивать по зонтику, но я заметила это не сразу, как только я поняла, что что-то не так, подняла голову вверх и заметила над собой парня. —Кто Вы?—зачем этот человек подошёл ко мне, ещё и дал зонтик. —Что?—недоумевающе спросил он, я старалась не смотреть на него вообще. —Кто Вы? Спасибо, за зонтик, но я в нем не нуждаюсь, отойдите пожалуйста, я хочу побыть на едине,—меня действительно не привлекала перспектива того, что я буду вместе с ним здесь, с парнем, которого я вижу впервые, а то, что мне сейчас нужно, явно не входит забота этого паренька, который прячет меня от дождя. —Я пришёл к своему другу. К Кейске Баджи,—спокойно ответил мой собеседник, чем шокировал меня в тот же миг. —Вы его друг? Извините. Я совсем ничего не знаю о жизни своего брата...—а ведь и правда, приехала сюда, качаю свои права, хотя эти люди были намного ближе ему, чем я сейчас, а я ещё и огрызаюсь на этого парня.—Я Амэя Баджи, будем знакомы.—решила все же представится я. —Чифую Мацуно. Я был лучшим другом Баджи, пока он не умер,—голос дрогнул, когда он упомянул о смерти брата. Если честно, говорить с ним сейчас не особо хотелось, я должна побыть в тишине, просто постоять здесь на коленях и все, разговаривать с кем-то желания не возникало вообще. Чифую разделял мое мнение, поэтому также остановился возле меня, но зонтик не убрал, а все также продолжил держать его над моей головой. Если честно, это было неловко. Он стоит под дождём, промокает, и скорее всего может заболеть, но меня от дождя все равно прикрывает. Я потянула к своему зонтику, который удачно достала и раскрыла в стороне, ведь за то время, которое я провела здесь он успел наполниться водой и я бы не закрылась от дождя а устроила бы себе холодный осенний душ. Парень, как только увидел, что у меня есть зонтик, убрал свой и подставил уже наконец под свою голову, что меня порадовало и ситуация стала менее смущающей. А правда ли это его друг, или какой-то маньяк, который поджидает горюющих людей здесь? Пусть он и выглядит молодо, но это не значит, что мои суждения неверны, то есть он правда может меня где-то грохнуть. Сначала помогает, типа герой, а потом заведёт непонятно куда и все. Даже с моим братом он мог быть вовсе не знаком, имя на плите написано, кто угодно прочитает и может представиться его другом.. Боже, к чему это все я себе надумала? Единственное, что правда меня озадачило, это лишь факт того, что мне и правда стало легче, после того, как этот парень здесь появился. Это очень странно. Я поднялась с колен, которые теперь все были мокрыми от воды, обтряхнула себя от невидимой пыли и взяв свой чемодан, пошла на выход из кладбища. Чифую за мной не последовал, за что я была благодарна всем сердцем. Дождь на улице продолжал усиливаться, но благо мама жила недалеко от этого района, поэтому я быстро дошла к её апартаментам. У меня все ещё остались ключи пятилетней давности, но я не знаю подойдут ли они к их двери сейчас, втайне я надеялась, что нет и в итоге я отложу встречу с мамой на попозже. Но все же ключи подошли и я с лёгкостью смогла зайти в мамину квартиру. Тёмные стены, впитавшийся в них запах сигарет, на входе валялись несколько пустых банок с под вина и коробок конфет. Вдали коридора виднелась тонкая полоска света, на кухне, которая находилась с правой стороны ничего не было слышно. Мамина комната была прямо по коридору, там она в основном сидела с отцом, пока все было хорошо, они вместе смотрели дорамы и обсуждали героев, иногда поощаряя их поступки, а иногда негромко возмущались, а иногда мы с братом подсматривали за ними, и озвучивали их голоса, ведь нам небыло слышно, что говорят герои. Я сняла с себя мокрую обувь и оставила на входе и повернула налево. Снова был недлинный коридорчик, если пройти прямо то можно было попасть в комнату брата, а слева находилась ванна. Я оставила чемодан возле входа в комнату брата и выдохнув, полностью набравшись сил зашла в неё. Темно. Но со временем глаза привыкли и я уже спокойно могла разглядеть вещи. Односпальная кровать слева, небольшой стол на котором лежали куча разных книг и записей возле спального места. Разные тетради, парочка ручек. На стуле валялась какая-то одежда, а шкаф был открыт и все вещи аккуратно сложены, как учила мама. На стенах висели разные плакаты, начиная от реальный людей, заканчивая оторванными страницами из манги. На полке над кроватью стояли уже давно засохшие цветы, а возле них аромадиффузор с запахом ванили. Я присела на кровать брата и снова оглянула комнату, такая знакомая, но такая другая. Сразу же понятно, что жил он тут сам, под кроватью лежали ящики с дисками, мангами и его личными вещами.. А запах его парфюма, все ещё не выветрился с комнаты и казалось что он вот вот вернётся сюда, просто сейчас гуляет где-то с друзьями. Слезы снова навернулись на глаза, поэтому я быстро встала с его постели и вышла в коридор. В комнате мамы так ничего и не изменилось, все так же дверь была закрыта, а телевизор не выключен, не оповестить её о своём визите будет не очень хорошо, поэтому я постучала в её комнату и вошла. Телевизор был включён на новостном канале, звук приглушенный был на столько, что вряд-ли можно было расслышать хоть что-то. На широкой кровати лежала мама, она спала в обнимку с пустой бутылкой виски и спокойно посапывала. В комнате был беспорядок, грязные и чистые вещи вперемешку валялись на полу, вентилятор упал на пол, и также служил неким подобие вешалки, окна зашторены, на стенах были видны подтеки от непонятно чего. Сказать, что я была в шоке, ничего не сказать. Смерть Кейске сильно подкосила маму и это можно было увидеть невооружённым взглядом, особенно если вы знаете эту женщину, ведь она до скрипа зубов та ещё чистюля. Пульт в этом бардаке найти было невозможно, поэтому я даже не решилась взяться за это дело. Тихо, чтобы не разбудить маму, я вышла из комнаты и с облегчением выдохнула. Мне было страшно видеть её в таком состоянии, ведь она точно не в себе, и это правда пугает. Самое любимое место в этой квартире это кухня, я всегда любила её больше любой другой комнаты, у нашей была особая атмосфера уюта и умиротворенности. Во всей квартире было чисто, только мамина спальня была похожа на свалку, значит она редко выходила куда-то. Кухня хоть и была маленькая, но уютная, я сразу же села за стол и на меня нахлынули воспоминания, связаны с готовкой. Вот мы с Кейске сидим и кидаемся в друг друга мукой, а когда это видит мама, собирается дать нам нагоняй, но папа обнимает её и целует в голову, на что она успокоится и мы дальше готовим моти. А вот мы сидим вместе и готовим лапшу, папа приходит с работы и целует нас поочерёдно, потом подбегает к маме и они, словно подростки, кружатся в объятиях, это было так прекрасно и так давно... За воспоминаниями, которые нахлынули на меня волнами, я не поняла как и заснула.