Хасеки Махидевран Султан

Я не стала возвращаться в покои, а сразу пошла в хаммам. Все таки нужно подготовиться к ночи с Сулейманом. Я попросила чтобы меня намазали мятным маслом, мне нравилось как оно пахло, да и Повелителю вроде тоже. После этих процедур, я наконец дошла к своим покоям, и стала думать какое же мне выбрать платье. Все же остановилась я на тёмно-синем платье с золотыми полосками, надела серьги, которые когда-то мне подарила Валиде, и закончить образ решила небольшой диадемой с множеством маленьких сапфиров, которые как раз идеально подходили к платью. С прической же было сложнее. Я долго думала какую же я хочу. Келбек предложила мне сделать небольшой пучок и выпустить пару прядей. Я согласилась, так как других дельных вариантов не предумала. Время ещё оставалось и я решила сходить к Валиде. Видимо, она меня не ждала, так как у нее был разговор с Дайе-хатун, и мне пришлось ждать возле дверей. Так я простояла минут десять и наконец Дайе покинула покои, а я смогла зайти. — Что привело тебя ко мне? - спросила Валиде. — Простите, что нарушаю ваш покой - начала я — Я просто хотела зайти, и узнать как ваши дела. — Со мной все в порядке. Мне уже донесли, что сегодня произошло в гареме - Я тут же напряглась. В тот момент я и не думала о последствиях. — Простите Валиде, просто...- не успела я и договорить, как Валиде закивал головой, и подняла руку в знак того, чтобы я замолчала. — Ты правильно поступила, не нужно оправдываться, но все же ты должна была рассказать мне об этом. Я глава гарема! И я должна это узнавать от тебя, а не от своего сына! - в конце женщина перешла на крик, и похоже когда поняла, что взболтнула лишнего замолчала. Ещё лучше, Сулейман сам ей все рассказал. И как я понимаю у нас с ним будет разговор, который как я надеюсь не помешает нам. Глаза мои были на мокром месте, хоть я и понимаю, что нельзя показывать свою слабость, но я не привыкла к тому, что на меня кричат, так ещё и Валиде! — Извините за доставленные неудобства, с вашего позволения я пойду - поклонилась я, и быстро вылетела из покоев, не дождавшись ответа. Как же я благодарила Аллаха за то, что Хюррем сейчас лежит, и не сможет увидеть меня в таком состоянии. Она бы ещё и поиздевалась бы надо мной. Я же попыталась перестать плакать, направилась в покои Султана. Выйдя из-за последнего поворота перед султанскими покоями, я увидела Сюмбюля, который стоял с какой-то девушкой. Она была в лёгком платье оранжевого цвета, которое подчеркивало ее достоинства. Лицо ее было прикрыто вуалью. Я подошла ближе чтобы разобраться. — Что здесь происходит? - поинтересовалась я. — Госпожа - поклонился Сюмбюль —Повелитель лично попросил приготовить эту хатун. — Да как такое возможно! Он ждёт мою госпожу - ответила Гюльшах. Я повернулась к ней, и одним взглядом дала понять, что ее слова были излишни. Она сразу же замолчала и стала смотреть в пол. — Тогда почему же вы тут стоите? - спросила Махидевран. — Повелитель ещё не готов принять её. Я посмотрела на эту девушку. Она волновалась как в первый раз, но что-то подсказывало мне, что она тут побывает не впервые. Я сделала к ней пару шагов. — Виктория верно? - улыбнулась я. — Да...то есть нет. Виктория умерла, теперь есть только Садыка. - ответила девушка. *Что? Садыка? Та самая Садыка? О Аллах! Нужно что-то предпринять. Повисла затянувшаяся пауза. Я уж хотела ещё что-то спросить, как вышел стражник и сказал что Повелитель ожидает Садыку.* Я перегородила ей путь, и попросила передать, что хочу поговорить с Повелителем. Он пошел докладывать это мужчине. Все стояли в напряжении. Гюльшах смотрела с неким высокомерием, Сюмбюль нервничал и молчал, Садыка же теперь смотрела на меня с ноткой презрения. Ну ничего, пусть знает, кто здесь главная женщина Султана. Вышел стражник, и сказал, что Повелитель не сможет меня принять. Я жутко рассердилась, что это за безобразие? Неужели он опять меня забыл? Хотя, а почему это я сейчас ною? Я должна показать, что я выше этого. Я быстро прошла, даже скорее пробежала между стражей, и влетела в султанские покои. — Повелитель - поклонилась я. — Махидевран? Что ты тут делаешь? Я же сказал, что не могу тебя принять! - со злостью ответил он. — Сулейман, что я сделала? Где оступилась? Почему опять ты выгоняешь меня из рая? — Как ты посмела распоряжаться моими рабынями? — Повелитель, они оскорбляли всю династию османов. — Я понимаю, что ты защищалась, но ты могла приказать их всех запереть в подвале! Доложить Валиде! Или мне в конце концов. Но ты же приказала от одной избавиться, других продать или, а третью вообще выдала замуж! Как ты только до этого додумалась? - кричал мужчина. — Я понимаю свою ошибку Повелитель, но и вы поймите меня. Если бы я тогда не действовала так радикально, весь гарем продолжил бы такие высказывания. — Довольно этих оправданий! Возвращайся к себе в покои, думаю тебе лучше будет съездить в Манису и проверить как там готовиться санжан для Мустафы. *Что? У меня в голове эти слова разделились на две стороны. Одна твердила что Мустафу отправляют в Манису. А другая же не такая радужная, то есть меня сейчас отправили в ссылку? Серьезно? Из-за этих наложниц? * — Повелитель, и когда я выдвигаюсь? - спросила я, сделав вид, что эти слова меня не задели. — Как только соберёшься тогда и отправляйся. Думаю для твоей проверки понадобится месяц или полтора - больше он ничего не сказал, только отвернулся от меня. Я поняла, что смысла стоять больше нет, и вышла. За дверьми, все ещё стояла Садыка, хотя Сюмбюль уже начал ее уверять, что сегодня она не попадет в покои Султана. Когда я вышла все смотрели на меня с вопросом. Я лишь пожелал Садыке удачной ночи и молча отправилась к себе в покои. — Госпожа, что произошло? - спросила Гюльшах, как только мы вошли в мои покои. — Меня высылают из дворца. — Ох госпожа - сказала Гюльшах, и прикрыла рот в удивлении — Из-за этой Садыки? Или опять Хюррем? — Нет, в этом я сама виновата. Так что собирай вещи, и вещи Разие тоже. Сыновей к сожалению я взять не могу, но дочь я здесь не оставлю. — Будет сделано Госпожа. — Мне нужно сходить сейчас кое куда, если кто-то спросит, придумай что-нибудь. — Госпожа, но разве могу я вас отпустить одна? — Я Келбек с собой возьму. Ее ещё не все знают в лицо, будет не так заметно. Гюльшах лишь промолчала. Я позвала Келбек, и вместе с ней я отправилась к Хюррем. Мне было все равно что сейчас ночь, и возможно она спит. Мне нужно было срочно с ней поговорить. — Пропустите меня - сказал я стражникам. — Извините, но Хюррем султан приказала никого не впускать. — Мне срочно нужно к ней в покои. — Не положено Госпожа. Я достала мешочки с золотом, и отдала в руки стражникам. Сначала они не особо верили в затею, но позже все таки согласились. — И ещё, забудьте о том, что я здесь была - сказала я, перед тем, как войти в покои Хюррем. — Что такое? Я же просила никого не впускать! - начала возмущаться Хюррем, пока не увидела, что это я — Махидевран? Что привело тебя ко мне в столь поздний час. Я думала ты у Сулеймана. — Нет Хюррем. Мне есть что тебе сказать. — И что же? — То, что теперь в покоях Султана каждую ночь проводит Виктория. Ах да, она теперь не Виктория, а Садыка! — Что? Она приняла ислам? Ох Аллах, это плохо. Это очень плохо! Я надеюсь что ребенка нам ждать не следует? — Я надеюсь. — Ну если что от ребенка всегда можно избавиться, как и от нее. Думаю нам это не составит труда. — А вот тут ты ошибаешься, не нам, а тебе. Меня отправляют в Манису. — Но Мустафа ещё мал, чтобы править санжаком - с непониманием спросила Хюррем. — Я еду без него, это некая проверка, как все готовятся к его правлению. — Ссылка? - с вопросом посмотрела Хюррем. — Я склона к этому ответу. — И насколько долго? — Месяц - два. — Да уж, а я уже привыкла к нашим разговорам. — Думаю, ты найдешь с кем поговорить. — Даже не сомневайся. Когда ты отправляешься? — Завтра. — Это плохо, мне сказали ещё минимум три дня лежать. Как бы за это время эта Садыка в госпожу не превратилась. — Ты разберёшься с этой проблемой, а мне уже пора - я встала и собиралась выйти, как голос Хюррем меня остановил. —Стой! Подойди ко мне. — Что такое? Не успела я ничего предпринять, как Хюррем обняла меня. Конечно не так, как обнимают меня Мустафа или Сулейман, скорее этого выглядело как будто она в меня случайно врезалась, но это действие означало одно, я уже как-то изменила историю. Уже в эти годы мы с ней воевали, а сейчас мы обнялись. Я была в ступоре, Хюррем же ждала хоть какой-то реакции от меня. На секунду мне даже показалось, что она пожалела о случившемся. — Я тоже буду скучать Хюррем - с улыбкой сказала я, и все же вышла с покоев. Зачем я это сказала? А главное почему? Может чтобы успокоить себя или ее? Ведь наша "дружба" не сможет существовать. *** Я дошла к себе в покои, где служанки активно собирали вещи, и легла спать. Завтра сложный день.