Escape/Побег

/Pov Чонгук/ — З-зачем?.. — дрожащим голосом выдавила Лиса. Серьёзно? Она ещё спрашивает, хотя видно, как боится. Эта девушка сведёт меня с ума. Я шумно вздохнул, стараясь не поддаться раздражению, и медленно направился к кровати. Лиса продолжала стоять, но напряжение в её позе выдавало, что она готова бежать — вот только бежать некуда. Комната закрыта, а я слишком близко. Она начала пятиться назад с каждым моим шагом, будто стараясь соблюсти дистанцию, которой уже не существовало. Меня это забавляло. Её страх питал моё удовлетворение, но вместе с тем... раздражал. Почему она так боится? Я не прикасался к ней даже пальцем. Пока. — А что ты сама думаешь? — протянул я, наблюдая, как её плечи вздрагивают от одного только моего голоса. Она замерла, когда спиной наткнулась на край кровати. Некуда больше пятиться. Я усмехнулся, отметив, как её глаза метнулись в сторону, отчаянно ища спасение. Только его не было. Оно никогда не приходило для тех, кто оказывался в этой комнате. Я сделал ещё один шаг, и этого хватило, чтобы она потеряла равновесие и упала на кровать. В этот момент она зажмурилась, будто ожидая удара или чего-то худшего. Её губы дрожали, а руки сжались в кулаки на покрывале. Она вся сжалась, поджимая плечи, будто пыталась спрятаться в самой себе. Странно... я не видел её такой. Вчера она смотрела мне в глаза с дерзостью, с вызовом. Теперь же передо мной была напуганная, уязвимая девушка. Это выглядело... даже мило. Нет. Не то слово. Не сейчас. Я не должен об этом думать. Я медленно наклонился, нависая над ней, позволяя ей ощутить моё присутствие каждым нервом. Она чувствовала, что выхода нет. Чувствовала меня. И это заставило меня усмехнуться. — Прошу... не... не надо... — её голос дрожал, слова срывались с губ едва слышным шёпотом. Я смотрел на неё сверху вниз, наслаждаясь этим зрелищем. Всего несколько минут назад она была такой дерзкой, смелой, бросала мне вызов взглядом, а теперь сжалась подо мной, пытаясь слиться с кроватью, будто надеялась, что если станет достаточно маленькой, я её не замечу. — Куда делась твоя храбрость? — усмешка скользнула по моим губам. Я видел, как её тело напряглось, как пальцы судорожно сжали простыню. Она не отвечала, но в глазах что-то промелькнуло — искра, упрямство, попытка вернуть контроль. — Всё уже не боишься? — спросил я с явным наслаждением. Её спина перестала быть такой натянутой, плечи медленно расслабились. Глаза, полные ужаса, вдруг наполнились странной твёрдостью. Она будто пыталась вспомнить, кто она есть, будто цеплялась за ту самую храбрость, которую я только что высмеял. Но её руки всё ещё крепко сжимали грудь, скрывая её от меня. Попытка защиты, слабая, но всё же попытка. Мне нравилось наблюдать за этим контрастом — между страхом и желанием сохранить достоинство. Интересно, сколько ещё она сможет держаться? — Д-да! – её голос предательски дрогнул. Я усмехнулся. — Тогда сделай то, что я сказал. Она сжала губы, а её пальцы ещё сильнее вцепились в кожу на плечах, как будто надеясь, что так сможет спрятаться от реальности. — Н-нет! – голос нервно сорвался, но она всё же не отступила. Вот это уже интереснее. Я медленно склонился ниже, намеренно не сводя с неё глаз. — Жаль, я не вижу ту храбрую девчонку, которая пыталась спасти остальных, – в голосе звучала насмешка. – Куда ты её потеряла? Она вздрогнула, но не ответила сразу. — Тогда... тогда мной управлял адреналин... – наконец пробормотала Лиса, отводя взгляд в сторону, словно надеясь, что, если не смотреть на меня, её слова будут весить больше. Я хмыкнул и с силой взял её за подбородок, вынуждая снова посмотреть мне в глаза. — Значит, так? – произнёс я медленно, растягивая слова. – Хочешь, я верну тебе этот адреналин? Её дыхание на секунду сбилось, зрачки дёрнулись, словно сердце тоже пропустило удар. — Н-нет... н-не обязательно... – едва слышно ответила она, но я видел: её тело говорило за неё. Руки дрожали, плечи вздымались в прерывистом дыхании. Боится. И это мне нравится. Я ухмыльнулся, опустив её лицо. Но с той же рукой я направился на спину девушки, чтобы расстегнуть её верхнюю часть белья. Она так испуганно посмотрела и по её телу побежали куча мурашек. Она попыталась не дать проход между её телом и кроватью на её лопатки, больше сжимая себя на матрас. Но это, как всегда, напрасно, ведь я гораздо сильнее её. Я с лёгкостью приподнял её уверенно дойдя до крючка её белья, продолжая наблюдать за её реакцией. Она правда боится или притворяется. Я не знаю. Она сейчас выглядит такой невинной. Я со мной тоже что-то. Если тут лежала другая женщина, то я и не церемонился бы с ней. Но с ней хочется играться. Она правда очень хорошая игрушка, которая дрожит от страха. Я ловкостью расстегнул застёжку лифчика, и глаза девушки почти не полезли в лоб. - Ты что девственница, почему так дрожишь? - наклоняясь на её ухо еле слышно проговорил я и на спине девушки появился холодный пот. Я начал поглаживать её лопатки и опять поднялся посмотреть на её реакцию. Она так побледнела. Она что правда девственница? Получается ты и в правду ангел да? Хэх, как же хочется тебя испортить. Я ухмыляюсь на свои же мысли. Она уже не могла проронить ни единого слова. Я начал гладить её по спине, и ухмылка не спадала с моего лица. Кожа, которую я трогаю, была такой бархатной и нежной, что просто хотелось так прикасается к ней. Но у меня есть важные дела кроме этого. Поэтому я резко выдернул руку, заключил в плен руки девушки над её головой. Потом и не пройдя секунды избавился от ткани который прятал прелесть девушки. Девушка, секунду пролежала в шоке, потом начала брыкаться, пытаясь вырвать руки и спрятать то что я уже глазею несколько минут, с хитрой ухмылкой, которая походу совсем не нравится девушке. — Отпусти! — кричала она, брыкаясь, но как бы она не старалась, ей не справиться с моей силой. — Отпусти! Что тебе нужно! Её голос такой звонкий, что когда кричит, то и в правду из уха может идти кровь. Я, как-то привыкнув на её голос, посмотрел с грозным взглядом. Я знаю, что многие боятся от моего взгляда. Но она не видела моего взгляда, пытаясь как-то выйти от захвата, брыкаясь. Мне это уже начало надоедать — Успокойся! — крикнул я, не выдержав, её истерику. Она моментально остановилась и посмотрела прямо на меня — Отпусти! — еле слышно, но очень холодным голосом сказала она. Как бы угрожая. Я не стал обращать внимание на её слова поэтому свободной рукой быстро поднял правую грудь девушки, но не смотрел что там, наблюдая и наслаждаясь эмоциями на лице девушки. Когда я положил руку на её грудь её и так большие глаза стали ещё на два раза больше. Потом я посмотрел, чтобы проверить, и на удивление, там и вправду была родинка, на то что я усмехнулся. Я опять переместил взгляд на глаза девушки и начал мать полушарие то что находится под моей рукой. Ухмылка не спадала с моего лица. Девушка была в ужасе, и начала опять брыкаться. И это конечно мне не понравилось и так сильно сжал её грудь, что есть силы, на что девушка пискнула. По её глазам потекли слёзы, давая мне ещё больше удовольствия. Как же приятно причинять боль кому-то особенно женщине. Если в добавок дать и моральную боль со страхом в тройне даёт удовольствие. Решив, что надо продолжить проверку, я потянул руку на замок её джинсовых шорт. Она не переставала брыкаться и говорить не делать этого, но я, как обычно, не слушаю рыдание. Быстро справившись со замком, одним движением повернул девушку на живот. Знаю, что она, быстро может встать с этого положения, поэтому я встал и положил свое колено на её спину, таким образом, не давая девушке шевелиться. Талия конечно у девушки то что надо. Потому что моё одно колено почти был размером с её талией. Не солгу, что у Лисы просто офигенная фигура. Я бы с удовольствием трахнул бы её. Но я пока должен решить более важные дела. Она начала дышать тяжело. Я посмотрел на неё склонившись немного вперёд. — Устала брыкаться? — в моем голосе было веселие. Ведь сейчас я просто наслаждаюсь видом, который лежит передо мной — Т-тяжело дышать - еле сказала она. Я посмотрела на свою ногу. Я так не хило нажимаю её живот. Наверное, дышать трудно. Но что поделать я безжалостный. — Хочешь я отпустил тебя? - с издевкой спрашиваю я. Она еле кивает — Тогда лежи смирно, и я отпущу тебя после того как проверю — сказал я. Она глубоко вздохнула, как будто пробежала целый марафон. Я немного ослабил ногу, проверяя что она не будет ли пытаться встать. Если хоть раз попытается, то пощады от меня не ждёт. — Хорошая девочка — говорю я, смотря что она уже лежит не подвижно и убираю ногу со спины девушки. Слеза от неё быстро снял с неё шорты. У неё осталось только белые трусики. Она покорно и неподвижно лежала, на что я опять усмехнулся. Её длинные волосы как смоль располагались по пояснице и закрывали её лицо. Я хотел увидеть страх или какую-нибудь реакцию убрал прядь волос, которые спадая на её лицо закрывали лицо, увидел очень грустную и вся в боли глаза. Конечно я всегда наслаждался такими взглядами, но только сейчас что-то произошло в районе груди. Я не понял, но почему-то мне не понравилось её взгляд, направленный на простыню и тихо падающая слеза на постель. Она медленно подняла взгляд на меня. Теперь в её взгляде я увидела надежду. Это надежда на то что я больше не трону её? Походу я долго смотрел, раз в её глазах появилось это чувство. Чонгук соберись, ты должен выяснить не она ли это. Я немедля спустил и трусы с её задницы и увидел шрам на левой половинке. Что-то внутри меня пошатнулось. Впервые за долгое время я не чувствовал привычного торжества от чужой слабости. Вместо этого внутри разлилось странное, неприятное чувство — как будто я посмотрел в зеркало и не узнал отражение. Я резко поднялся с кровати, избегая её взгляда, хотя обычно ловил такие моменты с особым удовольствием. Почему сейчас я не мог смотреть ей в глаза? Почему, увидев эту немую мольбу, этот неподдельный страх, я вдруг почувствовал... нет, не жалость — я не способен на жалость. Но что тогда? В горле встал ком. Дерьмовое чувство. Я сделал шаг к выходу, но внутри всё ещё что-то свербило, царапало, оставляя неприятные следы на самообладании. Я слышал её тихое дыхание за спиной, чувствовал, как она напряжённо ждёт моего следующего шага. Я должен был закончить начатое. Я всегда довожу дела до конца. — Я та девушка, которую вы ищете, да? — её голос был хриплым, срывающимся, будто она долго сдерживала крик. Я застыл, пальцы замерли на дверной ручке. Медленно, словно в замедленной съёмке, я повернул голову. Она сидела на кровати, полуобнажённая, с мокрыми глазами, наполненными болью и... смирением? Чёрт возьми, почему мне невыносимо смотреть в эти глаза? Я выровнял дыхание, заглушая ту дрожь, что поднималась где-то в глубине груди. — А ты та девушка? — мой голос был ровным, холодным, словно я не чувствовал внутри себя этот странный, раздражающий дискомфорт. Лиса сглотнула, её плечи вздрогнули. — Я знаю, что у меня есть родинка... и шрам, — тихо произнесла она, будто сама не была уверена, стоит ли ей это говорить. Где-то глубоко внутри меня что-то хрустнуло. Я молчал. Глаза скользнули по ней, по её тонкому телу, по растрёпанным волосам, по влажным следам слёз на щеках. Я ничего не сказал. Просто отвернулся, вышел и с глухим щелчком повернул ключ в замке.