Мальчик из магазина

      Джисон встал весь помятый и со следами одеяла на щеке, на часах было шесть утра с хвостиком. Вторая сторона кровати пустовала и от этого было как-то грустно и холодно. Странная вчера ночка была. Про поцелуй Хан старается не думать. Его по-сути и не было. Это просто момент был для него подходящий, пока Минхо не испортил всё. Вдох, выдох. Возможно, Джисон начал чуточку нервничать из-за Минхо. Совершенно неосознанно, зевая на ходу, он идёт на кухню всё ещё в состоянии полусна, матерится когда спотыкается о кота и конечно сразу же извиняется перед пушистым будто животное его понимает.       Машинально делает себе чай, словно находится у себя дома. Обязательно с тремя ложками сахара и нет, не слипнется. Интересно, а сколько Минхо кладет сахара, а может он любит чай с лимоном? В холодильнике должен быть лимон.       Закрыв дверцу холодильника, Хан верещит как в ужастиках когда призрака видят. — Придурок блять! — Орёт Минхо хватаясь за сердце и чуть не падая с подоконника. — Я?! Это ты тут сидишь как сова, молчишь. Я тебя даже не заметил, — жалуется Джисон держа лимон в левой руке, уже готовой кинуть его в глаз человека напротив. А у Минхо лицо такое будто он и есть лимон или по крайней мере съел с десяток. — Это мой дом где хочу там и сижу. — Он рукой по волосам проводит, прикрывая глаза. Наверно и сам испугался чужого писка. Джисон приводит дыхание в порядок и замечает открытое окно и сигарету в руке старшего, хмыкает. — О кошках подумай вон, сигареты вредны для здоровья. — Это тебе в школе говорили? — С сарказмом. — Это говорит наука, — смотря прямо в глаза — выкидывай.       Никто взгляда не отводит. — Младшеклашка. — Старпёр. — Мне так то всего двадцать три — Минхо тушит сигарету об пепельницу, перебираясь небольшими шагами по комнате. — Скоро пеплом станешь. — Комментирует откусывая бутерброд и запивая чаем — Слушай, я вообще-то уходить собирался — А зачем врать правильно? Рано или поздно всё это бы закончилось. Лучше уж на корню пресечь. — Ну и куда? — Джисон замялся, а Минхо насыпав корма котам садится на свободный стул за стол. — Послушай, я понимаю что тебе трудно, но Джисон тебе надо разгрузить мозг и подумать о том, что делать дальше. Вечно избегать родителей и будущего не получится — Минхо качает головой. — Я не хочу быть тут нахлебником. — У тебя крошка на щеке — он показывает на левую щёку, в ответ слышится громкое «Ой». — Я был в похожей ситуации, так что всё понимаю — разводит руками старший прикрывая глаза на несколько секунд.       Вот те раз. — В школьные времена родители спалили меня с моим тогдашним бойфрендом — Минхо жмёт плечами и помешивает чай который Хан успел налить старшему. — Тот начал говорить, что это я виноват во всём «оголубил», переманил на неправильную, тёмную сторону, столкнул с правильного пути, испортил его короче. — подводит итог Минхо. Джисон хотел было запротестовать, что портить то как бы нельзя никого этим, это работает не так и вообще! А Минхо стащил его бутерброд и откусив продолжил — Ну, и они решили тоже меня перевоспитать. Думали вся дурь выветрится если поживу у деда. Дурь не выветрились, а с дедом я жить остался. Он был единственным кто тогда понял и принял меня. Я был правда рад.       Джисон оглядывается. Наверное в поисках деда. — Ты и вправду дурачок а? — Хану достаётся щелчок по носу, он хмурит брови и трёт нос, — Я жил вот в этом городке. Тут люди другие, более добрые и мест красивых много. Летом часто гулял, искал какие-то особенные. У деда друг ещё держал магазин в то время там и подрабатывал. Чонин внук, которому достался этот магазин в наследство. Он его не забросил, а наоборот вложился и теперь это неплохой бизнес. Сейчас лето, поэтому снова там сижу. — А с парнем что стало? — Ну мы с ним списывались как-то он придурком был, испугался, текста было много даже читать устал, зато в каких красках и подробностях. Конечно, я как самый великодушный — Джисон фыркнул — его уже сто раз простил и сказал, что всё нормально. Благодаря ему у меня считай жизнь наладилась, друзья появились, учёба в гору пошла. — А ты ещё и учишься? — У Хана глаза загорелись и он даже поближе присел. У Минхо на коленях уселся довольный Дуни или Суни. Джисону надо запомнить где кто. — Угу. — А на кого? — На покорителя сердечек милых мальчиков — он улыбается мило, губы дует. — Фу, хён, ужасно — Джисон смеётся прикрывая рот ладонью. — А вчера ты был не против. — Я все ещё не против. — Неужели? — Слышится этот сквозящий сарказм, Джисон руками теребит край футболки смотря куда-то под ноги себе. — Ты только не смейся. — Ни в коем разе. — Я не ночевал ни у кого ещё. А ты вообще таким взрослым кажешься, и умным, и атмосфера была прикольная почему нет то? — Он обиженно в глаза заглядывает. — А то есть целоваться с незнакомцем тебе норм? — А вдруг мы как в манхвах были знакомы 10 лет назад просто забыли? — В противовес. Только Джисон сам понимает, что глупо это всё. И когда он успел стать таким?       Минхо смеётся. Почему-то думается, его смех это лучшее, что Джисон слышал. — Тебе точно норм с парнем сосаться будет? — Не просто с парнем. А с тобой. — О, как мы уже, — Минхо смотрит на Джисона в своих вещах. Мило — не просто с парнем, а с тобой — повторяет он чужие слова. — Точно! — Кот с чужих колен вскакивает от громкого звука, Минхо провожает расстроенной мордашкой пушистого. — Чего? — Я придумал, что мне делать чтобы отплатить тебе — совершенно серьезно. Перевести тему звучит как что-то чудесное способное спасти от неловкости, а у Хана щеки пунцовые немного. — О боже — Минхо закатывает глаза и уже собирается встать и уйти. — Я могу прибирать в доме. И когда найду работу то платить тоже буду — глаза горят как говорится и он уже готов выдраить весь дом до блеска. — Хорошо. Только не сломай ничего и не убей котов — Минхо выдыхает. — Да-да — слышится от младшего когда он встает начиная мыть чашки.       По скромным представлениям Джисона день проходил максимально необычно. Они с Минхо, после того как он перемыл всю посуду и навёл порядок в квартире (не то чтобы Минхо не просил его присесть хоть на минутку), устроились на кровати с ноутбуком и котами и смотреть сериал. В голове всплыла фраза «Netflix and chill» от чего уши предательски покраснели.       Каждый день Джисона мог начинаться по разному: то разбудит его какой-то старый дед, либо полицейский от которого приходилось убегать на больших скоростях (и хорошо, что Джисон был спортсменом), один раз так на него голубь сел, когда он заснул на лавочке в парке, а потом путешествовал с ним немного. Первые дни своего побега он радовался конечно, жил в мотелях. Но это во-первых не безопасно, а во-вторых все же дороговато, тем более в крупном городе. Первым делом он искал себе работу, мыть посуду, полы, разносить заказы, общаться с клиентами — за пять месяцев он достаточно приноровился к этому. Он даже побывал подопытным у тату-мастера и теперь на его ноге красуется змея — за это ему неплохо так заплатили.       Хан не особо думал что делать дальше, он думал лишь о том чтобы пережить очередной день найти ночлег, купить еды, убраться как можно дальше от места под названием дом.       Друзей у него не было. Ещё бы, его родители, завидев какого-либо парня рядом с Джисоном начинали сразу плеваться ядом и говорить, что ему такие друзья не нужны. Он конечно общался с девочками, но те сами себе на уме, плюсом к этому Джисону часто говорили, что у него больше щёки и ему надо бы похудеть. Дохуделся он до обмороков как-то. Не помер и на том спасибо, хотя в те времена ему было отлично: веская причина пропускать школу. А потом решил, что хватит мучить себя и свой организм. Его жизнь была полна ограничений, даже дни рождения не с кем было отпраздновать, родители забывали про них иногда, но это было не так важно всё равно торт не приносил радости, а сладкая вода не была вкусной, со временем праздники потеряли смысл. Когда Джисона познакомили с его будущей женой (тогда он не догадывался о планах родителей) он посчитал её милой и симпатичной, надеялся поладить, стать друзьями. Родители на одном семейном ужине сообщили том, что у него будет жена, ребёнок, работа — обычная жизнь. Шестерёнки то в мозгу зашевелились, Джисону стало так обидно и больно, и он не знал почему. Потому что практически всю жизнь его пытались исправить (все считали его ошибкой) или потому что он делал то, что ему говорили не слушая себя. Он следовал всем советам, он хотел порадовать своих родителей, не хотел падать в их глазах, но Джисон осознал, что теперь они не воспринимают его как своего сына того «Джисона» им всё равно какой Джисон на самом деле, для них он теперь ошибка. Просто клякса упавшая с пера и заморавшая пергамент. Идеальной семьи в глазах общества не получилось.       Самым простым способом было сбежать. Куда? Неважно. Просто бежать, падая, раздирая колени и ладони в кровь, плача в голос. Джисон провёл тот день как улыбаясь, помогал маме по дому, пробовал помочь отцу в гараже, но тот только разозлился и чуть ли не кинул в сына гаечный ключ. Джисон был чуть-чуть непутевым, но всегда старался. Вечером он пожелал родителям спокойной ночи и почистил зубы, как примерный мальчик. На следующий день они должны были идти ужинать к сестре матери. Сердце билось как бешеное, отдавая болью в висках, но он понимал сейчас или никогда. Джисон собрал рюкзак и долго мялся перед тем как взять альбом с карандашами (всё же хорошо, что взял это помогало ему отвлечься или выплёскивать эмоции, иногда к нему подходили люди и спрашивали не рисует ли он портреты, удалось заработать несколько вон). Под покровом ночи Джисон оставил записку на холодильнике, под магнитом в виде винограда, что-то банальное в духе «Я не хочу жить по вашим правилам. Хочу найти настоящего себя» и ушёл. Закрыл ворота дома и побежал, ночной воздух ощущался холодным. В круглосуточном он купил консервы, хлеб и газировку. Мама говорила, что там слишком много сахара и поэтому Джисону с его весом не стоит что-то подобное пить. Было вкусно.       Свобода на вкус как лёгкий ветерок в лицо, как бескрайнее звёздное небо над головой (хотя в Сеуле не так много звёзд), как газировка выпитая на пороге магазина со вкусом арбуза и клубники. Сладко.       Свобода похожа на каждую протертую тарелку, каждый отнесенных заказ, каждую ласковую улыбку и «спасибо» полученные в ответ. Приятно.       Свобода как самый тяжёлый день на работе, как крики начальника, как эти невзначай брошенные взгляды на джинсы с пятнами осуждающие, как пустой живот вот уже третий день. Обидно.       Свобода — такое многогранное слово. Джисон хочет узнать его значение везде, во всём, он рад что может почувствовать жизнь на вкус, такую разную необычную непредсказуемую и это просто потрясающе. Он и подумать не мог что его жизнь перевернётся на триста шестьдесят.       Сейчас он лежит с Минхо в кровати практически в обнимку, улавливая обрывки фраз из сериала, чужая рука перекинута через его плечо.       Свобода любить кого-то. Джисон аккуратно кладет голову на плечо Минхо и надеется, что старший не слышит его сердцебиения и не увидит покрасневших ушей. Ему хочется сказать спасибо раз сто и заплакать уткнувшись в чужую грудь.