Зависимость

— Да уж, Эми. Ничему тебя жизнь не учит.       Соник своими словами вызывает вопросительный взгляд у девушки. Она приподнимает бровь, смотрит на него как на умалишенного, а потом резко разрывает их рукопожатие, осознав, что оно длится слишком долго для приветственного жеста, сжимая свою руку в кулак. — Не понимаю, о чем ты говоришь, — со скрываемым раздражением проговаривает Эми. — Посмотри прогноз погоды, а потом на себя в зеркало.       Продолжить этот диалог не дал вопрос летучей мыши о том, знакомы ли они, ибо, судя по нахальной интонации Соника, оно действительно было так. И синий еж отвечает предельно честно — «доводилось переговориться пару раз в колледже». Он упускает подробности, которые произошли в баре, и получает благодарный взгляд Эми. Ей было все равно, узнает об этом Руж или уж тем более Наклз, первой она рано или поздно расскажет сама, но пока что не желает упоминания об этом.       Соник же всего навсего придержался одного из своих моральных принципов. В этой ситуации учавствовали как он сам, так и девушка. Он бы мог рассказать о неприятном случае, если бы участником являлся только он один, но с Эми они не устанавливали договор о том, можно ли упомянать об этом при ком-то другом. Нет разрешения — нет и разговора.       Для Роуз такие моменты многое значили. Сейчас она увидела то, что парню не безразличны ее чувства по отношению к этому инциденту. Будь на его месте Скордж, он бы точно сболтнул что-то в стиле: «Прикиньте, что произошло на неделе…», независимо от того, находится Эми рядом или нет.       Осознав, как была невольно проведена эта параллель, Эми нервно запускает пальцы в свою челку, распределяя локоны на правой части лица более равномерно, чтобы хоть немного скрыть тоску в своих глазах, которая мгновенно преображается в некое подобие решительности. Она совершенно точно не хочет и не будет думать о Скордже сейчас, не для того Руж вытащила ее из теплой постели в холод. — Кстати говоря, — в голосе Наклза четко выделялось беспокойство, как и в его взгляде, с которым он посмотрел на летучую мышь. — можете объяснить, что произошло? — Да не парься об этом, — беззаботно отозвалась Рейдиенс, закинув руку на плечо парня и незаметно убрав нож в другой ладони во внутренний карман легкой куртки. — Наркоман словил глюки, перепутал Эми со своей любовницей и начал за руки хватать. Не получилось отвадить его по-хорошему, я применила радикальные меры.       По сведенным к переносице бровям было понятно, что Наклза не очень-то успокоило объяснение произошедшего. Он осведомлен о том, что Руж носит с собой клинок и хорошо умеет им владеть, опасность ей не грозит, как и всем, кто находится рядом с ней, но все равно расспрашивает, в порядке ли они. Летучая мышь с улыбкой закатила глаза и слегка приблизила свое лицо к его лицу, ответив с ухмылкой, что он до забавного милый, когда беспокоится о ней. Парень лишь фыркнул в ответ, ничего не говоря при этом. — Ты его случайно не убила? — хмыкает Соник, кинув мимолетный взгляд на обездвиженное тело мужчины. — Он вообще не подает признаков жизни. — Эй, ты в курсе, что близок к тому, чтобы меня обидеть? — без наигранности возмущенным тоном отвечает ему Руж. — Раны, что я оставила, равны глубоким царапинам. Через некоторое время оклемается и будет думать о случившемся как о части галлюцинации. Не переживай, не сдохнет. — Да мне без разницы, сдохнет он или нет, — циничным тоном говорит еж, пожимая плечами. — Меня парит, не заявит ли он на тебя в полицию, если запомнил твое лицо.       Неожиданно для всех Руж прыскает в кулак. По прошествию секунды уголки ее губ немного кривятся, улыбка слегка спадает с лица, взгляд теряется под завесой густых ресниц. Через короткое мгновение она поднимает глаза снова на синего ежа с долей иронии во взгляде, недвусмысленно усмехается и произносит: — Поверь мне, ничего он не запомнил.       В ответ Соник ничего не говорит, только выпускает сигарету, доведенную до основания, из пальцев, придавливая ее носком кроссовка. Ребята двинулись вперед — к назначенной цели или куда глаза глядят, Эми было неизвестно. Хотя, Руж рассказывала, что они крайне редко идут куда-то намеренно. Чаще всего они бесцельно шляются по улицам, делая остановки, где придется. Дорога привела их к заброшенной детской площадке — они остаются и тусуются там, все просто.       Наблюдать за этой троицей было одним сплошным удовольствием. Руж и Наклз временами мило ворковали, в перерывах на какие-то мелкие перепалки. Девушка забрала у него свою зажигалку, давая ему подзатыльник за то, что тот якобы решил попробовать сигарету. Наклз возмущается мол, на кой ему эта отрава сдалась, и объясняет, что Руж по случайности засунула ее не в ту куртку. Когда летучая мышь недоверчиво щурится, парень будто в отчаянии просит синего ежа подтвердить его слова. В ответ Соник беззаботно заводит руки себе за голову и говорит, чтобы друг не впутывал его в их семейные разборки.       Эми довольно часто смеялась с их разговоров — бесшумно, не желая кому-либо мешать своим смехом. Так же за все десять минут их непринужденной прогулки успела собрать множество раздраженных взглядов Руж. Они условились, что Эми не будет бояться вставить слово в их разговоры, что не будет думать, что она кого-то беспокоит своим присутствием. Ежиха тогда пообещала выполнить все пункты из этого перечня, но как только дело дошло до практики, не смогла себя заставить. Пыталась лишний раз даже не бросать взгляды на их компанию, не желая привлекать к себе внимания.       Совсем скоро, буквально через полторы минуты, терпение Руж лопается. Она встревает в диалог парней, прерывая их болтовню о новой вышедшей игре на консоли, чтобы передать слово Эми. Наклз притих от навязчивого неприятного ощущения, что они все это время усиленно делали вид, будто четвертого человека тут нет, и мягкостью направленного на ежиху взгляда пригласил ее вступить в их переговоры. Соник же принимать вот так просто такую, по его мнению, наглость не стал, чуть нахмурив брови. — Эми, по-твоему, кто-то затыкает рот? Мы не на королевской аудиенции, чтобы индивидуально давать каждому право вставить фразу. Хочет — пусть говорит, не хочет — не говорит. Только в таком случае, в чем был смысл приводить ее, если она явно не хочет.       Руж по мере того, как говорил еж, все больше хотелось засунуть ему свой клинок в рот, чтобы заставить его замолчать. Она предупреждающе сверлила его гневным взглядом, в надежде, что он остановится или хотя бы посмотрит на Эми, и увиденная реакция заставит его умолкнуть. Ежиха с момента прерывания мышью разговора парней, смотрела на них с неким испугом и нервно сжимала локоть правой руки пальцами.       Рейдиенс уже хотела сказать ему пару ласковых слов, но была прервана Эми, что резко набралась уверенности и с возмущением выпалила, не сорвавшись на крик, но заметно повысив свой тон: — Откуда тебе знать, чего я хочу? Мне просто непривычно находиться в большой компании, — на этом моменте Соник иронично вздернул бровь, заставив Эми невольно помяться и убавить громкость голоса. — Я вас не знаю, поэтому боюсь прервать кого-то или остаться неуслышанной. — под конец фразы все напор и решительность исчезли, являя перед собой неуверенную неловкую интонацию девушки.       Между ними образовалось напряженное молчание. Руж и Наклз аналогично не выдавали ни слова, первая не знала, на кого смотреть сейчас: злобно на Соника или поддерживающе на Эми, а второй с интересом глядел на летучую мышь, теряясь в догадках, станет ли она встревать в намечающуюся перепалку или нет.       Хотя, напряженным это молчание было только для Роуз. Соник все так же хмурил брови, сейчас уже не из-за раздражения, а из-за того, что думал. Вспоминая то, как она вела себя в баре, и глядя на то, как показывает себя сейчас, он мог сказать, что это были две разных, совершенно не похожих друг на друга личности. Хотя, когда она только начинала говорить, он ясно проследил отголоски той нахальной самоуверенной интонации, прямо как в самую первую их встречу, когда она чуть не сбила его с ног. Было ли это последствием ее возмущения или действительно намеком на ее, так называемое, «альтер-эго», — ему было непонятно, но теперь он точно убедился в его существовании. Убедился потому, что отчетливо видел, что чем больше затягивалось молчание, тем хуже держалась уверенность на поверхности ее глаз. Видел, как она нервно сжимала в пальцах локоть, и как терялся ее взгляд на его лице, хотя она пыталась смотреть четко ему глаза. Он сразу догадывается — хотела этим выдержать собственную мнимую уверенность. — Ты можешь говорить все, что пожелаешь, — на удивление смягчившимся голосом говорит Соник, поймав на себе удивление ее глаз. — Никто осуждать тебя не станет. — Вот именно, — поддержал его слова Наклз. — Лично мне крайне интересно, почему Руж считает тебя крутой. Редко, когда она так отзывается о людях. — Ну да, обычно меня все бесят, — саркастически произнесла Рейдиенс, скрещивая руки на груди и закатывая глаза.       Эми, прикрыв рот, прыснула себе в ладонь. Неловко пытается начать разговор, вспомнив, что парни не так давно обсуждали консольную игру, спрашивая об их предпочтениях в этой теме. И, как ни странно, у них нашлось много общего, особенно с Наклзом, у которого дома была целая коллекция из всякой компьютерной дребедени. По его словам в особенности ему нравятся игры с убийствами разных существ. — Когда-нибудь я сожгу всю твою геймерскую хуйню и заставлю тебя смотреть на то, как все это будет гореть, — хмуро и одновременно злорадно отозвалась на эту тему Руж.       Она отжала у Стоуна колонку с первой секунды начала обсуждения этих ненавистных ей игр, аргументируя это тем, что слушать об этом она не хочет, лучше будет наслаждаться своим плейлистом, составляющий, в основом, треки со смысловой нагрузкой и невероятной ритмичностью. Соник сразу же умолк, потому что, как и говорил ранее, не хотел влезать в их разборки, выступая вместе с Эми слушателями. — Только попробуй, — на удивление спокойно проговорил Наклз. — Я повыкидываю твою косметику, если увижу, что хоть один диск пропадет. — Ты бессмертный, что ли? Я ведь сдержу обещание и выебу тебя. — Не смеши меня. У тебя не хватит сил даже на то, чтобы обездвижить меня. — Хочешь попробовать? Я этими руками уложила на лопатки с десяток мужиков крупнее тебя.       По нахмуренным бровям Рейдиенс было понятно, что высказывание парня ее явно задело, и что она совершенно серьезна в своих словах. Их компания дошла до парка, поэтому, когда ехидна бросил в ответ новую язвительную фразу, Руж резко пихает его в сторону газона, подставляет ногу, заставив тем самым его упасть на землю. Наклз выпалил нецензурную реплику, спрашивая об умственном развитии девушки. Она прижимает его к траве своим телом, заламывает над головой руки, победно ухмыляясь.       Руж не давала ему путей, чтобы высвободиться, смеялась над его недальновидностью и нелепыми попытками вырвать свои руки из хватки. Наклз прекратил достаточно скоро, хмыкая и спокойным тоном подтверждая свое поражение. Дождавшись момента, когда девушка потеряла бдительность, он резко перехватил ее руки и теперь уже сам нависал над ней. После этого они чуть ли не в обнимку катались по газону, Руж яростно хотела одержать победу, скалясь и обзывая парня всеми известными ей ругательствами, а Наклзу было просто весело. — Не хватает попкорна, — с усмешкой произносит Соник, вызывая у стоящей рядом ежихи приглушенный смешок. — Они постоянно вытворяют такое? — спрашивает Эми, чуть подняв и повернув голову в сторону парня, который не отводил взгляда от парочки, готовой друг друга поубивать. — Ну, как тебе сказать, — Лостингер выдерживает небольшую паузу, чтобы сформулировать предложение. — Руж не так уж часто тусуется с нами. Но когда решит заявиться — происходит настоящий пиздец.       По последней фразе, что была наполнена искренним энтузиазмом и заметной усмешкой, Эми сразу поняла, что еж ни капли не преувеличивает. Однако, ее любопытство цепляется за смысл его слов, и она задает вопрос «почему», ответ на который Соник уже не обдумывает. — Она тебе не рассказывала? В таком случае спроси у нее сама. Единственное, что могу сказать — Руж очень много работает.       Эти слова совершенно не убавили интереса ежихи. На самом деле, она почувствовала вопиющую несправедливость, потому что Руж все время требовала ее рассказывать о себе больше, чем Эми могла себе позволить, буквально налегала с этой просьбой, в то время, как сама говорила о себе нечасто. И в темы, которые она затрагивала, никакая работа не входила.       Наклз и Руж закончили чистить собой газон и поднялись на ноги. Точнее, поднялся парень и предложил летучей мыши руку помощи, которую она приняла, а затем рывком заставила Наклза вновь оказаться на земле. Наблюдать за ними стало неинтересно, поэтому Соник повернул голову в сторону ежихи с желанием что-то сказать ей, но замолчал, даже не успев открыть рот. Она судорожно пыталась разблокировать свой телефон, не попав пару раз по нужным цифрам, а после нервно посмотрела на время. В ее глазах была такая несусветная тоска, что трудно было этого не заметить, поэтому парень тут же об этом спрашивает.       Эми не удостоила его взглядом, убирая телефон в задний карман шорт. Лостингер смотрит на нее и ясно прослеживает то, как некое разочарование в ее глазах сменяется подобием решительности и беззаботности. — Ничего серьезного, — уверенно проговаривает она. — Мне просто нужно быть дома не позже семи. — Семи? — искренне удивляется Соник, и его тон становится чуть более резким. — Но это же очень рано. Ты скрыла от родителей то, что пошла гулять?       Роуз мгновенно перевела на ежа взгляд, непонятно из каких эмоций состоящий. Гурман бы назвал это изумлением вперемешку с недоумением и щепоткой возмущения. Соник, ко всему прочему, разглядел в ее глазах яркий вопрос: «как ты, черт возьми, об этом догадался?!», на который отвечать не пришлось, потому что эмоции в глазах девушки утихают от осознания. Семь часов вечера — окончание рабочего дня у большинства населения штатов. Даже для строгих родителей установление такого дедлайна о возвращении домой было чересчур ранним.       Эми необязательно было отвечать, ибо тут и так было все понятно, но она все равно утвердительно кивнула. Немного поежилась, обнимая ладонями свои руки, чуть растирая их, чем сразу привлекла внимание ежа, и он неожиданно вспомнил, что изначально хотел сказать ей. — У тебя что, нет одежды теплее этой? Тебе ведь холодно, почему ты… — Волнуйся о своем здоровье, — резко отрезала Эми с заметным раздражением в голосе. — Ты о своем явно не паришься, кто-то же должен делать это за тебя, — спокойно или безразлично говорил парень, Роуз не поняла, но своим тоном он почему-то раздражал ее больше. — Ты это о себе, что ли? Мы разговаривали с тобой полноценно только три раза, два из которых ты меня нервируешь. С чего вдруг тебе переживать о моем здоровье? — Переживать — слишком громкое слово. Точнее будет сказать, мне не хочется, чтобы ты делала что-то себе во вред, это очень глупо.       Эми ничего не сказала в ответ, желая прекратить этот диалог как можно скорее. Однако, тишине не удалось продержаться дольше минуты, она была нарушена урчанием в животе у девушки. Она чуть вздрагивает, кинув мимолетный взгляд на ежа, который в этот момент обратил на нее свой взор. Резко отведя взгляд в сторону, она неловко опускает его на трещину на асфальте, нелепо кашляет, чтобы приглушить новые звуки недовольства ее желудка. День почти прошел, а она до сих пор так ничего и не съела.       В ее доме ведется четкий перечень продуктов. Контролируется все, вплоть до мелких конфет, завалявшихся с непонятно какого месяца в холодильнике. Сладкое не всегда было в наличии, но именно оно контролировалось больше остального, и это было обиднее всего, потому что у Эми дикая мания на него. Когда-то она попробовала украсть из холодильника квадратик от плитки шоколода, не входящий в ее половину. После этого ее отлучили от сладкого чуть ли не на полгода.       Эми побоялась того, что Соник скажет что-то из разряда: «Мало того, что ты не одеваешься по погоде, так еще и моришь себя голодом», но подошедшие Наклз и Руж спасли ее от этой участи. Впрочем, ничего в таком роде Лостингер и не стал бы говорить. Зачем ему вмешиваться в чью-то жизнь — это абсолютно бесполезное занятие. Ехидна отобрал свою колонку обратно, прокручивая сохраненные треки и усиленно пытаясь найти нужный.       Они оба были помятые друг другом, но ни Руж, ни Наклз даже не пытались привести себя в более менее порядок. У девушки было особенно приподнятое настроение от одержанной над Стоуном победы, она даже не пыталась удержать колонку при себе. Она резко хватает Соника под руку, посылая на его скейтборд, мирно покоившийся в рюкзаке за спиной хозяина, хищные взгляды, говорит о своем желании пойти в скейтпарк и просит одолжить свою доску.       Соник без колебаний соглашается и немного смеется от восторженной реакции девушки. Можно было предположить, что он очень доверяет ей, раз без всяких раздумий согласился на ее просьбу. В плане своего скейтборда — да, определенно доверяет. Чего уж тут таить, он лично учил ее кататься. Хотя, по началу думал, что Руж очень быстро забросит это дело, потому что желание это было импульсивным. Когда он заметил, как она восторженно смотрит на то, как он рассекает воздух на трамплине, он сразу понял, что стоит от этого ждать. Однако, в своих доводах он ошибся. Руж набивала себе множество шишек и синяков, которые Наклз едва успевал обрабатывать, много падала, но все равно продолжала. И пусть катание на скейте не стало для нее отрадой души, как для Соника, пусть не так мастерски, но летучей мыши это по-настоящему доставляет удовольствие.       По пути ребята очень много разговаривали. Смеялись на всю улицу, Руж даже намеренно делала это громче, чтобы услышать собственное эхо, слушали те песни, которые были по душе всем, и многие ассоциировались с общими моментами из недалекого прошлого, кого-то даже несло в пляс, и чаще всего, а точнее почти всегда это была летучая мышь.       Эми начала чувствовать и вести себя гораздо смелее, учавствовала почти во всех разговорах, хоть по началу и делала это с некой осторожностью, говорила приглушенно. Сейчас она могла любого пихнуть в плечо и сказать какую-то глупость, не было больше той неловкости, которая сковывала все ее тело. Во многом это была заслуга Руж. Не только потому, что с присутствием знакомого человека она чувствовала себя увереннее, но еще потому, что в большинстве случаев именно она заводила с ней разговоры, к которым тут же подключались парни.       На самом деле, ее совсем немного удивлял Соник, как в тот раз, когда она впервые увидела его улыбку. Она великое множество раз пересекалась с ним в колледже, и каждый раз на его лице был самый кирпичный кирпич из всех возможных кирпичных кирпичей. Иногда наблюдала его в компании пепельного ежа, но и в этом случае она не могла видеть у него такой множественный спектр эмоций. Его смех был заразительным, улыбка очаровательной, даже в закатывании глаз и злости у него было что-то цепляющее, что иногда не могло не привлечь ее взгляда. Она сама для себя не могла решить, чему удивляется больше: тому, что образ хмурого парня стремительно откреплялся от него или же тому, насколько сильно люди могут отличаться от тех теней, которыми они предстают в обществе. — Я жрать хочу! — вдруг выпаливает Руж, прерывая тем самым новую завязавшуюся беседу. — А еще бухать. Наклз, купишь мне пиво? — Ага, конечно, — хмыкает ехидна, двояко изгибая край губы. — любой каприз за Ваши деньги.       Ребята останавливаются около ближайшей сети быстрого питания. Внутрь зашли только Соник и Руж, остальные остались снаружи. Роуз хотела что-то сказать ехидне, но заметила, как он уткнулся в свой телефон, что-то активно печатая, поэтому девушка вовремя прикусила язык. Она бесцельно обвела парковку взглядом, горящую белым светом вывеску заведения, автомобили без водителей за рулем. Подняла глаза вверх, оглядывая хмурый цвет неба и тонкую ниточку луны, освещенную тусклым светом, которую вот-вот загородит туча.       Девушка вновь бросает взгляд на Наклза с толикой надежды в глазах. Он все так же с кем-то разговаривал, и она не стала его беспокоить. Вместо этого вытащила телефон, с опаской включила его и взглянула на время — два часа до семи вечера. Сжала пальцами углы смартфона. Как бы она хотела остановить или хотя бы замедлить время. Она резко переводит взгляд снова на небо, который немного теряется между серыми облаками от понимания, что возвращаться домой она не хочет, за долгое время ни в чьей компании ей не было так хорошо и комфортно. Даже в компании Скорджа.       Неожиданно для самой себя она вздрагивает при одной только мысли о нем. Немного хмурит брови, ибо совсем забыть о нем на сегодня все же не удалось. Долго сверлит дисплей своего телефона взглядом, после чего тяжело вздыхает и нажимает на мобильные данные.       Она быстро смахивает уведомления от каналов своих избранных блогеров — единственные, которые ежедневно приходили, пробегаясь по ним глазами, в надежде увидеть там единственный нужный ей никнейм. Когда такого не оказывается, разочарование не торопится отражаться в ее глазах. Возможно, соцсеть ей опять не скидывает оповещения о сообщениях.       От легкого порыва ветра повеяло холодом, заставив руки ежихи покрыться мурашками. В груди гулко и ускоренно отбивало свой ритм сердце, а в пальцах ощущалась легкая дрожь. Она открывает диалоги — ни одного нового сообщения. Кажется, в этот момент яркий цвет нефритов стал на несколько тонов темнее. Ее взгляд несколько секунд не отводится от единственной точки на экране — диалога со своим парнем.       Неужели ему настолько все равно на нее?.. Одно дело, если его куда-то вызвали по срочному вопросу, но разве нельзя было найти минуты, чтобы отправить ей короткое «как ты?»? Ей бы и этого хватило с головой. Если, конечно, ему вообще нужно и интересно это знать. Если бы было нужно — спросил бы об этом. В уголках глаз начинают понемногу скапливаться слезинки, поток которых она останавливает тем же методом: не моргает и смотрит в одну точку — на аватарку Скорджа, чувствуя, как начинают дрожать руки.       Заметив, как замедлилось дыхание, Эми резко вдохнула воздух сквозь стиснутые зубы. Она не будет делать импульсивные выводы. В конце-то концов, бывают в самом деле загруженные дни, может ему действительно попросту некогда написать ей. Роуз заходит в чат и смотрит на статус последнего пребывания в сети. Пять минут назад. Скордж заходил ровно пять ебаных минут назад.       Девушка с силой закусила внутреннюю сторону нижней губы, зажала углы телефона между пальцев. От несправедливости, обиды и боли хотелось с размаху бросить телефон в асфальт, чтобы он разбился вдребезги к чертям собачьим. Но она сдерживается, она проглатывает эти эмоции, стянувшие горло болью мерзким скользким комком, что преградил ей доступ к кислороду. Жмуря глаза, она убирает телефон обратно в карман, сжимает дрожащую руку в ладони, так же охваченной тремором. Сдерживать слезы с трудом помогал даже тот способ.       Голоса выходящих из магазина парня и девушки заставили ее плечи незаметно вздрогнуть. Эми быстро достает свой телефон обратно, делая вид, будто крайне занята, чтобы обернуться. Ее глаза режет жаром, она была уверена на девяносто процентов, что сейчас не в подходящем виде, чтобы представать перед кем-то.       Руж, прижимающая к груди целую клумбу из нездоровой еды, как родных детей, с недовольной гримасой на лице отдает Наклзу заказанную им бутылку с водой и сообщает, что все еще хочет пива. Ехидна почти залпом опустошает тару до половины и отвечает, что такими темпами точно наростит где-то себе лишний жирок, за что сразу же получает оплеуху. Иногда нервировать Руж было своеобразным хобби, хотя в скором времени он точно заработает смертный приговор. В любом случае, она прекрасно знает, что Стоун говорит несерьезно, и что ее фигура до кошмарного идеальна, как неоднократно подтверждали все, первым из которых был именно Наклз. — Эми, — раздавшийся над ухом голос заставил ежиху вздрогнуть, ибо залипание в главный экран было до того завлекающим, что заставило на мгновение выпасть из реальности. — держи.       Эми недоуменно взглянула на протянутую ей коробку, от которой так вкусно пахло, вызывая у девушки обильное слюноотделение, затем перевела взгляд на Соника, что с невозмутимым видом рассматривал ее лицо. Спрашивать ей не пришлось, потому что парень мгновенно прочитал вопрос в ее взгляде. — Я слышал, что ты голодная. Возьми, — более твердо продолжил он, а затем с усмешкой добавил. — Если не съешь это, я обижусь.       Фраза с шутливым контекстом не подействовала так, как должна была, не вызвав у Эми совершенно никакой реакции. Она короткие секунды смотрела на еду шокированным взглядом перед тем, как взять ее, не сказав при этом ни слова, только смотря на коробку так, будто впервые увидела своего давно потерянного родственника. Выйдя из своей прострации, она сталкивается глазами с Соником, который продолжал в открытую рассматривать ее лицо и наверняка заметил покрасневшие глаза. — Поешь и забудь о том, что расстроило тебя, — на беззаботных тонах проговаривает парень, попивая свой коктейль из трубочки. Он переводит взгляд на небо, наполняет легкие кислородом и неспешно выдыхает, говоря еще более расслабленно. — Насладись этим вечером и не позволь его испортить. Это будет всяко лучше, чем втыкать в меню телефона.       Он улыбается, и Эми хочется улыбнуться ему в ответ. В этот раз его улыбка предназначалась ей, но она все равно заставила себя сдержать рвущиеся к верху уголки губ. Вместо этого она произносит негромкое, но уверенное и совершенно искреннее: — Спасибо.