Ссора и ее последствия

Сережа смотрит виновато, как побитый щеночек, прячет голову в плечи, хлопает глазами на Игоря так, словно тот - бог-громовержец, который может одним движением брови повергнуть мир в хаос или вытащить планету из полной задницы. Вот только зачем так смотреть на него, когда три минуты назад обнимал и, судя по выражению лица, шептал всякие нежности другому? Зачем? Именно поэтому теперь Гром встает с дивана, на котором они не так давно провели горячую ночь ( брысь, воспоминания, не хватало еще расклеиться на глазах у своего... ну да, похоже уже бывшего) идет в одну из комнат, достает с полки чемодан и начинает хаотично бросать туда свои вещи. - Игорь... - тянет с другого конца огромной комнаты Сережа. Слушая этот голос, Грому хочется подбежать к парню, обнять и долго уверять, что никогда не бросит его. Вот только всё сложилось другим образом. Именно майор Гром внезапно для самого себя оказался не нужен самому важному человеку в своей жизни. - Игорь... Объясни хотя бы, почему ты уходишь? - если верить дрожащему голосу, Разумовский скоро заплачет, а Игорь вряд ли сможет это вынести, так что он начинает носиться по комнатам еще быстрее. Уже перед самой дверью под равномерный стук чемодана об пол он находит в себе силы обернуться. Сережа сидит на самом краешке дивана, смотрит с болью. Глаза красные, то ли от слез, то ли от долгого сидения за компьютером. Он нахохлился, как воробушек, так и хочется подойти, пригладить пёрышки, приласкать. Вот только не его это больше обязанность, не про него эта пташка. - Потому, Сереж, потому. Потому что не нужен я тебе. Ты постоянно в компьютере, на меня отвлекаться не хочешь. Потому что на все мои предложения свиданий ты отвечал твердым отказом, дела, мол. Потому что продолжаешь готовить чай на одного, даже когда я в башне. Да потому, наконец, что обнимаешь и целуешь другого за пять минут до встречи со мной. Вот почему, Сереж. Я устал. Я не могу и не хочу стучаться лбом о стену, которая не горит желанием исчезнуть. Я... - его голос сорвался, он продолжал смотреть прямо в серо-голубые глаза парня, ловя каждую его эмоцию, но отказываясь ее понимать. - Я по-прежнему люблю тебя, но я вижу, что мои чувства не взаимны, потому прощай. - он коротко махнул рукой и пошел в коридор. Сергей еще какое-то время сидел неподвижно, гипнотизируя дверь. Из прострации его вывел голос Марго: - Сергей, с вами всё в порядке? - Марго? Марго, слышишь, немедленно закрой все выходы из здания! Заблокируй лифт, сделай что угодно, чтобы Игорь не ушел! - Хорошо, Сергей. Всё сделано. - Игорь... он еще в здании? - Марго несколько секунд помолчала, сверяясь с видеокамерами в холле. - Да, Сергей, он направляется к двери. Прикажете дать сигнал охране, чтобы его задержали? - Нет, нет, не нужно, пусть охрана исчезнет из холла на полчаса, как минимум. Активируй лифт, а двери оставь заблокированными. - Хорошо, Сергей. - Марго отдала честь, повторив известный жест Дзюбы, и снова пропала с экрана. Парень быстро встал, почти бегом выбежал из башни, поблагодарив про себя всех богов за то, что “Вместе” уже закрылось на ночь и спустился на лифте вниз. В холле было темно, горели лишь несколько лампочек, так что Сережа мог видеть только силуэт Игоря. Мужчина стоял возле стеклянных дверей и изо всех сил дергал ручку, сжимая другой рукой чемодан, видимо, чтобы не сорваться. Сергей не прятался, не шел на цыпочках, поэтому Игорь услышал его, бросил взгляд из-за плеча и продолжил дергать дверь. - Да прекрати ты уже ее мучить, Игорек. - раздался преступно близко от него голос Сережи. Вот только что-то в этом голосе было не так. Даже не в голосе, в интонациях, хищных, вкрадчивых. Игорь застыл, он чувствовал себя наедине с хищником, с самым опасным зверем, которого он встречал за всю свою жизнь. Оборачивался Гром медленно, памятуя о том, что в присутствии сумасшедших не стоит делать резких движений. И вот, он стоит перед Сережей. Тот больше не прячет по своему обыкновению глаза за рыжую челку. Смотрит прямо, хитро, заманчиво. Глаза желтые, как мед, которым Игорь запивал чай в раннем детстве, гостя у бабушки, еще когда она была жива. - Ну что, значит, сбежать решил, да, Игорь? - тянет этот не пойми кто, смотря на него своими странными глазами с родного лица. - Кто ты? Ты ведь не Сережа! - Нет, конечно! - парень смеется, вот только хохот не кажется искренним ни на секунду. Внезапно начинается и вдруг заканчивается, словно этот пришелец составил себе расписание посекундно и внимательно блюдет его. - Обычно Сережа называет меня Вороном. Ну, или Чумой, в зависимости от настроения. Он и сейчас рвется изо всех сил поговорить с тобой. - вдруг доверчиво тихим голосом пояснил Этот. - Но он не сможет правильно повести разговор, поэтому пока на его месте я. - Он на секунду замолчал, в малейших подробностях разглядывая Игоря. - Давно было интересно, какой ты. Сережа от тебя с ума сходит. - всё это шепотом. И тут у Игоря заканчивается терпение. - Так сходит, что с другим целуется, что сидит за компьютером, лишь бы со мной лишней минуты не провести! Так... - тут его рот просто напросто закрыла рука, а пока Игорь приходил в себя и думал, стоит ли укусить Сергея, тот подходит ближе, хотя, казалось бы, уже некуда. - Притормози, Игорек. Разберемся по пунктам. Что ты там наверху говорил? Не нужен? Да как ты можешь быть ему не нужен, если во время твоих ночных дежурств он каждую ночь просыпается от кошмаров и плачет, не в силах успокоиться, просит Марго вывести на экран твои фотографии. Не может оторваться от рассматривания твоего маршрута, ты ведь уже знаешь, что на все твои костюмы навешаны маячки, чтобы тебя легко можно было отследить? Нет? Так вот, продолжим. А вот в те ночи, когда ты остаешься в башне, он практически никогда не видит кошмаров. Странно, не так ли? - Чума пристально смотрел в глаза Игорю. Потом неожиданно опустил руку. - Теперь, я надеюсь, ты послушаешь меня и без кляпа? - Гром молча кивнул. Он послушает. Хотя бы просто потому, что этот Ворон даже на первый взгляд выглядит как маньяк, а на второй и подавно. - Что там дальше? - издевательски спросил он и, не дожидаясь ответа, продолжил. - Точно, Сережа постоянно сидит за компьютером и не обращает на тебя внимание. Игорек... А чего ты ожидал? Мы с ним - директор огромной IT- корпорации. Разумеется, у него много работы. Да и к тому же, кто не так давно чуть не наорал на Сережу за то, что он посмел отвлечь его от отдыха после трудной смены? Что дальше, свидания и чай... С этим вы потом сами разберетесь, не будем останавливаться. Ну и самое интересное на сладкое, разумеется. - Чума вдруг остановился, словно прислушался к чему-то, а затем усмехнулся. - Пускаю Сережу, а то он уже весь извелся. - Он еще раз замер, а потом его глаза снова поменяли цвет на привычный голубой. Сережа смотрел на Игоря с такой болью, с таким вопросом, что Гром не мог ничего с собой поделать: обнял и прижал к груди, прикоснулся губами к губам, легко, чтобы успокоить, а не возбудить. - Игорь! - Сережа вздохнул, успокаиваясь, затем поднял взгляд. Он был немного ниже Грома, из-за чего часто в шутку жаловался, что с ним неудобно целоваться. - Я... в общем, это была моя вторая сущность, Ворон. Она редко появляется, обычно вообще гуляет, часто по другим странам. Я не рассказал тебе о нем раньше, прости. Просто... я... я побоялся, что ты меня бросишь. Я ведь ненормальный, чертов шизофреник. Игорь... Я так люблю тебя! Только тебя! Поверь, да, я действительно обнимался с Олегом, но ведь ты его знаешь, он мой давний друг, еще до времен детского дома, да он же по девочкам, в конце концов! Я его и не рассматривал никогда как объект страсти. На этом моменте Игорь плюнул на всё и съехал на пол, продолжая прижимать к себе Сережу, прямо на каменный пол, так удобнее. - Игорь... Ты... Ты ранен? - Сережа смотрел на него огромными глазами. - Да, Сереж, задели сегодня по касательной правый бок. Да ты не волнуйся, царапина. - Прости! Игорь, прости! Прости-прости-прости! Я не знал ничего! - он выглядел так виновато, кусал губы, обеспокоенно разглядывал побледневшего, не каждый день встречаешься со второй личностью своего парня, Грома. - Так, не тараторь. Лучше и правда последовать совету твоего... как бишь его, Ворона. Расскажи, почему ты всегда отклонял мои предложения свиданий. - Я... - Сережа напрягся. Начал было вставать, но случайно попал по больному боку Игоря, от чего Гром болезненно зашипел, а Разумовский застыл. Тогда Игорь аккуратно устроил его у себя на коленях Сережу и кивнул, прося продолжать. - Игорь, ты никогда не говорил, что это свидания. Вот я и не понял. Я несколько раз думал, что ты меня приглашаешь, одевался красиво, а ты тащил меня в погоню за преступниками. Игорь запоздало понял, о чем говорил Сережа, вот только. - Неправда! Когда я приглашал тебя на свидания, я перед этим покупал тебе подарки, что-то вроде: это начало, а продолжение будет на свидании. - Сережа от его слов еще больше сконфузился. - Прости, я не понял этого, Ворон активизировался, тобой интересовался, много сил приходилось тратить, чтобы его успокоить. Вот я и сидел долго за компьютером. А чай я вообще для тебя готовил. Я сам же газировку в основном пью. - после этих слов Игорь вдруг почувствовал, что еще немного, и Сережа... нет, не заплачет, просто развернется и уйдет, потому что гордый. - Теперь моя очередь, Сереж. Во-первых, я прошу прощения за то, что повышал на тебя голос. Клянусь, я не хотел тебя обидеть или отослать. Просто когда внутри кричит душа, можно либо кричать, либо молчать. У меня по-другому не получается. - он вздохнул и поднял наиболее больную для них обоих тему. - - Я и правда думал, что вы с Олегом вместе. Вы так обнимались, а потом поцелуй. Я не увидел, куда точно, решил, в губы. Он ведь хороший парень, вот я и решил, что не нужен, раз он у тебя уже есть. - Нету, Игорь, уезжает он. Обратно, в Афганистан, воевать. Вот мы и прощались перед его отъездом. - Разумовский вдруг вздрогнул, а затем чуть виновато посмотрел на Грома. - Ворон рвется пообщаться. Ты не против? Он говорит, это ненадолго. Игорь поднял брови в молчаливом изумлении, а затем кивнул. Что ему оставалось делать, если Сережа давно стал воздухом, а жизнь без него теперь видится Игорю кошмаром? - И снова привет, Игорек! - цвет глаз Сергея снова меняется, сигнализируя, что на поверхность вынырнула другая сущность его возлюбленного. - Раздумал убегать? Ну и правильно! - Резким движением Чума вдруг прижал Игоря спиной к стеклу и даже, кажется, навис над ним. - Ты наша добыча, понял? - Не понял. - а затем рывок Игоря, и уже Птиц, удивленно моргая, прижимается к стеклу. Гром уже понял, с Вороном по-другому нельзя, это Сережа мягкий, нежный, а вот если Чуме силой на силу не ответишь, за слабака посчитает. - Вы оба принадлежите мне. До кончиков пальцев, от пяток до макушки. Вы оба мои, за вас я порву кого угодно, но если кто-то из вас заинтересованно посмотрит в сторону другого, - Игорь медленно покачал головой, подбирая слова. - Я посажу вас на цепь и буду везде водить за собой, чтобы показать всему миру, кому вы принадлежите! Я слишком люблю тебя, Сережа, чтобы уступить любому другому. Но если я. Вдруг. Случайно. Узнаю. Что вы что-то скрываете от меня. Не важно, интрижку или серьезную проблему, с которой я мог бы помочь. То я... - Игорю снова не хватало слов, он вздохнул поглубже, но так и не нашел нужное в бардаке, в который превратился его мозг. - Не знаю, что я сделаю. Наверное, убью вас и закрою к своей комнате, чтобы знать, что даже смотреть на вас могу только я. Понял, Чума? Вместо ответа желтоглазый ухмыльнулся и прижался губами к губам Игоря. Мужчина, недолго думая, зарылся в волосы Сережи. Ощущения были странными. За те полгода, что они были вместе, Гром не раз трогал волосы Сережи, они были были прямыми и немного жесткими, их было удобно оттягивать назад, дабы открыть доступ к белой коже шеи. Вот только волосы Птицы были другими: короткие и мягкие, как перышки, так и тянет взъерошить посильнее, ловить кайф, гладя их. Однако Чума, похоже, был недоволен нежностью, он вытянул руку и стал с нажимом проводить ею по груди, бокам и пояснице Грома. Однако поцелуй быстро кончился: не дело это, на холодном полу сексом заниматься, поэтому Игорь отстранил от себя Ворона, морщась, поднялся на ноги, протянул было руку Разумовскому, но тот изящно встал сам. Гром подхватил чемодан за ручку, и они вместе направились к лифту, поднялись на энный этаж в башню. Там Чума подошел близко-близко к Грому, прошептал ему: “До скорого!”, глаза Сережи опять поголубели. Они улыбнулись друг другу, Сережа вытащил из автомата две банки колы, одну отдал Игорю. - Сереж, я вырос на улице, пока мой отец гонял преступников, я не люблю чай и готов пить любую сладкую гадость, если ее будешь пить и ты. И еще, - он внезапно, прямо с дивана, на который они успели сесть, соскользнул на колени и улыбнулся удивленному Сереже. - Я люблю тебя всего, вместе с Вороном и всеми твоими тараканами. Ты... ты пойдешь со мной на свидание в эти выходные? Я нашел крышу, откуда будет красивый вид на закат... - он бы и продолжил что-то мямлить, но его прервал сам Разумовский, он тоже соскользнул с дивана, подполз поближе к Грому и заглянул ему в глаза снизу вверх, хотя разница в росте между ними была минимальна. - Пойду, конечно, Игорь. Только без всяких погонь за преступниками, хорошо. - Гром только кивнул на это нелишнее уточнение. - Мы оба тоже тебя очень любим, Игорек! - В голубых глазах Сережи мелькнул золотой отблеск.