Ментор по удачам и неудачам.

      Нагито никогда не думал, что за его окном будет происходить зарождение Земли.       Хотя... Нет.       Это примерно 400 миллионов лет спустя со дня появления Земли, когда всё небо было перекрыто серым щитом из пыли, а метиориты, напоминая пули и готовые убить всё живое, пробивали защиту. Похоже на конец света. Комаэда читал что-то подобное в книжках и энциклопедиях о создании Земли и галактик. Тогда жизни совершенно не было, и единственное, что там происходило — это падение метиоритов напару с вулканизмом.       Конечно, в детстве Нагито обожал читать эти книги.       Смотреть на эту картину, лёжа на кровати, было сложновато, но яркие вспышки давали понять, что постепенно город за окном разрушается. Выглядит феерично, как своего рода апокалипсис, который всё это время подстерегал за спиной.       Но сейчас это совершенно не интересовало Комаэду.       Кровать, застеленная белыми простынями, заскрипела, когда Нагито попытался поменять позу на более удобную, но почувствовал, что под ним лежал человек. По-идее, полуголое тело Нагито, скрытое лишь футболкой и боксерами, должно покрыться мурашками, но за окном все тела излучали тепло, так что холода вовсе не было.       Всё равно Нагито не против поделиться теплом со своим другом.       Хаджиме, лежавший под Комаэдой, пытался немного приподняться, чтобы посмотреть в лицо партнёра и не быть бревном. Но из-за стыда он тут же схватил подушку и спрятал своё лицо. Винить никого не хотелось, но и скрываться было не лучшим решением. Это лишь оттягивает время. Придётся выходить из скорлупы и убирать подушку. Они даже нормально и не начали.       — Хаджиме, посмотри на меня.       Конечно, можно сделать всё плавно и нежно, например, коснуться чужой талии, добавляя тактильных ощущении, целовать мочку уха и массировать внутреннюю сторону бёдер, но единственное, что мог Нагито, так это сжать простыни по обе стороны от своего партнёра и смущённо его позвать. Хаджиме же начал медленно разжимать пальцы, чтобы убрать свой спасательный круг в виде подушки. Такими темпами весь румянец с щёк перейдёт на белую наволочку, окрашивая её в вишнёвый цвет.       Нагито готов был стонать от всей этой неразберихи. Весь его опыт в романтике заканчивался лишь недавними фантазиями в больнице о неудавшемся поцелуе. Звучит жалко. Конечно, сейчас надо бы покрыть всё тело партнёра поцелуями, спускаясь вниз к чужим боксерам, потом достать смазку из прикроватной тумбочки и растянуть партнёра, а дальше... Нагито прикусил губу, смотря, как Хаджиме начал расстёгивать свою рубашку. Наверное, бездействие Комаэды даёт о себе знать.       Немного странно, что все эти метеориты никак не задевают их квартиру, но это даже к лучшему, ведь времени предостаточно, и можно будет насладиться сполна.       Смотря на открытую грудь Хаджиме, которая поднималась и опускалась с нарастающей скоростью, Нагито мог только сглотнуть. Без рубашки она намного больше.        Комаэда начал целовать щёки Хаджиме, пока тот зажмурил один глаз. Движения были скованными, будто Нагито боялся сделать что-то не так, но чужие руки ухватились за его спину, заключая в мягкие объятия.       Напряжение нарастало и быстро перемещалось в низ живота, пока Комаэда решил выцеловывать шею.       Комната оказалась не очень хорошо освещена, но можно было заметить, как щёки парней загорелись ярко-красным пламенем. Нагито боялся укусить кожу и навредить ей, поэтому мог отчётливо услышать свои собственные причмокивания и томные вздохи, вылетающие из чужих мокрых губ.       Нагито быстро переместился к ключицам, пока на лбу начал скапливаться пот, скатывающийся по носу и вискам, падая в свободное падение прямо на чужую кожу. Хаджиме захихикал и начал извиваться. Это смутило Комаэду, и пришлось немного отстраниться, но чужие руки спрятались в волосах, притягивая к себе обратно.       — Пожалуйста, продолжай.       Выдохнув через нос, Хаджиме начал массировать кожу головы, делая круговые движения. Комаэде же оставалось только простонать на выдохе и продолжить дарить поцелуи своему партнёру.       Сами руки начали спускаться вниз, к животу, пальцы цеплялись за резинку боксеров, но приходилось отстраняться. Нагито не мог позволить себе дойти до такого. Нижнее бельё становилось какой-то преградой, которая запрещала переступать черту, даже если очень хотелось.       Закрытое окно не могло скрыть весь ужас и хаос от влюблённых, но им это было ни к чему, ведь звуки взрывов за пределами спальни никого не интересовали.       Комаэде было стыдно осознавать, что его собственный член встал и начал истекать вязкой жидкостью, которая оставляла пятно на ткани боксеров. Если они хотели зайти так далеко, то нужно просто принять это и идти дальше.       Из-за того, что Нагито опять начал погружаться в собственные мысли, Хинате пришлось понемногу высвобождать собственные руки из столь мягкого плена и отстраниться от Комаэды.       После небольшой паузы Нагито было начал фокусировать взгляд, но понял, что перед ним только ноги и синие боксеры. На них тоже было тёмное пятно. Тяжело взглотнув, Комаэда поднял взгляд и встретился с улыбкой Хаджиме. Весь потный и красный Хината смотрел на него, тихо дыша. Нагито мог с уверенностью сказать, что перед ним сидит красивый человек.       Возможно, Хаджиме заметил, что его другу неловко, поэтому он немного наклонился и положил руку на плечо.       — Нагито, всё хорошо. Я всё равно люблю тебя.

***

      Нагито чуть не выпрыгнул из кровати. Из-за холодного пота, который окутывал всё тело, приходилось экстренно дышать с открытым ртом. По подбородку текла слюна, пока Нагито осматривал комнату. Тихо и спокойно. Нигде нет никаких взрывов и вулканов, а на его кровати не лежал Хаджиме, успокаивающий Комаэду своими сладкими словами.       Впечатления и воспоминания ото сна, что пестрил яркими вспышками, тарабанили по голове. Нагито пытался отдышаться, ища по комнате часы.       Он встал на пол часа позже, чем должен был.       Всё тело кололо, заставляя ещё сильнее нервничать. Руки сами потянулись к одеялу, цепляясь за последнюю реальную вещь.       Нагито не особо понимал, что делать в подобных случаях, ведь ему никогда не снился влажный сон с его новым другом.       — Я... Мне это приснилось?..       Потребовалось много сил, чтобы сказать это, зато теперь его колотит не так сильно. Но сейчас возникает новый вопрос:       Почему это приснилось?       Чтобы скрыть весь свой позор, возбуждение, заставляющее чувствовать отвращение к самому себе, Нагито побежал в ванную комнату.       Сегодня он точно не сунется в школу.

***

      Вода всегда освежала в трудные минуты и помогала собраться с мыслями.       Так что сейчас Нагито, сидя на своей кровати, пишет матери о плохом самочувствии и просит передать учителям, что сегодня в школу он не пойдёт.       Конечно, лучше написать и Хинате, но Комаэда лишь вздрогнул, смотря на аватарку своего друга. Нужно выключить телефон.       Развалившись на кровати, Нагито спрятал своё красное лицо за руками и простонал от всей несправедливости.       Возможно, ему такое и не снилось вовсе, а сюжет был совершенно о другом. Хах, точно, Нагито ведь читал перед сном эту книгу о создании Земли, чтобы вспомнить своё беззаботное детство, но остальная часть...       Ощутив всю тяжесть, Комаэда почесал свои руки и решил укутаться в одеяло, защищаясь от всего мира.       Даже если ему это не снилось, то почему эти воспоминания и мысли заполонили его голову?       В комнате стало душно, а холодный душ, с помощью которого Нагито пытался отвлечься от проблем, уже перестал действовать.       Выбираясь из своего укрытия, Нагито открыл форточку, чтобы проветрить комнату и не умереть от жары. Эта духота раздражает. Конечно, через пять минут, когда станет холодно, свежий воздух тоже будет доставать, но сейчас Комаэда чувствовал себя обогревателем.       Возможно, он влюбился.       Да нет, бред какой-то! Это всё просто вспышка эмоций, которая не проживёт и минуты.       Нагито не хотел думать о случившемся и решил направить свою энергию на уборку, ведь это одно из немногих, что он умеет делать.

***

      Резко появившиеся силы помогли Комаэде лучше оттирать те назойливые пятна с паркета, которые портили весь вид, но была и обратная сторона — более агрессивная и неспокойная.       Каждый раз, когда швабра задевала любой предмет, и он падал на пол, Комаэда чувствовал, как под его руками скрипит пластмассовая рукоятка швабры. Конечно, она не сломается, но дать трещину могла.       Было мерзко осознавать, что его единственный близкий друг стал участником не самых милых сцен. Нагито благодарен себе и своему воображению, что дело не зашло дальше интимных поцелуев, но неприятный осадок остался. Станет ещё хуже, если это будет повторяться каждую ночь, и он вдруг станет испытывать какие-то глубокие чувства.       На швабре набралось слишком много грязи. Хотя обычно такого не было, но Нагито закрыл на это глаза и продолжил уборку на кухне.       Комаэда покусывал внутреннюю сторону щеки, пока мыл под столом. Из груди вырвался разочарованный вздох, и Нагито решил набрать себе попить воды.       Вообще, всё это происшествие нельзя было определить как удачу или неудачу. Если предположить, что дружба с Хаджиме является удачей, то можно ли считать, что происходящее сейчас — невезение? Комаэда потёр затылок и ополоснул стакан. Скорее всего нет, ведь это особо никому не навредило. Ну, может быть, только самому Комаэде и его ментальному балансу.       Возвращаясь к своему делу, Нагито продолжил оттирать эту злосчастную грязь. Раньше он её не замечал или быстро протирал тряпочкой, но огромное количество энергии заставляло его работать усерднее.       Комаэде нужно держать в руках себя и свой поток мыслей, даже если очень хочется просто успокоиться и наконец расслабиться.       Может быть, лучше вообще прекратить любое общение с Хинатой или ограничить его до минимума, чтобы таких сны не повторялись? Да, так оно и будет!       Комаэда будет убираться, читать и делать домашнее задание, как и в прошлый учебный год, когда дружба его не заботила. Всё равно он давно живёт в одиночестве

***

      Ладно, это было сложно.       Нагито на протяжении этого часа пытался сосредоточиться на этих чёртовых заданиях.       Вообще, они были заданы примерно неделю назад, но Нагито благополучно забыл про них или решил оставить на потом, чтобы отдохнуть.       В этой комнате начинает раздражать каждый предмет, что не делает ситуацию лучше, поэтому Комаэда сидит в котацу с открытым окном, пока на него дует зимний ветерок.       От подобного можно заболеть?       Возможно, Нагито узнает ответ на этот вопрос позже.       С горем пополам Комаэда смог дописать сочинение по рассказу, прочитанному на уроке. От его писанины так и веяло неясностью мыслей и размытостью идей. Наверное, это из-за плавающий букв и немного размазанных чернил.       Но мучения ещё незакончены, ведь нужно уточнить задание на завтра. Как прискорбно.       Единственный из возможных вариантов — это написать Хаджиме, но осадок от недавнего инцидента до сих пор остался. Обычно, во время болезней, Нагито смотрел в общую группу класса, где староста, после всех уроков, отправлял всю нужную информацию.       Но была одна проблема — у его одноклассников только начался пятый урок.       Конечно, можно подождать ещё два часа, но хотелось отвлечь себя хоть чем-то, ведь уборка уже не помогала. После длительного сна, телефон завибрировал, пока Нагито примерно вырисовывал уместные вопросы, которые нужно задать.       На ярком экране появились уведомления от одного человека. Хаджиме.       Разные вопросы по поводу его здоровья и причины отсутствия. За Комаэду переживали.       На плечи взвалилось странное чувство, похожее на плотный плед. Было приятно осознавать, что о тебе заботятся, но где-то глубоко внутри кажется, что ты этого не заслуживаешь. Хотя, сейчас это не так важно.       Хината Хаджиме.             Ты где?             Всё хорошо?             Ты приболел?             Ааааааааууууууууу             Это не смешно!             Просто ответь, когда сможешь...       С последнего сообщения прошло шесть минут, так что Нагито не особо помешает... Коснувшись своего лба, Комаэда ощутил липкую жару, которая нападала на пальцы. Возможно, он заболел, и ему не придётся приходить завтра в школу. Если это всё от стресса, то ничего страшного нет.       Вздохнув, Комаэда потянулся к стопке учебников, которые ему пригодятся для уроков. Ноги были спрятаны в тепле, пока плечи вздрагивали от холода. На улице шёл снег.       Это всяко лучше, чем метеориты за окном. Нагито хотелось ударить себя по лицу. Зачем мусолить тему? Будто что-то изменится. Да, возможно, Комаэда испытывает симпатию к собственному другу, это ведь нормально? Если тебе не нравится человек, то общаться с ним будет сложно, а сам сон...       Чёрт. Нужно ведь узнать дз.       Потерев переносицу, Нагито начал печатать:

Вы:      

Привет, Хината-кун, извини, что не отвечал. Я приболел слегка, поэтому не смог прийти в школу. Только сейчас проснулся. Если тебе не сложно, то можешь скинуть дз на завтра? Я попытаюсь прийти.

      Остаётся только ждать и надеяться, что сообщение Нагито не проигнорируют, иначе придётся ждать отчёт от старосты. Но как оказалось, он не оказался в тени:       Хината Хаджиме:             Ты совсем?             Почему ты такой болезненный?             Мог бы предупредить хотя бы.             Ты вообще сможешь завтра прийти, раз проснулся только сейчас?             Отоспись ещё день-два, тогда и приходи.       Это было слишком быстро для Комаэды, или просто он опять всё оставил на самотёк, поэтому Хинате пришлось брать дело в свои руки.

Вы:      

Не переживай, со мной всё хорошо, честно. Просто из-за того, что я забыл включить будильник, встал немного позже, а потом понял, что заболел. Так что... Можно узнать дз?

      Хината Хаджиме.             Ладно, держи, только выздоравливай быстрее. *Фотография*

Вы:      

Спасибо большое, желаю тебе удачи!

      Положив свой телефон на стол, Нагито стукнулся лбом о деревянную поверхность. Комаэда был отвратительным лгуном, и вся его ложь не может прожить без упрёков даже секунды. Как прискорбно.       Остаётся только начать делать задание и попытаться успокоиться. И всё-таки, не надо так сильно волноваться из-за сна, у некоторых бывают фантазии и похлеще. Про это можно забыть, как о кошмаре.       Нагито щёлкнул себя по лбу.       Ладно, возможно, Хаджиме сам по себе милый и добрый человек, раз он так спокойно общался с Комаэдой. Хотелось бы почаще видеться с другом или пригласить его в гости, найти темы для рассуждений или посмотреть что-то вместе. Наверное, из него бы вышел отличный парень.       Открыв учебник по геометрии, Нагито готов был взвыть от всех заданий.       Но всё-таки, Хаджиме красивый.

***

      Пойти в школу оказалось самым необдуманным решением за всю жизнь Комаэды.       В голове стучало, будто маленькие солдатики играли на барабанах, пока Нагито сидел за партой, пряча лицо ото всех. Такое происходило не особо часто по сравнению с его болезнями, но это мало что меняло. Появлялось желание спрятаться за учебниками или просто выйти в окно, чтобы не страдать. Как жаль, что жизнь — самая болезненная часть существования.       — Эй, Нагито, ты как?       И как всегда на его парту нависла тень, которая не особо делала что-то полезное, но и не мешала. Всё в этом месте было каким-то нечётким и размытым, хотя, возможно, так только кажется.       А, точно, его кто-то окликал.       — Нормально.       Даже не стоит сомневаться, что единственный человек в этом классе, который интересуется Нагито — сам Хаджиме. Не сказать, что это печалило или радовало, но в груди зародилось тёплое чувство. Приятно.       — Серьёзно, ты такой бледный! Может, пойдёшь к медсестре, а потом домой? Ты так трупом станешь.       В словах друга был слышен упрёк или разочарование из-за его безалаберного отношения к собственному здоровью. Напоминает маму. Нагито тихо хмыкнул.       — Спасибо за комплимент, всегда рад услышать это от своего близкого друга. И да, я лучше отсижу эти два несчастных урока, меня даже не спрашивают.       Последовало копошение, и рядом с партой Комаэды появился стул. Ладно, теперь у него есть сосед. На самом деле, ему была приятна эта компания, где ты можешь рассказать обо всём, не услышав порицания в свою сторону. Это... Воодушевляло? Скорее всего. Нагито не был против, если их отношения стали бы более надёжными, а то... Представлять поцелуи и всякую непотребщину — как-то мерзко.       — Не будь вредной редиской и нормально отдохни. Четверг и пятница будут полностью в твоём распоряжении. Налей себе тёплую ванну или... Что угодно, но тебе нужен хороший отдых.       Ладно, эту идею можно взять на заметку, а так, единственное, что хотел Нагито — умереть в кровати. Весь его обеденный перерыв пройдёт мимо него, и Комаэда этого даже не заметит, потому что такое не особо волновало; но мысли о том, что этот час можно провести продуктивнее, находили своё место среди прочих. Можно хотя бы поговорить с кем-то, даже если его губы атрофировались.       — Мне легче отдыхать здесь. Дома мне вообще нечем заняться.       — Извини меня, конечно, но ты выглядишь так, будто тебя пора хоронить.       Нагито вздохнул, но не стал возражать. Всё утро прошло, как в тумане. На своё отражение в зеркале он даже не смотрел, просто пронёсся по коридору и сразу же замедлил шаг, всё-таки сил ни на что не хватает.       — Кстати, мы тут с Казуичи и Фуюхико решили на следующей неделе собраться и вместе посидеть у Нацуми дома. Ты сможешь?       Как неожиданно и приятно. Прям подарок, но отказываться не хотелось. В памяти не отпечатался хоть какой-то момент, где Нагито ходил бы к кому-то в гости, разве что родственники приглашали его на разные праздники, но сейчас от них ни слуху ни духу.       — Да, я не против.       Нагито готов заснуть на этой парте.

***

      Признаваться самому себе, что ты влюблён в собственного друга сложно, особенно если это происходит из-за странного сна. Но сейчас Нагито пытался понять, что нужно делать. Держать всё в себе — идея так себе. Тайна раскроется, и Комаэда даже не будет готов к этому, так что лучше сделать всё самому.       Но теперь появляется другая проблема: как именно нужно всё провернуть?       Сидя за столом, Нагито решил прочитать пару статей в интернете. Конечно, не нужно верить каждому слову, но Комаэда лишь ищет ориентир, по которому он будет следовать.       Кликнув по первому сайту, Нагито получил огромное количество воды о причине влюблённости, плюсах и минусах быть влюблённым в друга и сам план действий. О, то что нужно.             1) Поймите, реальны ли ваши чувства, или это просто хрупкая привязанность, которая разрушится от лёгкого ветерка.       Так. Похоже на тупик. Недалеко от ноутбука стояла чашка со сладкой водой, которая должна была помочь в случае сложных решений. Как оказалось, она была отвратительным помощником.       Вообще, странно спрашивать себя о подобном. Раз Нагито собрался решать проблему, значит он её видит, но был шанс, что он всё это придумывает.       Хотя кого это волнует? Нагито уже всё решил для себя, и отступать не было смысла. Лучше перейти к следующему пункту.             2) Подумайте, может ли Ваш возлюбленный ощущать то же, что и Вы. Возможно, он видит в Вас только друга и не хочет разрушать ваши отношения.       Здесь всё оказалось сложнее. Нагито отодвинулся от стола и тихо хмыкнул. Из него сыщик не самый лучший, но всегда можно постараться, да и надежда умирает последней.       Если у Хаджиме нет каких-либо романтических отношений, то стоит показать себя в лучшем свете. А потом спокойно признаться в располагающей обстановке.       Криво улыбнувшись, Комаэда что-то прочирикал.       Вообще, как другие люди ведут себя в подобных ситуациях? Наверное, делают любовное зелье и заставляют выпить его под разными предлогами. Или... Подают знаки внимания? А, тут так и написано, хах: "Оставайтесь с ним в доверительных отношениях, показывайте, что он важен для Вас, и Вы всегда готовы подставить плечо, но не забывайте про флирт, это важно".       Ладно. Вся романтика оказалась намного сложнее, чем представлял сам Нагито, но нет ничего лёгкого в этой жизни. Наверное, стоит составить себе план, по которому он будет действовать.       Просмотрев ещё пару статей, Нагито пытался понять, как именно ему показать себя. Стоит начать всё плавно: можно вести себя как обычно, но постепенно добавлять заигрывания или, может... Ладно. Нужно просто сосредоточиться.       Но как оказалось, это было слишком сложно для человека, который всю жизнь плыл по течению. Может, лучше так и продолжать? Этот страстный водоворот так и манил в свои сети, так что Нагито не мог отказаться.

***

      Кафе, которое стояло на соседней улице от школы, казалось слишком тихим и спокойным.       Конечно, сегодня только четверг, и многие люди заняты, но у учеников уроки уже давно закончились, поэтому Нагито здесь и сидит.       Сам Хината ушёл домой за учебником по литературе и дополнительными листами, и сейчас Комаэда мог только ждать.       Сегодня утром, когда Нагито пытался понять своё самочувствие, к нему подошёл до ужаса знакомый человек, который так и кипел от ярости.       — Ты представляешь? Я сдал ей это сочинение, а ей не понравилась "структура моего текста", — на надутом лице появились морщинки, пока Хаджиме заключал слова в кавычки, — сказала, чтобы я поспрашивал у одноклассников, как именно всё должно быть.       Но Хината быстро сдулся, выглядя разочарованным и подавленным. Остаётся только рассказать всё это Комаэде и пытаться предпринять хоть что-то.       — У тебя, кстати, какая оценка?..       День только начался, а Хаджиме уже начал зевать и замыкать глаза, возможно, перенервничал. Немного пожевав губу, Нагито открыл свою тетрадь и показал её другу. Наивысший балл и "Молодец!" красным карандашом так и светились на фоне тетради.       — Эй! Можешь объяснить, как правильно писать?       Его друг резко оживился, его глаза поймали свет и казалось, будто Хаджиме нашёл решение всех проблем в своей жизни. Он наклонился к парте, заглядывая украдкой в тетрадь, Хинату нельзя было назвать хитрым, скорее любопытным и дерзким или по-детски радостным. Комаэда осторожно выдохнул через зубы и облизнул губы.       Вообще, его план стоило бы воплощать прямо сейчас. Чисто теоретически предлог уже есть, но нужно вести себя естественно, без всякой резкости. Сейчас Нагито словно начнёт ловить лису. Сравнение более чем уместное, ведь они достаточно любопытные и наивные, но никак не хитрые.       — Да, конечно. Хотя, может, нам, после уроков, пойти в какое-нибудь кафе, и я всё объясню тебе там? Как раз спокойно поедим, будет весело.       Комаэда осторожно закрыл тетрадь и аккуратно спрятал её от лишних глаз. Всё внимание Хаджиме было приковано к Нагито. Хината обдумывал это предложение, но продлилось это недолго. Он выпрямился и, улыбнувшись, сказал:       — Хорошо, я согласен.       Как оказалось, Нагито немного прогадал, поэтому сейчас ему придётся ждать, когда Хаджиме придёт с нужными вещами. Как он сам и сказал: дом недалеко, так что ожидание не будет долгим.       Чтобы не терять время зря (и чтобы Нагито не выгнали из заведения из-за его бездействия), он решил что-то заказать. Из прошлой прогулки Комаэда помнит, как Хаджиме с особым наслаждением поедал кусамоти, так что заказать их всё-таки стоит.       Но что счёт самого Нагито?       В основном закуски были сладкими, а все солёные блюда были слишком каллорийными. Это не может положительно сказаться на состоянии Комаэды и приведет к ещё бо‌льшим проблемам. Хотя... Что он вообще сегодня ел утром? Ничего особенного, просто схватил с собой какой-то крекер и побежал в школу, ведь опять проспал. Но он успел на урок успел, так что это не может не радовать.       Тогда, лучше взять что-то из основных блюд. Выбор был между рамэном и Яки удоном. Конечно, не хотелось изменять классике, поэтому можно взять тарелку томно пахнущей лапши с яйцом, но организм требовал что-то новое. Ладно, остаётся только заказать и ждать.

***

      — Итак, как именно писать это сочинение-эссе? — Хаджиме недовольно начал грызть карандаш, украдкой кидая взгляд на Нагито, который сидел справа от него.       — Ну, сначала нужно определить тему, на которую мы будем писать. Давай что-то банальное, — глянув на стол со своей тетрадью и листами, Комаэда посмотрел в сторону учебника на против него, — у нас сейчас какой раздел?       Хаджиме что-то пробормотал, но всё равно потянулся за учебником по литературе. Он немного потрёпанный, но целый, так что найти в оглавлениях нужную информацию было несложно:       — "Любовь и её раскрытие в произведениях зарубежных поэтов XVIII века".       Нагито вздохнул и окинул взглядом комнату, Хаджиме пришёл совсем недавно, да и заказ ещё не принесли, так что приходилось все силы отдавать на объяснение. Из головы не выходила мысль: какая будет реакция на предложенные закуски? Можно долго гадать, но всё же стоит заняться сочинением.       — Хорошо. Теперь, тебе нужно следовать простому плану: если у нас тема: "Любовь" — то под неё мы и будем подстраиваться. Вот, смотри, — Нагито взял чистый лист и начал писать, пока Хаджиме придвинулся ближе, наблюдая за движением руки и дыша прямо на шею. Комаэде стоит держать себя в руках, — сначала нам нужно написать:       Что такое любовь? из источников, таких как интернет и словари. Затем, мы пишем:       Что такое любовь?, но уже для нас самих, лучше писать с аргументами. И под конец:       Есть ли в рассказе любовь? — основываемся на наших терминах и сравниваем — есть ли в отношениях то, что мы описали, или нет. А потом мы просто делаем выводы.       На белом листе был написан скромный план, который казался бессмысленным, но Нагито был благодарен за его существование. Хотелось смеяться от того, как тебе дышат прямо в шею, заставляя прохладный поток воздуха щекотать нервные окончания.       — Серьёзно? Так просто? Мне даже стыдно становится...       Хаджиме почесал голову и нервно улыбнулся, хотелось сказать: "Да не может быть всё настолько легко" — но когда есть доказательства, верить становилось проще. Нагито вздохнул с улыбкой на лице, когда Хината взял свою тетрадь и немного отодвинулся.       На горизонте показалась миловидная официантка, которая несла заказанные блюда. В животе заурчало, а Нагито сглотнул слюну.       — Ваш заказ. Счёт я принесу позже.       Пока девушка раскладывала еду, Хаджиме смотрел с недоумением и детским желанием съесть любимое лакомство. И как только рядом с их столом больше не было посторонних людей, Хината посмотрел на Комаэду:       — И за что такая щедрость? — ученик говорил это с щепоткой издёвки, но благодарности здесь было предостаточно, — если что, я могу заплатить, мне сколько нужно отдать?       — Нет-нет-нет, это моя инициатива! — Нагито показал свою руки, улыбаясь с закрытыми глазами, — просто решил, что заниматься на голодный желудок было бы глупо, да и тебе сахар нужен, чтобы думать.       Хаджиме что-то хмыкнул и вернул свой взгляд в сторону тетрадей. Прикасаться он к ней не стал, а просто наблюдал, пока солнце начало немного скатываться с зениты. Слишком холодный цвет для оранжевого, но белым он тоже не являлся. Свет легко расплывался по кафе, отдавая остатки тепла.       В такой ситуации хотелось лежать в кровати с близким и желанным человеком, так что Хаджиме идеально соответствовал параметрам и выглядел достаточно расслабленным.       Но в его глазах появляется ясность мыслей, и Хината откладывает макулатуру в сторону и притягивает к себе тарелку. Нагито вздрагивает.       — Ты ешь, пока не остыло.       Нагито повинуется и берёт деревянные простые палочки. Лапша не была сухой, так что не царапала горло, а сам соус помогал насладиться блюдом, делая блюдо более пикантным, не оставляя место пресности. А креветки идеально раззадоривали аппетит, что доставляло ещё больше удовольствия. Иногда лучше ходить в кафе, просто чтобы попробовать что-то новое на вкус, поэтому Нагито не прогадал с идеей.       Украдкой взглянув на Хинату, который поедал уже третье пирожное из пяти, Комаэда что-то бормотал себе под нос. Они были достаточно каллорийны, так что баловаться ими не стоит.       — Кстати, тебе лучше написать пробное сочинение, чтобы усвоить материал.       Нагито не был хорошим актёром, да и не чувствовал он себя хорошим учитель, но пока силы ещё оставались, и дело не раздражало, то можно продолжить.       — Извини, но нет, я слишком сильно устал. Может быть, завтра я его тебе и отправлю, — Хаджиме смотрел на оставшееся пирожное с решимостью, но поджав губы, вытянул руки вверх и выгнул спину.       Что ж, было ожидаемо, что всё закончится так быстро, но Нагито лишь улыбнулся и отодвинул пустую тарелку. Теперь, делать совершенно ничего не хотелось, пока лапша согревала тело изнутри. Комаэда мог сказать, что этот день прошёл замечательно.       На следующее утро пятницы Нагито проснулся с пищевым отравлением. Ему пришлось остаться дома.

***

      Сегодня день оказался достаточно теплым, температура вполне приемлемая для конца зимы, и снег начал таять.       Окно было плотно закрыто, но шторы не преграждали путь сочившемуся свету, так что вся комната сверкала, как на фотосессии.       Нагито считал, что этот день — один из самых скучных в его жизни. Вся квартира просто блестела от чистоты, пока Комаэда пытался вспомнить, что он ещё не сделал.       Всё домашнее задание лежало аккуратной стопочкой в рюкзаке. В этот раз оно заняло меньше времени, поскольку Нагито успел сделать часть заданий в пятницу, ведь в школу он не пошёл. Мама даже несколько странно посмотрела на него, но решила не мешать и просто ушла со спокойной душой.       После домашки взгляд пал на уборку, и всё утро субботы он драил квартиру. Многие не любили включать шумный пылесос и оттирать жирные пятна, но Нагито получал от этого удовольствие. Всё-таки квартира — его дом, и ответственность лежит на Комаэде. Иногда бывали моменты, когда спину было невозможно разогнуть, и появлялось желание убираться с кем-то, ведь так даже проще и веселее, можно поговорить о мелочах или просто наслаждаться тишиной.       Уборка хоть и была долгой, но не длилась вечно, поэтому где-то к обеду Нагито понял, что его руки свободны. Еда, которую мама приготовила и оставила в холодильнике, помогла восстановить силы и оставила с вопросом: "Что делать дальше?". Но как хорошо, что на его полке была одна из книг, которую он давно хотел прочесть. Впрочем, Нагито прочитал её за вечер.       Вся суббота промчалась бесследно.       Всё утро воскресенья Комаэда лежал на кровати и пытался придумать план дня. Хотелось сделать что-то полезное, например, купить продукты, но в холодильнике и так была еда, которую его мама любезно купила.       Может... Посмотреть что-то?       Да, можно организовать день аниме и фильмов, но точно не сейчас, глаза слишком болят, чтобы смотреть на яркий экран. В подобные моменты Нагито брал книгу и читал, но хотелось это сделать с кем-то. Хотелось посоветоваться по поводу жанров или обсудить книги. Наверное, Хаджиме не особо любил читать, просто... Он выглядит как подросток, который осиливает только школьную программу, но если Нагито поделится своими книгами, то, может, и привьёт любовь к чтению. О! А если почитать ему что-то?       Как в детстве, пока на дворе была ночь, мама в тёмной комнате с книжкой в руках листала страницы и искала сказки, которые она ещё не читала, а Нагито только смотрел на неё из-под одеяла и ожидал, когда услышит новую историю. Но он всё равно уснёт на самом интересном, и утром с жадностью продолжит читать.       Нагито хихикнул, вспоминая тёплые моменты из детства. Он надеется, что Хаджиме тоже оценит подобное времяпровождение, но судя по его характеру, Хината будет слушать его с довольной улыбкой, так что не стоит переживать.       Надо будет организовать в ближайшем будущем.

***

      Как оказалось, воскресенье не собиралось разочаровывать Комаэду, поэтому он стоял на улице рядом с торговым центром и ждал Хинату.       Нагито грел свои руки в карманах, ища глазами знакомое лицо. На улице не очень холодно, но стоять здесь больше часа не хотелось. Как хорошо, что он тут минут пять.       Самое неожиданное — это сообщение с просьбой Хинаты пойти с ним к Нацуми. Как оказалось, он, Фуюхико и Сода решили перенести встречу, поэтому сейчас Нагито спокойно стоит в ожидании своего проводника.       Какая удача.       Но вот, скоро пойдёт десятая минута, и Нагито начинает волноваться. Конечно, он мог бы продолжить ждать, но недовольство вместе со страхом повлияли на его решение, так что Комаэда застучал пальцами по экрану, печатая сообщение:

Вы:      

Хаджиме, ты скоро?

      Долго ждать не пришлось, ведь перед его лицом уже стоит запыхавшийся Хаджиме.       — Я... Пришёл, — согнув свои ноги и опираясь на них, Хината выравнивал дыхание, пока на его плече висел рюкзак.       Нагито почесал горячую щёку и отвернул взгляд в сторону. Они находились непозволительно близко, намного ближе, чем нужно для общения. Хотелось вытолкнуть своего друга за границы личного пространства, но лёгкая дрожь пробежала по позвоночнику, когда Нагито заметил пастельно-розовый румянец на щеках Хинаты.       Губы плотно сжались в линию, по горлу прокатилась слюна. Нужно выдвигаться.

***

      — И так, Хината, правда или действие? — Нацуми, что сидела между братом и Содой, подпёрла голову рукой, наблюдая за другом.       — Давай действие, честно, я устал от твоего взгляда.       Хаджиме тихо пробурчал себе под нос и цыкнул, закатывая глаза. Нагито поёрзал на месте и оглядел остальных, игра началась примерно минут пять назад, но Нацуми уже выглядела довольной собой.       — Тогда... Ты ведь принёс с собой мой подарок?       Хаджиме вздрогнул от вопроса, пока Нацуми хихикала с лёгкой улыбкой. Оставшаяся часть компании была в небольшом смятении, Нагито мог предположить, о чём идёт речь, как и Сода вместе с Фуюхико, но не мог думать ни о чем конкретном.       Хаджиме же начал розоветь с поджатыми губами и раскрытыми глазами, но взял сумку, которую принёс с собой, и удалился из комнаты.       Было неловко оставаться в гостиной в ожидании, которое давило со всех сторон. Нагито сглотнул и оглядел помещение ещё раз, но это никак не успокаивало. Белый ковёр, на котором сидели подростки, идеально подходил к светлому интерьеру гостиной, но не был достаточно мягким, чтобы стать комфортным.       Тишина могла жить до конца переодеваний Хаджиме, но Сода, как самый любопытный человек во всей комнате, подобный ребёнку, спросил:       — Он ведь сейчас в платье выйдет, да? — Немного взволнованный, в предвкушении поглумиться над другом, Казуичи посмотрел на Нацуми с озорной улыбкой.       — Да, вообще, я хотела, чтобы это был сюрприз, но он всем всё разболтал, так что будет не так интересно, — Нацуми нахмурила брови и скрестила руки на груди, отводя взгляд в сторону. Возможно, из-за пшеничных волос она так похожа на своего брата?       — Не переживай, всё равно интересно, как оно будет сидеть на нём, — Фуюхико прищёлкнул пальцами и открыл банку с газировкой, которую отобрал у Соды, мол: "Ему много сладкого нельзя". Вылитая мать.       Нацуми вытянула руки вперёд, разминая спину, недовольство пока оставалось на её лице, но она не делала на этом акцент, пытаясь вести себя спокойно.       — О, кстати, я так и не смогла нормально тебя узнать, ты ведь Нагито, не так ли? — девушка оценивающе посмотрела на Комаэду. Его не особо заботил подобный взгляд, ведь он был занят ожиданием своего друга. Хотя ответить всё-таки стоит.       — Да, рад познакомиться с тобой, — протянув руку Нацуми, Комаэда улыбнулся в знак вежливости, это ведь нормально? Наверное, да, ведь сестра Фуюхико уже сжимала мужскую руку, которая немного хрустнула. Больно.       Сглотнув, Комаэда высвободил конечность из плена, начиная её массировать. Нацуми гордо улыбнулась, приподняв подбородок, словно одержала победу.       — Давай, рассказывай, как вы познакомились, а то нашего красавчика так и не дождёшься, — сестра решила не отставать от брата, поэтому тоже прихватила банку газировки под недовольный взгляд Казуичи, но он ничего не успел сказать, ведь на него уже успел шикнуть Фуюхико.       Нагито почесал шею, ища взглядом, за что можно зацепиться. Ему оставалось только пожевать губу и думать, с чего конкретно начать. Может, лучше сказать, что это просто череда событий? Хотя нет. Смотря на них, понимаешь, что они в подобное не верят. Нагито не может их винить, ведь его товарищи основываются на логике и пытаются ей следовать. Похвальный поступок, многие просто не считают это нужным. Так что... Может сказать, что они с Хаджиме начали общаться во время биологии? Пошли на урок, оба в не лучшем положении, появилась общая тема для общения, потом небольшая пакость со стороны одноклассника, и Хината помог. Всё. С этого момента Хаджиме предложил дружбу, и Нагито согласился.       — Ну... Всё началось с того, что-       — Нацуми! Помоги мне, я не могу стоять!       Все резко повернулись, и сестра Фуюхико подбежала к другу, чтобы обеспечить помощь и поддержку своему другу. Хаджиме пытался стоять прямо, вытянув руки в поиске опоры, но мог только дрожать. Нагито сглотнул и поёрзал на месте.       Один из плюсов этого платья — облегающая ткань.       Другие материалы хорошо держат форму, поэтому на мужской фигуре были бы видны все недочёты, но здесь... Всё платье нежно обнимало Хинату, выделяя все изгибы, из-за небольшого чёрного подъюбника талия выгодно выделялась, а грудь выглядела больше. Руки казались у‌же из-за длинных чёрных рукавов, плечи оставались открытыми.       Ему идеально подходит это платье.       — Хинат, может, снимешь каблуки? А то боюсь, что упадёшь, — Фуюхико присвистнул, попивая газировку. Он ещё находился в небольшом смятении. Как его же сестра могла сотворить подобное с одноклассником?..       Нагито заметил, как его взгляд падает на ноги в чёрных капроновых колготках, на туфли на шпильках. Его температура тела повышается, и вся кровь скапливается на щеках, делая их более яркими и уж очень выделяющимися на белом лице.       — Не беспокойся! Он справится, я держу его, — Нацуми приобняла его за талию, задирая подбородок вверх, а Хаджиме пискнул и опустил красное лицо вниз.       Нагито потёр глаза, продолжая смотреть на друга. Его обычный образ просто не вяжется с подобной картинкой. Минутное смущение перерасло в агрессию и обиду, теперь Хината смотрел на Нацуми почти с ненавистью, но, к сожалению, он может лишь вздыхать и трястись.       — Может, тебе в этом пойти в школу? Думаю, многие оценят, — Казуичи встал со своего места, подойдя ближе к другу. Хината, в свою очередь, прижался к младшей Кузурю, — серьёзно, если бы не причёска, то я подумал, что ты девочка.       Сода рассмеялся и потрепал волосы своего друга, ставя его в неловкое положение. Но ноги уже не так сильно тряслись, так что Хаджиме мог нормально стоять на месте. Нагито же так и не смог сказать хоть слова. Он мог только чувствовать, как его тело становится мокрым и липким и наполняется жаром.       — Ладно, давайте продолжим, а то сейчас он упадёт на этих каблуках. Тебе хотя бы не жмёт? — Нацуми усадила свою новую подружку на пол, пока Хаджиме пытался разгладить юбку платья.       Сода щёлкнул пальцами и присел рядом с Фуюхико. В его голове созрел план, но он решил оставить его на потом.       — Скорее непривычно, что пятка намного выше, а так, особо не жмёт, — Хаджиме вытянул ноги, проклиная платье, нужно сесть так, чтобы не засветить нижним бельём.       Нагито потёр шею и опустил взгляд вниз. Приятно видеть свою любовь в красивом наряде. Похоже на удачу, за которую придётся расплатиться, но это будет потом. Пока что, тягучий груз опустился на дно живота, приятно покалывя снизу. Его белая свободная рубашка колыхала при каждом вдохе и выдохе, намного активней, чем в обычные дни. Комаэда экстренно взял газировку.       Может она и сладкая, но хоть как-то расслабляет.       — И сколько мне ходить в этом наряде? — Хаджиме скрестил руки на груди, поправляя рукава.       — Весь день, пока ты не уйдёшь, — Нацуми хлопнула его по плечу, пока Нагито чуть не подавился газировкой.       Если так подумать, то это будет примерно 4 часа — достаточно долгий промежуток времени. За столько можно прочитать книгу, если она достаточно интересная и с продуманным сюжетом. Нагито нравилось наблюдать за миром, который разворачивается прямо у него на глазах, но он не против провести время за любованием на своего друга.       — Итак, чем же мы займёмся? — Фуюхико вытянул руку вверх, разминая спину. Он был одним из самых спокойных и серьёзных людей в этой комнате, наверное, такое ему не понять.       — Может, устроим ужин для принцессы Хаджиме и принца Нагито? — Сода оскалил зубы и гордо поднял голову, остальные же были за, конечно, кроме сладкой парочки.       — Я не против, как раз все поедим и повеселимся, — Нацуми уже встала со своего места, подбирая под локоть Казуичи, который не ожидал подобного энтузиазма. Фуюхико удовлетворённо хмыкнул и направился в сторону кухни.       — Эй, это уже не смешно! Давайте просто проведём день как нормальные люди, — Сода и Нацуми наблюдали, как Хаджиме быстро собрал ноги вместе и поднялся, стоя на каблуках, но равновесие было не на его стороне, поэтому он начал заваливаться в сторону.       Нагито не понял, как он лежал на полу вместе с Хаджиме на груди, но помнил, как на него упало тело в платье. Сода и Нацуми тихо похихикали и удалились, бросив: "Удачи, голубки!".       Остаётся только решить проблему, которая находилась прямо над ним. Из-за шуршания ткани было неловко двигаться, да и вообще хотелось провалиться под землю.       — Хаджиме... Тебе пора вставать, — пришлось кряхтеть, чтобы собеседник услышал его, но как оказалось, Хинате нужно было просто легко намекнуть, в каком они положении, ведь он в ту же секунду свалился с тела Комаэды, отползая на несколько метров.       Теперь, Хаджиме смотрел на него с багрово-красным лицом и раскрытыми глазами. Наверное, сам Нагито выглядел не лучше: всё те же малиновые щёки, удивлённый взгляд и, к тому же, слишком мокрые руки. Обоим приходилось интенсивно дышать, чтобы не умереть от любого шороха.       Из кухни доносились голоса, которые смешались в целый балаган, не давая сосредоточиться. Наверное, его знакомые пытались что-то приготовить, но были слишком упёртыми, чтобы уступить друг другу. Из-за таких споров Нагито не мог даже услышать собственное дыхание, но зато стучащая в висках кровь не оставляла одиноким.       Первым, кто решил хоть как-то разрядить обстановку, оказался Хаджиме, который уже успел схватить сладкую воду. Не зря её было так много.       — Почему ты вообще оказался в туфлях? Подарком-то было только платье, — Нагито сменил позу на более удобную, смотря на Хаджиме. После нескольких глотков, тот тяжело вздохнул и посмотрел на Комаэду.       — Наказание от Нацуми. Я рассказал о подарке, а она хотела оставить это сюрпризом для всех остальных, поэтому она оставила мне их вместе с платьем, — Хаджиме потёр переносицу и снял с себя туфли разминая пальцы ног, тихо постанывая от наслаждения. Нагито сглотнул.       — Ты ведь мог отказаться от обуви? Просто... Вдруг сработало бы?       Нагито оглядел весь пол, подмечая, сколько всего они выпили. Это не очень хорошо. Возможно, на следующее утро у него вздуется живот.       — Эх... Она оставила записку, где было написано: "Если ты будешь сопротивляться, то я накрашу тебя.". Так что я решил следовать её воле.       Поставив рядом с собой банку, Хаджиме отвёл взгляд от Нагито и начал прислушаться к звукам, издающимися из кухни. Комаэда с трудом мог признаться, что хотел бы посмотреть, насколько хорошо Нацуми умеет красить людей. Кстати о них: сейчас голоса немного стихли, но иногда были слышны возмущения от Нацуми и возгласы от Соды, Фуюхико же не издавал ни звука.       — И да, извини, если тебя задело, что они назвали тебя моим принцем и всё то, что они вытворяют. Ты всегда можешь уйти или сказать им об этом прямо, они не обидятся, я обещаю тебе, — Хаджиме неловко улыбнулся, почесывая голову, пока пульс Нагито ускорялся.       — О... Не переживай, всё хорошо. Они не сделали ничего плохого. Они не сделали что-то, что могло бы меня задеть, — Нагито придвинулся немного ближе, чтобы не повышать голос и не мешать людям в соседней комнате. Да и намного приятней быть ближе к важному для тебя человеку.       — Хах, это пока что... Зная их, они заставят тебя надеть какой-то костюм, чтобы ты больше походил на принца, и поставят нас вместе, — предупреждение, казалось, было ни к чему, но всё же приятно осознавать, что кого-то волнуют твои чувства и комфорт. Так что сейчас Нагито смотрел на свою любовь с нежностью, понимая, что всё будет хорошо. Он попытается сделать всё, что в его силах.       — Я не против, главное, чтобы было весело.       Но вся идиллия была разбита, как свадебная ваза о бетонный пол, когда в комнату врывается Нацуми со счастливой улыбкой. Оглядывая комнату, она словно что-то искала, но когда встретилась с Комаэдой взглядами, то тут же засияла.       — Так, так, так! А сейчас ты, Нагито, пойдёшь со мной, и поживее! Оставь свою принцесску здесь. Мы скоро, Хаджиме, не скучай!       Она взяла под руку Комаэду и увела в соседнюю комнату. Хинате оставалось только пожелать удачи и сидеть дальше в ожидании.

***

      — Хаджиме, ты сейчас как? Всё в порядке? — Нагито оглядывается на Хинату, который был слишком красным, чтобы что-то говорить.       Их заставили сесть рядом за столом в костюмах. Вообще, образ Нагито был похож на принца только с натяжкой. Белый сюртук, на котором красовались золотые броши, под ним была белая рубашка и такого же цвета штаны. С Хинатой они казались, как Инь и Ян, это ещё больше смущало. Как оказалось, это была старая одежда отца Нацуми, который отдал костюм своей дочери на растерзание, и он идеально подхолило Комаэде. Какая удача.       Рядом с ними стояли тарелки с разными салатами, закусками и мясом, но больше всего выделялся мисо суп, который был к ним ближе всего.       Сода, Фуюхико и Нацуми сидели по бокам стола, сверля их взглядами, будто что-то выжидали. Но когда заветной реакции не последовало, младшая Кузурю решила разузнать, в чём дело:       — Ну, как вам, Ваше высочество?       Она улыбнулась, когда Хаджиме недовольно цокнул и нахмурился, Нагито же смотрел на эту сцену, как ребёнок, ожидая, что произойдёт. Конечно, он мог повлиять на ход событий, но иногда так интересно, к чему может привести твоё бездействие.       — Нацуми, шутка затянулась. Давайте просто поедим и поговорим, — и вот, румянец спал, и Хаджиме потянулся за едой и палочками. Нагито наблюдал за ним всё это время, но тоже решил приступить к еде.       — Тц, не обижайся ты так. И да, если ты такой умный, то предложи тему для разговора, — Нацуми тоже взялась за палочки и начала есть, на противоположной стороне от неё сидели Сода с Фуюхико, которые уже нашли себе тему для разговора. Слишком долго младшая Кузурю не могла молчать, так что сразу же продолжила, — о, я вспомнила, ко мне недавно девушка подходила, её вроде бы Сато зовут?.. Неважно, короче, она сказала, что я как-то обидела её подружку Махину, она ведь из вашего класса? И я ей хорошенько так врезала, пришлось с классным руководителем говорить, но я сохранила свою честь!       Все, кроме Нагито, казались относительно спокойны к данной истории. Если Фуюхико можно понять, ведь он является её братом и знает о ней многое, то остальные... Хотя, если судить по характеру Нацуми, то она боевая девушка. Но вся история кажется немного странной, Махиру не выглядела расстроенной или подавленной. Возможно, это просто темперамент Коизуми не даёт ей выносить проблемы на всеобщее обозрение.       — Она хотя бы сказала, из-за чего? — Хаджиме пытался есть маленькими порциями, растягивая удовольствие, или он хотел просто найти повод не говорить во время трапезы. Нагито подпёр щёку, иногда поглядывая на Хинату. Свою порцию Комаэда уже съел наполовину, так что мог спокойно наблюдать и слушать разговор.       — Я без понятия, тип, она просто сказала, что я кого-то там подговорила, чтобы этот человек начал звать Махиру на свидание. Бред, да и только. Как вообще можно было подумать на меня? — Нацуми облокотилась на стул, разминая спину. Её слова звучали так уверенно, что Нагито хотел верить ей без вопросов, но для девушки наступают не самые приятные моменты, когда есть друг, знающий о ней многое:       — То есть, мы не берём в расчёт случаи, когда ты писала ей с фейковых аккаунтов, что хочешь с ней встречаться?, — недовольная принцесса следила за фигурой, так что после супа Хаджиме решил взять себе фруктовый салат, который был далековато от него. Он так мило пытался сделать это сам, что Комаэда мог только смотреть.       Нагито, наблюдая за чужими попытками получить желаемое, растаял и решил помочь, двигая тарелку ближе к своему другу, на что получил тихое спасибо.       Нацуми так и не ответила на слова Хаджиме, а только взяла в свои лёгкие воздух и выдохнула через нос. Казуичи и Фуюхико начали что-то активно обсуждать, поглядывая на оставшуюся компанию. Хината больше не выглядел смущённым из-за платья, а воспринимал его как обычную одежду, что не могло не радовать.       Тишина продолжалась недолго, ведь к разговору подключились остальные. Ну, то есть Сода, который решил излить свою душу о холоде, исходящем от Сони. Нагито слушал с какой-то внимательностью, иногда смотря на Хаджиме оценивающим взглядом. Всё-таки, Нацуми умеет подбирать одежду.

***

      Прошла ровно неделя с 14 февраля, Комаэда никогда не думал, что будет рад снова вернуться в школу. Как-никак, это то место, где он мог поговорить с людьми.       Вообще, его немного напрягает, что за весь учебный день с ним не приключилось абсолютно ничего.       Нет каких-то внеплановых тестов, контрольных работ или замен, люди живут своим темпом, идя по прямой и чистой дороге, пока Нагито оглядывался по сторонам в поисках терний.       Остаётся пережить последний урок и идти домой. Рутина. Нагито всё сидел за своей партой, смотря за пятнами из одноклассников. Его начинает клонить в сон, но это всего лишь ложное чувство, просто усталость. Он не сможет заснуть.       Комаэда чувствовал, что за ним кто-то наблюдает. Это чувство — словно зуд по всему телу. Однако все занимались своими делами.       Хотя нет. Всё спокойствие дня рухнуло, когда к нему подошли Сода и Фуюхико:       — Комаэда, нам нужно поговорить, — Кузурю, который казался более собранным, стоял прямо перед Нагито, пока Казуичи выглядывал из-за спиной друга, выглядя маленьким ребёнком.       — Я весь внимание, — вставать из-за стола не хотелось, нужна была хоть какая-то защита, за которую можно было спрятаться от удара. Казуичи и Фуюхико оглядели класс, будто подсчитывали количество одноклассников. Их всё устраивало, так что Кузурю продолжил.       — Мы знаем, что ты влюблён в Хинату.       Нагито почувствовал резкую боль в затылке, будто его ударили сковородкой. Возможно, это его неудача: по всей школе разлетится слух, что фрик влюбился, и его не особо прочная репутация сломается, так что в школе можно не появляться. Но как оказалось, Сода думал совершенно иначе:       — Серьёзно, ты тогда смотрел на него в платье так, будто готов выйти за него замуж. Если ты пытался как-то скрыть свою влюблённость, то у тебя это плохо вышло, — Казуичи казался возмущённым, причина была неизвестной, но Нагито интересовал другой вопрос: знает ли об этом Хаджиме? Если предположить, что Комаэду достаточно лёгко читать, то его объект воздыхания уже всё знает и попытается прекратить их общение. Просто прекрасно.       — Не беспокойся, Хаджиме не понимает никаких намёков, так что ничего не знает, — Фуюхико, будто прочитав его мысли, успокоил Нагито, давая ему время обдумать всю ситуацию, но это не требовалось.       — Зачем вы тогда решили рассказать мне об этом? — Ожидать можно было всего, что только приходит в голову. Его цикл удачи слишком непредсказуем, поэтому даже обычная ситуация, на которой держится всё твоё состояние, может просто перевернуться.       — Мы хотели бы помочь тебе с твоей влюблённостью.       Тут Нагито понял, что влип по самое не хочу.

***

      С понедельника прошло уже пять дней, и настало утро субботы. Комаэда сидел у себя дома, осматривая свой холодильник раз шестнадцатый. Он оценил все продукты, будто мог найти что-то, что не подхолило под его стандарты, но подобная ревизия была в магазине, в котором Нагито закупался ещё вчера.       На этом его напряжённость ещё не закончилась, Комаэда вздрагивал из-за каждого шороха и уже хотел бежать к двери, но потом только понимал, что до встречи ещё час.       Нужно было договориться на время пораньше.       Вообще, вся эта беготня была спланирована. Фуюхико и Сода решили дать по одной идее для "свиданий". Хаджиме даже не знает, что в него кто-то влюблён, и Комаэде нужно как-то сблизиться с ним, чтобы чувствовать себя намного увереннее, но общение до сих пор давалось нелегко.       Сейчас главная цель: пригласить Хинату в гости и сделать что-то вместе. Фуюхико сказал, что домашние заботы помогут чувствовать себя более уверенно, так диалог легче завязать, да и всегда можно изменить ситуацию. Само же "наполнение" для этого свидания Кузурю оставил на воображение Нагито, и у того была на примете парочка идей.       Самое банальное, что он хотел бы сделать — приготовить какие-нибудь закуски и почитать книги. На самом деле, для первого раза это достаточно хорошо, нет огромных списков мест, которые люди в основном посещают, а после этого болят ноги и спина.       Нагито присел на свою кровать, гладя на часы: 13:43. Где-то через 15 минут, ему придётся спуститься вниз, чтобы встретить Хаджиме. Как оказалось, Хината разбирается в улицах и их расположении, наверное, прогулки давали свои плоды. Ему не нужен был попутчик или навигатор, чтобы добраться до чужого дома, так может, Комаэде стоит чаще гулять и запоминать улицы?       Это всё бессмысленно, если нет мотивации или желания. Зачем что-то делать, если есть друг, который всегда подскажет, куда идти?

***

      — Ты помнишь, где у тебя находится рис?       Хаджиме, который пришёл примерно пять минут назад, уже запомнил всю планировку квартиры, как и где можно открыть окно и всю историю проживания в этом месте. Последний пункт оказался слишком маленьким, так что не занял больше минуты из всего рассказа. Сейчас Комаэда стоял вместе со своим другом, пытаясь вспомнить, где он положил этот рис. Если его не будет, то онигири просто невозможно приготовить, какая жалость.       — Ну... Я вроде бы положил в один из этих шкафчиков, — Нагито уже третий раз заглядывает туда, в надежде найти рис за банками с крупой, переставляя и отодвигая их несколько раз подряд. Безуспешно.       Хаджиме упускает взгляд вниз и открывает шкафчик под раковиной. Большую часть пространства было целиком и полностью отдано трубе, а остальная часть оставалась для разных химических средств. Но один предмет здесь просто не вписывался: такой белый и в красивой упаковке с крупной надписью: "Рис".       Взяв в руки крупу, Хаджиме посмотрел в сторону Комаэды, который уже начинал нервничать. Лучше его успокоить.       — Я нашёл рис. Мы ведь хотим приготовить онигири, так что нам нужен лист нори и какая-то начинка.       Нагито огляделся и когда нашёл взглядом крупу, благодарно вздохнул. Конечно, он не был поклоником риса, но выбранный вместе рецепт, который предложил Хаджиме (а Комаэде пришлось согласиться), требовал данный продукт, ведь он был одним из основных в этом блюде.       Нагито лишь хмыкнул, ища рецепт. Повар из него никакой, так что придётся следовать указаниям из интернета. Хаджиме уже начал промывать сам рис. Первое время вода становилась белой и мутной, из-за чего в ней нельзя было хоть что-то разглядеть. Продлилось это недолго, ведь уже через пару минут жидкость оставалась чистой.       Наверное, немного одинокая жизнь настаивала на готовке, а то разогревать полуфабрикаты — не самое приятная пища для желудка. Просмотрев рецепт ещё раз, Нагито начал думать над самой начинкой. Вообще, всегда можно было поэкспериментировать и добавить что-то сладкое или кислое, но тогда Комаэда не сможет рассчитывать на сытность и хорошее настроение. Лучше придерживаться стандарта и взять красную рыбу. Идеально подходит для новичка.       — Хаджиме, может, использовать для начинки красную рыбу? Она как раз у меня в холодильнике, — развернувшись, Нагито открывает белую дверцу, доставая запечатанную упаковку с рыбой.       — Тогда ты будешь помешивать рис, а я пока нарежу рыбу, — взяв нож, Хаджиме отбирает из чужих рук морепродукт, пока Нагито занялся рисом.       Рис уже успели залить водой и поставить на огонь, так что Комаэде досталась простая работа, на что он не жаловался. Всё-таки, шансов пораниться от ножа намного больше. Хотя крипяток тоже может обжечь... На кухне вообще нет ничего безопасного. Нагито только тихо хмыкнул, перемешавая рис деревянной лопаткой. Это продлилось недолго, ведь скоро он прикрыл кастрюлю крышкой.       Теперь, в комнате оставались только звуки кипящей воды и стук ножа о разделочную доску. Вообще, как помнил Нагито, рис должен вариться примерно двадцать минут. Это будет достаточно долго, но если тишина никуда не денется, то это всегда можно исправить, не так ли?       — Ты умеешь готовить? — Немного глуповатый вопрос, но что-то другое даже не лезло в голову. Но это лучше, чем просто стоять в тишине. Конечно, многие бы сказали, что с любимым человеком время проходит слишком быстро, но Нагито не думает, что их отношения на таком высоком уровне, когда тишина является способом раскрытия своих чувств.       — Базовые блюда — да. Для меня никогда не вызывало трудностей просто пожарить яичницу. Это всё равно нужно уметь, а иначе просто помрёшь с голоду, — немного присвистывая, Хаджиме резал рыбу полосками, на его губах появилась небольшая улыбка, наверное, ему нравится так проводить время.       — Но ты всё равно продолжаешь есть эту гадость, — Комаэда снова поднимает крышку, заставляя рис танцевать в снежном вальсе. В рецепте же ничего не говорили про соль, верно?       — Это был всего один раз, а запомнил ты это на всю жизнь. Будто сам никогда подобное не ел, — Хаджиме продолжает нарезать кусок рыбы на маленькие кубики, которые были похожи на своих братьев и сестёр — почти что близнецы.       — Я просто берегу своё здоровье, вот и всё, — Нагито посмотрел на время, прошло уже шесть минут. Ладно, не всё потеряно.       — Поздравляю, мне больше нечего сказать.       Должно быть, иногда людям неудобно говорить. Это единственное оправдание, которое Нагито успел придумать. Серьёзно, хочется утопиться в этой кастрюле из-за молчания, которое уже успело нависнуть над ними. Как люди подобное терпят? Хинате вроде бы нормально, он уже всё нарезал и пошёл к холодильнику искать сливочный сыр. Так, это пошла какая-то импровизация, или Хаджиме хранит у себя другой рецепт?       Чёрт. Нагито чуть не забыл переставить рис на маленькую комфорку.       — Как ты вообще коротаешь время, когда готовишь? — Комаэда не знает, что делать. Наверное, у многих бывает подобное, но точно не во время готовки.       — Иди, присядь, а то уже качаешься, так и упадёшь скоро, — Хината берёт Нагито за плечи и ведёт в сторону стула, приходится только подчиняться, — и, отвечая на твой вопрос... Я не знаю. Когда готовишь один, то у тебя не так много сил, да и работы в два раза больше, так что тут нет свободного времени или перерыва, только если тебе не нужно что-то запекать. Может, в следующий раз воспользуемся духовкой?       Хаджиме спокойно напевает про себя, пока Нагито рассчитывает шансы взрыва духовки. Скорее всего произойдёт пожар... Какое счастье.       — Я не знаю. Если сейчас мы сможем приготовить что-то, то потом можно попробовать,— Нагито опёрся щекой на руку, наблюдая за готовкой со стороны. Из-за прошлой бессонной ночи всё становится размытым, а глаза неприятно щиплет. Наверное, стоит немного поспать.

***

      Как оказалось, Комаэда проспал всю готовку. Проснулся он под самый конец, когда Хаджиме раскладывал всё по тарелкам. Конечно, было обидно, что ты пропустил всё веселье, но смотря на довольное лицо Хинаты, который успел съесть уже третью закуску, Нагито не мог жаловаться. После того, как сам Комаэда съел свою законную часть, Хаджиме добавил, что не хотел мешать сну, на что Нагито был благодарен.       Вообще, онигири вышли вкусными, соль присутствовала, и на том спасибо. Нагито думал, что рисовые комочки будут разваливаться, если судить по комментариям у тому рецепту, который он читал, но как оказалось, Хината хорошо готовил. Хотя Комаэда всё равно не особо понимает, зачем есть не самую лучшую еду, когда есть такие способности.       Сейчас, по своему заготовленному плану, Нагито должен предложить почитать литературу, неважно какую именно, главное просто отдохнуть. Книг много, а теплая еда расслабляла.       — Хаджиме, ты не против что-то почитать вместе? — Нагито поёрзал на стуле, почесывая голову. Он не думал, что предлагать занятие, которое скорее всего будет сопровождаться интимной и романтичной обстановкой, достаточно сложно.       — О, да, конечно. Я хотел бы рассмотреть все эти книги. У тебя собралась прям целая библиотека, сколько ты их собирал? — Хината уже успел встать со стола и направился в комнату Комаэды.       Письменный стол, шкаф с одеждой и стеллаж для книг, кровать с зелёным комплектом покрывал и темно синий диван. Обои были спокойного бежевого цвета с узорами, так что никто не "кричал" на тебя во время сна. Хаджиме огляделся ещё раз и пошёл в сторону книг.       Нагито спокойно сел на диван. После вкусного обеда глаза начали слипаться, а улыбка поползла сама собой. Конечно, он только недавно спал, но продлилось это не так долго, как хотелось бы.       Держа в руке толстую книгу с синей обложкой, Хината подошёл к синему дивану. О, "Следопыт". Комаэда знал чуть ли не каждую книгу в этом доме, кроме маминых коллекций, ведь рыться в чужих вещах он не любил.       Присев рядом с хозяином дома, Хината открыл книгу и посмотрел в сторону Нагито.       — Тебе читать её в слух?       На подобный вопрос Нагито мог только зависнуть. Конечно, он думал о подобном где-то неделю назад, но... Оказаться в такой ситуации, когда все действия ещё не обдуманы — слишком неожиданно. Хотя, в этом не было ничего плохого.       — Да, конечно, почему бы и нет.       Хаджиме устраивается на диване, пока Нагито откидывается на спинку. Между ними было место лишь для какого-нибудь кота, но это никого не волновало, ведь Хаджиме уже начал читать название главы, вместе с эпиграфом:       — Кто не знает, какое впечатление величия исходит от необъятного! Самые возвышенные, самые смелые мысли посещают поэта, когда он заглядывает в бездны неизмеримых просторов, и с особенной живостью ощущает он тогда собственное ничтожество. Не может оставаться безучастным тот, кто впервые зрит перед собой ширь океана, и даже в безбрежности ночи находит наш ум подобие величия, поражающего нас в грандиозных явлениях природы, всю мощь которых не в силах постигнуть наши чувства.       Хаджиме читал спокойно в размеренном темпе, почти что баюкая Нагито. Конечно, Комаэда не особо любил этот цикл, герой не особо впечатляет, а сами события не цепляют за живое, но когда тебе читают таким голосом, то не остаётся иного выбора, кроме как влюбиться в это произведение.       Вообще, это походило на его цикл удачи и неудачи. Обычно, выходные Нагио проходили слишком скучно, но вдруг его позвали отдохнуть вместе с товарищами и другом. Хах, это и вправду можно назвать удачей, однако вот незадача — о его влюблённости узнали, это так мерзко. Только недавно Нагито принял свои чувства, как вся эта тема могла бы стать основой для сплетен. Ему повезло, что Фуюхико с Содой решили помочь.       Но... Что ждёт их в будущем? Наверное, любовь окажется невзаимной, Хаджиме попросит остаться друзьями, если всё пойдёт слишком хорошо. А так, скорее всего, всё их общение сойдёт на нет, и они перестанут пересекаться. Но если его чувства окажутся взаимными, то чего именно стоит ждать? Фортуна точно не отстанет от него, но...       Повернув голову в сторону своего друга, Нагито начал наблюдать, как Хаджиме со всей серьёзностью пытается вникнуть в текст. Брови нахмурины, и всё его внимание было устремленно в книгу, так что заметить тайного поклоника было сложно.       Но сейчас Нагито не особо волнует, будет у него чёрная или белая полоса, ведь они — его проклятие. Лучше прожить эти моменты с любимым человеком, не так ли?

***

      В само‌м торговом центре было теплее, чем предполагал Нагито. Серьёзно, этот плотный белый свитер и куртка оказались слишком хороши в своей работе, особенно для начала весны, так что ему приходилось потеть, пока он стоял рядом со стеклянным лифтом.       Комаэда решил снять куртку и взять её за пазуху. Весь день не был прописан, ведь сегодня второе свидание, которое Нагито решил устроить на следующей неделе. Как сказал Сода: "Просто плыви по течению и наслаждайся всем, чем можешь". Наверное, из-за этого у Казуичи не было девушки.       Но чтобы не обесценивать своего друга и его идеи, Нагито учёл этот совет и набросал примерный план прогулки. Вообще, лучше всего было бы пойти и взять что-то перекусить, а потом развлечься. Да, самое то.       Нагито не пришлось долго стоять одному, ведь попытка Хаджиме напугать его оказалась тщетной, когда твой рюкзак слишком громко звенел, заставляя всю округу быть настороже. Повернувшись лицом, Комаэда встретил своего друга, который уже хмурился.       — Знаешь, ты очень плохо пугаешь людей, — Нагито потрепал Хинату по плечу, закрыв глаза и опустив голову. Он плох в утешении людей, поэтому приходится выкручиваться шутками, — из тебя получается не самый лучший маньяк.       Хаджиме лишь хмыкнул, прищурив глаза на подобное заявление, пока его чёрную водолазку обнимала тёмно-красная ветровка:       — О, спасибо, офицер Нагито, что не подозреваете меня, теперь, я могу спокойно спать, — Хаджиме протяжно выдохнул, потирая свой лоб, — на самом деле... Зачем ты так вырядился? Серьёзно, на улице не так холодно, чтобы выходить в куртке, но свитер классный.       Хината немного отошёл, наклонив голову на бок, потирая подбородок. Будто он сам связал этот свитер, и сейчас смотрит на модели, насколько хорошо сидит. Конечно, не забываем про прищуренный глазик, чтобы сфокусироваться.       Нагито чувствовал себя немного странно. Ему не особо нравилось, когда люди смотрят таким оценивающим взглядом, но здесь ситуация другая. Хината — совершенно близкий человек, он не сделает ничего плохого, как бы не сложились обстоятельства.       — Тебе очень идёт, похоже, ты нашёл свой стиль, — Хаджиме вернулся на прежнее место, покачивая своей головой, пока говорил свою речь. Будто он сам сидел и подбирал одежду Нагито.       — Стиль а-ля "Мне просто нечего было надеть, поэтому я достал первое, что мне пришло в голову".       Нагито пошёл в сторону лифтов, пока Хаджиме пытался предугадать дальнейший план действий, но промолчал, идя в бок о бок с Комаэдой.       — Вообще-то, тебе действительно этот стиль, прям... От тебя исходит спокойствие или лёгкость. И он очень заметный, судя по тому, насколько часто ты надевал и снимал шапку, — Хината хихикнул, взъероша другу волосы.       — Ну, спасибо. Теперь моя укладка испорчена, — Нагито засмеялся, поправляя волосы, мешающие обзору.       Хаджиме вздохнул, улыбаясь чему-то своему, будто Нагито — целый мир для него.       Комаэда прикрыл глаза, поправил свою куртку. Сейчас нет смысла думать о какой-то романтике, даже если они идут на псевдо-свидание. Вообще, это просто прогулка, чтобы Нагито смог ощутить всю атмосферу и почувствовать себя немного раскрепощеннее. Это умно‌, но не давало никакой гарантии.       — Я хочу есть, давай пойдём и закажем себе что-то, — Нагито повернулся к Хаджиме, когда второй немного вздрогнул. Наверное, для него это всё слишком резко.       — Я пас, просто подожду тебя у автоматов, — Хаджиме потянул своего друга, пока Нагито представлял, насколько сильно любит его же удача.

***

      Третий этаж был полностью отведён под игровую зону. Серьёзно, она слишком огромна даже для компании из пяти человек, не то чтобы для двоих. Наверное, у Нагито теплится надежда, что они придут сюда ещё раз, может быть, с Фуюхико и Содой. Последний был бы рад подобному.       Пока Комаэда доедал свою булку, Хаджиме направился к автоматам. Это, вроде бы, гасяпоны? Эти же фигурки были на полках у Хинаты, наверное, он коллекционирует их на досуге. Нагито не особо любит такое, ведь даже если он и начнёт собирать коллекцию и соберёт её полностью, то на следующий день ему, например, отключат электричество дома на сутки. Не хочется попадать в подобные ситуации.       Подойдя ближе, Нагито увидел вытянутые вверх ящики с прозрачными вставками из пластмассы и отсек для денег. Такие маленькие и компактные, что умещаются в целую стену по несколько десятков — подобное могли придумать только в Японии.       Ещё один укус булки.       Цена в таких случаях радовала, примерно 300¥, хотя не Нагито судить об этом, ведь сегодня он точно не будет играть. Хаджиме уже вовсю осматривал различные серии игрушек, в одной из них Комаэда признал Хатсуне Мику. Были и другие коллекции, но больше всего ему приглянулась с котами — хотя они и отличались только покрасом, но уставшая поза всё равно привлекала к себе внимание.       Почувствовав что-то металлическое и острое на своём языке, Нагито достал бумажную салфетку и выплюнул всю пережеванную булку. Во всём этом месеве была видна швейная иголка.       Какой чудесный день...       Нагито понял, что оставлять часть своего обеда в желудке не хотелось, поэтому придется искать уборную. Конечно, настроение испортилось, ведь всё, что с ним может случится — загадка, покрытая мраком. Спрятав остатки еды в салфетку, Комаэда повернулся:       — Хаджиме, мне нужно быстро отлучиться, ты не против? — тот, в свою очередь, уже доставал купюру, но повернулся на голос с удивлением.       — Да, конечно, я подожду тебя здесь, — видя, что Нагито немного спешит, Хаджиме решил не углубляться в подробности.

***

      Нагито вспоминал, как несколько недель назад приходилось идти сюда из-за запаха сигарет, чтобы избавиться от тошноты. Ситуация повторяется, но здесь речь идёт о переживании за здоровье, ведь ему попался не особо съедобный предмет. Вообще, он смог съесть только два укуса, пока не встретил... Это недоразумение. Как хорошо, что здесь никого не было, ведь эти странные звуки из-за рвотного рефлекса могли смутить людей и поставить Нагито в неловкое положение.       Но сейчас это не волновало, ведь когда слизь течёт по пальцам, пока ты толкаешь их в глотку, приходит осознание, насколько это мерзкое занятие. Куски выпечки комками плавали на дне, что не могло не радовать. Они ещё не переварились. Но с каждым разом, вызывать рвоту становилось всё сложнее и сложнее. Идти куда-то за водой было просто невозможно, а пить из-под крана страшно, если вспомнить, что было в выпечке.       Прикасаться руками к полу или ободку унитаза просто не хотелось, ведь этими же пальцами приходилось вызывать рвоту. Так что оставалось сидеть на корточках. Гортань сжимается и последний кусок еды летит к себе подобным. Нагито начинает кашлять, прикрывая рот кулаком. Глаза уже начали слезиться, пока Комаэда пытался отдышаться.       Дыша через нос, Нагито следовал каким-то своим мотивам, но всё для одной цели — успокоиться. Грудная клетка то расширялась, то сжималась, следуя какому-то резкому и быстрому темпу. От этого начинала кружиться голова, так что пришлось сбавить обороты.       Белые пластмассовые панели на стенах немного скрипели и прогибались под спиной Нагито, что напрягало ещё больше в маленьком и тихом помещении. Рядом лежал маленький пакетик с иглой и остатками еды.       Лучше написать маме и сообщить о происшествии. Была надежда, что игла была просто случайностью и не нужно беспокоиться, заразился ли чем-нибудь наш удачливый Нагито. Швейный прибор казался каким-то несуразным. Как он вообще оказался в еде? Хотя это даже не игла от шприца.       Что за чудные люди.

Вы:      

Привет, мам, у меня случайно в еде попалась швейная игра, что делать?

      Ожидать долго не пришлось, ведь примерно в это время у неё проходил перерыв. Какая удача.             Мама:       Ты серьёзно? Я приеду за тобой через 20 минут. Нужно подавать на них в суд.       Спокойный и строгий ответ, что можно ещё ожидать от статной женщины?

Вы:      

Хорошо, спасибо, мам.

***

      — И так, тебе нужно пойти на медосмотр? Надеюсь, что ты не слишком сильно болеешь. Кстати, а чем именно? — Хаджиме до сих пор стоял у гасяпонов, оценивая их педантичным взглядом, но быстро сменил свой интерес, когда на горизонте появился Нагито со странными новостями.       Комаэда сглотнул, поняв, что попал в неприятную ситуацию. Любопытные люди — опасные существа. Когда тебе нужно скрыть что-то, они сделают всё, чтобы утолить свой интерес. А нужно ли говорить Хаджиме обо всех его болячках? Может ли Нагито ему доверять? Доверие является неотъемлемой частью каких-либо отношений, так что... Скорее всего, лучше рассказать.       Видя небольшую заминку Нагито, Хаджиме добавил:       — Ты можешь не говорить об этом, если тебе неудобно, и ты не хоче-       — Деменция.       На этот ответ Хаджиме нервно взглотнул, конечно, он не был фанатом медицины, поэтому ему оставалось только нервничать из-за названия диагноза. Нагито же смог наполнить лёгкие воздухом, будто бы вспомнил, как правильно дышать. Но сейчас это неважно, ведь Хаджиме пытался как-то правильно подобрать слова, чтобы не задеть Комаэду.       — И... Что именно она делает? — Хината напряжённо посмотрел на друга, будто готов закрыть эту тему раз и навсегда. Возможно, он чувствует вину за своё любопытство, но это не особо уже волновало Нагито.       — В основном это забывчивость, слабоумие и нарушение координации, — перечислив свой маленький список, который Нагито помнит со слов своей матери, Комаэда взглянул на друга, который начал в спешке что-то искать своими глазами по этажу.       — Я... Тебе несложно жить с этим? Может, лучше присесть? Недалеко я видел скамейки-       — Я не инвалид, честно. Просто небольшие проблемы, — Комаэде пришлось прервать этот поток слов. Хорошо, что симптомов мало, а то, судя по лицу Хаджиме, тот был настроен на многое. Наверное, это просто резкий всплеск эмоций из-за новой и неприятной информации.       Хаджиме молчал, хотел найти хоть какую-то опору, боясь смотреть Комаэде в глаза. Немного пошатываясь, Хината пытался придумать что угодно, что могло бы успокоить его.       — Ты в порядке? Может, стоит передохнуть?       — Хаджиме. Не нужно так переживать. Я всё давно уже переварил и принял это от у-.. судьбы. Так что я не буду биться в истерике. И обо мне заботится моя мама, так что я в безопасности. Давай закроем тему.       Его друг до сих пор выглядел немного подавленным, но уже не пытался тащить Комаэду к первой лавке, чтобы он мог посидеть. Хорошо, что Хината не додумался везти его в больницу.       Нагито огляделся и посмотрел в сторону мини-автоматов, в которые недавно играл Хаджиме. Виднелись разные коллекции из аниме, манг и простых серий. Наверное, Хината уже потратил пару сотен ейн на фигурки. Впрочем, Нагито тоже был не прочь поиграть на удачу.       Больше его зацепили те фигурки с котами, которые он приметил с самого начала: такие простые, но описывают всё его состояние.       — Хаджиме, давай ты не будешь кривить лицо. Я не умру за пять секунд, и скажи мне: эти коты из какого-то аниме?       Оставаясь на дистанции и выглядя не особо счастливо, Хината посмотрел на наклейку со всеми котами из этой коллекции, всего их было пять. Наверное, эти фигурки просто для людей, не любящих отдавать под них целые полки. Но сами пушистые животные не выглядили знакомо, скорее всего, это самые простые коты.       — Не знаю, я не видел с ними хоть какое-то аниме. Наверное, обычная коллекция.       Нагито промычал, но потянулся за кошельком. Взяв купюру и вставив её, Нагито прокрутил рукоятку, пока ему из отверстия не вывалился шарик.       Хаджиме подошёл ближе, пытаясь незаметно заглянуть через плечо, но Нагито был не особо против, поэтому улучшил обзор другу, приблизив к нему руки, на что Хината лишь хмыкнул. Комаэда мог спокойно вздохнуть, ведь пока тему о болезнях никто не трогает.       На ладонь вывалился недовольный белый кот, чем-то напоминающий Нагито.       — О! Мне его не хватало в коллекции вместе с другим котом, — Хаджиме аккуратно тыкнул на белого друга — эх... Я уже вторую неделю пытаюсь его выловить, но не получается.       Нагито посмотрел на капсулу и ещё раз — на Хаджиме. В голове созрела одна идея, которая могла бы немного разрядить атмосферу       — Может, попытаешь удачу? В последний раз, — Нагито хитро улыбнулся, освобождая место для Хаджиме. Тот, в свою очередь, смотрел на купюру с какой-то жалостью. Комаэда, чтобы поднять настроение и уверенность своему другу, положил в руку его белого кота, который недавно был капсуле, — держи — пополнение в коллекции.       Хаджиме хмыкнул и просунул купюру. Нагито сглотнул, когда понял что они жмутся плечами, и в голове всплыли слова Соды по соблазнению. К чему всё это? Хината закрыл глаза и сделал глубокий вдох, пока Нагито заулыбался ещё шире. Левая рука сама потянулась и приобняла Хаджиме за талию, тот лишь тихо пискнул.       — Т-ты чего делаешь? — Хаджиме пытался как-то вырваться, извиваясь и отстраняясь от Нагито, но его руки были сильны, а сам он был настойчив.       — Просто вселяю в тебя уверенность, — Нагито наблюдал, как Хината пытался справиться со свой лёгкой дрожью и смотрел настороженным взглядом на автомат. Прокручивая вентиль, Хината вобрал в себя побольше воздуха для улучшения своего внутреннего баланса.       Сейчас лучше всего перейти ко второму пункту, а именно: касания к шее. На самом дела Нагито немного был удивлён, что Сода так сильно акцентировал внимание на прикосновениях. Не нужно сомневаться, что это придумывал сам Казуичи, но и осуждать никого тоже не стоит.       Пальцы сами скользили наверх, поглаживая ключицы и ощупывая шею. На самом деле, место было не мягким, под руку попадались всякие сухожилия и мышцы, которые были странными на ощупь, но если переместиться к определенному месту, то можно почувствовать сердцебиение, которое становилось всё быстрее и быстрее. Хаджиме резко оттолкнул Нагито, выронив капсулу, пока Комаэда пытался удержать равновесие.       Оглядев своего друга и тяжело дыша, Хината начал краснеть, лицо обретало ярко-красные оттенки. Его руки были прижаты к груди, ища хоть какую-то опору. Возможно, Нагито выглядел не лучше, но сейчас это мало волновало, ведь Хаджиме резко дёрнулся и пролепетал:       — М-мне нуж-жно с-срочно домой. Пока!       Стартанув, Хаджиме с рюкзаком побежал по лестнице, не обращая внимания на людей. Нагито же пытался предугадать, что с ним случится.       Совсем скоро к нему приедет мама, которая отвезёт в больницу, пока Комаэда будет размышлять над всеми событиями.       Опустив голову, Нагито увидел раскрытую капсулу вместе с рыжим котом.

***

      После этого дня прошла целая неделя. Сейчас утро воскресенья, и Нагито пытается разобраться со всей ситуацией. Все будничные дни Хаджиме всячески избегал его и прятался в разных местах от Комаэды, как от смерти. Конечно, тот момент у автоматов вышел неловким, даже слишком, но было бы лучше, если бы они поговорили.       Хах, как жаль, что Комаэда тоже не знает, что ему сказать на этот счёт. Единственным вариантом, который приходил ему в голову, было:       "Извини, что так всё случилось, ведь я решил воспользоваться советами по соблазнению от Соды, но всё пошло не лучшим образом".       Наверное, слова не самые подходящие, но вариантов больше нет, что огорчало ещё больше.       Серьёзно, как только в школе звенел звонок, от Хаджиме и след простывал. Это напрягало, но когда Нагито вспоминал причину подобного поведения, то просто вздыхал, упрекая себя. Вообще, сейчас сложно думать о статусе их отношений. Если всё будет так продолжаться, то про их дружбу можно забыть.       Конечно, подобное поведение не осталось незамеченным Содой и Фуюхико, так что во вторник они подошли к его парте, чтобы узнать все подробности. Это было... Очень муторно — объяснять все моменты и детали, чтобы они не подумали об умалчивании, но самым неловким было рассказывать о "соблазнении". Конечно, после этого Фуюхико всё стало ясно, и он прописал хороший подзатыльник Казуичи. Было приятно видеть это, но сейчас не об этом.       Уже в конце своего рассказа Нагито спрятался в собственных руках от всего мира. Кузурю лишь тяжело вздохнул и пробормотал, что попытается поговорить с Хаджиме, но ничего не может гарантировать.       Сегодня приходилось лежать в постели весь день, ведь делать больше нечего. Оставалось только ждать, что на него свалится что-то радостное. Ожидать, что Фуюхико сможет помочь, не сто‌ит, ведь во всех уравнениях есть Нагито, так что в ход идёт удача.       С каждым днём это напрягает всё больше и больше. Если уж Комаэда и попытается признаться, то не означает ли это, что он станет заложником фортуны?       Переворачиваясь на другой бок, Нагито почесал висок. Сейчас его жутко тошнило от стресса и всего водоворота, в который он попал. Хотя одна из проблем, которая была там, в торговом центре, была решена: от иглы он ничего не подцепил, а письмо в суд уже пишется. Хотелось, чтобы так было и на личном фронте.       Что за неудача.       Нагито надеется, что всё будет хорошо. Если вспомнить, что фортуна не расплатилась за его болезнь, то это давало надежду на счастливое будущее. Нагито вдруг решил сесть.       Его резко осенило, будто всё это время он игнорировал важную деталь во всём деле. У него есть огромный шанс на обычную жизнь. Нагито вздохнул, проводя рукой по волосам. Его болезнь до сих пор осталась непокрытой, из этого следует, что он сможет спокойно прожить с Хаджиме счастливую жизнь.       На уставшем лице появилась глупая улыбка.       Решив немного побаловать себя, Нагито пошёл на кухню и начал думать, что ему делать. Вообще, чашка горячего чая с книгой в руках вполне подойдут для комфорта и отдыха. Наверное, это будут самые спокойные выходные. Чайник уже был разогрет, так что Нагито оставалось только взять заварку и заварить чай.       Конечно, что может быть лучше, чем уютная атмосфера, которая так и подталкивает тебя к чтению с тёплым напитком? Только если ты не роняешь эту чашку в трёх разных местах.       Нагито обжог свои пальцы и умудрился запачкать два ковра вместе с диваном. Ладно, выходные не самые лучшие.       Отдраив ковры вместе с диваном, Нагито наконец лёг отдохнуть с книгой в кровати. Лежать под мягкими одеялами просто замечательно, пока в его руках открывается целый мир. Идиллия — и только.       Но как жаль, что его отвлекла вибрация от телефона.       На экране появляется уведомление:             Хаджиме:       Нам нужно поговорить сегодня в 17:00 в парке рядом со школой. Ты сможешь?

***

      Начало весны сопровождалось повышением температуры, что не могло не радовать Комаэду. Теперь, он не будет простужаться от открытого окна, чувствуя себя грелкой с 39°. Конечно, это бывает редко, но ситуация мало меняется.       Сейчас это неважно, ведь приходится бежать по талому снегу с хлюпающими звуками, которые заставляли сомневаться в своей устойчивости. Всё-таки, поскользнуться на какой-то луже не особо хочется.       Дыхание давно сбилось, из-за чего болело горло, ноги начали ныть, а в лицо бил воздух. Приходилось делать часто переходить на шаг на десять секунд, чтобы снова продолжить свой путь. Возможно, это плохо отразится на его здоровье, Нагито не знал, но его мама точно не будет рада. Впрочем, пока это мало волнует.       И вот, дом за домом, пара переулок и улиц, и Нагито видит парк со знакомым ему силуэтом. Снизив свою скорость, Комаэда пытался отдышаться, проклиная свои лёгкие и своё тело вцелом. Наверное, нужно быть более рассудительным и не поддаваться эмоциям.       Долго идти не пришлось, ведь Хаджиме уже успел его заметить, и Комаэда побежал в его сторону. Хината всем своим видом пытался показать, что не смотрит на Нагито, но всё было как на ладони. Наконец, Комаэда мог назвать их расстояние приемлемым для общения, что не могло не радовать. Чужая лёгкая куртка была расстегнула, чтобы Хинате было легче теребить её концы в попытке успокоиться.       Хаджиме всё-таки поднял взгляд, пока он нервно облизывал губы, покусывая их. Набрав как можно больше воздуха в лёгкие, Хината решил начать на одном дыхании:       — Нам нужно поговорить о последнем случае, который случился в том тц, просто это не давало мне покоя, — Хаджиме начал оглядываться вокруг, будто искал поддержку в ком-то, но это плохо получалось.       Нагито сглотнул и потянул своего... Хинату за плечо, начиная прогулку. Немного неохотно, но Хаджиме начал идти, опустив взгляд вниз. Он хотя бы выплеснет всю энергию и нервозность.       Молчать пришлось долго, поэтому, немного устав от всей тянущей атмосферы, Нагито начал:       — Я хотел бы извиниться... Мне жаль, что поставил тебя тогда в неудобное положение, надеюсь, это не помешает нашей дружбе, — мысли и слова путались, как проводные наушники, но если немного напрячь голову, то смысл слов станет намного понятней. Нагито вдохнул, чувствуя холодный воздух во рту.       Хаджиме сглотнул, косо смотря на какое-то дерево, будто извинения его совершенно не интересовали. Можно ли это назвать концом их дружбы? Это уж точно не "уйти по-английски", но хотелось прямого ответа, а не строить догадки. Нагито не готов к подобному повороту событий, особенно, если Хаджиме попытается как-то неловко отшутиться, что не особо хочет продолжать дружбу. Наверное, это опять удача постарается.       — Фуюхико говорил, что ты хочешь рассказать мне что-то очень важное для тебя, и оно связано со мной, — Хаджиме напрягся, заставляя Нагито попробовать подобные эмоции.       Конечно же, Кузурю хотел помочь, так что Комаэда не мог жаловаться, ведь с его инициативой ожидать хоть каких-то результатов не стоит. Но из-за таких подробностей Нагито хотел провалиться под землю. Ему дали такую хорошую почву, будто специально для Комаэды и искали, но он лишь боится и не знает, что делать.       Может, всё-таки рассказать правду? Конечно, Нагито будет запинаться или путаться в словах,но всё же...       А ведь сам так надеялся на удачу.       — Мне кажется, что ты не захочешь слушать меня...       Было ли это отговоркой — вопрос спорный, ведь Нагито плохо врал и постоянно говорил долю правды. Нагито лишь слабо качал головой, облизывая свои губы. Может, ему стоит это сделать? А как же его выводы, сделанные в постели, не могут же они раствориться, как сахар в чае?       Комаэда не хочет подслащивать свою жизнь, но и жить в безвкусье тоже не хотелось.       — Но я ведь именно поэтому тебя сюда и позвал, так что хочу услышать тебя. Это ведь логично? — Хаджиме выглядел немного недовольным и раздраженным. Это оправданная реакция в ответ на ложь и отговорки.       На это заявление Комаэда лишь промолчал, пытаясь собрать слова в единое предложение. Глаза постоянно что-то искали по всему парку, но не останавливались дольше секунды на конкретном предмете. Холодный пот начал стекать с висков, пока сердце колотилось в быстром и чётком темпе. Комаэде это совсем не нравилось.       Если всё-таки вспомнить о его удаче, то она должна сыграть на руку, как-то помочь или улучшить исход, но может ли Нагито ей верить? Если удача — часть его жизни, то ему придётся положиться на волю случая.       Так будет всегда.       Видя состояние своего друга, Хаджиме проникся состраданием и добавил более мягким голосом:       — Если тебе нужно время, то я могу подождать, главное, скажи всё чётко и прям-       — Нет! Просто... Мне нужен подходящий момент, — застав своего друга в расплох, Нагито решил добить Хаджиме и схватил его за плечи, не помогая успокоиться своему возлюбленному ни на минуту, — Я.. Хаджиме, я хочу сказать, что ты самая большая удача, за которую я уже смог расплатиться и ни о чём не жалею.       — Н-нагито....       Может, всё-таки не стоит?       — Я просто хочу сказать, что чувствую себя с тобой... Намного стабильнее, мне нечего бояться, ведь я всегда могу на тебя положиться. Возможно, это неправильно, что я полагаюсь на тебя, но это приятно, да и ты не против. Может, я самый настоящий идиот, который хочет любви, но это всё равно не мешает искренне любить тебя. Мои чувства... Они взаимны?..       Под конец голос начал дрожать, а нос колоть. Говорить об этом сложно, пока на тебя смотрят два расширенных зелёных глаза. Зрение больше не могло уловить деталей на лице напротив, оставалось только скривить лицо в улыбке.       Опустив свою голову вниз, Нагито был готов расплакаться. Его руки сжимали плечи друга, доказывая, что он и всё происходящее с ним реальны. Хаджиме лишь молчал и глубоко дышал, погружая Нагито своими руками в омут, будто ему ничего не стоит.       "Может, всё-таки не стоило говорит об этом?"       "Это просто неудачный момент, нужно успокоиться!"       "Идиот, идиот! Зачем вообще нужно было что-то говорить?! Молчал бы в тряпочку, и всё."       Тело в руках Нагито начало дрожать и нагреваться, будто было готово обогреть всё вокруг. Голова трещала и гудела, пока тело обливалось по‌том, приклеивая к себе свитер.       Зачем он сделал это?       Глупо, глупо. Раз уж и решил признаться, то делай это до конца, смотря в лицо своему возлюбленному. Но это не помогает. Лучше помыть рот с мылом и уйти в закат, чтобы дальше не позориться.       Просто извинись и заканчивай этот театр.       — Изв-вини, Хаджиме, я не должен был этого говорить-       — Нагито, ты идиот!       Когда чужие руки взяли по бокам его голову, Комаэда увидел красное и злое лицо Хаджиме: его глаза тоже слезились, будто он готов заплакать. Подобный вид казался странным. Другие люди оттолкнули бы Нагито и просто ушли, но сейчас он начинается сомневаться во всём.       — Я... Я хотел признаться тебе и пытался набраться смелости, но ты смог это сделать сам, так что не смей забирать свои слова обратно!       Наверное, эти слова зажгли что-то, раз Нагито готов был падать замертво.       Хаджиме медленно разжал пальцы, давая Комаэде возможность ощутить вес своей головы. Хах...       Ему повезло? Он не одинок? Он может быть счастливым? Его удача помогла ему? Какое счастье!       Пока Хината начал понемногу отходить, смущённо бормоча себе что-то под нос, Нагито лишь засмеялся и прижал к себе возлюбленного за плечи.       Счастье, счастье и любовь — вот, что витало в воздухе, и в чём хотел раствориться Нагито. Руки сами цеплялись за спину, пока голова прижималась к чужому плечу. Такой приятный запах, что Нагито готов мурлыкать. Хаджиме выдохнул, будто его сдавили, как мягкую игрушку, но всё равно начал нежно массировать пальцами спину по кругу.       — Я тоже тебя люблю, Нагито-кун. Нагито был готов умереть от счастья.