100 дней чтобы принять себя

Глеб.       Вечером весь класс пошёл на дискотеку. Я сначала не хотел идти, так как не был большим любителем дёргаться под музыку. Но потом решил, что это отличный способ избавиться от мыслей о новеньком хотя бы на время. На дискотеке я сразу же направился к барной стойке, но, как и предполгалось, выпивку нам не дали. Проведя какое–то время на скучном танцполе, мы снова завалились в отель. Как ни странно, но девчонки умудрились где–то раздобыть выпивку. Возможно, готовились заранее и привезли с собой. И как я, лопух, сам об этом не подумал? Какое–то время мы торчали в своих номерах, дожидаясь, пока обрубится училка. Сидели тихо, как мыши под веником, поэтому она, скорее всего, решила, что мы все дрыхнем после дискотеки, и тоже свалила в свой номер спать. Мы же в это время собрались все в одном из номеров и начали придумывать интересные развлечения. Правда, самым главным развлечением была, конечно же, выпивка и пошлые анекдоты. Через какое–то время мы решили сыграть в игру. Правила были простые: один человек что–то показывает, и, если кто-то из играющих не может или не хочет это повторить, то он выпивает. Вскоре все уже были пьяны, и я решил выйти на балкон покурить. Ночь была достаточно тёплая, и я задержался, любуясь городом и держась за перила.       Через четверть часа, примерно, дверь открылась, и на балкон вышел Игорь. Он тоже был пьян, хотя изначально был против этой игры и ещё говорил, что не пьёт вообще. Но, надо сказать, что выглядел он настолько комично и мило, что я, под градусом, совсем слетел с катушек. Я смотрел на него, не отрываясь, а когда он попросил сигарету, то я даже сразу и не понял, что он хочет от меня. Игорь.       Алкоголь ударил мне в голову, ведь я, в принципе, до этого никогда не пил ни водку, ни коньяк, а мои новые одноклассники явно преследовали цель надраться и напоить всех и каждого, независимо от того, хочет ли этот каждый или нет. Тем не менее, перед глазами немного всё плыло, и я решил выйти на балкон подышать свежим воздухом. Помахав всем ручкой, я выбрался из комнаты и потопал к балкону. Я толкнул балконную дверь и увидел там Глеба, он стоял и задумчиво потягивал сигарету. Эх! А хотел ведь побыть один — привести немного мысли в порядок. Тем не менее, я подошёл к нему и попросил закурить, хоть и не курил в принципе.       — Не знал, что ты куришь, — он как–то странно посмотрел на меня, но сигарету протянул и даже поднёс зажигалку, чтобы я подкурил.       — Ну, я и не курю, просто захотелось попробовать, — сквозь мерзкий дым, пытающийся проникнуть в лёгкике, прошептал–просипел я.       Пока Глеб доставал пачку, я смотрел ему прямо в глаза и не мог оторваться. То ли от дыма, то ли ещё от чего, но дышать стало тяжело, и уже через секунду я прижался своими губами к его, и мы слились в страстном поцелуе. Как ни странно, Глеб не оттолкнул меня, а даже углубил поцелуй. И тогда, вообще ничего уже не соображая, я прошептал ему на ушко:       — Do you want me?       Глеб был под действием алкоголя, как и я, и он согласно кивнул. Мне показалось, что он тоже ничего не соображает, как и я. С трудом оторвавшись друг от друга, мы ушли в наш номер, не обращая ни на кого внимания. Нам тогда было совершенно наплевать на то, кто и что о нас подумает. Как только мы зашли в номер, я, как будто сошёл с ума: прижал Глеба к стенке и начал покрывать его шею поцелуями, оставляя багровые следы. Затем я начал срывать с Глеба одежду, продолжая покрывать его тело поцелуями. Тело Глеба изгибалось под моими губами. Мы плавно переместились на кровать и продолжили целоваться и гладить друг друга руками. Мы так увлеклись друг другом, что не думали вообще ни о чём, не в силах остановиться. Но алкоголь сделал своё чёрное дело, и мы уснули в обнимку.       Наутро первым от жуткой головной боли проснулся, конечно же, я. Повернувшись, я реально обалдел, так как рядом со мной на моей кровати лежал совершенно голый (как и я сам) Глеб...       Бог мой! Я ведь ничего не помню. И голова раскалывается на миллионы мельчайших частиц. Я ведь не пью. Я очень редко употребляю энергетики и ещё реже — пиво. Поэтому то, что я принял на душу вчера, оказалось реально фатальным для моего мозга в целом, и для моей памяти в частности тоже. Глеб.       Я проснулся с адской головной болью и пересохшим ртом. Не помнил вчерашнего вечера совершенно. Повернув голову, я увидел рядом лежащего Игоря. Пиздец! Что, блядь, вчера произошло?!!       — Что вчера было? — спросил хрипло я, стараясь не смотреть на него. Ответа, естественно, не последовало, но в голове стали всплывать отрывки вчерашней ночи: обнажённые тела, горячие поцелуи и беспорядочно летящая на пол одежда.       МЫ ПЕРЕСПАЛИ!!! Эта мысль как стрела пронзила голову.       Пока я пытался хоть что–то вспомнить, Игорь быстро оделся и вышел из номера. Я решил не думать о том, что произошло ночью. Не то чтобы у меня получалось, но я очень старался… Весь день я ходил разбитый и не с кем не разговаривал. Но и никто особо не пытался разговорить меня, так как все мучились жутким похмельем и головной болью. Игоря не было до вечера. Если мы и пересекались, то не разговаривал и старались не смотреть друг на друга. Было неловко и ужасно стыдно, хоть мы и толком ни черта не помнили. Меня тянуло к нему... и я... не жалел о том, что произошло... он... он мне... НРАВИЛСЯ!!! Но этого не может быть, ведь он парень!!!