Вкус сигарет с ментолом

Белый дым, от ментоловых сигарет которые так ненавидит Чимин, все больше пропитывал комнату. Прошло около четырёх лет, а Юнги курит одно и тоже, как и в первую их встречу. Пак не против курения, он и сам любитель, оно позволяет верить, что ты что-то делаешь, когда ты ничего не делаешь. Но от этого запаха ментола, парня просто выворачивает.  — Юнги! — вскрикнул тот, когда мужчина потянулся за ещё одной сигаретой, — сколько можно? Это уже третья.- закатил глаза Чим, встав с кровати, чтобы открыть окно.  — Ну малыш, — все же положил пачку назад, Мин направился за парнем, обнимая сзади за талию.  — Отойди, от тебя воняет.  — Я тебе так противен, — наигранно погрустнел Юнги, все же отошёл назад.  — Не ты, — потрепал того за волосы, — а твои сигареты, когда ты уже начнёшь курить что-то нормальное? Куряга.  — Я не куряга! Я курю только по особым случаям.  — И каким же? — засмеялся Чимин.  — После секса; во время; на день рождения; перед сексом: на яхте.- ответил Мин, и зажимает между губ новую сигарету.  — И почему же ты сейчас куришь? — Пак забирает зажигалку, медленно направляясь в ванну.  — Я всегда в предсексовом состоянии.- сказал старший, и идёт за парнем, для продолжения сегодняшнего вечера. ** Одна из чашек из сервиза, летит на пол, разбиваясь в осколки под крик Чимина.  — Минни~ успокойся пожалуйста, — Юнги и сам на взводе, но держит свою агрессию на железных цепях. — Успокоится? Мин Юнги, ты сейчас говоришь успокоится? Да как ты можешь? Я видеть тебя не хочу, урод.  — Послушай, — старший хватает того за плечи, и немного трясёт, — так будет лучше для нас, нам надо разойтись, понимаешь я…  — Что ты? Что? — орет Пак, вырываясь их рук парня, ему противны прикосновения того, кто бросает его спустя четыре года отношений. Говорят любовь живет три года, они перешли этот стереотип, они прошли вместе все этапы отношений.  — У меня другая, — крикнул неожиданно Юнги, от чего младший застыл. Он не орет, он не бьется в конвульсиях, а просто молча стоит, а з глаз текут слёзы. Молчание — самое совершенное выражение презрения.- послушай…  — Уходи, — перебил его Чимин, вытирая слёзы.  — Минни~, — но Пак не отвечает, молча уходит в гостиную. Он уходил, а Юнги хотелось, чтобы время остановилось.Сам не зная почему, он уже скучал по нем. Когда он окликнул его, Чимин молча сел на один из мягких кресел возле камина. Услышать молчание в ответ — самое болезненное. Лучше пусть он скажет, что разлюбил. Лучше пусть оттолкнет обидным словом и кричит. Все что угодно, только не молчание. Оно убивает. Юнги понимает что это конец, но к этому привёл он сам. Так больно осознавать что мир против тебя, а особенно самые близкие люди- родители. Юнги бы все отдал чтобы быть рядом со своим малышом, любить его и оберегать. Но такова жизнь, и с этим надо смирится.  — я сделал это, — все что сказал Юнги, когда на том конце ответили, после мучительных длинных гудков. Но ответа не послышалось, и тот продолжил, — не ищите меня, у меня больше нет родителей, и если с Чимином что-то случиться, вы умрете быстрее чем должны. Правильно ли он сделал? Наверное да, но он сам не знает. Но лучше он будет сирота, но не с родителями что хотели убить его возлюбленного. ** Кажется время бесконечное, у нас есть столько времени, но на деле мы его тратим на ошибки, самокопание и прочую белиберду. Время- оно не лечит. Раны что так кровоточили, заклеены пластырем, и иногда зацепившись, этот барьер между раной и реальностью слетает, свежий воздух попадает туда где так болело, и дарит новую жизнь. Боль не такая как раньше, не такая красочную, но чувствуешь все равно. Жизнь — жестока. Мы забываем о боли старых ран, а она наносит все новые и новые. Так и ползём по жизни, с кучей шрамов, что время от времени дают о себе знать. Чимин не знает, какой сегодня день, и какой сейчас час. Он как и в тот день сидит перед пустым и холодным камином, и смотрит на пачку ментоловых сигарет, что оставил после себя Мин.  — Чертов мудак, — заорал Чимин, сжав те злосчастные сигареты, — как же я тебя ненавижу, ненавижу, ненавижу, — он бы мог это говорить бесконечно, ведь в душе он все так же любит, любить и угасает от этой любви. Парень бы отдал все, только бы вернуться вспять, и никогда не влюбляться. Он чувствует те горячие поцелуи на своей шее, кажется они застывали. Становилось холодно, без открытых окон, и без мороза в минус пять. Чимин вспоминает, их последние ночи, и как взгляд любимого был не таким как всегда. Он понимал, что уже пора, но всячески оттягивал этот момент. Борьба сердца и разума. И только сейчас Пак понял. В глазах была борьба, безмолвный протест. Протест против самого себя. А разум то победил…. ** Вкус сигарет, что Юнги курил как лет пять, противны как никогда. Пачка которая была открыта пару минут назад, сразу же полетела в мусорный бак. Он не может курить их без Чимина, это как пить колу без виски. Мин ощущает как буто истекает кровью, где-то в области сердца. Оно кровоточит и болит, но лекарству не поддаётся. Кажется, что с уходом что-то оторвалось, сделав такую рану, которая будет болеть до конца жизни. Юнги сжал побледневшие костяшки в карманах куртки. Он прищуривает глаза, чтобы присмотреться не глюки ли это из-за недосыпа. — чимин, — прошептал он, и смотрит на него как в первый раз. Он снова влюбился. Нет. Не снова. Он и не переставал любить, он влюбился сильнее, и теперь понимает что жить без этого человека не сможет точно. Пак садиться на одну из скамеек, смотря пустым взглядом на людей что беззаботно проходят рядом. Он вышел на улицу, он не смог больше находится в квартире где даже запах Юнги не выветривается. А Юнги смотрит, видит как тяжело не только ему, и возможно сделал ошибку но подойдёт. Он тихо садится рядом, и поднимает голову. Погода сегодня хмурая, облака серые, а дождь так и не идёт. Чимин узнал его боковым зрением, но не уходит, и не говорит первым.  — сегодня прохладно, — сказал Юн, и смотрит….смотрит как буто в душу, без права прикосновения, а это худшее из наказаний. Ощущать близость, и не иметь возможность прижать к груди- невыносимая жестокая пытка.  — осень же, — ответил Чимин, и смотрит пристально, в те самые любимые глаза. Но не позволяет приблизится, время объятий миновало.  — Минни~ — Юнги нервничает, он не знает что говорить, — мне тебя не хватало.  — Неделя всего прошла, — ответил Чимин, делая вид что не скучал, но они оба знают что это ложь.  — Для меня это вечность, я понимаю что возможно ты меня ненавидишь, но наше расставание было во благо тебе. Я люблю тебя и любил всегда, тебя никто бы не заменил, мои родители….они против наших отношений, и если бы мы были и дальше в отношениях, возможно бы и убили тебя. Но я не могу, ты глоток моего воздуха, то что делает меня живым. Я не мог уснуть без тебя, я не мог представить что тебя рядом нет. Давай уедем, давай сбежим туда где нас не найдут, — Юнги уже был на коленях перед Паком, ему все равно что рядом столько людей, он хотел только одно- быть рядом с любимым.  — Зачем ты делаешь больно тем, кто тебя любит? — засмеялся сквозь слёзы Чимин, — раз решил уйти, уходи, почему ты возвращаешься? — Чимин хотел быть гордым, что бы его слёзы Юнги больше не видел.  — Малыш, я хотел как лучше для тебя.  — Откуда ты знаешь как лучше для меня? — Чим оттолкнул, оттолкнул как тогда, он не выносит прикосновение того, которому принадлежит его сердце.- Мне без тебя хуже, лучше я умру, но не брошен тобой.  — Не говори так, — Юн хотел подойти, но младший его остановил.  — Не подходи, или я больше никогда не отпущу тебя.- а Мин его обнял, он и сам больше не отпустит, никогда. Чимин прижался, прижался как маленькая брошенная собачка, и вдыхает запах которым пропитался до бесконечности. Молчание, только молчание и шлейф осеннего ветра. Часто, когда два человека молчат, это молчание бывает гораздо значительнее, чем разговор.  — Я люблю тебя, до бесконечности, — прошептал Юнги, так тихо чтобы услышал только любимый.  — Ты не представляешь как я тебя, — а Чимин и не врет, он никогда не врет, только не скажет что все знал, знал но не искал встреч, чтобы все объяснить. И даже когда его тело пронзит пуля, на глазах Юнги, на руках умирая он скажет «люблю», вместо тысячи слов.