the message still remains

— Истина освободит вас! Конечно, это из Библии, и мне, возможно, не стоит путаться с разделением церкви и государства, но смысл все равно остается! Карли, Сэм и Фредди собрались в классе естественных наук у мистера Хеннинга, который в данный момент рассказывал о мечтах и будущем. Карли и Сэм расположились в одном ряду, на ближайшей к окнам стороне комнаты, в то время как Фредди забился в дальний угол. — И это, мои студенты, подводит меня вот к чему. Сумасшедший хиппи протянул чистый лист бумаги. — У меня есть лист бумаги для каждого из вас. Вверху я хочу, чтобы вы написали, о чем вы мечтаете. Может быть, не ваша главная мечта, а просто мечта, вдохновение, что-то, что значит для вас здесь и сейчас, когда вы начинаете класс старшей школы. — Какое отношение это имеет к науке? — воскликнул Фредди из глубины класса. Мистер Хеннинг посмотрел в глаза Фредди, затем окинул взглядом остальной класс. — Наука — это поиск истины. Истина — это основа нашего существования. Прежде чем начать искать истину снаружи, вы должны искать истину внутри! Некоторые из класса бормотали и ворчали, уже придумывая глупые выдуманные мечты, которые не будут иметь значения, если их прочитать вслух. — Я чувствую ваше волнение, юные подопечные, но не бойтесь, только я буду читать ваши мечты! Половина класса проигнорировала его, пока он пробирался к первой парте. Джон, который сидел напротив Карли и Сэм. Мистер Хеннинг положил лист бумаги на парту. Джон сел, задумался на мгновение и нацарапал свой ответ. Мистер Хеннинг поднял его и пристально посмотрел на мальчика. Джон откинулся на стуле, на его лице появилось выражение, близкое к гордости. — «Две девочки одновременно. Предпочтительно Карли и Сэм». — Мистер Хеннинг произнес это совершенно бесстрастно. Класс разразился хохотом, Карли покраснела, а Сэм крикнула Джону, что ему лучше быть осторожнее. — Шучу, дамы. Мистер Хеннинг запнулся. — Это было крайне неуместно. Я также хочу сказать, что, несмотря на то, что этот маленький эксперимент посвящен вашим мечтам, я с уверенностью могу сказать, что если вы попытаетесь воплотить эту мечту в реальность, то нас ждет вторая порция «прыжков» на АйКарли. Я прав, говоря это, Карли? — Да, мистер Хеннинг. Девочки в классе захихикали, а мальчики выкрикивали разнообразные оскорбления в адрес Джона. — Ты недостаточно мужественен для двух девушек! — Ты не смог бы найти двух достаточно глупых девушек! — Во всем мире не хватит пива, брат. — Единственный секс втроем у тебя будет с двумя другими парнями! Джон посмеялся над оскорблениями и пожал плечами. Он покончил с дурацким случайным заданием и был доволен тем, что еще 20 минут ничего не будет делать. Мистер Хеннинг подождал, дал классу еще раз успокоиться, прежде чем продолжить урок. — Я также хотел бы сообщить вам, что хотя два — это здорово… ну, знаете… действительно здорово, но найти одного — в миллиард раз ценнее. Теперь вот, Сэм. Твоя очередь. Я содрогаюсь при мысли о том, что ты сейчас напишешь. Сэм улыбнулась, быстро написала на своем листе бумаги и протянула его обратно. — Я знаю, что обещал никому не рассказывать, и я собираюсь нарушить это обещание еще раз. Я чувствую, что должен прокомментировать это. Вы понимаете, через какую боль проходят животные? Сколько свиней, коров, ягнят и цыплят должно умереть, чтобы вы получили «пожизненный ваучер на 50% скидку в мясной лавке Барри»? Сэм закатила глаза на хиппи и его дурацкое пончо: — Что я могу сказать, я люблю мясо. — Очень хорошо. Карли. Твоя очередь. Карли почти минуту смотрела на белый лист бумаги. Мистер Хеннинг стоял рядом, прежде чем написать на бумаге ее сердечное желание. Ее рука дрогнула, когда она приготовилась передать записку обратно. Мистер Хеннинг изучил ее и уже собирался передать обратно. Джон прервал его, сказав, что если они с Сэм зачитали свою записку вслух, то Карли тоже должна это сделать. Мистер Хеннинг отклонил его просьбу. Когда он собирался вернуть бумажку, в окно ворвался порыв ветра. Ее рука тщетно тянулась к нему, стул заскользил по полу, когда она напрягла все сухожилия своего тела. Это было бесполезно. Карли поскользнулась на полу, упав на лицо. Карли вздохнула, и бумага взлетела, как грациозный белый голубь, парящий на ветру. Все ученики смотрели, затаив дыхание, чтобы увидеть, куда приземлится бумажка. Мисси Робинсон, сидя в дальнем углу, надеялась увидеть что-нибудь сочное, чтобы использовать для шантажа. Венди, надеясь, что это будет что-то для публикации в ее блоге сплетен Риджвея. Даже несколько парней, надеясь, что это покажет какую-то скрытую влюбленность, знак, что угодно, чтобы дать им понять, что Карли на них запала. Она приземлилась лицом вверх перед одним Фредвардом Бенсоном. Лицо Карли стало пунцовым. Она вскочила на ноги и бросилась к нему, чтобы схватить листок бумаги с его стола. Фредди сидел, уставившись на место, куда упала бумага, как будто слова были выгравированы в дереве под ней. Конечно, это было не так. Но, тем не менее, они были выгравированы на его сетчатке. Карли разгладила юбку, которая была на ней, и села на свое место, как положено. Как только она это сделала, ее голова опустилась на стол, а руки спрятали ее огромный румянец от остальных учеников. Мистер Хеннинг осмотрел ее, чтобы убедиться, что с ней все в порядке, и продолжил обход остальной части комнаты. — Давай, Фредди, расскажи нам, что написала Карли. — сказал Гибби, который сидел позади него. — Нет, спасибо. — Не хочешь, чтобы твои маленькие ведущие веб-шоу разозлились на тебя? — Что-то вроде этого. — Он ответил Родни. — Будьте внимательны! — наставительно произнес мистер Хеннинг с другого конца комнаты. Мальчики замолчали, и остаток урока прошел без перерыва. Позже в тот же день, после окончания занятий, Фредди подвез Карли до дома. Неловкость висела в комнате (или в машине, если можно так выразиться), поскольку оба знали, что им известно, что было написано на листке бумаги. Им обоим было интересно, что думает об этом другой. — Эмм… Фредди… не мог бы ты подняться ко мне в комнату. У меня проблема с телевизором. — спросила Карли, когда они стояли в коридоре. — О, конечно. Фредди последовал за Карли в дом Шей, затем на кухню. — Чай со льдом? — Конечно. Спасибо. Карли размышляла над запиской на холодильнике: — «Привет, малыш, уехал на вечернюю рыбалку с Соко. Вернусь завтра. Никаких вечеринок». — Карли прочитала вслух. — Он использовал букву Р с подмигивающей штукой на конце. Иногда он такой зануда. — Ага. Так что не так с телевизором? — Просто каналы опять не работают. Фредди и Карли допили свои напитки, поставили пустые стаканы в раковину и вместе поднялись по лестнице в ее комнату. Фредди сразу же поставил свою сумку у двери, снял ботинки и достал из сумки небольшой ящик с инструментами. — Я не уверена, что тебе нужны инструменты, Фредди. — Это помогает быть готовым. Фредди возился с пультом дистанционного управления, перемещая опции меню вверх, вниз, из стороны в сторону и время от времени сбрасывая их. Он растворился в мире мегагерц, 720p, 1080p, цветового баланса и контраста. — Фредди… — Карли осторожно окликнула его, но он не обратил на это внимания. С большей силой в голосе она попыталась снова: — Итак, Фредди… ты ведь прочитал сегодня мой лист с желанием? Фредди остановился и повернулся, он находился в середине автоматического поиска канала, поэтому ему не нужно было обращать внимание на экран. Его рука провела по лбу, где он почесал волосы: — Эм… да. Извини, он просто приземлился прямо передо мной. — Фредди посмотрел вниз на свои ноги, прежде чем набраться смелости и посмотреть прямо в глаза Карли: — Ты… это серьезно? Теперь была очередь Карли смотреть на пол. — Да… я говорила. То, что мистер Хеннинг сказал о правде, действительно задело за живое… тот сумасшедший хиппи был прав. Если я не могу быть правдивой сама с собой, как я могу найти правду в ком-то или в чем-то другом? Фредди пытался скрыть, что его сердце пылает, но крошечное пламя свечи, которое он продолжал поддерживать, разгорелось в полноценный пожар. Затем его осенило. Ему это было не нужно. Его сердце заколотилось, когда он спросил: — Карли… ты хочешь прочитать, что я написал на своем? Карли закусила губу и кивнула головой. Фредди сделал несколько шагов, затем полез в рюкзак. Он осторожно вложил бумагу в ее мягкие нежные руки и отступил назад. Карли развернула его, словно это было священное писание, и ее глаза расширились: — Ты действительно это чувствуешь? — Да… Я никогда не переставал чувствовать это. — Он резко шагнул вперед, вторгшись в личное пространство Карли так плотно и близко, что она задохнулась. Он улучил момент, чтобы изучить ее черты, снова заглянуть в ее глаза, положить руки на ее талию так, как не делал этого уже, казалось, целую вечность. Они наклонились друг к другу, их губы соприкоснулись, мягко и сладко. Воспоминания об их последних попытках сделать это нахлынули на него, и оба высвободили чувства, запертые в коробке и спрятанные до поры до времени. Запах ее блеска для губ, прикосновение пальцев, огрубевших от работы с различными инструментами и оборудованием, которые составляли их веб-шоу, ощущение ее руки в его волосах. Они отстранились от короткого, целомудренного поцелуя, и Карли заговорила первой: — На этот раз все по-настоящему, Фредди. Я обещаю. Ты ведь доверяешь мне? — Своей жизнью. И своим сердцем. — Фредди наклонился, чтобы поцеловать ее снова. Карли обвила руками его шею и позволила Фредди просунуть свой язык. Они целовались, полные нужды, желания и стремления, со страстью, которая может быть только у того, кто любил, а потом потерял. Их тела переплелись, языки двигались, перекатывались и соприкасались, с губ Карли сорвался вздох, когда Фредди легким движением провел по ее шее, и бумага выпала из ее рук. Она порхала, как бабочка, пока не упала на твердый пол. Два подростка едва успели заметить звук, поднявшись по короткой лестнице к кровати Карли, оставаясь при этом привязанными друг к другу за талию, рот и руки. Когда Фредди осторожно положил Карли на кровать и улыбнулся, они оба размышляли о своем предыдущем уроке и о том, что он был точным. Они нашли своего единственного, особенного, человека. Мистер Хеннинг был прав, правда освободила их.