Сказ о проклятии гробовщика

Жил я счастливой жизнью и как сюда скатился и сам не понимаю… Словно всю жизнь меня сюда тянуло – на старое кладбище, где даже церквушку не построят. Наша деревня далека от городов и оживленной жизни, частью которой когда-то был и я. В общем и целом, история моей жизни насчитывает множество счастливых и не очень счастливых моментов. Все, что осталось во мне от прошлой жизни – воспоминания. Все мое всегда со мной. Недалеко от моего дома и прямо в месте моей работы. Кладбище стало единственным толком мне доживать свой век. Все здесь: моя жена, дочь, братья и отец. Мать, вот, похоронить не удалось – церковь запретила. Кроме них есть лишь деревня рядом. Народ у нас дружный, веселый, даже меня приняли с таким темным прошлым. Помогаю им во всем – и за могилами присмотрю и похоронить если что помогу. На моем участке работы всегда чисто – с утра до ночи забочусь о безмолвных соседях. Они меня не беспокоят и принимают все. Держит меня это место мертвой хваткой – не иначе. Одной развеселой ночью, когда деревня уже погрузилась в глубокий сон, мне уже не спалось. Не понимал я: то ли от старости лет, то ли от беспокойства дурными мыслями в последнее время. Этой же ночью я услышал странное: странный шепот звал меня. Но откуда он шел было непонятно, словно он звучит прямо из моего рта. Я думал это детвора притворяется у дверей, чтобы разыграть меня, но местные мальчишки не дерзнут ходить на кладбище ночью. Я взял лампу, вышел на крыльцо, но там никого не обнаружил. Вместо этого в полной темноте мой взгляд приковал старый склеп. Я уж и не помню, как давно он там. Вроде как даже до моего прихода к этому ремеслу он уже тут был, а в деревне о его происхождении никто и не помнил. Пусть так, но отвести свой взгляд от него я не мог. Непонятная сила сковывала мои глаза. Шепот не прекращался, и я решил, что нет идеи лучше, чем подойти к этому склепу. Неспроста он так к себе манит. С каждым шагом в полной темноте я слышал шепот все сильнее и сильнее, но так, словно сам стал говорить неясные мне слова громче и громче. На пути моем к каменному сооружению должны были быть несколько могил, но я не ощутил их на своем пути. Их словно и не было никогда. Даже понимая это я не мог посмотреть на дорогу, по которой шел, так сильно он заворожил меня. Наконец, подойдя к нему, я прислушался и шепот доносился прямиком из-за каменной плиты, перекрывающей проход в подземелье. С какой не присущей мне яростью я вырвал нож, что всегда был при мне из-за пазухи и вонзил его в расщелину между камнями и так потянул, что сам упал вместе с плитой, отварившей вход в подземелье. Поднявшись на ноги и вновь направив лампу перед собой я без доли сомнений спустился вниз – ступенька за ступенькой. Затхлый воздух, исходивший из сырых камер, веял только грибком и плесенью. Никакого запаха гнили трупов или чего-то еще. Вокруг меня не было ни пауков, ни крыс, ни мышей. Склеп словно был запечатан без трупов и в таком же виде отправился в ночь со мной. Спустившись вниз я увидел 12 гробов, открытых, но даже без костей. На них не было пятен, кроме как грибка. Передо мной стоял пьедестал с статуэткой в виде ангела в позе младенца. Голос, шептавший мне все это время, прекратился. Умолк. В полной тишине я решился поднять взгляд и увидел роскошный гроб, единственный, что был закрыт. Из всех стоявших лишь он был чистым и свежим. Обитый бархатом, обрамленный золотом, с красивыми узорами, что будто бы выкладывались в буквы и заклинания. Он один выглядел так, словно его поместили сюда еще вчера. Вдруг в темноте голос обратился ко мне с протяжным хриплым стоном: «Возьми её. Замкни круг. Начни ритуал». Мой разум тут же помутился. Я взял статуэтку в руки, и она тут же обожгла мне руку. Я выронил ее и тут же пришел в себя. Осознавая всю странность происходящего, я тут же ринулся к выходу и побежал в свой дом, даже не подумав закрыть склеп плитой. На следующее утро я проснулся с мыслями о том, что должно быть это был кошмар. Подойдя к зеркалу, чтобы умыться я понял насколько же я ошибался…