let it all go to hell

Джордж и Дрим висят в звонке, обсуждая самые рандомные темы начиная от работы и программирования нового плагина, до бывших и приоритетах в отношениях. Во Флориде сейчас поздняя ночь, и светловолосый парень чувствует себя немного уставшим, но продолжает болтать с другом. Вдруг, речь заходит о том, что у некоторых людей есть "типаж", по которому они подбирают себе вторых половинок. Гоги, не беспокоясь и не задумываясь о последствиях, с азартной усмешкой открыто спрашивает: – Какой у тебя типаж? В ответ ненадолго повисает тишина, которая не успевает стать неловкой, потому что Дрим кажется, просто задумался. В его уставшей голове ярко поверх всего всплывает мысль: "Разве это не очевидно? Я сижу здесь с тобой уже несколько часов, только потому, что тебе скучно, хотя за окном глубокая ночь и скоро начнёт светать. И мой режим сна опять сбит ещё сильнее, чем раньше, а всё из-за того, что я не могу переступить через тебя, когда ты в час ночи звонишь и жалобным голоском просишь посидеть с тобой совсем немного. И сколько мы уже болтаем, может часов пять?..". Он вздыхает и немного ёрзает на своей кровати, и микрофон засекает шуршание, в которое внимательно вслушивается Гоги на другой стороне линии. Клэй почти беззвучно усмехается, ему уже просто интересно, как далеко он может зайти, чтобы дать своему недогадливому другу понять, что тот ему не безразличен. Да пусть всё идёт к чёрту... – Хочешь узнать — угадай.– произносит он, почти в шутку, даже не предполагая, что сейчас начнётся. На это брюнет фыркает, а после задумывается, что ему и вправду было бы интересно узнать, они же всё-таки лучшие друзья. Он не очень понимал, что сам чувствовал к Дриму, помимо приятельских чувств в глубине души закралось что-то ещё, вроде небольшой симпатии или даже большего. Невозможно было испытывать только платонически-дружеские чувства, с учётом того, сколько они флиртовали и отпускали совершенно не невинные комментарии по отношению к друг другу иногда. Британец точно не знал, как охарактеризовать это, но себе он постоянно утверждал, что не влюблён или что-то подобное, уж точно нет, это было бы странно и могло испортить их крепкие и долгие товарищеские отношения с Клэем. Он просто старался не думать об этом слишком много и выкидывать из головы смущающие мысли и пока отлично справлялся. Так, это ведь нормально для друзей, интересоваться личной жизнью друг друга, чисто в теоретических интересах, ну, как вежливый и учтивый товарищ? Он понадеялся, что это не будет неправильно, и он не будет выглядеть подозрительно в его глазах, если просто поспрашивает наводящие вопросы. – Хах, ты серьёзно? Я хорошо тебя знаю и думаю у меня есть потенциал угадать, правда...– Джордж в своей манере нервно хихикает, надеясь, что флоридец не посмеётся над ним в ответ, говоря, что просто пошутил. Тот же в своей голове наоборот шутит, мол: "Ну конечно же ты угадаешь, довольно сложно не разгадать себя". И после, совершенно не задумываясь о последствиях, в полусонном состоянии выдаёт: – Валяй, спрашивай или предполагай, я буду отвечать честно.– точка невозврата пересечена. Они ещё даже не представляют какими последствиями им обернëтся этот глупый разговор. Хотя... Да пошло всё к чёрту!.. – Я предположу, что тебе не очень важна внешность и душевное состояние гораздо приоритетнее...– после недолгого молчания выдаëт британец, фантомно чувствуя, как по щекам мурашками расползается румянец. Это точно нормально? Так, они всё ещё друзья, нужно напоминать себе об этом. Он сильнее заворачивается в одеяло, ворочается и это шуршание засекает его микрофон, но никто не акцентирует на этом внимание. – Я бы сказал да.– легко отвечает Клэй, и старшего немного отпускает чувство странности происходящего. Слышно, как парень зевает, где-то за тысячи километров отсюда, так далеко, в Орландо, но это заставляет его хихикнуть. – Оке-ей... Теоретически, что насчëт- Что насчëт цвета волос?.. Ты бы предпочёл блондинку или шатенку?– говорит Джордж, сминая ткань пододеяльника пальцами. Вдруг, Дрим смеется, разрывая децибелы шума прежде тихого звонка. Смех с явной хрипотцой, уже всё таки почти утро по его времени. Тембр флоридца и маленькая вспышка стеснения заставляют Джорджа непроизвольно закусить губу и вжаться в матрас. Ему бы по-хорошему стоило разобраться с тем, что он чувствует по отношению к своему приятелю, потому что эмоции в голове всё это вызывало довольно смешанные. Младший затихает и как ни в чём не бывало отвечает на вопрос. – Ну вообще, это конечно неважно... Но раз ты спрашиваешь теоретически, то мне нравятся брюнеты.– в голосе блондина читается наглая и хитрая улыбка, которую его собеседник хочет стереть с его лица. Когда смысл слов доходит до него, его щеки непроизвольно розовеют. Ему воспринимать это как простую информацию или как флирт? Он тихо смущенно фыркает и продолжает этот странный допрос, не реагируя на фразу. – Что насчëт цвета глаз? Ты бы наверное хотел чтобы её глаза были такими же зелеными как у тебя, не так ли? Ты самовлюбленный...– Дэвидсон заканчивает реплику с хихиканьем, ведь они оба знают, что это очевидная неправда. – Это последнее, о чём я бы думал в человеке, но...– Клэй умышленно игнорирует "её" в вопросе юноши, используя нейтральное "человек", на что Гоги тут же обращает внимание, но лишь про себя, в мыслях.– Но если мы говорим теоретически, о каком-то идеале, то... Карие глаза, как кофе, что ты мне вчера посоветовал...такие темные и глубокие.– договаривает парень, пока британец забирается с головой под одеяло, чтобы скрыть своё смущение, пылающее на щеках, и только после осознавая, что блондин сейчас не видит его. Он бы утверждал себе, что это просто совпадение и всё такое, если бы не ассоциация и открытое упоминание его самого. Сомнений становилось всё меньше, продолжать допрашивать Дрима было немного боязно, ведь неизвестно, чем это может обернуться... Да пошло все к чёрту. Он проглатывает колкую фразу о том, что это "сводничество", так и норовящую сорваться с розовых губ. Продолжает он, уже давя на очевидное. – Эммм... Ты бы предпочёл кого-то с похожими интересами или противоположными, типо противоположности притягиваются, все дела. И вы бы могли научиться чему-то новому друг от друга...– специально описав противоположный вариант так развернуто, Джордж уже предполагал, что произойдет, вопреки здравому смыслу и отчаянно трепещущему сердцу в груди. – Точно, сто процентов с моими интересами.– парень отвечает не задумываясь, пока почесывает свою щеку с лёгкой двухдневной щетиной.– Будет идеально, если у нас совместные увлечения, мы делаем что-то вместе, ну знаешь, всегда есть, что обсудить.– У Гоги по другую сторону экрана перехватило дыхание. Сомнений почти не оставалось. А это нормально, что он идеально вписывается во все критерии типажа Клэя? Они так много делали вместе и постоянно висели в звонке, часто что-то обсуждая, это буквально описывало их будни и их отношения!.. Младший же продолжает, заставляя другого переосмыслять свою дефолтно выставленную гетеросексуальность.– Круто когда есть общие хобби, и, ну- Из подобных совместных мелочей можно и совместное будущее построить...– после этих слов брюнет впадает в лёгкий осадок. В голове всплывает флэшбек, когда в дискорд-подкасте Дрим сказал: "большая часть моего будущего – твоё будущее", что взбудоражило его в тот момент. А было это, когда тот проходил тест на то, влюблëн ли он в своего лучшего друга. Вот они и дошутились. Только это произошло не с ним, а наоборот, с Джорджем. Не может быть, чтобы Дэвидсон не был влюблëн, потому что сейчас его сердце билось ужасно быстро, и дыхание сильно сбилось, хотя он ничего такого не делал, и вообще почти неподвижно лежал в своей кровати. Всё это с ним творили простые слова его приятеля, который вообще находился по другую сторону океана сейчас. Он возвращается в реальность. В звонке висит тишина, которую обычно сложно было назвать некомфортной, но сейчас что-то изменилось. Что-то было очевидно недоговорено между ними двумя. Юноша зарывается пальцами в свои темные волосы и ворошит их, пока в спешке пытается придумать, что сказать. Он уже почти смирился с поражением, но тут в голове созрел ещё один вопрос, который мог бы вывести всё происходящее на чистую воду. – Окей, я почти уверен, что для тебя важна привязанность к второй половинке.– Гоги старается скрыть свою взволнованность в голосе и также надеется, что ответ займет у парня подольше времени, чтобы он мог разобраться в себе и наконец понять, нравится ему Клэй или нет. В плане...ему было комфортно с ним, они были очень близки и всё такое, но они были лучшими друзьями и не более. Хотелось бы ему самому признавать, что он влюблён в своего друга? Наверное нет, с осознанием, что у него не будет шансов, и он испортит их отношения насовсем, если попытается что-то сделать. Ох, это именно то что результаты того дурацкого теста сказали Дриму: "ты боишься разрушить то, что у тебя есть". Хотя сейчас, можно было наблюдать за обратным, как флоридец медленно, но верно зажигает зелёные огни на этом пути, так маня юношу к себе. А что если их чувства взаимны? Стоит держаться этого оптимистичного пути, но дорогу прощупывать, чтобы не облажаться. – Для меня очень важна эмоциональная привязанность к человеку,– блондин усмехается очевидному, по голосу Джорджи было прекрасно понятно, в каком он состоянии, но он не обращает на это внимание вслух, с неподдельным интересом наблюдая, сколько они ещё будут играть в эту глупую игру, и как далеко это зайдёт.– и я бы не стал встречаться с человеком, которого знаю недостаточно долго, или с которым я не достиг определённого уровня ментальной связи.– он переворачивается на кровати, скрипя матрасом, а после с удивлением замечает, что сонливость как рукой сняло. Для него это тоже было немного волнительным опытом, так открыто флиртовать, почти на грани признания. Гоги шумно рвано вздыхает, забывая убрать телефон подальше, чтобы Клэй не услышал. Он уже не знает, что и сказать, поэтому просто замолкает. Он идеально совпадает с типажом своего лучшего друга, и по всем признакам они друг другу нравятся. Это что, получается, весь их многолетний флирт был не на пустом месте?.. Это что, получается, что ДНФ действительно канон? Они оба мнутся чтобы хоть что-то сказать, они на краю той самой линии, и оба боятся её полноценно переступить. Неизвестно, что там: неловкость и стыд, или неоправданные надежды, или даже конец их дружбы. Дрим вдруг замечает, что нервно дергает ногой и старается прекратить, но попытка проходит безуспешно. А впрочем... А впрочем, да пошло всё к чёрту! – Джордж...– хрипло выдыхает блондин прямо в мик своего телефона, будто опаляя лицо старшего сквозь километры, и щеки того вспыхивают новым огнём румянца. Он произносил его имя таким голосом очень редко, только в мэнханте, чтобы напугать его до смерти. Но сейчас это ощущалось не так, сейчас это скорее бударажило, чем отталкивало и пугало. Юноша спохватился ответить. – Д-да?..– собственный голос предательски дрогнул, выдавая его состояние, и брюнет поджимает губы, зная, что парень может читать его через подобные мелочи, как открытую книгу. На другой стороне линии звучит усмешка. – Что насчëт тебя?– он улыбается, хотя знает, что сейчас всё стоит на кону и нужно быть осторожнее со словами, если он не хочет это самое "всë" потерять. В животе будто бабочки волнующе порхают, от осознания, что сейчас он может пересечь "линию". –...Что ты имеешь ввиду?..– мозг бедного Гоги был перегружен, и он откровенно не понимал, что тот подразумевал под этой репликой. Он был так смущëн и потерян, он только что познал, каково это понять, что ты влюблён в своего лучшего друга, прямо когда разговариваешь с ним, да ещё и в такой напряжённый момент. – Какой твой типаж? Мы так долго разговаривали про мой, мне тоже интересно узнать, кто тебе нравится.– внутренние органы будто потряхивало от накаленной обстановки вокруг, которая со стороны казалась тихой и спокойной. Он запустил руку в свои грязно-блондинистые волосы, откидывая чёлку назад. Ему бы так отчаянно хотелось, чтобы он был тем самым, кто бы подходил Дэвидсону. Ну, настало время узнать. Тот очаровательно нервно хихикнул, и подтянулся на локтях, наполовину вылезая из-под одеяла. Сердце стучало в груди, и британец решает ответить. Сейчас или никогда. Он правда всё выскажет. Да к чёрту! – Ну, я бы сказал... Мне нравятся зеленоглазые блондины, с загорелой под восточным солнцем кожей,– он быстро рвано вздохнул, чтобы продолжить, и краем уха услышал, как Клэй по другую сторону связи растерявшись, ахнул.– и те кто мне очень близок, хорошо меня знают, возможно немного симпят для меня и защищают меня в Майнкрафте от всех напастей.– он выдавил из себя тихий смешок на нервах и совсем затих. Несколько секунд царит тяжёлая тишина, а после американец смеется, так искренне и расслабленно, что будто оковы спадают. Джордж на долю секунды беспокоится, что тот смеётся над ним, но осознавая, что он бы никогда так не поступил, его немного отпускает. Стук его сердца всё ещё отдается сумасшедшим ритмом в ушах. – Я только что понял... Мы идиоты.– произносит Дрим, максимально мягким тоном и снова заливается смехом, но в этот раз брюнет хихикает уже вместе с ним. Они стихают, и блондин негромко и ласково спрашивает, чтобы точно убедиться в правильности своих действий.– Я могу сказать это?.. – Да...– Гоги фыркнул, прикасаясь к своим горячим покрасневшим щекам кончиками пальцев. Парень определённо был прав, они оба такие идиоты. Влюблённые идиоты. Младший глубоко вдохнул, готовясь правда сказать эти слова. К чёрту. К чёрту. К чёрту, он собирается ему признаться!.. – Я тебя люблю- Не как друга... Достаточно очевидно, после всего, что сегодня было сказано. Ох...– теперь его голос тоже звучал взволнованно и даже немного смущëнно. – Фх- Я-...Ты- Ты мне тоже нравишься, К-клэй.– его голос затих почти до шепота, но его уже гораздо больше чем друг услышал и захихикал, представив, как он сейчас забавно и умилительно выглядит, лежа в своей кровати и признаваясь ему в чувствах. Он использовал более мягкую словесную форму выражения любви, но младший не винил его, зная, как тяжело для него вообще подобное произносить, и просто довольствовался тем, что есть. – О боже, ты такой милый...– юноша на это возмущенно ахнул, но не начал спорить, просто приняв комплимент, слишком эмоционально перегруженный для этого. Неужели это правда происходит? Если да, то похоже они живут в самой счастливой вселенной из возможных. Голова кружится и в животе бабочки сходят с ума от происходящего. Он ощущал себя очень странно. Но не сказать, чтобы это было плохо, просто очень непривычно. Тем временем Дрим продолжил говорить.– Джордж Дэвидсон,– он на секунду прервался собственным смешком из-за такого официального обращения.– ты будешь моим парнем? – Да-... Да, конечно!.. О мой бог.– самому было сложно поверить во всё происходящее, и откровенный шок в его голосе заставил его возлюбленного засмеяться вновь. А ведь он теперь мог официально называть Клэя своим возлюбленным! Теперь он может не прятать все чувства, что теплились в груди, которые он отчаянно пытался подавить в себе уже длительный срок. Они начали встречаться!.. Днф официально канон! Гоги картинно прикрыл рот рукой. Он задумывается о том, что Сапнап будет смеяться над ними. Блондин снова подаёт голос, отвлекая его от мыслей. – Если бы мы были рядом, я бы так крепко обнял тебя сейчас...– мечтательно говорит флоридец и потягивается, поднимая руки вверх и двигая немного затëкшими плечами. От подобного образа Джорджи закусывает губу и тут же укладывает почти половину одеяла перед собой, чтобы сгрести его руками в своеобразном объятия. Он мечтал о том, чтобы оказаться рядом с ним прямо сейчас. – Я хочу тебя обнять.– серьëзно и громко шепчет британец. По другую сторону линии парень тянет полуиздевательское "ааавввв" и усмехается. – Ну раз ты такими откровениями делишься, может раскажешь и о других своих желаниях?– нет, ну сейчас он точно издевался над ним. Тот набрал побольше воздуха в лёгкие, чтобы ответить. – Хочу заткнуть твой идиотский рот, чтобы ты не говорил такие вещи.– Гоги старался сделать так, чтобы его тон звучал раздражëнно, но на середине понял, что неконтролируемо улыбается. – Воу!..– шутливо восклицает Дрим, пока переводит взгляд на окно и осознаёт, что меньше чем через час рассвет.– Знаешь, я думаю у тебя бы прекрасно получилось заткнуть меня губами...– он сам краснеет с такого флирта и хихикает, после того как слышит, как его парень охает от удивления, совершенно не ожидая подобного от него. – М-может быть, я так и сделаю...– совсем тихо и неуверенно отвечает Дэвидсон, растеряв всю свою смелость где-то на предыдущей фразе. Они на минутку уходят в комфортное молчание, думая каждый о своём, пока Джордж резко не вспоминает кое-что, что его беспокоило.– Оу, Дрим?.. – Да, солнце?– тут же отвечает он, и обращение заставляет брюнета фыркнуть, вновь смутившись. Это было так странно и непривычно, но при этом в глубине души ему нравилось. – Мы собираемся, эмм-... Рассказывать кому-то, что мы, ну- Встречаемся?– договаривает он, и думает о том, что ему стоит наконец успокоиться и перестать быть таким неловким. Его поведение было непохожим на его обыденное, но это оправдывалось тем, что он переволновался, да и произошли события совсем не повседневные, чтобы чувствовать себя как обычно. Не каждый день всё-таки признаешься в любви лучшему другу, и ваши чувства оказываются взаимными. Гогс глубоко вдыхает, и быстро моргает, стараясь полноценно расслабиться. – Да, я тоже только задумался об этом. Я за то, чтобы рассказать пока что хотя бы нашим близким, но, конечно, только после твоего согласия...– договорив, Клэй уставше зевнул. Как бы всё это не было важно для него, его организму правда нужен был отдых. – Мы можем сказать Сапнапу, Карлу и Бэду, но я не уверен, что стоит говорить Квакити.– говорит юноша довольно легко, выдав смешок после мысли о том, как и друзья будут реагировать на такие новости.– и ни при каких условиях нельзя рассказывать Томми и Таббо, дети имеют способность по случайности сливать секретную информацию в сеть.– он намекнул на то, что эти двое и вправду часто пробалтывались о чëм-то важном, что должно было оставаться в секрете, на растерзание аудитории. – Хорошо, я тебя полностью поддерживаю,– мягко произносит парень, и Джорджа неожиданно умиляет манера речи, в которой он это говорит. Дрим же продолжает после ещё одного зевка, кому-то действительно нужен сон.– давай я завтра скажу Нику?.. – Ох, конечно-...– отвечает Гогс, но его возлюбленный тут же спохватившись, перебивает его. – Подожди, или ты бы хотел сделать это вместе?– это вежливо с его стороны, интересоваться об этом, и так и должно быть в здоровых отношениях, но по правде, Дэвидсону не хотелось. Он на секунду замялся, а потом решил сказать прямо о своих опасениях. – Слушай, я немного боюсь насчёт того, что он посмеётся над нами, я честно не очень хочу говорить с ним об этом... – Ну, для начала, кто он такой, чтобы стебаться над нами из-за того, что мы в отношениях? Мы взрослые люди, и сами решим, что нам делать со своими жизнями. Да и Ник тоже уже взрослый, с чего бы ему вдруг делать это, по-твоему?– Клэй недоумевал, почему его любимый так думал, но, вероятно, он сам просто слишком адекватно воспринимал эту новость и в реальности всё не будет так гладко, как он представляет это в своей голове. – В любом случае, надо мной он будет издеваться до конца жизни...– наигранно удручëнно вздыхает британец, и это вызывает смешок у младшего. – Хотел бы тебя утешить, но это вполне может стать реальностью. В любом случае, я без проблем поговорю с ним сам, раз ты не хочешь... – Отлично, а я бы мог бы поговорить с Карлом сам, если ты не против.– он лениво почесывает себя за ушком, а после переворачиваясь на бок и укладываясь этим самым ухом на мягкую подушку. – Окей. – парень подумал, что забыл, о чём хотел сказать, пока отвлекся на то, что говорил Гогс и на собственные мысли. Он так окрылëнно себя чувствовал, они теперь встречались, о боже мой, это правда случилось! Его мечты и грёзы стали реальностью, и теперь они могут без зазрения совести флиртовать и подкатывать к друг другу. А ещё теперь наконец Дрим перестанет давиться ревностью, когда кто-то другой взаимодействует с ним, потому что все будут знать, что британец занят. Этот пока что не общеизвестный "факт" заставил его улыбнуться. Вдруг он вспомнил, что собирался спросить и продолжил.– У меня к тебе ещё один важный вопрос. Мы собираемся рассказывать нашим семьям о наших отношениях? – О чёрт, нет, никогда!..–очень резко отвечает парень, и это то, чего Клэй боялся.– Ты знаешь, как моя мама бы отреагировала... Не хочу портить с ней отношения, ей лучше никогда о нас не знать.– суровая реальность такова, и миссис Дэвидсон была, мягко говоря, не в восторге от однополых отношений. Джорджу даже пришлось неоднократно уверять её, что он не встречается ни с кем из своих друзей-стримеров, и это всё шутки на камеру. Американец расстроенно поджал губы, но быстро вышел из этого состояния. Некоторых людей уже не изменить, с этим нужно просто смириться и не утруждать себя лишними разговорами. Лучше просто забыть, а ещё извиниться перед старшим за напоминание. – Оу, прости что напомнил, это грустно... Но это твоё решение.– по его тону можно было понять, что ему жаль, что это всплыло, но всё было в относительном порядке, и он мог обеспечить заботу и комфорт заместо неё. Он решил сменить тему и переключился на себя.– Я думаю, я бы хотел рассказать моей маме. Уверен, она меня поддержит, когда узнаёт, что мы наконец встречаемся!.. – Наконец...– мило копирует его слово Джорджи со смешком. Интересно, а какой временной период это означало для него? Вполне возможно, что он испытывал к нему чувства дольше, чем он думал. Для себя он помечает поинтересоваться насчёт этого у парня, но когда-нибудь попозже.– Я думаю она тебе не поверит... – Что? Почему?– искренне задаëтся вопросом Клэй, пока его возлюбленный на другом конце линии начинает хихикать. – Потому что она не поверит в то, что мы встречаемся с сегодняшнего дня, она будет считать, что мы просто скрывали от неё этот факт ранее. – Вообще, возможно ты и прав... Она правда думала, что мы в отношениях, когда ты два года назад написал ей, типа ты мой парень.– флоридец жмурится будто от солнца, вспоминая то время, и как ему пришлось со стыдом объясняться и оправдываться перед ней, что Джордж шутит, и они просто друзья. Правда видя, как он краснеет и уводит глаза, говоря о брюнете, она резонно спросила, нравится ли он Клэю, и тут он уже не смог отнекиваться.– Ты представляешь, она до сих пор иногда меня подкалывает на этот счёт!.. Кстати, она ведь знала, что я в тебя влюблён...– слышать это из уст Дрима было уж очень непривычно и странно, но теперь похоже придётся привыкать. Парень в очередной раз зевает, и Гоги сменяет тему, после того как видит цифру длительности их разговора и беспокоится за физическое состояние любимого. – Подожди, сколько у тебя сейчас времени?– он мог бы и сам посчитать, но быстрее да и практичнее будет просто спросить. – Без пяти минут семь утра..? Сейчас солнце встанет...– тихо и хрипло отвечает он. А после, быстро придумав кое-что, он тут же продолжил.– Думаю, я всё-таки дождусь рассвета. – Боже, тебе нужно срочно лечь спать..! И зачем тебе смотреть на рассвет-?..– юноша ощущал лёгкое чувство вины, потому что они так засиделись из-за него. С другой стороны, вот какими счасливыми новостями это для них обернулось. – Ты прав, мне незачем, ведь у меня уже есть моë солнышко...– ласково отвечает он, лукаво и будто солнечно улыбаясь, и Джордж прочувствовал это сквозь километры по одному лишь голосу. По его затылку проползли щекочущие мурашки, а на лице расплылась нежная улыбка, которая идеально сочеталась с застенчивым румянцем. Ещё один такой подкат, и Гоги расстает, насовсем. – Глупый...– еле слышно произнес он, кладя руку на свою грудь, чтобы прочувствовать стучащий пульс.– Люблю...– также тихо шепчет юноша, но его собеседник всё слышит, и теперь уже его сердечко расстоплено. Господи, увидь их кто-то из их знакомых со стороны сейчас, им бы точно сказали, что они влюбленные голубки, и им нужно снять комнату. Возможно, отчасти это было правдой, но они бы не то, что не прислушались, они бы не услышали, потому что наслаждались компанией друг друга, не желая тратить своë внимание на кого-то ещё. Первым из них заговорил вновь Джордж, услышав со стороны младшего ещё один зевок. – Так ты собираешься спать? – Д-да, но мы же можем остаться в звонке, правда..?– они и раньше иногда засыпали вместе на телефоне, но это всегда было случайностью, а обычно они желали друг другу спокойной ночи и нехотя прощались. – Конечно, Дрим...– сейчас после их признаний они могли без проблем и стыда засыпать, болтая друг с другом, обоим в глубине нравилась эта идея. – Пожалуйста, называй меня чаще по настоящему имени.– тихо попросил он, немного жалобным и в то же время забавным тоном, очевидно притворно, хотя при этом действительно желая этого. – О- Окей...– Гоги растерялся на секунду. Ему казалось, что он не очень любил такое обращение, но раз парень сам просит, Дэвидсон будет только рад услужить.– Хорошо, я постараюсь.– с губ сорвалось хихикание. Он чувствовал себя счастливым вместе с ним. Они могут больше не скрывать ничего друг от друга, и это взрывало мозг. Он добавил тише: – Я учту, Клэй. Ещё некоторое время было проведено в тишине. Джордж уже начал уходить глубоко в свои мысли, а его дыхание стало совсем спокойным. Но младший резко задумчиво хмыкнул, а после заговорил. – Слушай-... Мне кажется нам следует сходить умыться, почистить зубы и в туалет, прежде чем засыпать.– то как он сказал это, почему-то немного рассмешило его возлюбленного. – Великолепная идея!..– с будто издевательской, но беззлобной интонацией отвечает брюнет.– Звучит как то, что все нормальные здоровые люди делают перед сном, хах..? – Ой, конечно, конечно..!– Дрим не имел много сил привередничать в ответ, и просто отпустил это. Он встал с кровати и потянул свои затëкшие мышцы. Долго же он провёл времени лёжа, судя по слабому ощущению атрофии. Им ведь и вправду стоило бы прислушаться к тому, что он сказал.– Так что, мы расходимся? – Уже?! Мы только сегодня-...– притворным голосом начал Гоги, хихикая и теперь уже точно издеваясь над сонным флоридцем. Недостаток сна сказывался на его формулировке предложений, из-за чего юноша не мог не подстебать его. – Нет, нет!.. Ты- ты знаешь, что я имею ввиду, идиот.– Клэй быстро перебил его, даже обозвав их любимым ругательством, хотя в голосе читалась улыбка.– Давай через пять минут приходим обратно, договорились? Тебе же хватит? – Пфф, да, конечно...– британец про себя усмехнулся глупой шутке о том, что "у них всего пять минут, похоже кто-то скорострел", а после смутился из-за собственных мыслей, додумывающих не тот сценарий. Он быстро продолжил речь.– Я думаю мы можем просто оставить звонок и не отключаться. – Как тебе угодно, принцесса...– блондин знал, что такое прозвище его собеседник точно не заценит, поэтому он смеясь скорее пошёл к двери.– У тебя пять минут, время пошло..!– негромко крикнул Дрим, перед тем как выйти из комнаты. В голове парня строится план действий на ближайшее время. Самое главное, ему нужно соблюсти две вещи: не задерживаться и не разбудить Сапнапа. Не долго его внимание концентрировалось на ответственных делах, его мысли заполняет Джордж впрочем как и всегда. Он закрывает щеколду на двери в ванную, думая о том, как он рад что обстоятельства сложились именно так, и теперь они вместе. Как же долго он мечтал об этом, боялся быть отвергнутым, а теперь всё просто прекрасно. Дэвидсону в то же время пришла "гениальная" идея. Ну, вернее умилительный порыв удовлетворения собственных хотелок. Но так как о его задумке не будет знать ни единая душа, даже своему парню он рассказывать не собирался, брюнет был в полном праве называть это, как ему хочется. Суть в том, что ему до ужаса хотелось обнять Дрима. И вообще долго его обнимать, не только на момент, будто для галочки. И хотелось спать с ним в обнимку. Но так как по щелчку пальцев он не мог взять и пересечь океан за секунду, нужно было утолить желание подручными средствами. Юноша придумал достать новое одеяло, чтобы обнимать его, представляя что это Клэй. Да, возможно, это по-детски или странно или даже глупо. Но Джорджи захотел, и он собирался сделать это, так как не видел никаких проблем. Ну и знаете, живём один раз. Быстро справившись с водными процедурами, он направился в свою гостиную. Ему предстояло найти в каком из шкафов и на какой полке лежит нужное ему одеяло. Ох, кажется он здесь задержится. В итоге получилось так, что американец тоже задержался. Ему приспичило заглянуть на кухню, и оказалось, что они с Сапом забыли запустить посудомоечную машину. Причём она была собрана, и даже таблетка моющего средства была уже вложена в ячейку. Оставалось только воткнуть шнур в розетку и потыкаться в кнопках. Он поставил внутрь единственную оставшуюся грязную тарелку, которая стояла около раковины, а после в несколько кликов запустил программу. Дрим понадеялся, что Ник не проснется слишком рано, до того как она закончит работу, хотя даже если и так, вроде бы всё ещё оставалась пара чистых тарелок, так что всё окей. Клэй сделал свои дела, и Гоги нашёл то, что искал. В свои комнаты они вернулись одновременно. Из динамика телефона доносились какие-то тихие шорохи, поэтому брюнет решил попробовать позвать парня. – Эм- Я пришёл, ты тут..?– он вопрошал себя, были ли это какие-то помехи со связью или нет, но ответ на этот вопрос сам подал голос с другой стороны линии. – Да, я тут, я тут...– флоридец ответил откуда-то из глубины комнаты, поэтому его было не очень хорошо слышно, но старший смог разобрать. Джордж лёг на свою постель, тут же забираясь под тепленькое одеяло. Ему нравилось ощущение того, как под ним проминался матрас и тепло накрывало его. Аудитория не зря шутила, что он любитель комфортабельно поспать, фанаты были правы. Его возлюбленный вдруг зашуршал постельным бельём у себя, видимо тоже лёг на кровать. Он постарался принять удобное положение, немного повертевшись, в итоге устроившись так, чтобы его тело лежало наполовину боком, наполовину на животе, и одна рука оказалась под его подушкой. Это и было его постоянной обычной позой для сна. После обмена настолько простыми репликами, они как всегда погрузились в их любимое молчание, даже не заметив этого. Что же, время одному из них его нарушить. – Первый день встречаемся и уже спим...– тихо в шутку произносит младший, стараясь одновременно развеселить и смутить своего любимого. Но такого панча после протяжённой тишины он никак не ожидал. – Пффт- Боже!..– брюнет чуть ли не давится воздухом, начиная громко и звонко смеяться. Дрим, переосмыслив то, что сам сказал, хрипит своим смехом чайника вместе с ним. Когда Гоги подуспокоился, до состояния способности к речи, он говорит, хотя всë ещё давится смешками.– Ну, раз уж на то пошло, мы и раньше "спали" вместе. – Ах, мы грешны, как же мы могли делать такое, и до вступления в отношения, и ещё хуже до свадьбы?!...– смешной пародийной интонацией произносит парень, и только потом осознает, что сказал. Они и раньше шутили, про "развод" и про то, что мол, они как "старая женатая пара", но без камер они никогда о подобном не говорили, тем более после "обстоятельств", которые сегодня изменились. Джордж затих, видимо тоже думая о том, что за чертовщину тот сказал, ну так было по его мнению. Клэй не был уверен, что это нормально, и он не пересёк границы дозволенного. Ох чёрт, кажется он и вправду перешёл черту.– Уф, п-прости за это. – Ничего, всё в порядке.– британец ворошит свои волосы руками, на секунду думая о том, что завтра следует помыть голову. Его вообще не задело высказывание возлюбленного, просто немного удивило. – Я, эмм... Я вообще шутил и- и-..! Прости, я не хотел тебя к чему-то принуждать-...– блондин слишком искренне расскаивался, будто действительно сотворил что-то ужасное, поэтому Дэвидсону пришлось его прервать. – Хей, я понял- Клэй, это никогда не было под запретом шутить на такие темы, и уж тем более когда мы вместе. Всё хорошо...– все эти слова он старался произносить несерьëзным и заботливым тоном, чтобы младший точно удостоверился в том, что всё правда окейно. В голову приходит идея, и в его полусонных глазах мелькает искорка азарта, а он тем временем продолжает.– Но уж замуж я за тебя выходить пока не собираюсь...хотя бы до момента, пока не перееду в Америку.–Джорджи слышит из динамика, как его парень удивлённо ахает, и сам сдерживается, чтобы не засмеяться. Он посчитал это очень милым и забавным. Тем временем флоридец ужасно смутился от такого, покраснев чуть ли не до кончиков ушей. – Что?! Джордж?!– вскрикивает он в своей манере, но не в полный голос, краем сознания всё ещё заботясь о том, чтобы не разбудить Ника в соседней комнате слишком громким шумом. Гоги по другую сторону телефона и по другую сторону океана сейчас, но ощущался так близко, будто они лежали в одной кровати. Юноша начал хихикать с его смущения, мельком задумавшись, что Дрим так-то тоже часто доводил его до такого стеснения, только чтобы услышать/увидеть реакцию. Похоже им обоим нравилась такая реакция от другого, а самим было не очень комфортно и неловко принимать ответную волну. Брюнет вспоминает о том, что он собирался обнимать одеяло, которое он недавно притащил в комнату. Оно лежало рядом с ним большим комом, свисая с края матраса. Он приподнялся на кровати, быстро придумывая как с ним поступить. Гогс решил завернуть его в рулет. Хах, со стороны это глупо и мило, но никто ведь никто никогда не узнает. Клэй скорее всего сейчас слышал шуршание постельного белья у него, но даже и не догадывался, чем старший тут занимается. Он наверняка предполагал, что тот ворочается или типо того. Но он сворачивал себе одеяло для обнимания. Как бы глупо это не звучало, пошло всё к чёрту, ему захотелось – он сделал. Джордж как раз только закончил сворачивать его, и аккуратно положил одеяло рядом с собой, улегшись рядом. – О чёрт, у меня два процента на телефоне!..– внезапно запаниковал Дрим, что вызвало смешок у второго. Его голос звучал таким хриплым, и старшему это втайне нравилось.– Всё окей, я поставил его на зарядку. Тебе так меня слышно?..– Он положил свой телефон на самый край тумбочки, и повернулся на ту сторону кровати всем туловищем, надеясь, что его будет также слышно как и до этого. – Да..?– звук не отличался от того, каким был до этого, может быть стал только совсем чуть-чуть тише.– Мне тоже стоит поставить мой на зарядку...– Гоги тоже зашуршал вещами у себя, перегнувшись через одеяло и достал кабель из под кровати. Подключив его, он решил положить телефон туда же, где он был до этого, на матрасе около его головы. Сам он обвил руками свой рулетик, при этом всё ещё будучи накрытым своим обычным одеялом. Они оба затихли практически до беззвучного состояния, найдя удобную позу для сна, можно было совсем тихо на фоне слышать дыхание второго из динамика. Оба погрузились в свои мысли, но технически думали об одном и том же. Теперь они вместе, и ничего больше не будет как прежде. Звучало гораздо страшнее, чем было на деле. Это даже не было плохой вещью, просто нужно было привыкать. И теперь они могут быть откровеннее друг с другом!.. В плане, не в том смысле откровенностей, как пошлостей, а то, что они могут быть откровенны о своих чувствах и о своих любвеобильных порывах. А другой смысл, что первый пришёл на ум... Неа, ещё рано о таком думать. – Спокойной ночи, Д- Клэй.– достаточно тихо и спокойно произнёс Дэвидсон. Он оговорился лишь на секунду, забыв о просьбе возлюбленного называть его по имени. – Спокойной ночки, Джорджи...– ласково прошептал в ответ Дрим. В его тембре слышались улыбка и такое душевное тепло, что заставили старшего безнадежно счастливо расплыться в улыбке и уткнуться лицом в торец одеяльного рулета, стараясь не запищать. Что же творилось с ним, он так комфортно себя чувствовал, был так счастлив... Это и означает любовь? Он знал, что нравился миллионам фанатов, но это ощущалось совершенно по другому, когда его искренне любил кое-кто близкий, кого он и сам любил. Он был немного запутан, и от всего этого даже слабо кружилась голова, но главное, что так прекрасно и окрылëнно Джорджи себя никогда не ощущал. Поэтому со всем этим можно будет разобраться завтра. И вместе с Клэем. Теперь они могли бы справляться со всем вместе (как будто до этого они этого не делали). Гоги сильнее прижал к себе одеяло, и его скрещённые запястья проехались тыльными сторонами друг об друга. Его подсознательно это заинтересовало, он сдвинул их вместе, и изначально выпрямив пальцы, соединил ладони внутренними частями друг к другу. Брюнет беззвучно хихикнул от мысли, что если бы одна из рук принадлежала Дриму, они бы наверняка не совпали по длине. Половина интернета, да и сам Джордж были уверены, что младший бы имел более широкую и длинную ладонь, так что они будут просто обязаны сравнить разницу, когда они съедутся в Орландо. Юноша перепел собственные пальцы и немного сжал кисти, не крепко, но для ощущения замкнутых рук. Осознание заставило его закусить губу и после фыркнуть на свои же действия. Он представлял их ладони вместе, тепло соприкасающейся кожи, то как бы они держались за руки и всё подобное, в миллионе слащавых образов и их вариаций. А почему бы ему не сказать об этом его возлюбленному? Сумасшедшая идея, смущающая до покалывания в кончиках пальцев, что покоились на костяшках, ну конечно Дэвидсон решит последовать ей. – Я хочу держать тебя за руку.– на одном дыхании выдал он такое романтичное откровение. Интересно, а по его голосу понятно, что ему трудно и стыдно такое произносить, но он старается ради Клэя, и ради того, чтобы перебороть страх. Тот встрепенулся, стараясь проморгаться слипающимися глазами. – Ох...– потерянно и умилëнно в то же время говорит парень со своим хриплым баритоном, что тут же взбудоражил и заставил сердце Джорджа биться в нездоровом ритме. Младший так устал, что почти уснул за минувшее молчание, но быстро очухался и напряг слух и фокусировку, чтобы разобрать, что его любимый сказал.– С-слушай... Это очень мило, но... Я скорее всего очень скоро усну, эмм-...н-не обижайся, если что.– такой сонный и расслабленный американец завлекал его ещё сильнее в ту лавину чувств, что трепетали в груди. – Ничего страшного, надеюсь ты сможешь хорошо выспаться...– британец понимающе кивнул головой, а потом только осознал, что его сейчас никто не видит. Кажется, тот уже тоже достаточно утомился для нужды во сне.– Сладких снов, дорогой...– с любовью в полголоса произнёс он, немного беспокоясь насчёт прозвища, которое дал тому, но ему очень даже понравилось. Он заставил уже Дрима пикантно закусить губы, плавясь от такого малейшего проявления симпатии. До этого только он давал юноше какие-то подобные клички, но теперь и Гоги его приятно порадовал. – Фх- Тебе тоже добрых снов... Люблю тебя.– даже с учётом каким низким и хриплым был голос блондина, он всё ещё звучал достаточно нежно, будто тот всю душу вкладывал в слова, будто он все свои искренние чувства решил выложить за первый день. – Я тебя тоже...люблю.– Джорджу не было настолько некомфортно говорить эти заветные слова, сколько ему скорее было немного странно их не говорить. У него словно было желание выражать любовь словами. На языке вертелось "люблю", и почему-то это совершенно не вызывало сомнений. Да, встречались они только первый день, но они были друзьями уже более шести лет, и лучшими друзьями больше половины этого времени. То, что они были так близки, то, как они друг друга подпустили и обернулось тем, что они влюбились. Но никто не жаловался, ведь если бы этого не произошло, то кто бы сейчас лежал, улыбаясь и думая о другом рядом с собой на постели..? Правильно, кто-нибудь другой, не они, а в этой реальности они могли быть так счастливы вместе. Из телефона Дэвидсона послышалось тихое сопение младшего. Не соврал, как же быстро он всë-таки уснул! Гоги почти беззвучно хихикнул. Это было ожидаемо, они провели в звонке всю ночь и даже больше. Всё-таки, они серьëзно засиделись. У Дрима сейчас был рассвет!.. Брюнет задумался о том, что хотел бы увидеть, как выглядят флоридские рассветы и закаты. Даже если он не мог видеть большинство цветов, они были красивыми. Он однажды видел закат солнца в тех специальных очках для дальтоников, которые ему подарил Клэй. Тогда юноша наконец понял, что такого во всем этом, и почему люди считают их интересными и, эстетичными, что-ли. Он задумался о том, что было бы круто смотреть на закат или рассвет и держать его возлюбленного за руку. Так, нужно всерьез заняться планировкой переезда и покупки билетов до Орландо. Как нибудь позже, уж точно не сейчас... Ну вот, Джордж и сам не заметил как провалился в царство Морфея, пока слушал спокойное дыхание любимого, обнимал одеяло и был где-то глубоко в своих мыслях. Сейчас поспать нужно обоим. Билеты на самолет, утомительный запар по поводу и без повода, оповещение друзей о "новостях", всё это – потом. Сейчас только расслабление, хороший сон, и счастье, трепещущее в душе.