Tell me what you want

Семь утра, противный звук будильника вырывает Дамиано из сна, он грустно стонет и берет телефон в руку, чтобы отключить назойливый звук. Девушка продолжает сладко спать, обнимая подушку. - Ох, блин, уже вставать, эй, Вик! Попытки парня разбудить её не увенчались успехом, и он забил на это. Было приятно решение встать и пойти в душ, а после ванных процедур разбудить девушку. Так он и сделал: принял холодный душ, умылся, почистил зубы и вернувшись сел на краешек кровати. - Псс, просыпайся, киса, пора вставать! - Парень похлопал её по плечу, однако она все никак не просыпалась. В ход пошла тяжёлая артиллерия. Дамиано наклонился к её лицу и нежно поцеловал в приоткрытые губы. Девушка распахнула глаза и тут же ответила на поцелуй. - Ах ты негодяйка! Не спала, да? - С возмущением проговорил он и вновь прильнул к губам с чувственным поцелуем. - Ну нееет, я спала, правда, - проговорила она с озорной улыбкой и поцеловала парня в щёчку. - Ага, так я тебе и поверил! Давай, подъем, пора вставать, через 15 минут идём на завтрак. - Хорошо, мам. - Проговорила она разочарованным голосом, хотелось поспать ещё хотя бы часик, но видимо не судьба. Она лениво потянулась и встала с кровати, а Дамиано шлепнул её по ягодице так, что она с визгом вспрыгнула и побежала бегом в ванную комнату. Пока девушка делала все ванные процедуры, фронтмен решил сходить за остальными двумя пьяницами. Он быстро оделся и вышел из номера, зашёл в свой и ему посчастливилось лицезреть забавную картину: на постели барабанщика лежал Томас без верха на Итане, который был в одном белье. Парень тут же достал телефон из заднего кармана джинс и сфотографировал друзей. - Подъем!!! - Крикнул он и те двое тут же подскочили, в голове гудело, а от них двоих несло жутким перегаром. - Ты совсем еблан? Какого хрена ты орёшь? Знаешь ведь в каком мы состоянии, - пробубнил Томас. - Который час? - Кажется полдевятого, - соврал Дамиано и увидел, как те подскочили и быстро забегали по номеру. Через 10 минут оба были собраны. - Ну ты засранец, Давид! Ещё только половина восьмого, - возмутился Томас, как только посмотрел время на телефоне. Они вышли из номера, а по пути в кафе, которое располагалось прямо в отеле, забрали басистку, которая уже была собрана. Сегодня они решили накраситься сами, поэтому вернулись в свои номера сразу же после завтрака. - Хочешь я тебя накрашу, - поинтересовался Дамиано у барабанщика, когда уже сам себе подвёл глаза и противостоять вокалисту было сложно, особенно его глазам, которые он подчеркнул черными тенями. - Ну ты же от меня не отстанешь? - Произнес Торкио, томно вздыхая. - Хорошо, давай, но только реще, нам ещё нужно аппаратуру настроить! - Говорит Итан, строя из себя мамочку, которая не привыкла опаздывать. Дамиано посадил парня на стул сел ему на колени, начал делать макияж. - Да закрой ты, блять, глаза, если не хочешь ослепнуть. - Нервно и озлобленно проговорил вокалист. - Смотря на тебя, хочется ослепнуть, ты какой-то сегодня чертовски привлекательный, - пробубнил Итан, не желая ссориться и, все же, закрыл глаза. - Кстати, мне показалось или у тебя есть что-то с Вик? Вместе приходите, уходите на репетиции, а сегодня ночевали вместе, Томас тоже думает, что вы не просто друзья. - Ухмыльнулся Торкио, зная, что что-то явно происходит. Дамиано ухмыльнулся. - Я когда-то вообще был не привлекательным? Обижаешь... - Он закатил глаза и вздохнул. -Да нет, черт, я потерял ключи и все мои деньги, я не мог к себе зайти вот и жил у неё пару дней, а спали вместе, потому что Томас у тебя заснул, я заходил ночью, хотел вернуться, но вы уже пьяные валялись. - Надеюсь, что это правда, потому что Вик сама говорила о том, что если из нас кто-то начнёт встречаться, то она оторвет им головы. Ты там долго ещё? - Страшная смерть от Вик... -Дамиано немного подправил и закончил. - Сейчас-сейчас, дай побрызгаю фиксатором и все будет готово. - Ну наконец-то! Уже пора выходить, - он посмотрел на себя в зеркало и остолбенел. - Дам, это очень круто! Если вдруг потеряешь свой обаятельный голосочек во время стонов от рук Де Анжелис, то иди в визажисты, я уверен, что у тебя получится, - сказал Торкио, громко смеясь. - Да, от Виктории, может ещё и от тебя. -Дамиано встал, надел вчерашнюю концертную одежду, свои украшения и собрался выходить. - Пошли уже! - Ты сейчас допиздишься и я реально тебя трахну! Они вышли из номера, встретили Вик и Томаса. По дороге на площадку девушка тысячу раз сделала комплимент Итану насчёт его макияжа и была удивлена, узнав, что это дело рук Дамиано. Они пришли через пару сотен метров. Томасу с Викторией гримеры сделали лёгкий смоки, а затем они пошли на саундчек, пока фронтмен распевался. После небольшого перерыва длинной в пятнадцать минут музыканты стали ожидать свой выход за кулисами. - Давайте порвём их в очередной раз! - Крикнул Дамиано и обнял друзей. - Хах, вся надежда на вас троих, ребят, а я, как обычно, посижу за барабанной установкой и задам вам ритм, но им должно понравиться как в предыдущий раз, не налажайте! Вот группа вышла на сцену, фронтмен сразу начал взаимодействовать с толпой пока остальные подготавливались. Они начали играть, как и все концерты, этот был очень горячий, очень громкий и сумасшедший. Дамиано подошёл к Вик и Томасу, которые играли друг напротив друга. - Я сейчас прыгну в толпу!!! - Сказал он им громко, чтобы они услышали не только мелодию гитар. - Давид, ты придурок, - сказала Виктория. - Но я думаю им понравится, не сломай себе что-нибудь, я не буду с тобой нянчится, как с ребёнком, если вдруг ты что-то повредишь. Вик была вчера в том же очень привлекательном топе, который не прикрывал её грудь, она полностью отдавалась на концертах любимому делу, радуя публику, этот не был исключением. Начался проигрыш "I wanna be your slave " и Дамиано взял разбег с самого начала сцены, прыгнул в толпу, однако вокалист не предупредил народ, поэтому его не удержали, он ударился правым коленом, фанаты кинулись его поднимать, но тут подоспел охранник и вернул вокалиста на сцену. Парень попросил не относить его за кулисы и постоять пару минут, ему подали микрофон. - Хэй, мне жаль, что так получилось и в следующий раз я обязательно предупрежу вас! В любом случае это была последняя песня и я надеюсь, что мы справились с этим концертом. - Дамиано сказал пламенную речь, и охранник отнёс его за кулисы. - Блять, что это было... - Ты придурок, совсем ебанулся? Я тебе говорила, что я с тобой сидеть как нянька не буду, если вдруг что-то случиться, Итан, раз уж ты с ним в одной комнате, то займешься им сам. Это чёртова Варшава и три дня я не хочу просрать, сидя в отеле и поглаживая твою ножку, - прокричала Де Анжелис на эмоциях и только через пару минут до нее дошло какую хуйню она сказала. - Хорошо, Вик, я посижу с ним, мне не сложно, но нужно как-то его дотащить до отеля. Ну, Томас у нас точно отметается, поэтому это сделаю я... - Итан вздохнул с сожалением. - Ты немного лишнего сказала Дами, - прошептал барабанщик на ушко Виктории, дав понять, что её поступок был отвратительным, раз уж об этом ей сказал сам Торкио. Вокалист расстроился из-за кровавого колена, у него явно не было ничего серьезного, просто ушиб, но это будет долго и некрасиво заживать. Но хуже было то, что Вик не просто накричала, а наорала и вдобавок сказала, что не хочет сидеть с ним. "Ей похрен на меня" - подумал Дамиано и стало ещё обиднее. Он сидел на стуле и выглядел подавленным, злобно глянул на Вик и отвернулся. Было понятно, что он вообще не хотел сейчас никакого общения и лишнего контакта с людьми, он бы ушёл сам, но ему больно наступать, однако ещё хуже просить кого-то о помощи. Дамиано обещал, что все будет хорошо. Остальные участники отправились на фотосессию с фанатами. - Так, Дамиано, пошли, - вдруг произнес Торкио. После сотни фотографий с фанатами, ребята очень устали, парень в это время сидел за кулисами, рассуждая об этой ситуации. Барабанщик взял на руки парня, фронтмен был не особо лёгким, но он все-же понёс его в отель. Через десяток минут они наконец-то зашли в номер, Итан положил вокалиста на кровать, а сам без сил упал рядом. - Итан, мне очень сильно грустно, - пробормотал парень. - Эй, ты из-за слов Виктории? Я уверен, что она не хотела такое говорить, просто неудачный день, наверное... - Можно тебя обнять? - Д-да... конечно, - Итан сам крепко обнял парня, заглянув в глаза, в которых читалась грусть. Дамиано сжал Итана со всех сил и вздохнул. - Мои колени теперь уродливые хотя бы на ближайшие пару месяцев. - Не переживай из-за этой ерунды, все пройдёт, мы о тебе позаботимся, по возвращении сходишь и сделаешь рентген, ну как сходишь ... съездишь, мне кажется тебе нужно отдохнуть, ты час скакал на этой сцене. Уже почти девять вечера, ты хочешь поужинать? Могу заказать еду в номер. - Я ничего не хочу, а нет... тебя хочу, - шепотом и как-то стесняясь сказал парень. - Дам, мне послышалось? - Сказал Торкио немного отстранившись из крепких объятий. Вокалист ничего не ответил, притянул его к себе и нежно поцеловал в губы, сплетая языки. - А ты хочешь? - Спросил Дамиано. - Я ... мне, то есть нам определённо нужна разгрузка, думаю это поможет иначе можно с ума сойти. - Торкио толкнул его так, что он лёг на кровать, а сам повис над ним, жадно целуя. Дамиано закинул ноги на Итана и прикусил его за шею - Давид, что ты творишь со мной Итан спускался все ниже, оставляя влажные следы от поцелуев, оставляя засосы в районе солнечного сплетения, а затем расстегнул ремень и снял с него шорты. Шея оказалась слишком чувствительной точкой, и парень чувствует, как его член натягивает ткань боксеров. Его член истекает предэякулятом, твердый и покрасневший. Барабанщик мигом избавляется от одежды и снимает корсет с вокалиста. Они оба в одном белье, но и оно вскоре покидает их тело, все происходит очень быстро, мимолетные поцелуи и поглаживания, какие-то милые комплименты и нежности. Итан проводит несколько раз по члену ладонью, размазывая естественную смазку. Он облизывает языком розовую головку, а потом проводит им по всему стволу, заглатывает головку и, помогая себе рукой, начинает активно работать головой. Дами мычит, левой рукой поправляет его пряди волос, упавшие на глаза, сталкивается с ним взглядом, старается взять глубже, но член слишком большой, а тот этого даже не просит. Вокалист гладит его по мягкой щеке, стонет, когда головка упирается в нёбо. Изнемогая от желания, барабанщик отстраняется и достаёт смазку из чемодана. - Что? Откуда у тебя, ты шутишь? - Спрашивает Давид явно удивленным голосом, он рассчитывал на обычную дрочку. - Блять, заткнись, какая разница. Он притягивает к себе парня и жадно целует прямо в алые губы, сминая их, а тот стонет в поцелуй, когда тот чуть прикусывает его язык. Итан целует все, что видит: сосок, ключицу, шейку, ребра, родинку, впалый живот. Он не может без нежностей. Проводит рукой по его члену, целует яички. А после аккуратно переворачивает на живот, чтобы не задеть и не травмировать колено ещё больше. Тот тут же выпячивает свою пятую точку, а Итан, ухмыляясь, раздвигает ягодицы и начинает растягивать его. Спустя пару минут хорошей растяжки, Итан подставляет головку своего члена, трется об покрасневший вход, а потом аккуратно насаживает его на половину, на что тот стонет в голос. Итан немного ждет и начинает двигаться, певец изгибается под ним, а после тянет его на себя и целует в губы нависшего над ним парня, тот не останавливаясь, отвечает на поцелуй, а потом ускоряется еще. Внутри Дами до одурения хорошо: мокро, тесно, жарко. Итан наваливается на него сверху, кусает левое ушко, не перестающего стонать, размеренно двигается, не сбавляя темпа. Они не занимаются любовью, нет, они трахаются, просто, чтобы получить разрядку. Вот так: быстро, торопливо, без души. Барабанщик не прекращает целовать плечи и шею, а также кусать нежные ушки и насаживать на себя Давида, а тот не перестает под ним стонать ни на минуту, а когда тот переходит на бешеный темп, даже вскрикивает. Торкио знает, они оба на пределе, поэтому он погружается с еще большей силой, а правой рукой обхватывает член Дамиано, тот шумно стонет и кончает под ним с визгом, а потом расслабляется всем телом. Итан тоже не заставляет себя долго ждать, обильно кончая, выходя из него. *** Виктория в это время смотрит с Томасом фильм, вернее он смотрит, а она думает о ссоре с молодым человеком. Она не знает, что делать, но явно нужно извиниться. Гитарист приобнимает её. - Ну не переживай, помиритесь ещё.