Набирающий темп. Современность

XXI век. НСО, Ордынский район. Приобье Каракана. Остров Чингис       Словно маяк, стоит на пологом берегу острова белокаменный однопрестольный храм с серебрянными куполами и золотыми крестами. Колокола его молчат уже давно. Окна плотно заперты, но дверь приоткрыта в этот день. Внутрь проходит юноша лет 22-х и осматривает внутреннее убранство. Взобравшись на строительную вышку-туру, хозяин острова уже давно расписывает стены природной краской. Гость прошёл к нему и присмотрелся к уже готовой части росписи. Чудные краски разных оттенков ведали о святых, о Боге и ангелах, о Божьей матери и других преподобных. Улыбнувшись, гость поднял голову к куполу, а потом присмотрелся к художнику.       - Как долго тебе ещё расписывать храм, Тарлава?       Тот отвлёкся и взглянул вниз с приличной красоты. От привычки смотреть вверх, у него слегка закружилась голова, и ему пришлось одной рукой упереться в ограждение. Спиридон уловил его движение и слегка обеспокоился о старом друге. Однако тот тут же выпрямился и улыбнулся своему гостю.       - Как получится, милый друг. Не первый год длится роспись храма, одного меня недостаточно. Рад видеть тебя у себя в гостях. Проходи.       - Всё же чудная краска, не как у всех.       - Глину бессмысленно сравнивать с красящими материалами. Однако моя глина ведь не простая, ты сам знаешь.       - Знаю, потому и говорю. В этом тебе повезло, ведь когда-то был главным в гончарном деле в округе, а теперь только и остаётся, что расписывать храм и ждать, когда он вновь откроется для прихожан.       - Это верно. Всё же мы далеко от крупных поселений стоим, священники редко бывают здесь, да и Каракан густой, нет надёжной дороги по моему берегу, - Выдохнул Тарлава, откладывая предметы для росписи. - Приходится ждать-надеяться, что планы не поменяются, и когда-нибудь у меня будет постоянный священник, колокола будут чаще звенеть.       - А ты ведь так и не нашёл бОльшую часть колокола?       - Только один фрагмент, но уже хоть что-то. Вряд ли остальные фрагменты унесло течением, скорее замыло песком, - Тарлава медленно спускался к гостю. Оказавшись напротив, они тепло обнялись и прошли в центр, откуда принялись рассматривать роспись. - Всё это - моя цветная глина.       - Да, не надо тебе никуда ехать за красками, а рецепт приготовления глины ты наизусть знаешь. А как насчёт расписать мою печку?       Тарлава с интересом взглянул в лицо Спиридона и широко улыбнулся. Спирино нравилась та печка, что стоило целёхонькая на берегу Оби, ни разу не применённая в деле. Ни разу в ней не обжигали известь, для чего и была отстроена. Спирино любит свою печку, лелеет и бережёт, да сказывает о ней чудные легенды. Когда Чингис навещает Спирино, то обязательно заглядывает к печке, чтобы вновь и вновь осмотреть это русское рукотворное чудо.       - Не думаю, что это даст ожидаемый эффект. Оставим её в том в нынешнем виде. Только береги её, Спиридон, это твоя достопримечательность.       - Несомненно, Тарлава.       - Идём, я тебя угощаю.       - Отлично, а то я по традиции с гостинцами к тебе прибыл.       Они слегка рассмеялись и оставили храм стоять в тишине и уединении. Цветная чингисская глина подсыхала на стенах. Близилось завершение росписи, что длится уже более 35-ти лет.