Зов крови

      - Сидя в одной из комнат в катакомбах, я понимал, мне уже не спастись. То и дело, по пустынным и холодным коридорам доносились плач и крики. У меня оставалось все меньше и меньше времени. Я потерял любимого, но я ни в коем случаи не мог потерять и свое дитя. Наша маленькая частичка светлой нетронутой души должна была выжить. Я провел обряд. Ценой собственной жизни, я погрузил новорожденное дитя во временной стазис, тем самым дав ему еще один шанс на рождение. Маленький омежка с даром некромантии, что достался ему от меня, блуждал черным огоньком в белесом пространстве без времени и ждал подходящего момента на перерождение. Это малыш ты, Морнэмир. - Ч-что? Я не понимаю… как? - Мой дорогой малыш, - Мирэм неуверенно выплыл вперед, казалось, он хотел подойти ко мне ближе, но почему-то не решался. - Все это время я мучился, не знал, переродился ты или нет, так как был слишком далек от твоих родных земель. Но я был готов ждать сколько угодно, лишь бы только увидеть тебя, хоть раз. - Последние слова он произносил почти шепотом, опустив при этом голову, но я успел заметить, как по его призрачному лицу пробежали дорожки слез. Если признаться честно , у меня и самого ком в горле встал. - Когда ты только переступил врата академии, я не поверил своим ощущениям, но стоило только мне тебя увидеть, как все сомнения отпали. В тени деревьев стоял мой, когда-то погруженный в стазис Лаи… - Лаи? – прозвучавший шепот, казалось, принадлежал не мне, настолько отстраненным он был. - Да, Лаи, Лаирасул так мы тебя назвали. Ты родился в спокойный летний день, что радовал теплым солнышком и легким ветром, что помогал мне прийти в себя после родов. Поэтому и имя мы тебе дали такое. Ты словно легкий ветерок успокаивал наши бушующие сердца своим присутствием. - Лаирасул, - мягко протянул я, улыбаясь, - красивое. - Твой отец сказал тоже самое, когда в первый раз взял тебя на руки. Сказал, что это имя отлично подходит нашему сыну, - его одновременно счастливая и печальная улыбка, словно нож резанула мое сердце. - Прошло достаточно времени, почему Морн родился только сейчас? – молчавший, как и все присутствующие здесь, Дар решил перейти на менее щепетильную тему, видя, что я в двух шагах от истерики от навалившейся информации. Как бы я не готовился к правде, ожидая, что так или иначе я причина убийств, но к такой… я был не готов совсем. Вытерев слезы, Мирэм продолжил: - Тело малыша искало подходящий сосуд, что сможет его выносить. С учетом того, что временный стазис я накладывал на потомков семьи моего возлюбленного, ничего удивительного, что прошло столько времени. Не каждый целитель может выносить плод с даром некромантии. И если бы не брат Морнэмира, маг жизни, что в утробе подпитывал вашу маму своей силой, тем самым давая шанс ей родить некроманта, она бы тоже не смогла выносить моего ребенка. - Вот как, - протянул задумчиво Дар. В это же время Мирэм, что все это время решался подойти ко мне или нет, подлетел, словно перышко, подхваченное ветром, и сел на колени возле меня, взяв мои руки в свои. Я даже удивиться не успел. Но не смотря на призрачное тело и холод, что оно источало, руки, что, дрожа, держали мои, были уютными и успокаивающими. - Поначалу я просто наблюдал за тобой. Но в какой-то момент, меня захлестнула печальная ностальгия и я решил спеть тебе колыбельную, что когда-то пел тебе в ночи катакомб. Уже тогда я знал, что не выживу, но тебе дать умереть я не мог. Я был таким эгоистом, я не хотел, чтобы ты забыл меня. Хотел, чтобы ты, когда вырастешь услышал её, нашёл дневник, нашёл меня… Рано или поздно дорога привела бы тебя в академию, я так ждал. Но сам того не ведая, я сделал магическую привязку колыбельной к тебе. Она пробудила твою спящую кровь, поэтому ты потерял сознание и… - И… - полушепотом поторопил его я. - Сработал маяк крови, тот по которому вычисляли нас когда-то. - Видя, что Мирэм уже не в силах продолжать, первый ректор Мабергон Линдон перенял инициативу. - Этот маяк разбудил заснувшее зло. - Хотите сказать, что в академии мирно спал убийца на протяжении десяти тысяч лет? И никто ничего не сделал? - Дар, - я высвободил одну руку и в успокаивающем жесте вцепился в рубашку злого вампира. Дар вздрогнул от моего голоса и извиняющемся взглядом посмотрел на меня. Взяв меня за руку, он вновь повернулся лицом к ректору. - Семи тысяч лет, - поправил его Валкудс. - Какое-то время он наводил здесь свои порядки, а также по-тихому вырезал ни о чем не догадавшихся полукровок, что поступали в академию либо начали жить на острове. Он построил здесь свое собственное царство и творил что хотел. В какой-то момент мы вышли на него, но было поздно. Прознав, что на него открыли охоту, он погрузил себя в сон, где-то в стенах академии. Найти его мы не смогли, даже сама академия не знает где он. Я слегка тряхнул головой. - Но я все еще не понимаю, почему он охотится за мной? Ведь на свете полно полукровок. - Все дело в твоей крови, - продолжил ректор, - она отличается от нынешнего поколения полукровок. Составом, запахом и другими, на первый взгляд незначительными, факторами. - То есть? - Чтобы высшему понять, кто перед ним стоит, его собрат или представитель другой расы они при зачатии ребенка делятся частичкой особой магической энергии, по другому называемой маяком. Этот маяк распознается на уровне инстинктов. У полукровок такой инстинкт отсутствует, чем высшие и пользовались. После подписания мирного договора, высшие во избежание повторения кровавого времени, стали блокировать свои магические резервы, в связи с чем они переставали делиться магической энергией со своим ребенком. Но как бы они его не блокировали, частицы все равно просачивались через барьеры, но маяки были уже не такими сильными и призывными. - Ты потомок полукровки, - Валкудс тяжело вздохнул и откинулся на спинку кресла, - в тебе течет кровь с сильным проявленным маяком. Наш старый враг почувствовал тебя, но его постоянно сбивали слабые маяки, и он ошибался. - Те студенты, они были полукровками? – вопрос сам сорвался с моих губ. - Да. Мы пытались его поймать, но каждый раз терпели крах. - Вы постоянно говорите «мы», кто еще знает о проснувшемся убийце? – Было видно, чем больше Дар узнавал, тем больше он злился. - Высшие. - Как не в чем не бывало отозвался Валкудс. - Мой отряд сутками патрулирует коридоры академии под личинами студентов, но как я говорил раньше – безуспешно, - он с горьким выдохом пожал плечами, а над нами повисла оглушающая тишина. Поняв, что подозрительно слишком тихо, Валкудс повернулся к нам и хмыкнул. - Я же говорил, они будут в шоке. - Вы… - первым решил нарушить молчание я. - Да, я являюсь представителем высшей расы, а также главным действующим лицом по поимке сами знаете кого. - В чем состоит проблема в его поимке? – чуть наклонившись вперед, Дар цепким взглядом оглядел всех присутствующих в комнате. - Мы знаем, что это он, но он не оставляет никаких улик, а после содеянного испаряется, словно его и не существует. Мои ребята уже всю академию обшарили. - Что если в академии есть место, которое он контролирует с помощью магии? - Если ты про то, что он каким-то образом вырезал из реальности какую-то комнату академии, тем самым обустроил себе надежное место для сна, то мы рассматривали этот вариант. Но по ощущениям академии, она полностью контролирует каждый камушек, и не достающих частей не наблюдает. - А что если он заморозил какую-то часть? Что-то на подобии медицинской анестезии, - предположил Дар, - академия будет и дальше чувствовать определенною комнату, но без особой чувствительности. Да и не вооруженным взглядом не заметишь комнату. - Зловещий морок, - подал голос молчавший до этого Мирэм. - Но это заклинание давно утеряно, – ректор Линдон откинулся на спинку своего кресла. - Что за «зловещий морок»? – не утерпев, спросил я. - Раньше его использовали на пленных, дабы выпытать правду, но оно причиняло мучительную боль, так как оно медленно и верно замораживало все органы человека. Помнится, его запретили еще задолго до моего рождения, - ректор Линдон в задумчивости потер свой подбородок. - Но не для высших, - горько усмехнулся Валкудс. - Падшему нечего уже было опасаться, так что буду не удивлен, если узнаю, что он когда-то пробрался в запретное хранилище. - Но если оно причиняет боль, то Академия сказала бы об этом, - нерешительно высказал я свое мнение. - Если только в купе с этим заклинанием он не вплел в потоки, как верно подметил юный некромант, что-то на подобии анестезии. И что-то мне подсказывает, что так оно и есть. Есть одно заклинание, «вечный молчун», довольно мерзкое и противное заклинание. Хранится оно тоже в запретном хранилище. Нужно попросить хранителей, чтоб проверили записи! – Валкудс настолько резко встал, что я непроизвольно дернулся. - И куда ты? – попытался остановил своего приятеля ректор. - Наведаюсь домой, - ухмыльнулся высший. - Заодно устрою взбучку хранителям, не уследили лазутчика, пусть теперь разгребают! – последнее он уже выкрикивал за дверью. - Но… что нам теперь делать? – почему на меня охотятся, это мы поняли, но как себя и других обезопасить проблема первостепенная. - Единственное и верное решение, это как можно быстрее устранить падшего, - устало заметил ректор. - Но, а пока за вами будут наблюдать с пристальным вниманием люди Валкудса. - Вам лучше вернуться назад, - чуть сжав мою руку, с грустью сказал Мирэм. – Я бы очень хотел с тобой поговорить обо всем, но сейчас не время. - Я понимающе ему улыбнулся. - Ваши друзья наверняка волнуются. - Это вряд ли, - фыркнул я, - готов поспорить, что они думают, что я снова на «свидание» с Даром. - За то, кто еще может похвастаться романтическим вечером в катакомбах, - привычно усмехнувшись, Дар снова стал Даром, добрым и веселым. - Но вернуться действительно надо, только не говорите мне пожалуйста, что нам снова придется идти через лес, - умоляюще посмотрел я на ректора, что после моих слов с хитрющей улыбкой развел руками. - Нехо-очу-у, - прохныкал я в плечо своего вампира, чем вызвал ни сколечко не сочувствующий смешок у всех троих.