Ghost boy

Рыгальня Жожо: “Не забывайте, сегодня кукинг с мамой Анжелой Дота2” - А с чего ты решил кукинг замутить? Ты же живешь чисто на маке и доставке, - с небольшим непониманием спросил Денис. - Ну нужно же когда-то начинать готовить. Я недавно считал расходы, оказалось, я почти четверть всех денег трачу на доставку, а это еще и без обычных походов в магазин. - Значит, все держится на деньгах? Ах ты, корыстная тварь. - Ну да, я, и что ты мне сделаешь? - активно жестикулируя, в своей манере говорил Сережа. Пусть последний кукинг стрим с Покой и Аринян все же оставил больше негативный след в его памяти, но как-то зацепил процесс готовки. Ты просто делаешь последовательные действия один за другим. Рецепт разбивается на составные части и ничего более. Сереже всегда казались странными жалобы людей на сложность готовки. А вот тот факт, что стоять на кухне все время энергозатратно, он мог с охотой отстаивать. Время стрима шло очень неоднородно. Пролетели два часа стрима и иногда так хотелось позвать Дрейка. Посмеяться вместе с ним, сотворить хаос на столе забавы ради. Да, с Таней тоже было весело, она, как мама, не разрешала играть с едой и грозила пальцем, когда Сережа вытворял что-то эдакое. Все же Сережа не мог полностью забыть про призрачного мальчика. Нужно держать язык за зубами. Нельзя, чтобы кто-то вновь услышал это имя. В том мае весь сквад похоронил Дрейка. Завести разговор о Денисе значило вновь расковырять едва зажившую рану на сердце сквада и зрителей. В то же время Денис стоял на кухне и тихо наблюдал. Ему тоже неприятно. Он - причина боли, хотя и не по собственной воле. Иногда хотелось убежать в мир таких же как он, но на оглушительное эхо никто не отзывался. Денис спросил у неба, зачем его оставили на этой жестокой Земле. Парень с легкостью бы отодвинул это мирское, уже ничтожное и пошлое позади, но зачем-то его вновь оставили здесь. Быть может в небесной канцелярии что-то напутали. После стрима Сереже очень хотелось просто перекинуться парой слов с Дрейком. Хотя-бы спросить, как все выглядело со стороны. Дверь в ванну тихо защелкивается: - Ден, ты здесь? - Денис? - в голову Жожо уже начали прокрадываться ужасные мысли. - А ты думал, что так легко от меня отделаешься? А нет! - Ну как тебе стрим? Норм? - Да нормальный был стрим, ты такой же клоун как и всегда, Татьяна хотя бы не спалила хату, чату было смешно. Разве не хороший стрим? - Ну ладно, уго…, - резким движением руки открывается дверь ванной комнаты - ТАНЯ! Не пугай так больше! - Сережу сразу же накрыла волна испуга. - А с кем ты тут разговаривал? Я думала ты тут с девочкой по телефону болтаешь, хотела посмотреть. А тут ты даже без телефона стоишь, - вот он вопрос, ответ, на который Жожо не хотел бы давать. Он боялся, что за ним последуют упреки, косые взгляды и недопонимания. - Эмм… Нуу… Я сам с собой разговаривал, - самое адекватное, что пришло в голову. - Ой дурак ты, Сережа. Ладно, я поехала, закрывайся Окинув Сережу добрым, но не до конца понимающим взглядом, Татьяна вышла из квартиры.

***

- Серег, тебе часто снятся сны? - Ну как сказать … Большинство снов Сережи - артхаус в чистом виде. Где-то он убивает обычных людей, где-то его захватывают террористы. Приятные сновидения можно по пальцам пересчитать, но все они остались в памяти надолго. С какой теплотой Сережа вспоминает, как летней ночью он поцеловал ее, очаровательную девушку с ангельским лицом. Если не под парковым фонарем, так во сне. - Что последнее тебе снилось? - Пиздец снился. Утро после его самоубийства. Почему-то это был конец января, как раз после его дня рождения. Солнце рыжим светом озаряло все те же серые панельки, которые снова увидели смерть. Морозное утро все так же встречало суетящуюся толпу и никому не было дела до какого-то мертвого тела в бетонной коробке. Безжизненные деревья походили на надгробия всех тех, кто покинул этот мир, а черный от копоти снег - на их души. Все было так же. Все так же шли стримы на Твиче, только было одно «но». Сережи не было на стримах. Сережи не было. У Сережи бывали моменты апатии, бывали моменты горьких слез, но до петли никогда не доходило. Для Пешкова самоубийство — это что-то за гранью. Он будет жить, несмотря на горе, вопреки отсутствия смысла, потому что знает, что в моменты отчаяния его глаза перестают видеть, а уши перестают слышать. Он становиться слепым для еле уловимой красоты повседневности. Он становиться глухим для добрых слов. Его мозг будто начинает себя обманывать без какой-либо цели, хотя до этого все было нормально. Были цели, были чувства, был смысл продирать глаза по утру. С чего бы вдруг все в один миг разрушилось? Такие дни Сережа просто проживает и старается не загоняться. Пусть все цели и теряют свой вес, но есть некоторые вещи, которые сделают день немного лучше. Сейчас это Денис. Когда есть человек, с которым время забывается, жить становиться приятнее. Если не из-за постоянных дебатов, так из-за эскапизма. В беседах парень на некоторое время мог забыть про свои планы на завтра. Он мог уйти в мир совершенно иной - внутренний мир другого человек. Денис в его жизни появился всего два месяца назад, а уже стал важной ее частью. Все началось с обычных тем: Твич, новости, музыка. Постепенно появлялась глубина в разговоре. Особенно после недавнего диалога.