Вечер на башне

      Теплый осенний вечер накрывал крутые склоны шотландских гор, освещая последними лучами огненного Солнца скалистые вершины и пока еще зеленые долины. Стоящий на берегу огромного Черного озера величественный замок, насчитывающий больше десятка веков своей истории, готовился ко сну, дабы на следующий день вновь погрузиться в суматоху и беготню сотен учеников и их учителей.       Многие могли лишь мечтать оказаться в подобном окружении и провести здесь свое детство и юность. Школа магии и волшебства Хогвартс являлась одним из самых таинственных и загадочных мест не то что Британии, но и всего мира в целом.       Большинство из выпускников с теплом вспоминали года, проведенные в этих стенах, наполненные самыми необычными вещами и людьми. Именно здесь происходили наиболее запоминающиеся события их молодости и взросления. Со временем замок становился вторым домом, надежным защитником и хранителем секретов, что потом слагались в легенды и передавались из поколения в поколение.       Молодая кареглазая ведьма стояла на вершине одной из самых высоких башенок древнего строения, опираясь на перила и наслаждаясь ярким закатом. Последние несколько лет ей крайне нравилось проводить здесь время и думать о прошлом, что было наполнено крайне разнообразными приключениями.       Давно уже прошли те времена, когда она боялась задерживаться вне стен гостиной до отбоя, ведь еще с пятого курса, получив статус старосты и возможность свободно гулять по Хогвартсу в любое время, она частенько наблюдала отсюда звезды.       Она чувствовала, как легкий теплый ветер трепыхает ее длинные волнистые волосы, спускающиеся значительно ниже плеч, а Солнце приятно греет лицо. Скоро придут холода и ей придется укутываться куда сильнее, но пока, даже стоя в тонкой темной мантии, можно было получить все свое от ближайшей и самой яркой звезды.       — Так и знал, что ты будешь здесь, — раздался сзади столь знакомый и близкий голос, заставивший ее чуть вздрогнуть, а затем улыбнуться.       Такой же молодой, но только черноволосый парень подошел ближе, обнял ее со спины и прижался щекой к ее затылку. Давно закончились те времена, когда девушка смущалась от таких приступов близости. Все же они прошли столько всего вместе, что было бы глупо чего-то стесняться.       В прошлом же осталось и то время, когда она была выше своего старого друга, ведь теперь он значительно вытянулся, раздался в плечах и совсем не напоминал того худощавого мальчишку, что встретился ей в поезде перед первым курсом. Даже надень она свои самые высокие каблуки, вряд ли хотя бы сравнялась с ним по росту.       — С днем рождения, Гермиона, — шепнул он ей на ухо, от чего пробежали мурашки по коже. — Я все искал тебя, дабы вручить подарок, но ты словно исчезла.       — Привет, Гарри, — хихикнула она. — И ты приперся в такую даль, чтобы найти меня и поздравить?       — Да не такая уж и даль, — с улыбкой махнул он рукой, отпуская объятия и становясь рядом. — Да и карта все еще работает, даже после всего произошедшего со школой и ее магией.       Несколько минут молодые люди стояли абсолютно молча, однако за столько лет они научились понимать друг друга без слов, а потому, даже не издавая и звука, словно вели оживленный диалог. Не столь давно закончилась фаза их приключений, где шла постоянная война за свою жизнь. Отгремела опустошительная война, прошла великая битва, что почти разрушила древний замок. Был побежден могущественный лорд Волдеморт, сумевший подмять под себя практически всю страну, а теперь наконец-то шли столь долгожданные спокойные времена.       Гермиона вернулась в школу, дабы закончить обучение и сдать экзамены, а Гарри, как и хотел еще курса с пятого, отправился в академию мракоборцев, где под руководством опытных наставников учился противостоять преступникам так, как это должно быть на самом деле.       Именно там он осознал, насколько же им повезло, что они почти весь год скрывались, а не вступали в прямое противостояние, иначе их убили бы еще до Рождества, поскольку их навыки настолько недотягивали до настоящих бойцов, насколько это было вообще возможно.       Сегодня, девятнадцатого сентября, Гермиона праздновала свой очередной день рождения и Гарри никак не мог пропустить этот момент, а потому, как только закончился рабочий день, переместился в Хогвартс, вооружился старой отцовской картой и принялся разыскивать девушку, обнаружив ее в одном из излюбленных мест.       — Я, как обычно, не знал что тебе подарить, — слегка смущенно нащупал он в кармане небольшую коробочку. — Все же я не хотел быть банальным и покупать очередную «Историю Хогвартса»…       — Гарри! — расхохоталась Гермиона. — Ты же знаешь, я бы не обиделась!       — Знаю, — улыбнулся Гарри. — Но за все эти годы я дарил только книги, видя в тебе лишь крайне увлеченного науками человека. Но ведь ты же девушка…       — Да ладно, — игриво глянула она на него. — Неужели через столько лет и событий, ты все же заметил, что я другого пола?       — Гермиона! — хотел было возмутиться он, но не смог, заливаясь хохотом вслед за ней.       Несколько минут парочка магов смеялась друг над другом и не могла успокоиться. Все же с некоторых пор Гермиона действительно раскрылась внешне, словно нежный цветок, держащий свою красоту до самого рассвета, а затем, когда кончились темные времена ночи Волдеморта и наступили светлые дни, показавший себя с лучшей стороны.       Милые черты лица, ладная фигура и осиная талия, дополняемая притягивающими взгляды длинными ногами, привлекали внимание многих и Гарри не стал исключением. Хотя он давно обращал внимание на нее как на девушку, но все же в те времена голова была забита совершенно другими вещами, а вот потом…       — Знаешь что, — смог наконец говорить Гарри. — Я еще в палатке это заметил!       — Да неужели? — посмеивалась Гермиона. — А можно поподробнее?       — Ты и так все должна понимать…       — А вдруг я не понимаю? — настаивала она. — Давай, Гарри, мы не маленькие дети. Говори как есть, я давно уже хотела поговорить с тобой о том времени.       Гарри кинул на нее один из своих фирменных взглядов, заставлявших сердце начинать биться сильнее, взлохматил свои непослушные волосы, что свидетельствовало о легком волнении в его душе, прислонился спиной к перилам и глубоко вздохнул.       Он явно хотел общаться на несколько на другие темы, а эту, по какой-то причине, всегда избегал, словно она показывала его слабость, да и любовные треугольники были явно не его коньком. Но теперь даже она не казалась ему запретной и можно было наконец поделиться своими чувствами и переживаниями.       — Я же не просто так позвал тебя тогда танцевать, — начал Гарри, уперевшись локтями в металлические прутья. — Из меня ведь танцор, как из топора — чемпион мира по плаванию, что явно было видно на балу.       — Тем не менее, ты держался весьма неплохо, — припомнила она.       — Я тренировался, — признался он. — Немного, но все же не хотел упасть в грязь лицом.       — Серьезно? — удивилась Гермиона, внутренне млея от такого внимания. — Раньше ты этого не говорил…       — А незачем было, — ухмыльнулся Гарри. — Но да, пару вечеров, пока ты спала во время моих дежурств, я от скуки пытался хоть как-то приучить себя двигаться правильно.       — Ты настолько был уверен, что я соглашусь? — интересовалась Гермиона.       — Не был, — хмыкнул Гарри, — но все же надеялся на это.       — Тем не менее, даже не сделал намека о чем-то большем.       — Угу, — кивнул Гарри. — Все же ты тогда горевала по Рону, да и война была. Скажи я тебе тогда чуть больше, то получил бы по лицу.       — Может и не получил бы, — хихикнула она.       — Я ж не знал, — развел руками Гарри. — В общем, это был излишний риск, но все же именно тогда я окончательно убедился в себе.       — А я в себе, — призналась Гермиона, чего ранее не говорила. — Да, до того момента я тоже не была уверена в том, что чувствую к тебе, Гарри, но танец все расставил по своим местам. Именно тогда я наконец осознала, что ты тот, кто всегда будет рядом и никогда не бросит на грани жизни и смерти. Кто поддержит до конца и в любой ситуации будет стараться помочь, не смотря ни на что, — чуть перевела дыхание она. — Пусть некоторое время во мне еще жили чувства к Рону, но тот поцелуй между мной и ним расставил все по местам. Там не было и капли любви с моей стороны, лишь глупое влечение, закончившееся ровно в тот же момент.       Несколько секунд волшебники глядели друг другу в глаза и наслаждались ими. Карие опалы встречались с яркими зелеными изумрудами, стараясь в очередной раз передать без слов все то, что чувствовала молодая ведьма и получали в ответ зеркальное отражение ее самой. Глаза Гарри излучали бесконечную любовь, нежность, заботу и тепло, словно обещая, что эти эмоции никогда не погаснут в них. Не нужны были слова, не нужны были банальности, страстные поцелуи и громкие речи. Один лишь взгляд выражал все. Она была для него всем, как и он для нее.       Рассказанное друг другу признание, несмотря на все произошедшие между ними события, как ни странно, было первым обсуждением происходящего в палатке среди холодного леса. У каждого из них сложилось ощущение, что это и так понятно, без слов, но вот теперь захотелось выговориться. Захотелось впервые обсудить те эмоции, что происходили между ними той зимой и вот оно произошло. Хоть оно и казалось лишним, но словесное подтверждение лишь добавило уверенности в правильности тех событий.       — Иди ко мне, — протянул он руку, обхватывая девушку за талию и подтягивая ближе.       Гермиона не имела даже малейшей мысли сопротивляться, оказавшись в столь родных объятиях и прижимаясь головой к его груди, ощущая каждый вдох и выдох, а также безумно колотящееся сердце. Гарри всегда обнимал так, что ей не хотелось выходить из кольца его рук, словно здесь она была защищена от всех бед и неудач, что могли поджидать в обычной жизни. Парень одной рукой продолжал держать ее за талию, а вторую прижимал к затылку и зарывался в волосы, слегка сжав их в своей ладони.       Казалось, они могли часами стоять именно так и плевать на всех вокруг. Плевать на проблемы, учебу, окружающее, прошлое, настоящее, будущее. Лишь тепло родных рук хоть что-то значило в этот момент, а также легкое прикосновение губ к макушке Гермионы, с повлажневшими от личного счастья глазами.       Слова давно стали лишними в их взаимоотношениях. За эти годы, что прошли с момента встречи на первом курсе, было сказано так много, что порой хотелось просто помолчать. Помолчать ни о чем. Помолчать обо всем. Помолчать о живых, помолчать о мертвых.       Никаких признаний давно не требовалось, все и так было предельно ясно, а потому безмолвие накрывало молодых людей, держащихся друг за друга, как за последнюю соломинку для утопающего. В эту минуту молчание стало самым ценным, что было у них на двоих, а потому лишь гуляющий ветерок хоть как-то нарушал тишину на вершине этой башни, ловящей последние лучи сентябрьского Солнца.       Наслаждаясь чудесным тыквенным запахом ее волос и решив, что это самый подходящий момент, Гарри сунул одну из рук в карман и вытащил оттуда небольшую коробочку, покрытую красным бархатом. Сердце начинало колотиться еще сильнее, ибо он прекрасно понимал, насколько ценной будет эта вещица для девушки, что пожертвовала ради него всем, даже своей семьей.       Гарри, не открывая крышки, протянул ее своей возлюбленной и вложил в нежную маленькую ладошку, дабы она сама смогла увидеть подарок. Гермиона, оставаясь в его объятиях, обнажила внутренности шкатулочки и с удивлением обнаружила небольшое серебристое колечко.       Казалось бы простой и милый жест, но зная Поттера, можно было предполагать, что не все так однозначно. Чуть приглядевшись, девушка обнаружила идущую по ободку тонкую гравировку, состоящую из двух имен, следующих друг за другом и были там далеко не «Гарри и Гермиона».       — Но… — потеряла она дыхание, вчитываясь в имена осознавая значимость момента. — Это… же…       — Я нашел их, родная, — улыбался Гарри как мог. — Нашел и восстановил память, а кольцо это двухсторонний портал Хогвартс-Веллингтон.       — Гарри… — только и смогла выдохнуть девушка, прежде чем отпустить эмоции и залиться слезами, вновь прижавшись к его груди. — Гарри… ты…       — Оказалось, что они отправились в Новую Зеландию чуть ли не в первый же день по прилету в Австралию, — гладил он по волосам рыдающую от переизбытка чувств Гермиону, — потому мы и не смогли их найти в Аделаиде, ибо там им почему-то сразу не понравилось. Мне повезло, я буквально на этой неделе законч…       — Молчи! — потребовала Гермиона и впилась губами в губы своего любимого.       Всего один поцелуй, казалось, ломал все границы и преграды, заливал водопадом эмоций и вихрей, что кружились в груди. Такой чувственный, такой глубокий, такой сладкий, такой яркий. Такой, какого никогда не было и никогда больше не будет, ибо каждый из них уникален.       Гарри утопал в наслаждении, прижимая к себе любимую Гермиону, обхватывая за спину и голову, стараясь передать без слов все то, что он ощущал по отношению к ней. Она была для него всем: опорой, надеждой, боевым соратником, жизнью, смертью, временем, самым любимым человеком, а еще никогда не прекращала быть верным другом, каким являлся и он для нее.       Даже сейчас, несмотря ни на что, она всегда оставалась им и готова была поддерживать в любых начинаниях, а ради Гермионы он был готов был сделать невозможное и потому приложил все усилия, чтобы сделать ее жизнь счастливее.       Почти все лето после победы над Темным лордом, Гермиона провела в Австралии, но от ее родителей словно и след простыл. Создалось такое впечатление, что их здесь никогда и не было, она искала везде где только могла, но ничего не получалось и девушка смирилась с тем, что потеряла их навсегда. Гермиона очень переживала за них и душа постоянно болела из-за своего поступка, однако теперь стали понятны причины их исчезновения и она была бесконечно благодарна своему возлюбленному.       Она и не подозревала о том, что Гарри, пользуясь статусом героя войны и победителя Волдеморта, а также личной благосклонностью министра Бруствера, мобилизовал чуть ли не все свободные резервы Министерства и длительное время искал пару столь родных ей людей. Много месяцев прошло, но ничего не получалось, однако, благодаря чистой случайности и невероятному везению, один из мракоборцев, проводя отпуск в живописных горах Новой Зеландии, наткнулся на знакомые по фотографиям лица и доложил наверх.       — Они ждут нас через несколько часов, — смог наконец сказать Гарри, когда девушка оторвалась от его губ и вновь обняла изо всех сил. — Там еще ночь, но тем не менее, твои родители будут готовы встретить нас утром.       — Гарри… Я…       — Не переживай, родная, — успокаивал он ее. — Они не злятся на тебя, учитывая обстоятельства. Конечно, они не были рады, что ты решила все за них, но в целом все прекрасно понимают. К тому же теперь тебя там ждет маленький сюрприз.       — Что? — не поняла она. — Какой еще сюрприз?       — Ну маленький такой, — игриво глянул на нее Поттер. — Шевелящий ручками и ножками, ползающий по полу и повторяющий что-то типа: «Агу-агу!»       — Ты хочешь сказать…       — Ага, — лучился он. — Назвали Кэтрин, если что.       Гермиона не могла поверить в услышанное, ведь судя по словам стоящего перед ней человека, где-то за тысячи миль отсюда у нее теперь есть не только вспомнившие все родители, но и маленькая сестренка, о которой она столько мечтала в детстве. И Гарри смог, ради нее, провести просто титаническую работу, дабы семья смогла вновь воссоединиться.       — Я даже не знаю как тебя отблагодарить, — утирала слезы Гермиона. — Ты столько сделал для меня… Это лучший подарок на день рождения из тех, что в принципе может быть…       — Это скорее моя благодарность тебе, за все годы поддержки, — успокаивал ее Гарри. — Ты прекрасно знаешь, что я ничего не требую взамен.       — Знаю… — прошептала Гермиона, вновь прикладываясь к его губам.       Солнце давно свалилось за горизонт, погрузив окрестности древнего замка в вечерние сумерки. На небе стали появляться первые яркие звезды, из-за гор выкатывался светлый диск Луны, а мерцающий вдалеке Запретный лес погружался в темноту ночи. Пара магов так бы и стояла в объятиях до самого утра, если бы не топот ног, что раздался с лестницы и спугнул слившихся воедино волшебников.       — Профессор Поттер? — удивилась второкурсница с Пуффендуя.       — Профе… А, ну да. Милли, что ты здесь делаешь?       — У нас урок Астрономии, профессор, — ответила девочка.       — Хорошо, — взял слово Гарри. — Мы пойдем. Не будем вам мешать, иначе госпожа Синистра быстро покажет, кто главный на этой башне.       Волшебники пошли вниз по спиральной лестнице и через несколько пролетов оказались в коридоре, где шли студенты на ночной урок наблюдения за звездами. Следовавшая за ними учительница и коллега лишь с улыбкой кивнула паре чуть смущенных магов и поднялась наверх.       — Когда-нибудь я привыкну к этому, — хихикнула покрасневшая Гермиона.       — К чему? — улыбался Гарри. — К фамилии уже пора бы давно, все же почти полгода женаты…       — Да не, — махнула она рукой. — Просто я всего пару недель как преподаю трансфигурацию, так что пока непривычно слышать к себе обращение «профессор», особенно когда ты рядом, — поясняла Гермиона. — Так и кажется, что за спиной стоит кто-то из старших, ведь еще в том году я сдавала экзамены и всего через пару месяцев после них Минерва зовет меня на свое прошлое место! Иногда я все еще считаю себя студенткой, а если уж ты в замке, то вообще считай пропала.       — А значит звать директрису по имени ты привыкла быстро? — кинул хитрый взгляд Гарри, зная ее любовь поправлять в том случае, когда он не произносил титулы своих учителей, особенно Снейпа. — Тебе же только двадцать как стукнуло, а ей уже сколько там?       — Отстань, — усмехнулась девушка. — Пойдем лучше ко мне. Ты ведь отпросился на завтра?       — Конечно, — кивнул Гарри. — Все же день рождения жены достаточный повод для небольшого отгула, так что на ближайшие три дня я свободен как птица в полете.       — Тогда у нас есть несколько часов на развлечения, — весьма двусмысленно улыбнулась ему Гермиона, — а потом прыгнем к родителям. Мерлин, я так соскучилась по ним!       — А может как в том году? — лукаво посмотрел на нее Поттер. — Ну в нише за гобеленом на восьмом этаже…       — ГАРРИ! — возмущенно воскликнула она. — Я же теперь профессор! Ты представляешь что будет, если нас кто-нибудь…       — Да я же пошутил, — смеялся он, ведя за талию свою любовь.       — Но если так подумать… — неожиданно глянула на него Гермиона, иногда желающая острых ощущений. — Все же порой я тоже это вспоминаю.       — Я уже говорил как сильно обожаю тебя?       — А я тебя?       Несколько секунд бывшие гриффиндорцы смотрели друг на друга влюбленными взглядами и не могли оторваться. Ночь давно уже опустилась на замок, коридоры были пусты и лишь класс Астрономии мог находиться вне спален, а потому девушка, взвесив все риски, поднялась на носочки и приблизилась к уху своего мужа.       — Гобелен Когтеврана, восьмой этаж, догоняй, — прошептала Гермиона, вызывая мурашки по коже и, вырвавшись из его объятий, ломанулась со всех ног в сторону лестницы.       — Ну держись, мало не покажется! — рассмеялся Гарри и побежал за ней, предвкушая неземное удовольствие и будущее воссоединение семейства Грейнджеров.