В разрушении только девушки

Чужак, закатные струны Тебе изрезали руки. Чужак, закатные струны Скажут лишь о разлуке... -Канцлер Ги "Судьба моя"

Juice Я окунула руку в фонтан и немного поводила в воде. Голова шла кругом. Я не понимала, что только что произошло. На мгновение мозг как-будто отключился, кто-то другой занял моё место и сделал.. Это! —Фу, Рейн, не кури. — голос Рима вывел меня из раздумий. Я подняла глаза, и увидела, что к нашей компашке присоединился серо-коричневый кот со шрамом на глазу. Он держал в руках сигарету и собирался закурить. —Мелочи слово не давали. — улыбнулся Рейн, всовывая сигарету в рот. —Рейн, правда, не сейчас. — подал голос Папайрус. —Нет, так нет, херня вопрос. — пожал плечами кот и открыл рот так, чтобы сигарета упала на землю. —Не мусорить на площади! — заверещал детский писклявый голосок. Рейн недобро зыркнул на обладателя голоса. Это был тот самый монстр в чёрной куртке, прибежавший вместе с Папайрусом и притащивший огнетушитель. Рейн полностью обернулся к монстрику-зайцу и ухмыльнулся. —Папси, а это что за мелюзга? — промурлыкал кот. —Таффи. — покачал головой Папайрус. — Новичек в моей группе. —Не просто Таффи! — ещё громче запищала зайка. — А Таффер Маунт Бой Семьдесят Шесть! —Ты что, собрал все существующие слова в кучу? — усмехнулся Рим. —Это моё полное имя! — Таффи топнул ногой. —С каких пор в Молодой Гвардии открылся детский сад? — с интересом разглядывая новобранца, спросил Рейн. —Он открылся только для Таффи. — тяжело выдохнул Папайрус, будто шла речь о каком-то его тёмном секрете. — Представляешь, он пришёл к Андайн в ДВА ЧАСА НОЧИ и до ПЯТИ УТРА сидел у неё под дверью! Ради того, чтобы она приняла его в Молодую Гвардию! —И Госпожа Андайн была поражена мною! — с гордостью выкатил грудь заяц. —Поражена твой тупостью. — расхохотался Рим. — Вместо того, чтобы днем спокойно придти к ней и записаться на тренировки младшей группы, ты ТАК заморочился! Ой, не могу, придурок! —Зато я не просто в группе с малышней, а в той самой Молодой гвардии! —продолжал гордиться своим поступком Таффи. —Из которой вылетишь через два дня! — продолжал заливаться смехом Рим. Таффи нахмурился, сполз с края фонтана и, рывком приблизившись к Риму, столкнул его в воду. Папайрус попытался поймать брата, но попытка провалилась и вместо того, чтобы не дать Риму упасть, они оба плюхнулись в воду. —Черт! — взвизгнула я, когда меня забрызгало ледяной водой. Ненавижу, когда мокро! Рим и Папайрус вынырнули из воды. По взгляду Рима было видно, что он готов убивать. Таффи замер в ужасе. Он не просто окунул брата правой руки Андайн в Центральный Фонтан, он окунул ПРАВУЮ РУКУ Андайн в Центральный Фонтан! —Таффи! — рявкнул Рим, выползая из воды. — Я тебе сейчас твои уши в глотку запихну! —Тише-тише! — пытался успокоить брата Папс. — Нет нужды злиться, Таффи сейчас извинится! —Простите, Господин Папайрус! — согнулся пополам заяц. —А передо мной? — возмутился Рим. —А тебя следовало бы псам скормить! — усмехнулся Таффи, за что чуть не получил в лицо, но Папайрус вовремя остановил. —Настоящий цирк! — хохотнул Рейн, затягиваясь. Всё таки закурил! Никотинозависимый! Рим дёрнулся, освобождаясь от хватки Папайруса и зло посмотрел на Таффи. —Ходи и оглядывайся, черт ушастый. — поморщился скелет. —И не подумаю! — Таффи показал язык. —Разошлись по разным углам! — воскликнул Папайрус. — Таффи, вернись на базу и унеси огнетушитель! Присоединись к группе Марти и чтоб без криков! —Но.. —Никаких но, Таффер. Это приказ. Шагом марш! Таффи грустно опустил голову и вяло замаршировал в направлении базы. Я глянула на Папайруса. Он выглядел суровым, серьезным, таким, которому даже слово лишнее сказать страшно, ни то, что ослушаться приказа. В один момент его лицо расслабилось, и теперь он выглядел, как и должен был: мягким милым скелетом в шарфе. —Я не знаю, что с ним делать. — выдохнул он. — Он всего лишь ребёнок, и в нашем отряде ему делать нечего! Но просто выгнать.. Ни я, ни Андайн не можем так поступить. —Всего лишь ребёнок, говоришь? — выдохнул облако дыма Рейн. — Ему сколько? Десять? Тринадцать? —Одиннадцать. — Папайрус снова сел на край фонтана. — На самом деле, Андайн действительно была поражена его упорству. Она решила "дать ему испытательный срок". И через день-два, после приёма, сказать, что он нам не подходит. Но вскрылись некоторые факты.. Неважно, в любом случае, сейчас мы не можем его выгнать, это слишком.. Жестоко? —С каких пор Молодая Гвардия беспокоится о таких вещах? — зло фыркнул Рим, отжимая свитер. Папайрус тяжело выдохнул, пропустив слова Рима мимо ушей. Он снял красные варежки и тоже попытался выжать, что выходило очень и очень плохо. —У меня есть идея! А что если перекинуть его в младшую группу? Ну, под предлогом, что он поумнел за время нахождения в Молодой Гвардии и теперь должен поделиться знаниями со сверстниками? — подала я голос. Всё обернулись на меня. Я кивнула. План, может, и глупый, но может сработать. Хотя-бы первое время Таффи не будет мешаться Молодогвардейцам. Особенно на завтрашнем праздничном патруле. —Можно попробовать. — вздохнул Папс. — Других выборов все равно нет. —Кста, а где Сансьяго? — покрутил головой Рейн, туша сигарету. —Занят. — коротко ответил Рим. —Опять сослали братца к черту на праздник, что вы за монстры такие? — нахмурился Рейн, окидывая взглядом нас всех. — А кстати, ты! — он указал на меня. —Я? —Да-да, мы так и не познакомились! Я — Рейнар Фавн Пятый! - Рейн протянул мне руку. —Ты от Таффи заразился? — зыркнул на кота Рим. —Я же прикалываюсь! Рейн, просто Рейн. —Эррор. Просто Эррор. — улыбнулась я, пожимая его пушистую мягкую лапу. —Эррор, значит.. — задумался Рейн. — Лады, будешь Руру. —Почему Руру? —возмутилась я. —Потому что мне кажется, что это тебе подходит больше. — Рейн подмигнул. —От Санса научился всем клички давать? — фыркнул Рим. — О Небеса, я от Санса это слушать устал, ещё и ты, Рейн! Предатель! —Мелочь, заткнись, слишком много ору. — показал язык Рейн. — Ладно, я, вообще, тут мимоходом. Мне за некоторыми покупками нужно сходить. Аревуар, дети подземного царства! — с такими словами Рейн скрылся в толпе, которой становилось все больше и больше на площади. —Что дальше? — посмотрела я на Рима. Тот пожал плечами, продолжая пялиться в то место, где стоял Рейн.

***

"Кто ходит в гости по утрам - тот поступает мудро!" - поётся в известной песенки из СССРовского Винни-Пуха. Мы решили поступить так же. Над нами возвышался королевский замок. Рим внезапно вспомнил, что должен был кое-что отдать Чаре, поэтому предложил прогуляться до КОРОЛЕВСКОЙ Семьи. Я была не против, наоборот, мне очень хотелось самолично познакомиться с Дриммурами, особенно с Фриск. На это были свои причины. Мы шли по бесконечным коридорам замка, прислушиваясь к каждому шороху. Было тихо и пусто, интересно, король и королева вообще дома? —Давайте ускорим шаг. — внезапно сказал Рим. — Мне как-то не по себе. Я кивнула, я тоже это чувствовала. Что-то происходило. Неужели, вернулось то чёрное нечто? Нужно было быстрее дойти до семейства Дриммур, чтобы убедиться, что они в порядке. Папайрус шёл позади нас, постоянно останавливаясь и оборачиваясь. У семейства Вингдингс есть такая вещь, как обостренное шестое чувство, и если это шестое чувство активировалось у этих двух - значит дело совсем не чисто. Наконец, мы прибыли в пункт назначения. Посреди замка было отдельное крыло, где Дриммуры могли жить обычной жизнью Монстров. Оттуда приятно пахло пирогом и ещё чем-то сладким. Рим постучался в дверь, и мы стали ждать ответа. По ту сторону послышались шаги, дверь распахнулась, и перед нами предстал Принц Азриэль Дриммур во всем своём величии. —Здарова! — помахал принцу Рим. —О, Хей! Не ожидал вас в гости! — удивился Азриэль, оглядывая нас с ног до головы. — Я думал, вы с остальными готовитесь к завтра! —Да-а, я просто вспомнил, что Чара оставил в прошлый раз у нас это. — Рим достал из кармана штанов небольшой кулон в виде сердца. —Ха, а Чара его везде искал! — Азриэль взял из рук Рима кулон и отошёл в сторону, пропуская нас внутрь. —Эй, почему вы такие мокрые? — спросил принц, когда мы вошли в "дом". Папайрус отмахнулся, мол длинная история, к тому же скучная. Рим же наоборот, готов был пожаловаться Азриэль на все, что произошло: на противного Таффи, на вечно курящего Рейна, на Папайруса и даже на меня! Но сдержался. —Аз, кто там? — послышалось с кухни. —Рим с Папайрусом и.. — Азриэль посмотрел на меня. —Эррор. — протянула я руку принцу, тот кивнул и пожал её. —Азриэль. — представился принц. Из гостиной показалось лицо человеческого ребенка. Он оглядел нас, помахал и остановил взгляд на Азриэле. —Аз, заканчивай трындеть, а то мы до ночи не управимся! — проговорил Чара. —Да иду я, иду. — проскулил принц. —А чем вы занимаетесь? — встряла я в разговор братьев. — Может, мы вам поможем. Азриэль и Чара переглянулись. —Мы банки с цветочным компотом сортируем. — проскулил Азриэль, будто это было его смертным наказанием. —Помощь бы вообще не помешала! — закивал Чара. —Я вас, пожалуй, оставлю. — подал голос Папайрус. — Мне нужно возвращаться к патрулю. Рим кивнул, и Папс, откланявшись, ушёл восвояси. Чара выпорхнул из коридора и улетел на кухню, в которой, в окружении сосудов с жёлтой жидкостью, сидел Фриск и грустно водил пальцем по горлышку банки. —Оставили меня одного! — пожаловался Фриск, когда призрачный мальчик оказался на кухне. —Совсем не надолго! — Чара поставил руки в бока. — К тому же мы привели помощь! Мы с Римом вошли на кухню. Фриск глянул на скелета и одними губами произнес: —Бегите! —А где Госпожа и Господин Дриммур? — спросил Рим. Азриэль пожал плечами. —Они ушли по делам. А нас оставили здесь с этим! —Так, в чем заключается сортировка? — спросила я, и все дружно посмотрели на меня. Я почувствовала себя неуютно. Как будто то, что я спросила - было общеизвестным фактом, и я сейчас выставила себя дурочкой. Меня спас Рим, который переспросил Чару и Азриэля об этом —Бледно-желтый - ещё не готов, ярко-жёлтый - самое то, оранжевый - только в мусорку. — коротко пояснил Чара, садясь за стол и откупоривая банку. — Вот, смотри, желтенькое. —И что вы дальше с этим делаете? — спросила я. Чара нахмурился, взял со стола ложку и опустил в банку. —Нужно снять плёнку и перелить верхний слой вон туда. — призрак показал на чан, похожий на ведро. —Выглядит не так уж и сложно. — пожал плечами Рим, подходя к столу и открывая банку. — Оранжевое, можно выбрасывать. Азриэль, до глубины души задетый словами друга, подошёл к Риму и глянул в банку. —А мне кажется, жёлтый! — сказал он, обмакнув палец. Я так же подошла к парням. —Оранжевый. — сказала я, подтверждая слова Рима. —А я говорю жёлтый! — протестовал Принц. —Теперь понимаете, почему мы долго? — устало спросил Чара, принимаясь за остальные банки. —Да-а. — выдохнула я. — Было бы смешно, если бы кто-то из нас ещё и дальтоником был! —Обхохочешься. — буркнул Азриэль, снимая плёнку с нашей банки. Пока Азриэль показывал нам все шаги работы с компотом, я заметила, что Фриск как-то подозрительно притих. Я глянула на него, а он сверлил меня взглядом. Я вздрогнула. Чего это он на меня так уставился? Да, шутка вышла не смешная, но это не повод вот так вот смотреть на меня. —Мы раньше не встречались? — внезапно спросил человек, когда я посмотрела на него. —Эррор из Сноудина. — ответил вместо меня Рим. — Возможно, вы и виделись в городе. Фриск несколько секунд задумчиво смотрел куда-то сквозь меня. То есть сквозь тело Эррора на меня. И тут меня осенило. В прошлом я контактировала с Фриск, как создатель, может ли сейчас Фриск почувствовать, что здесь и сейчас именно я стою перед ним? Нужно быть осторожной, мне не хотелось бы раскрывать свою личность, по крайней мере, пока. —Может быть. — покачал головой Фриск, возвращаясь к работе. Я выдохнула.

***

Легенда гласит, что однажды старик собрал своих сыновей, дал им по прутику и сказал сломать. Прутики легко сломались. Тогда он дал им веники из этих прутиков. Сыновья не смогли сломать веник, и отец сказал, держитесь вместе, и тогда никто не сможет вас сломить. А потом пришли банки с цветочным компотом и с лёгкостью переломали все веники. Мы битый час сидели над этими банками, снимая плёнки с жидкости и сливая верхний слой. Никогда бы не подумала, что Ториэль и Азгор НАСТОЛЬКО запасливые, что сделали СТОЛЬКО настоек! На самом деле, их было не так уж и много, просто над каждой банкой мы пыхтели минут двадцать: десять на то, чтобы определить цвет, и ещё десять на то, чтобы аккуратно слить не нужное. И это было утомительно. Рим громко зевнул, откупоривая очередную баночку. —А-ах, сколько этого ещё? — с надеждой в голосе спросил скелет. —Ещё пять! — оповестить радостную новость Чара, закрывая банку с неготовым-в-употребление компотом. —Наконец-то! — воскликнула я. — Я думала, это никогда не закончится! Все время, что мы работали, Фриск не произнёс ни слова. Он молча откупоривал банки, смотрел цвет, проводил необходимые манипуляции, закупоривал обратно, откладывал в сторону, брал другую, и все в полной тишине. —Столько времени на это убили.. — недовольно буркнул Азриэль. —Но зато какой результат! Завтра всё Подземелье сможет испить цветочного компота! — торжествующе проговорил Чара. —Да. — кивнул Фриск. — И не очень бы хотелось начинать с начала. Никто не понял, о чем говорит человек, а я замерла. Если это была стрела в мою сторону, то она попала прямо в цель. Фриск решил проверить, я ли это, или он уже понял, что это я? От этих мыслей голова закружилась. Я открыла банку и уставилась в неё, размышляя. Даже если Фриск поняли, что я - это я, то что с того? Он не сможет ничего сделать, никому ничего рассказать, потому что если он начнёт рассказывать, ему придётся рассказать и о таймлайнах, и о сбросах, и о всем том, что ни я, ни он не хотим рассказывать им. Да и Фриск был умным мальчиком. Он знал, что эта информация никак не сыграет ему на руку, так что ему незачем раскрывать всем, кто я. И это выражение было просто предостережением, чтобы я не сделала сброс. Я и не собиралась этого делать, мы слишком далеко от начала. —Эррор, мы только тебя ждём. — мои мысли перебил голос Азриэля. — Что там за цвет такой неведомый, что ты так долго разбираешься с ним? Я вздрогнула, посмотрела на Азриэля, потом на компот, несколько раз глупо похлопала глазами и, вспомнив, кто я и где я, я кивнула и сказала: —Жёлтый. Разобравшись с последней банкой, все дружно выдохнули. -—Наконец-то! — Чара взлетел к потолку. — Я думал, я умру, пока мы разбираемся с этим! —Чара, ты уже! — напомнил Азриэль, рассмеявшись. —Повторно умру! — рассмеялся Чара. Мы с Римом отошли от стола. Скелет то сжимал, то разжимал пальцы, чтобы те отдохнули от работы. —Думаю, ребята уже дома. — внезапно сказал Рим, посмотрев на королевскую семью. — Как насчёт того, чтобы пойти к нам чай попить? —Да! Хочу в Сноудин! — топнул ногой Чара, продолжая хохотать. — Ну не знаю, мама, сказала быть дома. — неуверенно проговорил Азриэль. —Мама сказала разобраться с компотом, мы это сделали! Можем пойти гулять! — возмутился Чара. — Завтра праздник, выходной! Брате-ец, пошли! —Ладно-ладно, идём! — обречённо выдохнул принц. — Фриск, ты с нами? Человек кивнул.

***

Я сейчас скажу странную вещь, но я не люблю холод. Но люблю зиму, а вместе с зимой и Сноудин. Он всегда казался мне очень милым и уютным городом в оригинале, и таким же я хотела сделать его в своей вселенной. И, мне кажется, у меня получилось. Сноудин шумел, гудел, кричал. Ни как Столица, нет. Шум не давил на уши, гром голосов не перекрикивал друг друга. Это был тихий шум. Пахло в Сноудине по-празднечески - печеньем, пирогами, елью, тем, чем обычно пахнет Новый Год, ведь именно в Сноудине День Цветения и был самым настоящим Новым Годом, как у нас, на Поверхности. Я сошла с лодки Лодочника вслед за Римом и вдохнула морозный воздух. Освежает. Вслед за мной спрыгнули Фриск и Азриэль, Чара же парил над нами. Рим поблагодарил Лодочника и мы собрались уйти. ~Тра~ла~ла, иногда то, что мы видим - лишь иллюзии! — пропел монстр нам в след. Я остановилась и обернулась на уплывающего монстра. Что бы это могло значить? Я ступила на территорию Снежного городка и огляделась. Сноудин жил. Не суетился в преддверии праздника, а просто жил, как будто завтра не самый великий день всего Подземелья. Все было обычно. Все разговаривали, смеялись, обменивались слухами. Дети бегали и играли. —Ребятки! — я отвлеклась от рассматриваем города и посмотрела на подошедшую. —Че как, Фуку? — улыбнулся огнедевочке Рим, та широко улыбнулась в ответ. —Всё зажигательно! Вот, несу дяде Гриллби просьбу от Маффет! Мы завтра хотим отметить День Цветения вместе! Все втроём, круто, правда? —Очень! — закивал Чара. —А какие у вас планы на завтра? — она окинула взглядом парней и посмотрела на меня. — Ой, а я тебя раньше не встречала! Привет, я - Фуку Фаер! — она отпихнула Рима в сторону и подошла ко мне. —Я - Эррор. Просто Эррор! — улыбнулся я. -—Эррор, значит! — воскликнула Фуку. —Хорошее имя, так какие у вас планы, ребятки? —Поесть и завалиться спать. — признался Рим. — Хотя вру, ещё с Лайн в Вотерфолл прогуляемся. Вот и все планы. —Ну-у. — растроенно протянула Фуку, ставя руки в бока. — А посиделки со семьёй? Это же первый праздник за пять лет, когда все могут собраться вместе, а вы хотите провести его, кто где? —Да. Фуку поняла все по интонации и по выражению лица Рима, она выпрямилась. —Ладно. А вы? —Мы ещё сами не знаем. — пожал плечами Азриэль. — Возможно, проведём в кругу семьи, а возможно, пойдём в Вотерфолл, посмотрим на Эхо-Цветы. Всей семьёй, конечно же! Фуку удовлетворённо кивнула и посмотрела на меня. —А ты? —Я? —Как ты проведёшь завтрашний день? —Ну я... Я не думал об этом.. Как-нибудь. Фуку хотела что-то сказать, но Фриск напомнил ей о "просьбе" и та, встрепенувшись, сказав, что ей пора, убежала в сторону Бара Гриллби. —Она чересчур возбуждена. — проговорил Рим. — Ну что, идём в дом? А то, чую, мы сейчас Фриск заморозим! Все дружно рассмеялись и мы пошли в сторону дома Вингдингс. Дверь со скрипом открылась. Рим, не говоря ни слова, прошёл внутрь и огляделся. Никого, кроме человека на диване, слушающего музыку в наушниках. —Лайн! — Рим стянул с сестры наушники. — Надеюсь, в доме так тихо, потому что ты его убила. Лайн недовольно фыркнула на Рима, выключила музыку в плеере и сложила руки на груди. —Да, убила, и прах в огороде закопала, ага, сейчас! Руки марать только. — она оглядел нас всех. — Он у Гриллби опять. —Где же ему ещё быть! — хохотнул Рим, проходя на кухню. — А второй на тренировке. —Да наверное. По крайней мере, я его с утра не видела! Проходите, пацаны, не бойтесь, я сегодня добрая! Чара и Азриэль рассмеялись, Фрис лишь улыбнулся. —Чай, кофе? — крикнул из кухни Рим. —Или, может, меня? — улыбнулась Лайн. Азриэль хитро глянул на девушку: —Боюсь, если мы выберем тебя, нам Рим это не простит, ревновать будет. —Я сейчас кому-то кружкой уши отрежу! — послышалось в свою очередь с кухни, что спровоцировало всеобщий смех. Горячий чай стоял на столе, мы сидели и бурно обсуждали планы на завтра. Фриск, наконец оттаявший, так же принимал в этом активное участие, и как-то спокойно было на душе, по семейному тепло и уютно. Лайн не оставляла попыток подколоть Рима, а Рим все обещался продать её кому-нибудь в рабство. Азриэль хохотал и говорил, что у Рима слишком доброе сердце для этого. Чара напоминал, что Рим - скелет, и у него нет сердца, и от этого все только больше заливались смехом. —Я хочу завтра себе в подарок большой-прибольшой мешок с печеньем! — поделилась своим желанием Лайн. —Перехочешь. — фыркнул Рим. Лайн показала ему язык. Я удовлетворённо улыбалась. Всё хорошо, подготовка к празднику, голоса, смех, все хорошо, все так, как должно быть. Мне, наверное, уже пора, нельзя так долго задерживаться в этой ау, ведь, как никак, сейчас я здесь лишь гость. Я выдохнула. Что Крик. Он доносится с улицы, громкий, пронзающий тёплую атмосферу крик. Это был не крик Монстра, тогда чей это крик? Внутри все упало. Это он кричит. Всё вскочили со стульев и побежали к выходу из дома. Я последовала за ними, но мои ноги были, будто ватные, и я могла с трудом передвигаться на них. Я не ошиблась, оно было здесь. Оно стояло, сгорбившись. Оно было недалеко от нашего дома. Когда мы высыпали на улицу, оно вздрогнуло и обернулось на нас. —Эта та тварь. — тихо проговорил Рим. Я знала, что это было адресовано мне. —Что это за штуковина? —прошептала Лайн, просматривая то на меня, то на брата. —Потом расскажу. — отмахнулся Рим. Я стояла позади всех и чувствовала, каждое движение этой твари. Как она пилит нас взглядом, как медленно растягивается её улыбка, как она выпрямляется. Я это чувствовала. Я была безгранично благодарна монстрам Сноудина за то, что они не собрались вокруг этого существа, рассматривая и изучая его. Они старались уйти, как можно дальше от него, чтобы тот, не дай бог, не задел их. У них было чувство самосохранения, и это радовало. Но я знала, у кого его не было. —Эй, ты кто? — крикнул Чара, опускаясь на землю. —Чара, тс! — шикнул Рим, но принц продолжал. —Ты напугал горожан, ты в курсе? Ты не монстр? Что ты? Существо продолжало улыбаться, будто совершенно не понимало, или не слышало того, что говорил ему Чара. Это было прекрасно. Не хотелось бы, чтобы из-за Чары попало нам всем. Мы стояли и тупо пялились друг на друга. Мы ждали его, а он нас. Он ждал, что мы что-то сделаем, но мы бездействовали. Игра-игра! Существо растеклось по снегу в небольшую ровную круглую лужицу и пулей кинулось к нам. Мы - врассыпную. Никто не пострадал. Существо остановилось в метрах пяти от нас и восстановило прежнюю форму. —Ч-что это было.. — выдохнула Лайн, смотря на существо. —Это не монстр. — проговорил Фриск, выпрямляясь. Существо снова хитро улыбнулись и начало раскачиваться из стороны в сторону. Мах-мах. Мах-мах. Мы следили за этим, придумывая план отступления. Наконец, оно остановилось и выпрямилось во всю длину. За ним показался знакомый силуэт скелета в броне. Папайрус? Он стоял, с шоком смотря то на существо, то на нас. "Папайрус, беги", хотела крикнуть я, но что-то не дало мне этого сделать. Существо обернулась на Папса и оскалилось. Папайрус нахмурился и призвал кость. Он будет атаковать? Существо сорвалось с места и метнулось к скелету, сбивая того с ног. —Черт, Папс! — взвизгнула Лайн, бросаясь к старшему брату, но Рим останавил её. Папайрус, тем временем, пытается встать, но существо раз за разом роняет его. Я чувствовала всеобщее желание сорваться и побежать на помощь скелету, но я чувствовала, что что-то не так. И велела всем стоять. Не в слух, где-то глубоко в мыслях, но велела. Ни шагу А существо, тем временем, добивало Папайруса. Скелет, весь израненный, встаёт на четвереньки и одними губами произносит слово "помогите". Я чувствую, как замерла душа Лайн, и как расширяются глаза у Рима. Существо замерло в воздухе, думая, как лучше добить Папайруса, затем оно спикирует вниз, на ходу превращаясь в нечто острое, и вонзается в тело скелета. В небе замирает крик. Папайрус смотрит на нас, с открытым ртом, будто осуждая, что мы не спасли его. Медленно начинает трескаться его черепок и, потихоньку, тело скелета стало превращаться в прах. Все стоят, разинув рты, я в том числе. Всё готовы бежать к умирающему, но не могут - я не даю. Я все ещё чувствую, что все не так. Вскоре от Папайруса не осталось и следа все обратилось в прах. Существо так же исчезло, но я знала, что оно здесь. —Папайрус! — наконец, крикнула Лайн, пытаясь вырваться из оков магии и побежать к брату. Но не может, по её щекам побежали слезы, и я чувствую, как она пыталась удержать их в себе, но не смогла. —Папс.. — тихо прошептал Рим, не веря тому, что произошло. Не веря, что его брата убили. Фриск сделал пару шагов вперёд и остановился. Он единственный не слушал моих приказов. —Он не может быть мёртв.. — сказал Фриск и посмотрел на меня, ожидая, что я скажу. А я не знала, что говорить. Я просто смотрела на ту кучку праха, которая раньше была скелетом, и не могла поверить в это! Слушай лучше Внезапно, все прошло. Всё волнение и переживание внутри меня стихло. Нет, я все ещё переживала за судьбу АУ, раз здесь орудует убийца, но я не чувствовала.. Боль утраты? Её не было! Боли не было! Всё было, как будто Папайрус был жив! —Иногда то, что мы видим, лишь иллюзия. — повторила я слова Лодочника. Всё посмотрели на меня. — Рим, утренние пожары, помнишь? Они были не настоящими! Папайрус не мёртв! Я рассмеялась от осознания, что все это - лишь спектакль некого существа. Рим медленно кивнул. —Папайрус на тренировках, и он никогда не надевает доспехи на них. — медленно говорил Рим. Лайн вздрогнула и, переводя взгляд с Рима на прах, широко раскрыла глаза. —Что за...? — вскрикнул Азриэль, поражённый всем, что случилось. —Самому бы знать.. — нервно усмехнулся Рим, поглядывая на меня.

***

Всех отпустило. Мы сидели на крыльце дома и молчали. Монстры, почуяв, что опасность миновала, вышли из своих укрытий. Я смотрела в пол, изучая землю. —То, что произошло, очень странно. — наконец, перебил нашу тишину Фриск. — Я имею ввиду, этого же не должно было произойти? — он посмотрел на меня. Я покачала головой. Конечно нет! Когда это на мою АУ должно напасть ЭТО и перебивать к чертям всех моих Монстров? —Папайрус выставил пост в Андернет. — оповестила нас Лайн. — Он жив. —Хорошо. — удовлетворённо вздохнул Рим. — Но нам нужно что-то делать с этой штукой. —Нам? — проскулил Чара. —Мне. — поговорил я, поднимая голову. — Мне надо делать что-то с этой штукой, чем бы оно ни было. Фриск кивнул. Конечно, бороться с подобным - это моя работа, создателя, а не их, моих пешек. И Фриск был рад, что не на его смену приходится разбирательство с этим. —Мне пора. — я встала с крыльца. Никто не о чем не спрашивал. Они молча проводили меня взглядом. Я отошла достаточно далеко от Сноудина и прыгнула в портал. Мне нужно поговорить с Инком.