Селфи на память

      Думаю, стоит начать с того, что Алексу никогда, повторюсь, никогда не нравились мои идеи. Будь то предложение завести миленького шпица, а не кота, или поехать на свадебное путешествие к оленям в Норвегию, а не на привычные Мальдивы. Он говорил, что я сумасшедшая. Просто слетевшая с катушек девушка, которая не соответствует привычным стандартам. Но ещё говорил, что любит меня именно за это.       Вот и сегодня. Я с самого утра листала ленту Инстаграма, просматривая милые фотографии моих подруг со своими бойфрендами. И агрессивно завидовала. Последняя моя публикация была сделана седьмого февраля, как раз сразу после нашего прибытия из Норвегии (да, мне удалось уговорить этого засранца отправится к милым оленятам). И то это были красивые пейзажи, сделанные Нильсеном на профессиональную камеру. А сейчас, на секундочку, середина сентября!       Нет, они точно издеваются! Последняя фотография Меган была как раз с Лукасом. И они как раз вместе держали на руках маленького рыженького шпица, пока я гладила гладкошёрстную Лею, которую Алекс притащил домой в один прекрасный день, сказав, что один из его сотрудников сейчас раздаёт котят. Вы не подумайте. Я всегда была всеми руками «за» за благотворительность. Но не когда дело касается животного, с которым мне жить ближайшие лет десять точно.       Теперь я должна сделать выбор. Или подать на развод с Алексом, пойти в клуб, найти себе нового парня, который, помимо того, что будет трахаться не хуже Алекса, будет ещё и не против делать со мной совместные фотографии. Или завести шпица. Но тогда Лея решит, что я враг народа и из-за обиды начнёт меня царапать. А мне это не надо. Но если взять первый вариант на заметку, то тогда я лишусь не то что мультиварки, совместно купленного коврика «Go to the house» и лучшей кровати на свете, но и Леи. Да, проблемка не из лёгких.       Вы не подумайте. Я не не люблю Алекса. Наоборот. Холю и лелею. Даже массаж после трудового дня делаю. Бес-плат-но! Просто… Он не разделяет мои идеи, вот и всё. «Моя любимая и сумасшедшая дурочка» — сказал он, когда я предложила сделать парню тату в честь года наших отношений. А я, между прочим, было настроена крайне серьёзно!       Я не могла так больше жить. И сейчас мне пришлось принять крайнее решение. Затащить Алекса в ванную комнату, сделать ему одну маску из моей своеобразной коллекции и сделать чёртово селфи для Инстаграма! Даже если мне придётся пройти через огонь, воду и кучу ругательств. Сделаю, и точка.       Я встала с дивана в зале и направилась прямиком в кабинет Нильсена, где он сидел уже третий час. Лея, заметив, что бок, на который можно опереться, ушёл, вприпрыжку поскакала за мной и чуть не сбила меня с ног. А я говорила, что кошки до добра не доводят!       Я бесцеремонно отворила дверь в кабинет, и туда сразу же проскользнула Лея. А Нильсен, даже не обращая на меня внимания, принял кошку у себя на коленях и стал гладить, что-то внимательно читая на экране ноутбука. А я всегда знала, что что-то здесь нечисто, и что он мне изменяет с кошкой.       Я, так и не сказав не слова, уселась прямо в кресло напротив рабочего стола Алекса и выставила перед собой телефон с открытой фотографией Меган.       Спустя пару минут Александр наконец соизволил обратить на меня внимание. Он переводил взгляд с телефона на меня и обратно. После чего выгнул бровь.       — В чём-то проблема, мин кэра?       Да. Не одна, а сразу три! И первая из них: где мой шпиц?       — Да, Алекс. Почему у всех нормальных пар есть совместные фотографии в Инстаграм, а у меня только цветочки-бабочки?       — А что плохого в цветочка-бабочках? Вполне мило, — как будто я прямо сейчас не выдвинула перед ним проблему, ответил Алекс, отодвигая ноутбук чуть в сторону.       — Нам нужна парная фотография, Нильсен. Хотя бы одна. Причём сегодня и срочно. Так что давай, убирай своё мурчало в сторону, вставай и пошли в ванную. Ещё и чистку лица тебе проведу. Как бонус.       — Э, нет, каттен. Я помню, как ты решила мне чёрные точки подавить. Пожалуй, откажусь. Я и так красавчик, — и в подтверждение пригладил правой рукой волосы, лучезарно улыбнувшись. Ну вот, я не сдержалась. Хохотнула пару раз. Хотя до сих пор была серьёзно настроена!       — Нет, Алекс. Вставай и пошли. Или я возьму и уеду к Рэйчел в Швецию. Уверена, она будет не против помочь мне.       Я закинула ногу на ногу и сложила руки на груди, демонстрируя всю серьёзность своих намерений. Больно ударилась о подлокотник, правда, но это дело десятое. Главное — затащить Алекса в ванную.       — Хорошо, каттен, — наконец согласился Алекс, хлопнув руками по дубовому столу и вставая, не обратив внимания на Лею, которая с недовольным шипением упала, — но только первый и последний раз.       Я радостно похлопала в ладоши, словно была маленьким ребёнком, которому разрешили взять на одну конфету больше. Встала, взяла Алекса за руку и повела его прямо в ванную, как говорится, напролом.       Благо комната находилась не так и далеко. Я завела Нильсена и, пока тот неподвижно стоял, открыла ящик над дверью и стала рыскать в пакетиках и баночках.       Я выудила из самых закромов пакетик с жидкой маской и, прочитав состав, решила взять именно её. Ещё нашла кисточку, после чего обернулась к Алексу. Тот продолжал стоять неподвижно, вскинув брови вверх. Я обошла его и взяла висящее за ним полотенце, чтобы, перед тем как нанести маску, с помощью полотенца и горячей воды, распарить его лицо.        — Знаешь, Агата, я что-то уже передумал, — сказал Алекс, после чего сразу же встретил мой недовольный взгляд. Ну никакого энтузиазма! Что за жизнь?        — Так не годится. Давай. Стой смирно и не выпендривайся! — я положила полотенце на раковину и взяла Алекса за руки, подводя ближе к зеркалу. Несмотря на слова, он поддался моим действиям.       Но как только я, кивнув, развернулась, сразу же почувствовала его руки на талии, после чего поднял меня и усадил прямо на мраморную столешницу возле раковины. Расставил руки по обе стороны возле меня и чуть наклонился.        — Ладно, но только быстро. Мне нужно до вечера просмотреть все отчёты, — после чего быстро чмокнул меня в носик, от чего я поморщилась и хихикнула.       Сначала прижала к его лицу полотенце, которое до этого намочила горячей водой и выжала. После открыла маленький пакетик и начала наносить Нильсену на лицо увлажняющую маску.        — Если я умру от этого запаха, передай моей маме, что я её любил, — сказал Алекс, морщась. Я недовольно цокнула.        — Не выпендривайся и не морщись. Потерпи минут десять. Не задохнёшься.       Я стукнула его ногой по бедру и продолжила плавными движениями наносить смесь на лицо, распределяя её равномерно. Но несмотря на мой приказ расслабить лицо, он продолжал морщить нос, мешая мне.       Затем внезапно отстранился и, полностью игнорируя раковину, которая буквально в десяти сантиметрах, врубил горячую воду в душе я встал прямо под струи. Алекс начал тереть лицо, избавляясь от маски, а я соскочила со столешницы. Ну что за издевательство!        — Вот что бы ещё раз я подписался на твою авантюру, каттен… Никогда.       Я подошла к нему со спины и, как только поднесла руку к его плечу, он перехватил её. Я вскрикнула, когда оказалась под горячими струями воды, прижатая к белому кафелю.       Я хотела уже было начать вырываться, ведь сейчас прямо на меня льётся десять струй горяченной. Но Алекс впился в мои губы горячим жадным поцелуем. И я, на удивление, сразу же перестала сопротивляться. Наоборот. Обвила его шею руками, притягивая к себе ближе и прося не останавливаться.       А он, по всей видимости, и не собирался. Одна его рука опустилась мне на талию, а вторая на бедро, поднимаясь всё выше и выше. Одежда полностью промокла и стала противно прилипать к телу, что захотелось её сразу же снять.       Внизу живота скрутился тугой узел желания, а по телу проходили тёплые волны, вызывая дрожь в коленях. Одну руку я опустила чуть ниже шеи, проникая под его серую домашнюю футболку.        — Ты сумасшедшая, каттен. Ты это знала? И меня с ума сводишь… — тихо прохрипел он мне на ухо, впиваясь губами в шею, от чего я невольно издала протяжный стон.       Внезапно он отстранился и, оставив мои руки на своих плечах, стал спускаться вниз, снимая с меня шорты вместе с трусиками. Его губы медленными поцелуями прошлись по икре, бедру, подбираясь к заветной точке.       С моих губ слетел протяжный хриплый стон, когда его пальцы коснулись клитора и круговыми движениями стали ласкать меня, короткими движениями проникали в лоно.        — Алекс, я тебя прошу… Пожалуйста… — умоляя, произнесла я, цепляясь дрожащими руками цепляясь за футболку, призывая снять её с мокрого тела.       Александр, вынув палец из лона, от чего я невольно издала разочарованный стон, наконец стянул с себя футболку. Впился в губы, сильнее прижимая к стенке.       — Знаешь, я уже готов даже простить тебе эту грёбаную маску, — прохрипел он мне прямо в губы, а я прижалась к нему ещё ближе, моля о большем.       Он быстро чмокнул меня в скулу и спустил промокшие насквозь спортивные штаны вместе с боксерами. Я издала протяжный стон удовлетворения, когда увидела его твёрдый член.       Затем он вошёл в меня. Резко, быстро. А потом застыл, давая мне привыкнуть к ощущениям.       Толчки были короткими, быстрыми, резкими. А каждым новым я издавала тихий стон. Я чувствовала его губы на шее, одну руку, сжимающую грудь, и другую, которая нежно поглаживала мою талию. Мой разум улетел в другой мир. Я уже забыла про Инстаграм, про фотографии, про рыжего шпица, черт возьми.       Я была на пике. Всё моё тело напряглось. Перед глазами заиграли яркие цветные искры, а по телу разлилось тепло, когда я с тихим и протяжным «Алекс» кончила.       Через пару минут и он, крепко сжав меня в своих руках. Моё тело полностью расслабилось, и я уже не могла стоять на ногах, прибывая в сладостном экстазе.       — И всё-таки, Алекс, ты мне обещал селфи, чтобы выложить в Инстаграм! — возмутилась я, как только смогла нормально прочистить связки.       В ответ он лишь рассмеялся:       — Раз обещал — хорошо, — он взял белое полотенце, висящее рядом, и укутал меня в него, пока я стояла не в силах пошевелиться.       Я невольно засмеялась. Алекс взял второе полотенце обмотал его вокруг бёдер. Вышел из кабинки и подал мне руку, ну а я, конечно же, приняла её.       Взяла телефон и, стерев рукой конденсат с зеркала, открыла камеру. Нильсен прижал меня к себе ближе, чтобы мы вместе вместились на фото. Я три раза нажала на кнопку экране, сделала несколько фотографий и зашла в галерею. Невольно улыбнулась, увидев успешно получившуюся фотографию.       — Нет, Алекс. Это я не выложу. На память оставлю. А вот маску тебе всё-таки нужно будет сделать.