Дуэль

      — Подымить не найдётся, союзник?       Кувалда, голубоглазый блондин лет двадцати пяти (почти драу!) в новенькой «Тенсуле», брезгливо поморщился.       — Кувалды не курят, железяка.       Марионетка-Рейдер хмыкнула.       — Это твоя первая боевая практика, малыш?       — Сдейнали?       — Твои знания о собратьях одейнеть как устарели.       — А я похож на эмбриона?       — А я похожа на трёхтысячелетнюю старуху?       Глаза федерата полезли на лоб.       — Сколько?!       — Спокойно, дамочка, спокойно. Тебе что, инструктаж по союзникам не проводили?       — Да иди ты к Дейну…       — Окей окей. Запасись сигами на будущее, не все из наших так легко отделываются.       Марионетка ехидно улыбнулась и, круто развернувшись, пошла к баракам.       Этот федерат был до смешного наивен, даже казалось, что он и не Кувалда вовсе.       — В дейновом захолустном лагере ни у кого нет закурить…       — Хишери Азазель, не желаете? — произнёс молодой женский голос из-за спины Рейдера.       Рядом с головой Марионетки приятно щёлкнула пачка, из которой палец в чёрной изящной перчатке выдвинул упитанную белую с малиновым кольцом сигарету.       — Какие люди. Вампиры, извиняюсь.       Азазель взяла предложенную сигарету и покрутила в руках.       — Из КФ что ли? Где достала?       Марионетка развернулась к собеседнице.       Ею оказалась высокая девушка лет двадцати пяти-тридцати с неестественно бледной кожей и красными глазами. На её каштановые волосы, доходящие ей до лопаток, была надета чёрная шляпа дерби с плоским верхом, из которого торчали лисьи ушки. Сама девушка была одета в одежду, напоминающую форму дворецкого. На ногах она носила чёрные лакированные туфли, а на поясе покоились два цепных мачете и компактный пистолет-пулемёт в кобуре. Самым заметным предметом образа был средней длины белый лисий хвост, выходящий из специального выреза в её штанах.       Азазель одновременно была и рада их встрече, и нет.       — Подарил один SAS'овец во время совместной операции.       — Гони да не перегоняй, у SAS сиги намного элитнее, Эмилия.       — Вы уличаете меня во лжи? Кицунэ-вампир обнажила острые клыки в улыбке.       — Да не.       Азазель с удовольствием вложила сигарету в рот, чиркнула по ней пальцем и вдохнула дым.       — Хмпф. Вишнёвый вкус?       — Верно. А что не так?       — Ненавижу вишню, особенно землянскую.       — Прошу прощения, я…       — Забей. Сигарета есть сигарета, хоть со вкусом фон Хауф средней.       Эмилия рассмеялась, а затем вслед за Марионеткой затянулась.       — Ффууу… — выпустила Азазель дым, — а ты здесь какими судьбами? Разве это не лагерь для лохов?       — Назвать вас и хишери Клейс «лохами» язык не повернётся, хишери Азазель.       — Мы с Лоттой здесь проездом, её попросили погонять зелёных контрактников и Кувалд.       — Не завидую им.       — Солидарна. Так что ты тут делаешь?       — Хм… А если я скажу, что хотела увидеться с вами?       Рейдер цокнула языком, состоящим из датчиков и нанитов.       — Не мели дейни, на кой Дейн я тебе?       — Прогуляемся? Я вам всё объясню по дороге.       — Чет мне это не нравится. Не зря ведь ты лиса, слишком подозрительно всё это.       — Дорогая хишери, разве я та, кто посмел бы сделать вам что-то дурное?       Эмилия широко улыбнулась.       Азазель выпустила ещё колечко дыма. Дейнова сигарета кончается.       — Дейн знает. Ладно, пойдём, хотя бы свои хиронитовые кости разомну. Айда. Но сначала, — Марионетка выкинула в траву окурок, — отсыпь мне ещё этих «дивных» сигарет.

***

      Лицо штурмбаннфюрера Лотты Клейс из 8 Корпуса, как всегда, не выражало ни единой эмоции. Светящиеся, словно люминесцентные лампы, голубые глаза, не двигаясь ни на миллиметр, сканировали территорию лагеря. Суммировав с отсутствием гари, можно было предположить, что Рейдер или ушла в рейд за куревом, верная своему классу, или случилась беда. Не с Азазель, само собой. С тем, кого она встретит.       Марионетка, отяжелённая синей бронированной тектонитовой шинелью, двумя штурмовыми семидесяти сантиметровыми пистолетами-карабинами Р-116А5, штык-ножом «Экстрецидив» и связкой осколочных гранат, спокойным шагом двинулась к КПП лагеря.       Оно представляло из себя две вышки с установленными на них генераторами силового поля и лазерными пулемётами L-29 федератского производства. На каждой вышке наблюдали за местностью две Марионетки-Dummy, а между вышками на раскладном стуле мирно посапывал контрактник федератской армии в снятом уже с вооружения регулярной армии экзокостюме «Ополченец».       Услышав Лотту, он подскочил как ошпаренный, рассеянно отдал честь и несвязно объяснил, что он, рядовой такой-то такой-то, сегодня несёт дежурство при КПП, что никаких происшествий не было, никто не входил и не выходил. Но Лотта знала, что про последнее он врёт.       — Т-точно ли не выходил?.. Майор Клейс, я…       Марионетка не сводила с органика своего каменного взгляда. Иногда отсутствие эмоций делает больше, чем яростное запугивание.       — П-п-прошу меня простить, майор Клейс! Имела место ошибка в расписании, майор Азазель и майор Хофф ушли сорок мин-н-нут назад… Зачем? Э-э-э… Вроде бы, прогуляться хотели… Вы тоже хотите? О’кей, я доложу об этом коменданту. Не надо? Ох, хорошо, ваш приказ для меня закон, но вы тогда тоже не говорите никому, что я… ну, сплю на посту, ладно? Пожалуста. Dummy меня разбудили бы, если бы враг напал, но после вчерашних ночных упражнений даже энергетики армейские не спасают… Не расскажите?       Лотта решила выразить согласие не телепатией, а напрямую, и едва заметно наклонила голову, как бы кивая.       — Danke.       Лотта прошла через ворота. Когда федерат решил посмотреть ей вслед, Клейс уже направлялась в сторону озера Таймар двадцати метровыми прыжками.

***

      — Если кто спросит из высших, скажите, что мы пошли прогуляться, пожалуйста.       — Т-так точно, майор Хофф. Во сколько вы вернётесь?       — Ну, мы со штурмбаннфюрером Азазель погуляем часика два-три. Спасибо за сотрудничество, рядовой.       — Всегда пожалуйста, майор! Можете на меня положиться!       Эмилия улыбнулась и бегом догнала Азазель, ушедшую далеко вперёд в степь.       — Легче расколоть для Лотты только Dummy.       — А с чего хишери Клейс нас искать?       — Она подумает, что я пошла дебоширить. Странная Лотта, я вообще-то очень спокойная, когда у меня есть курево… А она меня за фон Хауф среднюю принимает.       — Ну, ведь сигареты вам дала я, так что подобные опасения хишери Клейс были бы не беспочвенны.       Азазель пожала плечами и выпустила изо рта облачко дыма с вишнёвым запахом.       — Дейн знает.       — Ммм, вы часто упоминаете хишерине Тайру фон Хауф… Вам часто приходилось с ней работать?       — Частенько. Бывало в бою, бывало просто её эскортом, водилой очень часто была. Неприятная особа, а в бою так вообще зверь. Её старшая и младшая сёстры вообще не такие.       — Ясно…       — У нас Тайру зовут «Генерал Суета», или «Генерал Суетолог». Так, Хофф, ближе к делу.       — Ха-ха-ха, а я надеялась, что смогу заговорить ваши зубы… Ну да ладно, я вам всё расскажу на месте.       — Месте?       — Хочу показать вам озеро Таймар.       Азазель скорчила кислую мину.       — Оно в шестнадцати километрах отсюда, органик.       — С вашей-то скоростью вы добрались бы за полчаса, да и я тоже.       — …Но ты можешь быстрее?       Кицунэ улыбнулась.       — Конечно.       Внезапно из ниоткуда появились тысячи игральных карт, которые начали образовывать карточный вихрь вокруг девушек. Он становился всё сильнее, пока неожиданно не рассеялся. Несколько карт бессильно упали на землю. Девушек там не было.       Зато они оказались в полукилометре от озера, появившись в таком же карточном вихре.       Азазель бросила очередной окурок в траву.       — Экология вас кажется не совсем заботит, хишери.       — Надейн экологию. Я потушила сигу, а королевские сигареты разлагаются не особо и долго.       Марионетка и федератка пошли к озеру. Оно представляло собой водоём со стоячей водой, образовавшийся в глубоком кратере с отвесными стенами. Вода в озере была пресной, но из-за высоких стен кратера добраться до неё было непросто. Во время ливней озеро поднимается выше по кратеру, однако излишек уходит по нескольким каналам в высотной части стен кратера. Берег вокруг Таймара порос травой и местными жёлтыми цветами.       Через десять минут неспешного шага девушки дошли до отвесного берега озера, и Рейдер выкурила свою последнюю сигарету.       Азазель глянула вниз. Озеро было похоже на большое зеркало, отражающее голубое небо, плывущие по нему белоснежные облака, а также коричневые стены кратера. Подул ветер, который растрепал волосы девушек и заставил поверхность озера пойти волнами, смешав небо, стены и облака в разноцветную кашу.       — Красиво конечно, но я хочу ещё сигарет. Ну и узнать, зачем таки я тебе понадобилась, дорогуша. И дураку понятно, что эти все телодвижения были неспроста.       — В такой ситуации в пору бы сказать «как вы проницательны», но мы не в третьесортном аниме-детективе с умственноотсталыми героями.       — О как заговорила.       Эмилия потупила глаза, начала бесспокойно вилять хвостом. Марионетка даже начала беспокоиться, не обидила ли она федератку своими грубыми ответами.       — Хишери Азазель… У меня есть… ну, как бы, просьба.       — Просьба?.. Но разве я могу что-то для тебя сделать?       — П-помните нашу операцию против повстанцев? Тогда мы впервые встретились.       — Конечно помню, как такое забыть. Мы тогда с тобой устроили неплохой «вальс».       — Увидев ваше мастерство, я поняла, насколько я дилетант. Ваш стиль боя не давал мне покоя, заставлял оттачивать мой, тренироваться. Я стала сильнее. Поэтому…       Эмилия поклонилась Марионетке.       — Хишери Азазель, пожалуйста, позвольте сразиться с вами в тренировочном бою и сравнить наше мастерство, — выпалила Эмилия на одном дыхании и боязливо закрыла глаза.       — Сигарету.       — А?.. — Эмилия открыла глаза и удивлённо взглянула на Азазель. Она ожидала посылания к Дейну, пощёчины или просто отказа, но не этого…       — Сигарету. Тогда я согласна. Предложение, конечно, странное, но помочь тебе в тренировках я не против.       Эмилия улыбнулась и протянула своему кумиру сигарету.       — Спасибо.       — Да вообще без проблем, — Азазель зажгла сигарету и затянулась, — ну и, как будем биться?       — Начнём с огнестрельного и холодного оружия, закончим основным. Биться будем не в полную силу, мы ведь не хотим убить друг друга?       — Так точно, — Азазель выдохнула колечко противного вишнёвого дыма, — надеюсь, мы закончим до того, как сигарета выгорит.       Девушки разошлись в разные стороны, отсчитав между собой пятнадцать метров.       Напряжение витало в воздухе, Эмилия могла чувствовать его запах.       Азазель скинула свой тёмно-зелёный плащ-пиджак, оставшись в белой рубашке, и надела перчатки-контроллеры. Затем она достала из кобуры свой пистолет М-26, вставила обойму, быстро перезарядила и положила обратно. То же Эмилия проделала со своим пистолетом-пулемётом.       — Ну что, Хофф, будем как в землянских фильмах, держать руки около кобуры, перебирая пальцами?       Кицунэ-вампир не ответила. Всё её внимание было направлено на то, чтоб первее Марионетки достать оружие и выстрелить, хоть на самом деле её оружие не могло причинить Азазель вреда. Это был скорее отвлекающий манёвр.       Всё прошло в течение секунды — квантовый центральный процессор и руки, двигающиеся со сверхзвуковой скоростью, позволили Азазель выхватить М-26 и произвести два выстрела урановыми гиперзвуковыми миниатюрными ракетами калибра 12,7×34мм с хиронитовым наконечником, начинёнными взрывчаткой. Но, когда она выстрелила в третий раз, в неё уже летело десять 10,45×57 хиронитовых игл, разогнанных рельсотронным ПП до не меньших чем у М-26 скоростей.       Иглы отлетели от портативного защитного поля Марионетки, как горох от стены. Реактивные патроны М-26 нанесли чуть большие увечья, разорвав несколько костей Эмилии и чуть не оторвав ей руку, но всё это мгновенно зарегенерировалось.       Рывок в сторону — синхронный. Андроид начинает перезаряжать пистолет, но это всего лишь обманный манёвр, чтоб спровоцировать Эми, и он работает.       Делая перекат по земле, федератка выпускает в сторону лица Марионетки оставшийся боезапас, но сама получает три реактивных патрона в грудь. Однако обе атаки бесполезны — у игл не хватает сил пробить щит, а в патронах нет серебра, чтоб нанести вред вампиру. Ещё полминуты перекатов, обманных манёвров и уклонений магазин М-26 на двенадцать патронов так же иссякает. Время для оружия непосредственного контакта.       Азазель вынимает из чехла на наруче пятнадцатисантиметровый штык-нож «Экстрецедив». Она нажимает кнопку на его рукояти, и лезвие ножа постепенно нагревается до двенадцати тысяч градусов. В свою очередь Эмилия берёт в две руки мощные цепные мачете, урчащие остро заточенными зубцами, которые разгоняет компактный мотор.       От первоначальной легкомысленности Азазель не осталось и следа — она понимает, что Эми сильный противник, и лёгкой победы не будет, если будет вообще.       Девушки вновь сходятся в схватке. Скрипит лезвие штыка, противостоя с помощью силового поля лезвиям мачете. Они не могут располовинить «Экстрецидив», но и его температуры не хватает, чтоб расплавить лезвия мачете.       Удар в живот, Эмилия блокирует, отрубая руку, затем отступление в прыжке. Рукой Азазель пожертвовала не просто так — скрытый плазменный пистолет стреляет точно в голову Эми, но промахивается. Эмилия отвлекается, и этого мгновения достаточно, чтоб нанести ей удар, вспоров торс от груди до таза. Пока девушка регенерирует, андроид наносит ей кулаком удар в череп. Удар силой 11.7 тонн практически разрывает голову кицунэ и отбрасывает далеко назад.       — Я подожду, пока ты окле…       Азазель замирает. Остаток сигареты у неё во рту расходится мельчайшими порезами и разлетается в труху.       В это же мгновение со всей силы налетает Хофф, разрубая нож Марионетки, но он состоит из нанитов и почти сразу же восстанавливается. Азазель снова стреляет из отрубленной руки. Эми уворачивается, и подставляет себя под удар ногой с разворота, который откидывает её на десяток метров.       Азазель поднимает руку, приставляет к ране и та затягивается серой массой нанитов.       — Ты! — Азазель отшвыривает нож в бешенстве, — Дейн с тобой, что нарушила правила, но сигарета была последняя! Теперь я сделаю из тебя такое решето, что импульсный дробовик позавидует!       Эмилия оттирает со рта кровь, подобно Азазель выкидывает мачете, и взмахивает правой рукой, и в воздухе материализуются тысячи игральных карт, созданных из сверхпрочного металла хиронита.       Небольшой сероватый предмет на манжетах тёмно-зелёных перчаток Азазель начинает светиться голубым, и вокруг неё в ядовито-зелёных вспышках появляются около десяти боевых дронов, вооружённых плазмомётами, импульсными винтовками и ракетницами.       Несколько секунд противницы стоят неподвижно, обдумывая стратегию атаки. Но компьютер думает быстрее.       Эмилия уворачивается от двух осколочно-фугасных ракет, отпрыгивая в сторону и закрываясь картами от шквала плазменных сгустков. В карты встроено аннигилирующее поле, которое позволяет уничтожать ими снаряды дронов Азазель. Та материализует ещё двадцать дронов и накрывает берег шквалом огня. Эмилия обороняется, создавая стену из карт, а затем сама переходит в атаку, стреляя в Марионетку несколькими взрывными картами. Мощный взрыв накрывает Марионетку с головой, но не причиняет ей вреда.       — Чт…       Теперь уже Эмилию откидывает волна огня, когда по ней попадает дрон с масс-драйверной винтовкой, разрывая на части. Пока девушка регенерирует, Азазель призывает дрона с нео-водородной пушкой, и берег исчезает во взрыве миниатюрного термоядерного взрыва, после которого от Эмилии остаются только обугленные останки.       Азазель ждёт. Она знает, что Эмилия ещё не умерла.       Через секунду останки накрывает вихрь карт, а затем Эмилия телепортируется в воздухе, и направляет на Рейдера целый поток карт, некоторые из которых, попав в Азазель, пробивают её насквозь. Но Марионетка не остаётся в долгу, призывая двух дронов с тёмно-энергетическими винтовками и с десяток с милургическими пулемётами. Лучи милургов, представляющие собой заряды энергии с температурой около миллиона градусов, наполняют собой пространство, не давая Эмилии шанса на побег. Девушка лишь отбивает атаки Марионетки картами.       «Дейн, моих атак не хватает, чтоб нейтрализовать защитные карты! Нужно вдарить самой».       Эмилия атакует Азазель сотнями карт в попытке уйти из-под обстрела, но Марионетка защищается дронами-генераторами силового поля.       «Не одна ты умеешь в телепортацию, лисёнок».       Призвав дрона телепортации, Азазель мгновенно переносится за спину Эмилии, отбрасывая гравитационным полем направленные в неё карты. С помощью грави-контроллера она усиливает свой удар и бьёт в поясницу федератки, подбрасывая ту в воздух, а затем в прыжке ударяет Эми ногой, разрывая на двое.       — Довольно, — вздыхает Азазель, отряхивая одежду, — из-за того, что ты казнила мою последнюю сигу, я сейчас очень зла. Не хочу сделать непоправимого.       Ответом ей было лишь глухое рычание и шлёпанье зарастающих костей и мышц. Эмилия уже подняла руку для вызова карт, как вдруг воздух разорвал громовой выстрел, раздавшийся эхом по всей долине.       Обернувшись, Азазель и Эми увидели слегка нависшую вперёд фигуру в синей шинели и кепи-фуражке, направляющей в их сторону длиннющий пистолет, напоминающий землянский С-96 Маузер.       — Лотта?.. Что мы здесь делаем? Да так, тренимся. Не похоже? Ну, бывает.       Клейс перевела взгляд на Эмилию. У федератки похолодело внутри. То, что она сделала, это ведь трибунал… Стоп, а что она делала всё это время? Они с хишери Азазель ведь хотели просто провести тренировочный бой…       — Сдерживатель полетел говоришь? Оп! — Азазель поймала предмет, брошенный Лоттой. Им оказался серый нессесер с изображением чёрного креста и четырьмя баллончиками с нанитами — аптечка для Марионеток, — А это мне? Зачем? Мне и так норм. Комендант оборёт? Ну тогда ладно. Да иди ты, иди, мы там подлатаемся и придём.       Лотта подходит к Эмилии, помогая ей встать, а затем вкладывает ей в руки универсальный медпакет. Штурмбаннфюрер разворачивается, а затем медленным шагом уходит в сторону лагеря.       Азазель садится на край кратера озера, свешивая ноги. Она вытаскивает баллончики, нанося нанитов слоями на раны и разорванную одежду. На федератку она не смотрела.       Эмилия глубоко вздохнула, раскрыла молнию аптечки, и села рядом с Марионеткой, не поднимая на неё взгляд.       — Я…       — Сигарету.       — Сигарету?..       — Прежде чем распускать сопли, дай мне сигу. Я знаю, у тебя ещё парочка есть.       Эмилия отворачивает голову, роется в кармане и протягивает Азазель скрюченную вишнёвую сигарету. Рейдер с удовольствием и одновременно отвращением закуривает её, откупоривая последний нанитный баллончик.       — Теперь говори.       — Хишери Азазель, я… я… Я прошу у вас прощения! Я не думала, что всё выйдет так, я просто… когда мы перешли на ножи, во мне что-то проснулось, что-то животное и неуправляемое… Агрх, звучит ужасно банально, но лучше я не смогу описать… Я… На меня это не похоже, вы ведь знаете… Дейн…       — Нечасто ты материшься.       — Просто… Я так нагло оправдываюсь за такой непростительный проступок. Пусть даже меня накачали бы психотронными гипноагентами, я не имею права нападать на военнослужащего союзной страны, тем более ваше звание…       — Да забей.       — Чего?..       — Забей говорю. У тебя сдерживатель боевой полетел, который ГЕНовцы поставили. В том патроне Лотты был пси-успокоитель безконтактного действия. Когда ты вошла во вкус боя, уже не контролировала себя.       — Это никак меня не оправдывает! А что, если бы я убила вас?!       — Ну не убила же. Если хочешь, можем как-нибудь повторить.       Эмилия опешила. С этой Марионеткой всё в порядке?       — А по поводу звания не парься, ты выше меня.       — Как так? Ведь штурмбаннфюрер ВАМ соответствует майору АГИФ.       — Дык ты из элитных сил. А я даже не из SAOC, они просто иногда нанимают меня.       — Даже так, моё звание номинальное.       — А моё нет что ли? Сколько солдат есть у меня в подчинении? Вколи себе «обоймы» быстрее. Скажем коменданту, что нарвались на мину, которую уронили какие-нибудь дейнобилы, а то твою одежду мне заштопать нечем.       — Хишери Азазель… Вы правда не держите на меня обиды?       — Нет. Говорю первый раз и последний. И да, я исчерпала дневной лимит слов. Если хочешь поговорить ещё, придётся достать мне ещё сигарет.       Эмилия вытерла проступившие слёзы и улыбнулась.       — Обязательно.