Запах корицы

      Школа — полный отстой. Кто вообще придумал запихивать несформированных, склонных к агрессии и бесконечному спариванию подростков в одно помещение? Ему показалось это хорошей идеей? Ежу понятно, что этот тупица ни черта не шарил в психологии, а ему, Катсуки, теперь расплачиваться.       Бакуго шёл на приветственную церемонию для поступивших в старшую ЮЭЙ. Он мог бы, конечно, найти другую школу, а не просто переходить из средней ЮЭЙ, но ему было слишком впадлу обременять себя долгими выборами. Он и без этого лучший ученик. Его карга, конечно, была не очень рада, но она вечно всем недовольна, плевать. Кто вообще додумался назвать её омегой? Ничего общего с хрупкими существами незаметно. В украшенные цветами ворота школы стайками входили ученики, большую часть из которых блондин знал если не лично, то на рожу помнил. Многие, как и он, не стали заморачиваться с выбором и пошли в старшую ЮЭЙ. Она была относительно у всех на слуху и имела хорошую репутацию, так что ничего удивительного. Катсуки было всё равно, где он бездарно потратит ещё три года своей жизни вместе с ещё кучей таких же подростков, как и он сам.       — Эй, Каччан! — раздался сзади голос, который Бакуго не хотел слышать ни при каких обстоятельствах.       — Деку, спрячься за углом и там же сдохни, пока я не надрал тебе твой тощий зад, — крикнул он, не оборачиваясь.       — Каччан, ты просто злишься, что я обгоню тебя по физподготовке и прочим предметам, — Деку догнал его и самодовольно усмехнулся. Он, конечно, коротышка-метр-с-кепкой, но его раздутое эго накидывает ему сантиметров тридцать в росте как минимум. Они выросли в одном дворе, и это был личный сорт ада для мелкого Бакуго, потому что Деку уже тогда вёл себя как полная заноза в жопе.       — Вместо того, чтобы трепаться без дела, катился бы подальше, — сзади подошёл Каминари и предостерегающе положил руку на плечо блондина. Деку поджал губы и отчалил.       — Я скучал, Бакубро, — они стукнулись кулаками. Каминари — единственный нормальный пацан в этой дерьмовой школе. Они познакомились в средней, и, Бог свидетель, это пока лучшее, что случилось в школе с Бакуго.       — Ты готов к распределению по второму полу? Оно уже не за горами.       — Мне плевать.       — Ходят слухи, что в сЮЭЙ жесткая иерархия между альфами и омегами, которая вступает в силу сразу после этого теста.       — Каминари, до распределения ещё три месяца. Лучше подумай о том, как не вылететь из школы до этого.       — Да поправлю я оценки свои, чего начинаешь? — пробубнил Дэнки За такими разговорами время пролетело незаметно. Правда, нудная речь директора умудрилась почти усыпить Бакуго.       Как выяснилось, с ним в классе оказались почти все, с кем он учился в средней школе, так что даже не придётся тратить время на эти тупые знакомства. Был Очкастый, Круглолицая, Розоволосая, Деку, Каминари и ещё куча ребят из средней. Их загнали в их кабинет, быстро рассадили по местам и оставили дожидаться своего классного руководителя. — Эй, народ, давайте сделаем меня старостой? — не утерпел Деку. — Мидория, вечно ты впереди планеты всей, — скривился Дэнки. Ребята загалдели и заспорили, кто-то продолжил обсуждать, как прошли каникулы, и строить планы на будущее. Дверь отворилась и в класс вошёл уставшего вида мужик с такими мешками под глазами, что в них можно было складывать бататы.       — Здравствуйте, класс. Меня зовут Айзава-сенсей, я ваш классный руководитель на ближайший учебный год. Постарайтесь не доставлять мне проблем, — он говорил это всё слишком занудно, Бакуго едва не заснул.       — И ещё кое-что, в этом году у нас в классе будет единственный ученик не из средней, так что давайте я вам его представлю.       В кабинет вошёл парень. Походка у него была какой-то резкой, угловатой, он держал руки в карманах и слегка сутулился. Он остановился возле Айзавы и слегка прищурился, осматриваясь. Катсуки знал этот взгляд. Так пытаются вычислить лидера, прощупать иерархию, понять, кого стоит опасаться. Он задержал взгляд на Бакуго, после чего продолжил «сканировать» присутствующих. Смотрел он исподлобья, с вызовом, слишком много возомнил о себе.       — Это Киришима Эйджиро, он приехал к нам из Мусутафы.       Этот новенький, по идее, должен был представиться ещё раз, произнести стандартную лабуду про заботу и так далее, но он абсолютно молча пошёл по рядам в поисках места. Сел он слева от Бакуго. Каминари, который сидел по правую руку, в удивлении вскинул брови, но ничего говорить не стал. Этот Киришима показался Катсуки странным.

***

      То, что в школе царит своя особая иерархия, стало понятно сразу. В общей столовой столики были чётко разделены. На меньшей части сидели видимо, омеги. И если девушки ещё выглядели более-менее радостными, оживлённо болтали между собой, то вот парни сидели тихо-молча и старались лишний раз не поднимать головы. Катсуки не знал, как подобное позволяла администрация сЮЭЙ, либо им было всё равно, потому что большинство из учителей и даже директор были альфами. Они ощущались королями положения. Альфы и беты сидели за большей частью столов, потому что их было куда больше. Возможно, если бы Катсуки жил в нормальном мире, из-за того, что омег меньше, к ним бы относились бережней, чем сейчас, но мир — полное дерьмо, поэтому всё было как было.       — И куда нам садиться? — заозирался по сторонам Каминари. В самом дальнем углу стояло несколько столиков для «первашей», по крайней мере, так было написано корявым почерком на табличке.       — Видимо, туда. Ребята стайками потянулись за едой и расселись на места для «первашей». К ним тут же подошла группа из трёх альф и одного беты.       — Ребят, вы тут новенькие, у вас первый день, поэтому давайте я коротко объясню вам правила нашей школы, — сказал, видимо, самый главный из них.       — Ты уверен, что мы будем их соблюдать? — вскинулся Деку. Вечно у него язык за зубами не держится.       — Не будете, вам же хуже, — пожал альфа плечами, — до теста вас никто особо не будет трогать, потому что вы ещё «никакие». Думаю, вы уже успели заметить, что в столовой все сидят по своим местам, как только вас распределят, вы должны садиться строго на свою половину. Заводить отношения не воспрещается, но если мы узнаем, что один омега крутит с несколькими альфами, ему не поздоровится.       — А что, альфам можно сразу с кучей омег встречаться? — возмутилась Мина.       — Не вижу в этом ничего плохого, — альфа снова пожал плечами, — после теста вас всех заселят в общагу, там вам не стоит лишний раз общаться с противоположным полом.       — Эй, мудак, а не много ли ты на себя берёшь? — не выдержал Бакуго.       Этот гандон порядком его взбесил. Альфа как будто только сейчас увидел Катсуки.       — Повтори-ка.       — Я, блять, пришёл в школу, чтобы учиться, а не устраивать войну в джунглях ради ничего. Я буду общаться с кем хочу и сколько хочу, и мне до лампочки, омега это, альфа или бета, да хоть сама Мать Тереза. А ты засунь свои запреты себе в задницу.       Говорил он это, не заботясь о приватности, поэтому его слова услышала половина столовой. Все омеги в шоке пораскрывали рты. Альфа смерил его оценивающим взглядом.       — Ты смелый, мне нравится эта черта в людях. Держу пари, ты будешь альфой. Меня зовут Мирио Тогата, за моим столом найдётся место для тебя.       — Придержи это место для кого-нибудь другого, козёл, — рыкнул Катсуки и пошёл на выход из столовой. Его всегда бесило такое отношение к омегам в обществе. Его мать, будучи таковой, долго не могла найти достойную работу и очень из-за этого переживала. Она старалась скрыть это за своим боевым характером, но иногда Катсуки слышал, как по ночам мама плакала на плече у отца. И с каждым разом это всё сильнее бесило ещё маленького блондина. Он твёрдо себе пообещал, что никогда не поднимет руку на своего омегу и в старшей школе не будет вести себя по-мудацки по отношению к ним. Видимо, в этой вонючей школе так не принято. Полное дерьмо.