Джеверус из будущего

Четверо по очереди пинают худое тело студента, не угодившего им тем, что появился на свет. Черноволосый юноша пытается прикрыть руками голову и ребра, глухо вскрикивает от особо мощных ударов. -Хуйло, - констатируют факт гриффиндорцы. Арка, под которую парни притащили Снейпа, ведет к старым хоз.помещениям, сюда редко кто ходит и вряд ли сунется в ближайшее время. Этому слизеринскому червю никто не поможет. Да и не захочет помогать! Джеймс Поттер уже выплеснул агрессию на Снейпа, поэтому наказывать парня дальше становилось скучно. Он уже больше ржал, чем пинал его с остервенением. Снейп-то уже проиграл (как и всегда, по определению), а бить лежачего не так интересно. Гордая четверка хулиганов славилась своим отмороженным поведением, смелостью и силой, а также неизменным успехом у девчонок. Плохие парни всегда нравятся девчонкам. -Гнида мразотная! -Тварь! -Еще раз к нашей гриффиндорке вздумаешь яйца подкатывать, мы тебе их вырвем и в глотку запихнем, усек, мудень? -Иди соси своему старосте! Не приближайся к Лили! -Обосрался, даже не брыкается... Позволяет себя пинать, как девка. На палочку, Нюнчик! На! Его волшебную палочку отняли еще в начале потасовки, а сейчас пытались вручить обратно, а то совсем жаль противника. -Что ж не берешь, давай, у тебя получится! Ахаха! -Хорош, пацаны... - ржал Поттер. -Так он еще не показал нам всей мощи черной магии! -Хорош уже, хватит с него на сегодня... - Джеймс утирал слезы смеха. На самом деле хватит с паренька. Он уже проиграл, свое получил по полной, дальше и опасно его бить, и нет смысла. Они же не убийцы. Да и убивать его никто не хочет, все хотят просто развлечься. Правда, у Джеймса, возможно, больше поводов унижать Снейпа, поскольку это Джеймсу нравится Лили, но на сегодня довольно. -Какое "хорош", он еще не получил свое. Его же предупреждали, по-хорошему не понимает, - Блэк, кажется, не на шутку разошёлся. Остальные как-то лениво поддерживали. Слизеринец, глотая воздух и давясь отбитыми легкими, попытался отползти, но не дали - Сириус вздернул его на колени. -Ты же пидарок, да? Может, ты нам всем отсосешь по очереди, и мы от тебя отстанем, честное-пречестное! - издевательски предложил он. -Пошел на хуй! Руки убрал от меня! - Северус стал вырываться, но побитое тело слишком ослабло. Нижняя половина лица его была вся в крови из разбитого носа и рта. -Хватит, - уже строже сказал Поттер. -Да ладно тебе, повеселимся. -Нет. Просто: нет. И точка. Уже не смешно. Что-то странное. В груди. Поттер не отдает себе отчет, что происходит, что творят его друзья, но на уровне рефлекса прет отторжение - нельзя так, это уже не нормально... Хотя сказать об этом прямо - ну тоже такое себе. Сказать, что это уже не достойно их четвёрки - это что, значит, на сторону слизеринского мудака встать? Нет уж, хуй ему. Не в правилах от своих принципов отступать. Но и такое творить - тоже гнусно. - Еще мараться об него, - как можно более презрительно говорит Поттер. - Бродяга, отпусти его. Пусть валит к Мордреду. На секунду он кидает взгляд на Северуса и внезапно смотрит на него по-новому. Славно было бы такого поставить на колени, нагнуть, унизить? В его глазах столько муки и отчаянья, но что-то внутри этой темной душонки заставляет завидовать ему и ненавидеть еще больше - внутренняя несгибаемость. Глобально Северус ни разу не запросил пощады. Принимал удары и унижения, когда не был способен их отразить, но не соглашался на условия гриффов. Вскрикивал, материл, приказывал отпустить, остановиться, но никогда не ходил жаловаться к декану. Не хотел показаться жалким слабаком на виду у всех. Стыдился своей неспособности справиться с четверкой львов. И что-то подсказывало, что, если они сейчас его унизят и изнасилуют бутылкой из-под огневиски, Снейп и в этом случае не скажет никому. Горд для побоев был, а для такого и вовсе. Будет молчать и терпеть, ни одной живой душе не сообщит, не попросит помощи, подыхать будет, но не скажет. Страх унижения публичного сильнее желания расправиться с обидчиками. Можно совершенно безнаказанно сейчас его выебать, ничего не будет за это. Снейп не дурак, чтобы раскрывать такое. Все стерпит и проглотит. В прямом смысле, ахаха. Но - нет. Джеймсу вдруг до тошноты отвратителен такой сценарий. -Ты прав, - соглашается Сириус. - Такой уродец и на это не годится. Противно будет. Все кивают, и Джеймс тоже. Хорошо, что они не поняли, что для него причина в другом. Не сумел бы, наверно, объяснить. Перестали бы уважать... Пришлось бы вместе с ними тоже... унижать Северуса. Тот, может, и мудак, но.. Джеймс снова кидает взгляд в его сторону. Да не такой уж он страшный. Ну, нет бицухи, как у него самого, и разворота плеч, но зато стройный, высокий... Если по-честному, то не урод. Совсем даже. Даже, можно сказать, интересный... Это все его хмурость и траурность придает надуманной глубины, которая девчонкам нынче стала нравиться. Он же говнюк сам по себе, но посмотрел своими черными глазами в тебя, как всю душу насквозь пронзил... Вдох. Выдох. Да что за мысли такие?! Что он его жалеть задумал, в конце-то концов! Снейп не заслуживает ничего даже мало-мальски хорошего. Даже гнусной жалости в свою сторону не заслуживает. А руки у него красивые... Да.. Все говорят, что Снейп рожей не вышел, Джеймс всегда так и считал, а сейчас смотрит и любуется. Может, это просто унижение красиво смотрится на поверженном враге? Да, наверно. Это привлекательность победы. Или нет. Или это красивое тонкое тело в грубой хватке Ремуса и Сириуса. Или это волосы цвета вороного крыла так изящно обрамляют бледные скулы. Или это так возбуждающе вздуваются вены на мышцах от напряжения. Или это так вкусно сочатся струйки крови по подбородку и шее, подчеркивая острый кадык и маня прижаться к нему губами, чтобы слизать все. Этого, конечно, Джеймс не думал. Он задавил это в зародыше, чтобы не бояться самого себя. -Нюнчик, двигай отсюда! - парни подняли Северуса на ноги, повесили рюкзак на плечо. - Живей беги! А ну пошел! Педик! Северус не мог идти "живей", он вообще едва мог передвигаться. Мародеры продолжали ржать, побрели в сторону замка. -Это было слишком! - проговорил Хвост, отсмеявшись всем шуткам. - В этот раз перегнули палку. Он до корпуса не доберется. -Доберется, - монотонно отозвался Джеймс. - Эти твари болотные такие живучие. -Да ты вообще ему поблажки делать стал, - возмутился Сириус. - Нельзя чтобы он слабину почуял. Он должен визжать, как баба, от одного твоего вида, а ты говоришь "хватит". И меня останавливаешь. -Да надоел он мне... - отмахнулся Джеймс. - Неинтересно уже. Я предпочитаю азарт и противника покрепче. Нахуя мне этот утырок. Парни одобрительно закивали. Джеймс отчего-то порадовался, когда тема перешла на что-то другое. Больше всего он злился на себя - что в нем почуяли слабость. Неверная трактовка. Он же не от слабости! Он просто не считает Снейпа достойным противником. Поэтому Джеймс постарался продемонстрировать как можно большее равнодушие к объекту. Ненавидеть поменьше. Пинать тоже поменьше. Так-то вообще... не круто бить лежачего, как говорится. Уже не прикольно. Да и под конец он прекратил брыкаться, а когда ему губы разбили, перестал матом крыть. Просто закрывался и терпел, ждал, когда прекратятся удары. Но не мог их отразить. Джеймс потер глаза. Он же почему Снейпа ненавидит? Потому что тот хитрый, успешный в магии, смотрит на тебя, как на говно, до Лили доебывается, вон куда метит, лучше бы сидел в углу тихо, так нет же, возомнил, что ему светит что-то с такой девушкой! И она не отшила его так однозначно, как Поттеру бы хотелось. Вот так всякие упыри и обходят классных мужиков. Как говорится, бездарности пробьются сами. Снейп же никто. Никто. Его единственное достоинство - то, что он соображает в зельях, но какой девчонке это надо? Тогда на кой он сдался Лили?! Почему она сразу его не пошлет? Он же тощий и нудный, и нищий к тому же. Обычно Джеймс всегда защищал младшекурсников или тех ребят, которые не могли по какой-то причине себя оградить от борзых хамов. Почему он сейчас испытал нечто схожее, когда приказал оставить Снейпа в покое? И от кого защитил? От себя? Это же слизеринский гад! Он совершенно не похож на жертву! Абсолютно! Поттер пнул камешек. Да если надо будет выстрелить в Снейпа, у него рука точно не дрогнет. Никаких сомнений. Совершенно. ...Ночью он сначала долго не может уснуть, а потом проваливается в странный пугающе-реальный сон. Он в каком-то сумрачном коридоре Хогвартса... Идет следом за высоким черноволосым мужчиной в развевающейся черной мантии. Тот не оборачивается, спокойно заходит в одно из помещений и не закрывает дверь ни магией, ни на замок. То есть, разрешает войти. Это слизерин. Джеймс сразу понимает, что он на вражеской территории, вот только что он тут забыл? Мужчина проходит к столу и замирает, не смотрит назад. Но знает о присутствии другого. В комнате холодно и мрачно, кругом склянки с зельями... Мужчина поворачивает голову вполоборота, и Джеймс чуть не падает - это Снейп! Только в зрелом возрасте. Старше лет на двадцать. Но еще более он удивлен тому, кто произносит рядом: -Северус... Голос такой знакомый, что даже жутко слышать его со стороны. Это ведь его собственный голос. Только тоже зрелый. Джеймса-юношу отталкивает неодолимой силой в сторону, когда по этому же пути идет Джеймс-из-будущего. Лет сорока на вид. Себя он не может не узнать, беззвучно ахает, но ничего не может поделать - в этой ситуации он лишь наблюдатель. Мрачная фигура не отзывается. Северус выглядит усталым, состаренным, но все таким же подтянутым и тонким. Этот второй Джеймс тоже изменился и огрубел, но по-прежнему силовое превосходство на его стороне, а не на стороне Северуса. Джеймс подходит ближе, нетерпеливо, раздраженно. Обхватывает недвижимую фигуру за плечи, утыкается лбом в черноволосую макушку. Вдыхает аромат. Странно даже видеть такую сцену, но отчего-то она кажется закономерной и правильной. -Северус. Тот все молчит. Не пытается ни сбежать, ни отдернуться, и это так непривычно. Северус, позволяющий подобраться вот так к себе. Разве это возможно? Чтобы не становился в защитную позу и повернулся спиной к своему врагу? Но кажется, это лишь потому, что он стопроцентно уверен: Джеймс не причинит ему вреда. Даже малейшего. Не посмеет. И Поттер чует: не посмею, не разрешу себе ни одного лишнего жеста, пока не получу его позволения. Что за дикая тяга? Почему он липнет к объекту своей ненависти так, словно... к своей давней пассии? -Сколько еще десятилетий ты будешь мучить меня? - слышит Джеймс собственный судорожный шепот. Губы перебирают черные волосы, и Джеймс-наблюдатель видит, что эти пряди вовсе не сальные, а мягкие и шелковистые, чуть прохладные сверху, теплые у головы, если зарыться глубже. Боязно поглядеть, что ниже, но Джеймс решается и смотрит на самого себя, притирающегося к Снейпу в мучительном возбуждении. Шорох темной мантии. Кажется, что сейчас Северус брыкнется и резко наотмашь ударит его, повернувшись, но он не отталкивает. Почему терпит? Или... Ему это не противно? Он тоже возбужден? Джеймс ведет рукой по его талии вперед и немного вниз - жаром опаляет даже на уровне ремня натянувшихся до предела брюк, а под ними все пылает... Джеймс обхватывает горячую твердость через брюки, чувствует, как от этого вздрогнуло тело, пойманное в плен объятий. -Сев... Война окончена... Мы не враги больше... "Что я несу... Мы никогда не были врагами... Это я так думал всю жизнь, ненавидел его... В том числе за то, что он так влечет меня, до застилающей пелены перед глазами..." - молодому человеку видны все мысли себя-старшего. Они шокируют. Но Северус ничего не возражает, только хмыкает негромко, остается все таким же несгибаемым. Он выдержит. Как далеко он разрешит сегодня зайти обезумевшему от любви и отчаянья гриффиндорцу? Поттер забирается носом под ворот мантии, желая добраться до теплого аромата кожи своего психологического тирана. На шее повязка черного шарфика, он скрывает раны, полученные от Волдеморта. Но для Джеймса это не помеха, он целует чуть выше, там, где начинаются корни волос, горячо пыхтит в ухо, в затылок. Слизеринец ежится от мурашек, но старается скрыть это всеми силами. -Если ты продолжишь так жестоко со мной, я не выдержу... Я сорвусь... Выебу ведь, как сучку, - вместо поцелуев он прикусывает его в шею, не сдержавшись, словно возбужденный зверюга, дорвавшийся до строптивой самки и пытающийся ее подчинить. - Ты же хочешь... Так же сильно... Разреши. Скажи это! - напористо и в бессильной ярости, а после беспомощно и тихо: - Умоляю... Собственное возбуждение терзает все сильнее с каждой минутой. В этот раз он просто не способен сдерживаться, дойдет до преступления, если нелюдимый профессор вновь оттолкнет. Но когда рука Джеймса касается поясницы и слегка нажимает, по всей видимости, на эрогенную область, Поттер понимает - не все пытки способен выдержать этот несгибаемый человек. Против этой ласки он бессилен. "Нежнее, Джеймс, под этой стойкостью скрывается существо более нежное... Ты же сам знаешь... Ты его помнишь с юности, ранимого и уязвимого." От этого поначалу случайного, а потом заинтересованного движения Северус словно слегка прогнулся в спине невольно. Джеймс внимательнее начинает поглаживать ему бедра и поясницу, не так беспорядочно и небрежно, как до того. В какой-то момент его рука огладила ягодицу прямо через тонкую мантию, затем пальцы протиснулись между упругих половинок. Ткань мантии и брюк зажалась в ложбинке, мешая добраться поглубже. -Хочешь, я тебя вылижу? Вот здесь. Всего. Хочешь? Пожалуйста, позволь... Я все сделаю хорошо... Мне нужно твое согласие. Я тебя приласкаю язычком, и ты меня примешь без боли... Пальцы бессовестно протискиваются меж ягодиц, требуя открыться. Северус задышал глубже и нетерпеливо дернулся, но Джеймс обнимал его другой рукой крепко, чтобы не сбежала добыча. -Будешь скулить подо мной от удовольствия, обещаю тебе... Я тебя возьму прямо на этом столе... -Нет, - твердо, но как-то хрипло произнес профессор, окинув взглядом свою лабораторию. Грифф сжимает кулаки, комкая одежду на нем. До боли. Еще немного, и кость хрустнет, а ткань порвется. -Не на столе, - добавляет брюнет, и похоть напополам с ликованием одолевает Поттера, который не верит в свое счастье. -Сев, мой хороший, все, что хочешь... Не на столе, так где угодно! Как ты хочешь? Собственные фразы звучат так проститутски, но Джеймсу на это плевать, он измучен физически и психологически многие годы. И зельевар знает, что он альфач, всегда ведущий и берущий свое. Он просто влюблен. До безумия. До потери гордости. До сердечного приступа. Причем Северус, кажется, чувствует это даже лучше самого Джеймса, и только Северус способен оградить его от этого безумия, удержать от попытки суицида или какого-либо еще безрассудства. Он во власти Северуса. Тот должен сжалиться над ним и не позволить совершать одну ошибку за другой, а после спиться и упасть на дно... Только Снейп может спасти его от такой судьбы, и он же единственный, кто на нее способен толкнуть. И сейчас слизеринец дал понять, что грифф наконец заслужил прощение. Северус разворачивает вмиг растерявшегося от радости Поттера и толкает куда-то в сторону, где неприметная дверь в небольшое сумрачное уютное помещение, граничащее с лабораторией. Гостиная. Он первым делом закрывает дверь магией, а затем с ее же помощью произносит несколько очищающих заклинаний на себя и партнера. Джеймс перехватывает его руки, отнимает палочку и вместе со своей отбрасывает куда-то в сторону, срывает с себя очки, избавляет свою любовь от длинной мантии. Под ней обнаруживается очень стройное и подтянутое тело. Северус все так же во всем черном, и Джеймс расстегивает торопливо пуговицы его рубашки... Это невыносимо, их так много, поэтому он просто дергает ее вниз, оставляя на локтях. Сев недовольно ворчит и самостоятельно раздевается. Такой притягательный, привычно мрачный, привычно бледный, непривычно доступный. Джеймс ловит его скулу и целует в губы. Волнительно.. Столько лет он об этом думал, что сейчас осознать, что это происходит, не получается... Шарфик с шеи Северус не стал снимать, но Джеймс сам протягивает руку: -Можно снять? -Нет. -Ок. Ладно. Как скажешь... Это совсем уж наглость, Джейми, не борзей. Тебя и так озолотили. Северус стаскивает с него футболку, оглаживает широкие крепкие плечи, проводит ладонью по накаченной груди. "Значит, нравлюсь?" - думает Поттер-наблюдатель и тут же ругает себя за тупость, если бы не нравился, он бы не согласился. Не верится, что его желанный подпустил к себе. Крышу рвет неумолимо, Джеймс крепко захватывает брюнета, целует влажно и глубоко, доминирует по привычке, как всегда и во всем по жизни. Но чует: это потому, что ему разрешили. Северус силен, и если он не рубит с плеча, то силен в выносливости и колоссальной выдержке, и он уже не юный мальчик из локтей и коленок, он способен дать нехилый отпор. Просто ему самому это все нравится. Ему приятно уступить необузданной страсти льва, раз тому это так необходимо, приятно доставить это удовольствие ему и себе. Почувствовать себя чуть более уязвимым, беспомощным - ведь словить от этого кайф никогда не разрешала жизнь, только наказывала за такое. Собственные приобретенные за долгие годы выживания инстинкты борятся, вскидываются протестом, тело вроде и допускает к себе, но и держит дистанцию - по уже въевшейся привычке. Северус и сам это понимает, но не может так просто расслабиться и забыть обо всем, даже в возбужденном состоянии. -Все в порядке... - успокаивает Поттер, укладывая его на диван. - Позволь себе быть таким, каким хочешь. Нет необходимости сдерживаться... Сев уже кривит губы в усмешке, чтобы отчитать этого идиота за бестактность, кто он ему, баба что ли?! Но отчего-то не успевает, доля секунды, другая... И уже поздно возмущаться, жаркое загорелое тело наваливается сверху, поцелуи захватывают какими-то жадными большими порциями каждый сантиметр бледной кожи. Об Поттера хорошо греться, так горячо. Северус залипает на него, поневоле притягивает ближе, чтобы слиться плотнее. Джеймс суетно стаскивает с него черные брюки и белье, облизывает губы и опаляет дыханием истекающий смазкой член. С таким большим органом непросто справиться, но Поттер полон и счастья, и энтузиазма. Северус резко выгибается, подскочив на диване и судорожно выдохнув. Слишком хорошо. Джеймс не позволяет себе лишнего отдыха, не отрывается от дела, но мысленно ликует: заставил вздрогнуть, добрался до него, он не железный, каким казался последние десять лет, он все-таки человек, и его можно и сломать, и причинить боль... Но значит, можно и защитить, оберегать, ласкать и заботиться. И именно этим он и желает заниматься. Только бы Сев не отстранялся, только пусть позволяет это. Иначе быть какой-нибудь беде, Джеймс пойдет и убьет кого-нибудь или себя. Северус вкусный. Теплый. Чистейший после заклинания, но Джеймсу нравится его аромат. Видеть со стороны, как сам отсасываешь с наслаждением своему лютому врагу - у Джеймса-юноши белеют костяшки на пальцах и щеки идут пятнами, не то от гнева, не то от ненормальной страсти, унизительной и такой мазохистской. Это... Это все он творит? По собственному желанию?! Но это настолько хорошо, правильно и долгожданно в этом сне, что сомнения просто сметаются потоком возбуждения и звериной похоти. Он одержим этим черноволосым парнем всю жизнь. Сейчас он либо выебет его, либо съест. Толстый член во рту слегка усмиряет пыл, заставляет сосредоточиться. Северус, постанывая и шумно дыша, занимает все пространство за щекой и проникает глубже, но придерживает затылок Поттеру - чтобы не вздумал с непривычки насадиться особо глубоко и навредить им обоим. В какой-то момент, когда Джеймс наловчился, его инициативу Сев отнимает - садится поудобнее, расставляет ноги и трахает гриффиндорца, держа за горло, уже не церемонясь. Поттер сосет с кайфом, потому что ему нравится, что любимый отыгрывается на нем за все причиненные страдания за всю жизнь. Пусть сделает что угодно - изобьет, унизит, лишь бы удовлетворился и прекратил динамить. Сев вынимает член и быстро мощно дрочит. Джеймс подставляет язык, и через несколько движений ловит жемчужные горячие капли, пытается поймать губами крупную головку и облизать ее от семени. Собственная эрекция причиняет мучения, и он расстегивает ширинку, оглаживает себя, не сводя взора со своего слизеринца. Надеется разглядеть, как оттаивает мрачный профессор, как расслабляется и забывает быть слишком ледяным, колким и неприступным... Но у того все под контролем, взгляд по-прежнему жесткий. Словно и не на пике только что был... Неужели это было настолько плохо, разочарованно думает Поттер, но вовремя вспоминает: с Северусом надо по-другому. Скинув остатки одежды, он подхватывается на ноги и вновь монструозно нависает над Снейпом. Тот и не думает отпрянуть, любуется красотой накаченного тела. Поцелуй в губы бесстыдный, мокрый, со вкусом оргазма. Джеймс плохо контролирует свои руки - они ласкают все, до чего дотягиваются. -Встань на пол на колени и ложись животом на диван, - приказывает возбужденно Поттер. Северус долго и многозначительно смотрит на него, вспоминая его слова ранее. -Ты же не собираешься... -Делай, как я велю, детка. -Просто трахни меня, - как-то слишком поспешно просит Сев, и Джеймс понимает, что за этим стоит попытка отвлечь его, раззадорить и сразу перейти к непосредственно акту. Минуя то, что ему так нужно, но чего он боится - быть ведомым и нежным. -Обязательно, любовь моя. Но чтобы мой член вошел, я должен тебя подготовить. -Ты сошел с ума... -Ну же, сладкий, - лев сам бережно переворачивает змея, не встречая особо явного сопротивления, фиксирует руки. - Держи их вот здесь, не мешай мне, хорошо? Раздвинь свои ножки посильней и приподнимись. Вот так. Дай мне подобраться к тебе... Он помогает ему принять нужную позу и чувствует, как слюна выделяется обильнее от одного бесстыжего вида. Особенно хорош Северус в том, как сейчас беззащитен перед ним и как стесняется этой позы, хотя и делает вид, что его не пронять подобными вещами. Но Джеймс знает, что у него впервые такое. И сам никогда не делал такого ни с кем. Северус первый, и единственный. Больше никто не способен вызвать такую бурю эмоций, такой шквал возбуждения, такой трепет рук и объятий, такое биение сердца, такую тягу слиться воедино и познать человека всего, от макушки до пяток, пролезть в саму душу, овладеть телом... Северус подрагивает от легкой усталости после оргазма и одновременно нервничает в такой позе. Джеймс гладит его поясницу и бока, целует его макушку. Прикусывает, чтобы не взбрыкнул, а когда чувствует, как подается тело к нему, отзываясь на успокаивающие движения, спускается губами ниже по позвоночнику, ладонями - обхватывает ягодицы, сминает с аппетитом и раздвигает, дыша шумно куда-то в острую лопатку. От горячего дыхания Сев покрывается весь мурашками, и по его дискомфорту и ерзанию становится очевидно, что он вновь возбудился. Ямочки на спине, манящая ложбинка и узкий сжатый анус, совершенно сухой. Джеймс охватывает его губами, увлажняя, кружит языком, слабо надавливает, затем осторожно толкается внутрь, ощущая каждое вздрагивание пассива. Северус как-то слабо охает и разводит ноги сильнее. Это подстегивает, и Поттер принимается за дело активнее. Северус постанывает и почти хнычет, а после поворачивает голову и пытается остановить своего садиста: -Возьми смазку и вставь мне уже, Поттер. Джеймс отрывается от своего занятия, и Сев добавляет: -Призови зелье из того шкафчика. Смазки Джеймс добавляет щедро, чтобы максимально не навредить. Растягивает мучительно медленно, лаская возбужденную простату, отчего Северус окончательно теряет связь с реалом и собственную выдержку. -Поттер... Ммм.. Нх... Я так не выдержу… -Мне прекратить? - нарочно заботливо спрашивает грифф, понимая, насколько хорошо любовнику. -Ах... нет... Да.. -Так да или нет? - он убирает пальцы, наносит маслянистое зелье на свой изнывающий орган. Пусть скажет, озвучит, попросит. Северус сознает, что его провоцируют, сознает, что должен ответить колкостью, как и всегда в своей жизни, впрыснуть яд в противника, чтобы не смел в другой раз и рта раскрыть... Но он настолько потерялся в ощущениях, ему настолько хорошо, что он снова проигрывает и лишь мучительно сжимается, шумно дыша. -Джеймс, умоляю... Еще... Оттого как это прозвучало, довольный Поттер аж застыл, испытав оргазм слуха. Сев оглянулся. По его лицу струился пот, брови были мучительно сведены. А ведь его еще даже не имели по-настоящему, какой чувственный... -Ты передумал? - тихо спросил Сев, стоя на коленях. -Я тебе неприятен, ты не хочешь?.. И тут до Джеймса дошло наконец: Северус, тот самый Северус, не издевается, не высмеивает, не посылает, не обливает грязью, не унижает, не защищается, а просит и жаждет.. Его, Джеймса. Поттер становится внезапно серьезным и искренне шепчет себе под нос: -Я хочу тебя так, как никого никогда не хотел. Мое счастье, мой любимый... Он плавно входит в напрягшееся тело, Северус терпит и не материт его. Не кричит, а только продолжает судорожно выдыхать, ему тяжко. -Потерпи, потерпи, потерпи... Уже все.. Член зажимает плотно и горячо, двигаться сложно, обоим необходимо время привыкнуть. Джеймс, обливаясь потом, ждет, пока мышцы отзовутся и расслабятся, впуская орган свободнее. Северус сам начинает понемногу скользить по нему, и это восхитительно. Джеймс-юноша смотрит и смотрит, запустив руку в трусы. -Да, мой хороший, вот так... Двигайся, любовь моя.... Не спеши... Сожми меня, когда насаживаешься, вот так, - Джеймс направил его, мягко взяв за бедра. И Северус плавно двигается, и сжимается, и тихо стонет на выдохе. Горячая широкая ладонь гриффиндорца прижала спину, нагибая сильнее и заставляя сильнее раскрыться. Северус покорно утыкается лбом в диван, черные волосы свешиваются на обивку, закрывая лицо. Член под новым углом касается простаты, и Сев ахает, теряя зрение и речь, хватает Джеймса за бедра, с силой притискивается. Поттер берет активность на себя, освобождает любовника от необходимости тратить силы, увидев, что он уже готов к большему. К нему. К его страсти. Он перехватывает инициативу и задает свой темп, заставляя Северуса зайтись стонами. Стыд уходит. Если Сев поначалу стеснялся даже слегка раздвинуть ноги, то сейчас сам разводит их сильнее, помогая Джеймсу, и то, что было вначале, кажется наивным ребячеством по сравнению с тем, что происходит теперь. Поттер имеет его долго, войдя во вкус. Меняет позу несколько раз. Северусу хорошо. Перевернув его лицом к себе, Поттер ловит его поплывший взгляд из-под прикрытых черных ресниц, дрожащих от возбуждения. Старается ласкать ему член в такт своим движениям. Прижимает крепче. Размашисто ебет по смазке в зад, который только сейчас стал тугим не болезненно, а комфортно. "Он был девственником..." - мысленно ликует Поттер. Когда Снейп дрожит в неистовом бесконтрольном оргазме, его нутро сжимает Джеймса так сильно, что он больше не может сдерживаться и следует за партнером - мощно наполняет его, толкнувшись несколько раз особо глубоко. Северус издал более громкий и чувственный стон. Теперь лежал, обняв ногами и руками Джеймса, прикрыв глаза. Поттер смотрит на него и едва верит своему счастью: Северус, не жесткий, не колючий, а податливо-раскрытый, беззащитный и в его власти. Поттер-юноша, кончивший от такого зрелища, не может оторвать взгляд от врага, который обнимает его более зрелую версию. И эта более зрелая версия кайфует... Только не от доминантного насилия над объектом ненависти всей своей жизни, а от того, как заходится сердце в любви к нему. -Теперь ты доволен? - тихо спрашивает Сев, отдышавшись. Угомонится ли лев теперь, когда он подчинился ему? Джеймс целует его шею, плечи и все, до чего может дотянуться. Не выходит из его тела, желая продлить контакт. Доволен ли он? Да он на седьмом небе. -Да... - шепчет он. - Если тебе было хорошо. -Мне было хорошо. Джеймс все еще на подсознательном уровне боится услышать то и дело какую-то колкость от зельевара. Что-то вроде "мне было хорошо, трахаться ты умеешь, и сосать тоже", чтобы унизить... Но ничего подобного Снейп не произносит. Он действительно расслаблен и искренен сейчас. Почти страшно. Что он не сопротивляется больше и не думает защищаться.. Доверился... Ему.. Простил? Северус выталкивает его из себя, хочет освободиться. Джеймс мощнее и навалился слишком сильно, но подчиняется и освобождает его нутро. -Почему ты позволил мне?.. - спрашивает он, ища одежду и палочку, чтобы очистить обоих. - Ты простил меня? Неприкрытая прямодушная надежда в его голове выдает с потрохами немного наивного и отходчивого гриффиндорца. Северус приулыбнулся улыбкой Моны Лизы: -Волнуюсь за окружающий мир. Вдруг он пострадает, если я тебя разозлю. А так ты подобрел и даже сделал мне минет. И мне приятно, и мир в безопасности. Джеймс тихо ржет. Северус шутит с ним. Значит, простил... Значит, этот груз на душе за грехи прошлого, легчает... -В последнее время мир в опасности слишком часто... Мир нуждается в наших встречах, видишь? Но спустя пару секунд Джеймс перестает смеяться. Все намного серьёзнее. -Ты спас моего сына, - произносит он. - Я для тебя всё сделаю. Всё. Джеймс-юноша вслушивается в их диалог. Сына? У него есть сын? Точнее, будет в будущем? Поттер смотрит на Снейпа со спины, как тот медленно одевается, как его растрепанные черные волосы блестят в упавшем свету из окна Хогвартского помещения. Сон резко обрывается. Джеймс вскакивает на постели. Его приятели спят. Он судорожно дышит, пытаясь прокрутить в голове увиденное, повторить осознанно, чтобы не забыть - хотя забыть такое хотелось, но он чувствовал, что случилось что-то важное. Матрас мокрый. Влажно и жарко, душно. Ему снилось, что ему 40, и что он трахнул Снейпа! Снейпа, сука! Какого хуя ему снится подобное?! Сон помнился лишь обрывками. Джеймс не мог уловить, какая связь между ними в том параллельном мире, что произошло за этот отрезок времени в будущем. Вещий магический сон? Нет, не может быть... "Война окончена..." О какой войне он говорил? И почему Северус - не враг? И что он должен ему простить?? Этот слизеринский змей, заслуживающий только презрения, во сне был...таким.. таким... ахуенным. Иного слова Поттер не нашел сейчас. Что он за человек? Он вроде из нищей семьи маггла.. Но его магические способности превосходят многих. Поттер не завидовал, нет. Ему гораздо больше нравился спорт и квиддич нежели тухлые зелья и книги. Над Снейпом было классно издеваться, он так забавно не мог защитить себя, да и силой не обладал физической, какую имел Джеймс... "Ты спас моего сына"... Как после всего, что происходит сейчас, Северус может сделать что-то хорошее Поттеру? Да это же полный бред. Этот сон не может быть вещим. Снейп, этот упырь тощий, никогда не спасет никого по фамилии Поттер. Скорее уж, добьет. Отпляшет на его могиле. Злорадно рассмеется, когда увидит его унижение. Джеймс вспомнил, каким взглядом, полным ненависти, наградил его Снейп последний раз. Вот и ответ на вопрос. Сон не вещий, это просто чушь, вызванная молодостью и гормонами. Снейп - мудила. Ублюдок, мнящий себя достойным Лили. Его даже слизеринцы избегают. Правда, они избегают его потому, что он полукровка, подумалось Джеймсу.. Был бы кто иной, он бы встал на его защиту против геноцида. Но это же Снейп. Он заслуживает такого обращения. И все-таки как-то не по себе от таких снов. Все было слишком... реалистично. Во сне был какой-то другой Снейп, наверно. Вроде как препод. И какой-то... Израненный жизнью. Но не сломленный. Уставший и больной, но не побежденный. А еще.. Разомлевший, стонущий от страсти, доверяющий, вздрагивающий, когда головка члена жмет на простату, такой желанный и долгожданный... ...На следующий день Северус не пришел на занятия. Раньше Джеймс не обратил бы внимания на это, но сейчас почему-то занервничал. Что с ним? Накануне они с ребятами его отмудохали слегонца. Но мало ли что могло случиться... А вдруг у него разрыв печени или перелом ребра? Это Бродяга ему зарядил тогда со всей дури, а ведь проговорили, что надо аккуратнее. Джеймс выискивал черноволосую макушку среди студентов в перерывах и на обеде. Кажется, в тот день он отвечал невпопад на реплики своих приятелей и даже пропустил мимо юбку Лили. Как там Северус, что с ним? И спросить о его самочувствии странно будет у других, ведь все знают, как они друг друга ненавидят. Если с Северусом что-то случилось серьезное... Вскроется, от кого пострадал накануне... Это же вплоть до Азкабана светит по полной. Джеймсу уже есть 18. И он лидер в своей компании. Он обязан взять вину на себя.... Снейп отомстит ему косвенно таким образом.. Блядь... Полная жопа. В мыслях возник Северус-будущий. Раз он жив, значит, мародеры его не убили, а только покалечили... У него на шее была повязка. Это отчего? Это же не оттого, что Бродяга ему горло сжимал?? Да нет, за столько лет бы не осталось и следов... Совесть то и дело подкидывала одну мыслишку за другой. Как он? Он там совсем один же? Может быть, все-таки есть способ как-то узнать о его состоянии и навестить его? Как бы не для того, чтобы помочь, а под каким-то предлогом. Только под каким? Тупо... Может, под предлогом поиздеваться? Прийти к нему и поржать над ним, чтобы не вызвать подозрений, а на самом деле убедиться, что с ним все в порядке? А если не в порядке, то принудительно вызвать к нему доктора, под предлогом, что "мы тебе помогаем, а ты молчишь". Да что за тупость, он и так молчит... И предлоги эти в стиле "я тучка, тучка, тучка, я вовсе не медведь" дурацкие.... А может, просто прийти одному, без друзей, и напрямую сказать, что погорячился и был не прав... Может, он лежит сейчас в своей кровати, мучаясь от боли? -Что-то не видать нашего Нюнчика сегодня. Видимо, сильно мы всыпали ему вчера, - проговорил Хвост. Пока Поттер собирался в холодном поту с мыслями, Блэка, судя по всему, совесть не терзала, и он легко задал вопрос сидевшим рядом слизеринцам: -Снейпа кто видел сегодня? -Кого? - нахмурились парни. -Ясно, - Сириус отвернулся от них. -А мы что, няньки ему, следить за ним? Я его последний раз видел месяц назад, - сказал кто-то еще. -Похоже, больше всех общаемся с ним как раз мы, - невесело ухмыльнулся Люпин. - Кроме нас, у него "друзей" нет. Поттер уже понимал, что не вернется в гриффиндор после обеда, а направится в слизерин. Мрачные зеленые помещения подземелья наводили на него депрессивную тоску, но придется идти. Одному. Парней втягивать в свое позорное поражение он не собирался. Да и вражда была между ним и Северусом, остальные гриффы просто были его друзьями, но лично Северус им дорогу не переходил. По случайности, искать возможность проникнуть во вражеский тыл не пришлось. Он столкнулся с Северусом по пути, в коридоре, когда спустился по лестнице. Снейп выглядел ужасно бледным и шел осторожно, неуверенно, опустив голову и согнувшись. Джеймс хотел было окликнуть его, но тот заметил его первым и сразу ускорил шаг, свернул в боковой зал. -Северус! Стой! Джеймс побежал следом, рассчитывая, что догнать покалеченного парня сейчас будет не сложно. И действительно, долго бежать слизеринец не смог. -Не подходи, Поттер! - Снейп угрожающе выставил палочку вперед. -Я один, - тот поднял примирительно ладони вверх, надеясь, что Северус не станет убегать, когда увидит, что с ним никого. -О, какой смелый! Не страшно одному-то? А то раньше всегда с тремя муднями ходил против меня. -Сев, я... -Сделаешь хоть шаг, я тебя покалечу. -Послушай.. -Стой на месте, выродок. Не наржался до сих пор? -Я не... - Что сталкеришь меня? Не насмотрелся на меня еще? Соскучился со вчерашнего дня? -Я хотел узнать, что с тобой. Снейп, кажется, побледнел еще больше - только теперь от гнева. -Ты ебнутый совсем? Вали на хуй отсюда! Оставь меня в покое! Северус повернулся боком и стал уходить, не убирая палочки. -Сев... Послушай. Я не вру. Я правду говорю... устал от нашей вражды. Вчера мы с ребятами хватили лишнего. Признаю. В этот раз ты был не при чем. Просто нам нравится тебя кошмарить. Но я признаю - мне это надоело и я не хочу этого делать. -Сходи в церковь исповедуйся, выблядок гриффиндорский. -Я просто хотел извиниться. И узнать, как ты. Помочь, если надо. -Что, испугался? - расхохотался Северус. - Не надейся, что я сдохну от твоей руки, Поттер. -Ты можешь меня услышать и прекратить паясничать? Думаешь, мне сейчас легко дается этот разговор?! Не хочешь примирения, страдай дальше! Ну что за человек! Любой когтевранец, пуффендуец и грифф давно бы прекратил перепалку. Разве не хочет он услышать от своего врага слова о том, что тот был не прав? Кажется, ненависть Северуса намного глубже и основательнее... Неужели мародёры так его довели? Или кто? Говорят, у него отец тиран. Это из-за этого Северус такой озлобленный? -Ты, хрен собачий, засунь себе свои извинения в жопу, кретин, бля. Чтоб ты сдох, сука. Я буду делать все возможное, чтобы такая вонючая тварь, как ты, избавила нас от своего присутствия! Ты что ожидал от меня услышать? Прощаю тебя, Джеймс, я выше этой бессмысленной вражды? Как благородно с твоей стороны, Джеймс, прийти ко мне и попросить мира? Пожмем друг другу руки? Я тебе повторяю: иди на хуй! Забирай свою грязнокровку и валите к чертям! Северус повернулся уже полностью и ушел как можно быстрее, оставив Поттера в ахуе. Грязнокровку? Он думал, Северус влюблен в Лили.. Может, они поссорились, и он зол на нее? Он же пылинки с нее сдувал... Молился на нее. Она его отшила, что ли? Люди, подвергшиеся нападкам на свое происхождение, всегда болезненно воспринимают это и считают, что и для других аналогичное обвинение будет самым обидным эпитетом. Отсюда и грязнокровка. Потому что он сам не чистокровный. Вот его больная мозоль - на нее не раз наступали, видимо. Среди гриффов все демократично, и никто не гнобит никого за происхождение. Снейп только что выдал свои обидки невольно. Это он только что не Лили оскорбил, а пожаловался, как его самого оскорбляли неоднократно. Джеймс, конечно, наивно надеялся на то, что Северус будет выше этой соревновательной перепалки "кто кого круче обматерит". Но увы. Слизеринца тоже не переделаешь. Он тебе все вернет. Все свои терпелки вернет. Причем в самый неподходящий момент. Вот сейчас нахуя он все это выплеснул обратно? Вот лучше бы не терпел он раньше! В себе не держал весь негатив, точно мученик. А сейчас бы и помолчать неплохо было бы с его стороны. Как же он не социализирован, черт возьми... Джеймс тяжело вздохнул и облокотился на стену. Он заслужил эту тираду. По крайней мере, Северус в порядке. Раз посылает его, значит, в порядке. А все-таки, он будет моим, подумал Джеймс. Правда, нескоро... И он сам не знает об этом. О том, как ему будет со мной хорошо. А я - как я смогу втрескаться в этого слизеринского гада? И когда это случится? Как я в глаза пацанам посмотрю? Через две недели Поттер случайно застает Снейпа в компании двоих мужиков, которые пытаются его изнасиловать. Если прежде такое поползновение в сторону Снейпа удивило бы его, то сейчас он смотрит на него другими глазами. Каким-то образом эти парни, видимо, блокировали его магию, напали на него. На их руках Поттер успел заметить татуировки со змеями. Джеймс отбивает обоим типкам почки и ребра раньше, чем эти кретины успевают атаковать магически. Он пытается помочь Северусу. Не раздумывая, помог бы любому, даже Северусу – таков будет его ответ для мародеров. А для собственного сердца – чуть менее благородно: как кто-то посмел тронуть Северуса? Джеймс вытирает костяшки о собственную футболку и с надеждой поднимает глаза на Снейпа – удостовериться, что он в порядке. Но тот смотрит на него с ужасом. -Что ты наделал… Поттер… - шокированно произносит Снейп. -Ты же был против! Ты ведь вырывался, не хотел, чтобы они тебя лапали, - удивляется Джеймс. -Не хотел… Куда ты полез, придурок чертов? -Куда надо, туда и полез! Они пытались изнасиловать тебя, ты что, не сознаешь, что они могли сделать?! -Сознаю. Ты себе приговор подписал, идиот… Они пришьют и тебя, и меня. -Что?? Но Северус ничего не объясняет ему, молча покидает. Ни благодарности, ни ответов на вопросы. И хуй его пойми. Джеймс только бьет стену. И продолжает таскаться за Северусом, надеясь, что все и дальше будут думать, будто он его тиранит. Он вспоминает Северуса из сна. Каким он был открытым и чувственным, как желал его и доверял ему. Это же немыслимо, немыслимо! Не может такого произойти. Но самого Джеймса что-то же заставило задуматься о прекращении вражды. А раньше он бы только рассмеялся такой перспективе. Может, и Северус хочет мира, просто не может уже на него пойти? Гордость не позволяет? Он не смеет отпустить все грехи льву, потому что считает, что обязан отомстить за себя. Это вопрос принципа. И наверно, это дело времени... "Ты еще не знаешь, что будешь моим." Поттер дождется реванша. С упоением его примет. А после, когда Северус удовлетворится и посчитает, что с него довольно, Джеймс захватит его в свои львиные объятья и уже не выпустит. Один из них уже поднял белый флаг, и это грифф. Слизеринцу потребуется на это двадцать лет....