И небо над горами мне напомнит о тебе

Чонгук смотрел в темноту комнаты уже который час подряд, но сон упрямо не хотел приходить, от чего голова гудела и крайне неприятно отдавало болью в глазах. Парень вздохнул от бесполезности ожидания заветных минут покоя и через боль встал с сырой от пота койки. Стопы коснулись холодного пола и судорожно стали ощупывать в полумраке деревянную поверхность, пытаясь найти обувь. Наконец нащупав под постелью задники ботинок, парень аккуратно достал их и крехтя засунул в них холодные стопы в надежде согреть их, но увы замша совсем не зимний материал. Парень выбрался на улицу с большим трудом. Каждый шаг вниз по лестнице заставлял чуть ли не скулить от разрядов боли ещё не сросшихся мышцах. Глоток морозного февральского воздуха дал возможность забыться на мгновение. Забыть о холоде, что сковал ноги до самого колена. Забыть о пульсации, которая разлилась по всему телу и накрывала волнами каждую секунду. Забыть о гуле в голове и и просто спокойно наблюдать за тем, как солнце вылезает из-под одеяла облаков и освещает вершины гор рыжей полосой. Чонгук не сразу заметил Тэхёна. Тот сидел на краю обрыва и смотрел куда-то в горную даль, совершенно не замечая никого и ничего вокруг себя. Чон невольно улыбнулся и тихо подошёл к своему новому и теперь уже единственному другу, и нарушил тишину небрежной фразой, настолько заезжанной, но как никогда нужной сейчас. - Доброе утро. Тоже не спится? - Чон старался не смотреть на Тэхёна, но взгляд предательски скользнул по лицу друга и остановился на глазах. - И тебе доброе утро, - ответа на вопрос не последовало, но это было не так важно, важно было то, что в голосе парня было чуть уловимое доверие и это заставляло сердце плясать польку, чуть ли не выпрыгивая из груди. Чонгуку нравилось это тёплое чувство. Тэхён начинает ему доверять, это видно по его глазам, но ведёт он себя неуверенно и это не ускользнуло от глаз Чона. - Красивый рассвет. Никогда не видел такое красивое небо в феврале, - в компании с лёгкой превращаются в поистине странный коктейль, который разливается по словам, как по стаканам, заполняя их доверху. Чонгук и правда никогда не видел такого неба. Всю жизнь оно было либо чисто лазурным без единого облака, либо пасмурно серым, словно его густо закрасили белой краской, но сейчас оно переливалось волнами нежных и в тоже время ярких красок, которые дарило ему восходящее солнце. - Небо правда красивое. Глядя на него я думаю о свободе. Когда-то её у меня отняли и никто мне теперь не вернёт это сладкое чувство, - голос слегка дрожит вместе с плечами, а грудь вздымается о резкого и глубокого вздоха. На румяной от морозца щеке парнишки появляется прозрачная слеза и в груди Чона что-то сжимается с неимоверной силой, сгибая колени и усаживая парня на холодный камень. Чонгук смотрит на лицо человека, к которому относился, как к пустому месту несколько недель назад и который за какой-то день разбудил в нём столько новых чувств. - Тэхён. Возможно ты посчитаешь меня глупцом или сумасшедшим, но я хочу сбежать отсюда, - глаза парней встречаются и у обоих на несколько секунд пропадает дыхание. Воцаряется тишина, которая вскоре нарушается тихим, глубоким вдохом. - Я хочу сбежать не ради своей свободы. Я вижу, как твоя душа просится на волю и я хочу подарить тебе свободу, ведь без тебя я бы давно гнил где-то в горах и кормил своим телом птиц, - настолько искренне и боязливо. Непохоже на Чонгука, который всегда и всё говорил в лицо человеку и никогда не боялся, но сейчас ему страшно. Страшно, что его слова вызовут смех или и вовсе его сочтут придурком, покрутив пальцем у виска. Он отворачивается от Тэхёна и старается зацепиться за что-нибудь взглядом, что удаётся далеко не сразу, а после и вовсе теряет свою необходимость из-за слов всколыхнувших воздух. - Ради меня? Неужели я имею для тебя значение? - как снег на голову рухнули вопросы и всё в глазах расплылось, а слова застряли комом в горле. А ведь действительно. Неужели для Чонгука важна судьба какого-то мальчишки, с которым он знаком так мало и которого знает небольшими обрывками? Да. Важна. И это не потому, что Чон испытывает чувство долга за спасённую жизнь, а потому, что он хочет снова увидеть ту угловатую улыбку на лице Тэхёна, которая заставила сердце отбивать чечётку в тот день. Потому что этот мальчишка засел в душе Чона, словно заноза и заставляет его думать о себе каждую ночь. - Да, ради тебя, - всё такая же искренность пронизывает каждое слово и не оставляет сомнениям никакого шанса на существование, скидывая их с обрыва в глубокое ущелье. Чонгук выпускает морозный воздух из лёгких и уходит, а на лице Тэхёна появляется лёгкая улыбка. - Я верю тебе, - шёпот сливается с ветром и становится практически не слышным, а глаза всё также смотрят в горную даль, ловя лучи утреннего солнца.