Ночи нынче темные...

      Ещё некоторое время они втроем просидели в тишине. Слишком много всего произошло за этот день, и голова просто не успевает укладывать по полочкам эту информацию. Первым прервать тишину решился Влад.       –По закону?       –Была б моя воля, я бы его при нашем первом знакомстве расстрелял бы! – ответил Дон. Было впечатление, что только его слова нагнетали обстановку больше всех. – Законы... Против них не попрешь, но ведь и на его место никто не сможет стать, так ещё и замена Джозефу нужна.       Грей облокотился на кресло и упер взгляд в потолок. Выбора не было, но не было бы закона, он сделал бы все иначе. Этот вопрос для него решился, теперь пришло время узнать правду про Дарк Найта.       –Не хотите мне ничего рассказать? – обратился Дон к Крейзи.       Она спокойно посмотрела на него. Хотелось, чтобы разговор не вышел за пределы этого помещения, и девушка дала знак Заблоцкому, чтобы тот вышел. Послушно он покинул кабинет, но он один из тех, кому тоже была интересна правда.       –Ну, раз я уже вышел, ой, вышла из образа внешне, то выйду из образа и внутренне, – начала девушка. – Меня зовут Крейзи Павер. Мне 22 года. Да, и я тот самый вор Дарк Найт, который грабил склады. Я сирота с высшим образованием. По образованию, кстати, инженер. Что тебя ещё интересует?       Дон на время смолк. Сейчас от девушки можно ожидать абсолютно все. Но в голове у Клейстона вертелся совсем другой вопрос.       –Кто же ты?...       –Что? – Грей закрыл руками глаза. Он подумал, что сказал это про себя, а не вслух.       –Как вы выбрались? Оттуда никто сам выбираться не может, – перестроился на другие мысли Дон.       –А вот теперь самое интересное, – сказала Крейзи и встала со стула. Немного издеваясь, она по привычке Дона скрестила руки за спиной и подошла к окну. – Хочу начать с того, Клейстон... – услышав свою фамилию, тот вздрогнул, –...что мы очень похожи. Не только жизненной ситуацией, но и способностями.       Грея окутал страх, которого у него не было никогда. О нем все знал только один. Но он не стал перебивать и выяснять, откуда это информация у девушки, поэтому стал просто слушать.       –Тоже с детства один, выживаешь, жажда мести переполняет тебя. Зовут тебя Грей Клейстон, 24 года. В живых у тебя вроде сестра осталась, с которой у тебя вражда. Но самое главное, что я узнала про тебя... – Крейзи сделала паузу и повернулась к Дону, который все это время смотрел куда-то в стол. – Ты тень!       Последнее слово ударило в голову Грея. Он вспомнил школьные годы, когда он избегал всех и был "тенью" класса.

***

      Март 1985       Шум раздавался отовсюду. Перемены были самыми отвратными вещами в школе для одиннадцатилетнего Грея. Обычно, он прятался в самом дальнем углу школы, но иногда к нему приходили ученики из других классов и издавались над ним. Но был рад он только одному гостю. Это была девочка младше его на года два, но в своем классе также была изгоем.       –Привет, – подойдя к Грею, сказала она.       –Привет, Крейзи, – ответил тот. – У тебя это... На плече мел.       Крейзи посмотрела на свое плече и начала вытирать мел. Лицо девочки переменилось. Вспомнив ситуацию, почему ее кофта оказалась в меле, она села рядом с Греем на пол, положив голову на свои колени.       –Снова они? – спросил мальчик.       –Они постоянно ко мне лезут, – обиженно ответила Павер. – А Шлейзи они не слушают.       Издевались над Крейзи ещё с первого класса. Но, познакомившись с Греем, который когда мог заступался за нее, к девочке стали приставать реже. Иногда бывало и такое, что Крейзи защищала Грея, а он не понимал, как она это делает. Пока они сидели к ним подошло несколько мальчиков из параллели юного Клейстона.       –Эй, брошенки! – крикнул один из них. – Хотите подарочек?       –Отвали! – ответил Грей.       Тот никак не отреагировал, а только посмотрел на двух своих друзей. Они подошли и подняли Грея за руки, но тот пытался вырывать.       –Уберите руки, – произнес Клейстон и укусил одного из них за руку.       –Ай! – пискнул тот. – Ну ты нарвался.       Между ними завязалась драка. Вскоре к ним подключился второй, а "главный" только стоял и смотрел на них со стороны. Крейзи не на шутку испугалась. Оставаться в стороне она не могла, но и пойти против мальчиков, которые вдобавок старше, она боялась.       –Отпустите его! – прикрикнула Крей. – Отпустите и уходите.       В этот момент ее глаза засветились. Трое обидчиков смотрели на красные глаза, словно загипнотизированные. Двое друзей отпустили Грея и, потащив третьего, убежали. Клейстон стоял с удивлённым лицом. Он не понял, что произошло, также как и то, как это произошло. А Павер тем временем просто стояла опустив голову, смотря в пол.       –Из-за этого меня тоже считают странной, – пояснила она. – Чувствую себя лишней. Я могу то, чего никто не может. Почему?       –Я не знаю, – ответил Грей. – Может когда-нибудь, когда мы станем взрослыми, что-то узнаем о себе, поймём это.       Девочка подошла к окну. На школьном дворе бегали дети и играли с последнем снегом. Март только начался, но снега было ещё достаточно, чтобы сделать небольшого снеговика или поиграть в снежки. Смотря на такую картину, Крейзи становилось грустно. Она понимала, что теперь друзей ей больше никогда не найти.       –Слушай, раз мы уже не сможем наладить отношения с другими, давай хотя бы друг с другом будем общаться, –подойдя к девочке, предложил Грей.       –Даже когда мы выростим? – спросила она.       –Ну, надеюсь и тогда тоже, – грустно ответил Клейстон. Но вдруг его лицо оживилось и на нем появилась уверенность. Протягивая руку Крейзи, он продолжил. – Клянешься, что не бросишь в трудных ситуациях, что будешь помогать и мы будем дружить до конца, чтобы никакие беды нас не тронули?       Девочка тоже неожиданно оживилась и у нее появилась улыбка на лице. Недолго думая она в ответ протянула свою руку и ответила.       –Клянусь! А ты клянешься, что мы будем помогать друг другу, общаться и играть, чтобы нас никто не обижал до конца жизни?       –Клянусь!       После ответа они пожали друг другу руки и засмеялись. Может со стороны кто-то посчитает это просто детской шалостью, но внутри себя ребята обещали себе, что не предадут друг друга. Это было для них что-то великое, что эту клятву нужно выполнять. Но в тот момент они посчитали себя очень взрослыми, что, хоть и на миг, осчастливило их обоих.

      ***

      Настоящее время       Апрель, 1998 год       В кабинете стояла гробовая тишина. В голове Грея варилась непонятная каша, которую он до сих пор не может расхлебать. Казалось, что только Крейзи поняла, кто есть ее Дон. Тот самый мальчик Грей Клейстон из школы, с которым они были не разлей вода, который обещал... Который поклялся... Павер не понимала, что в ней больше: злости или обиды, которые всплыли после всех этих воспоминаний. Только вот вспомнил ли ее Дон, она не могла понять.       Прошлое настолько сильно заполонили мысли девушки, что она уже и забыла о недавнем происшествии. Что-то нехорошее должно было произойти, и она это чувствовала.       –Нам сейчас нельзя расслабляться, – неожиданно начала Крейзи, – иначе попадём все. Хочешь уберечь свою мафию – лягте на дно. Мы не должны подавать виду, что что-то произошло.       –С каких это пор обычный инженер даёт указания Дону?! – выпалил Грей. Расположение духа давно упало в самые недры Земли, отчего его могло вывести любое слово или действие.       Но девушка спокойно отреагировала на повышенный тон Клейстона. Повернувшись, она встала в одну из частых поз Грея – оперевшись спинной о подоконник, сложив руки на груди – и равнодушно посмотрела тому в глаза. Разница в росте была приличная, но это не помешало девушке стоять уверенно в любимой позе Дона.       –Это не указ, а всего лишь дружеский совет, – на предпоследнем слова Крейзи сделала интонационное ударение, дав понять, что Грей ещё многое должен даже не узнать, а вспомнить, покопаться в своем прошлом, которое не хочется увидеть даже в самом ужасном кошмаре.       После этих слов Крейзи оторвалась от подоконника и направилась в сторону двери. Но только открыв ее, девушка добавила:       –Мне надо уехать на пару часов, – после чего дверь захлопнулась и Дон остался в кабинете один, окружённый гробовой тишиной.       –До сих пор не могу поверить, что это она...

      

***

      Крейзи чуть ли не бегом направлялась к своему кабинету. Воспоминания накрыли ее неожиданно, и эта пелена была так густа, что она не заметила впереди спокойно идущего Влада и задела его. Тот сам был погружен в свои думы и не сразу понял, что произошло. Как только девушка скрылась за дверями своего рабочего помещения, Заблоцкий отвлекся от своих дум и пошел вслед за ней.       Зайдя в свою жилую комнату, Крей достала первые попавшиеся вещи и начала переодеваться. Грязную, испачканную в крови одежду она кинула на пол, понимая, что выстирать ее шансов почти не оставалось. Павер уже застегивала последние пуговицы на хлопковой красной клетчатой рубашке, как услышала скромный стук в дверь.       –Входи, Влад, – выйдя в рабочую комнату, ответила на стук Крейзи.       Парень смотрел на нее с таким же выражением лица, как и в первый день их встречи. Удивление перешло в незаметный испуг, как только девушка начала снимать покрасневшие от крови бинты. Порезы на руках уже более-менее зажили, но смотрелись на тонких руках достаточно устрашающе.       –Ну и в чем причина твоего визита? – с постоянным равнодушием спросила она, пока искала чистые бинты и обрабатывала порезы.       –Дарк, я... Подожди, так Дарк не настоящее твое имя и... – Влад пытался сформулировать мысль, что получалось в большим трудом. – Как мне теперь к тебе обращаться?       –Как хочешь, мне абсолютно пофиг. Хочешь Дарк, хочешь Крейзи, откликнусь по-любому, – Крей ощущала молчаливое недопонимание инженера и, уже повернувшись к нему, спросила. – Не можешь понять, как девушка в образе парня смогла натворить таких дел?       –Да, и...       –Жизнь такая штука, что и не к такому приучит, – усмехнувшись, ответила она. Девушка хитро улыбнулась, закончив перевязку, и взяла лежавшие на столе ключи. – Вечером вернусь, может что-то и расскажу, если успею к восьми.       Они вдвоем вышли из кабинета и Крейзи закрыла его. Уходя, она оставила лишь фразу "Не скучайте" и направилась к выходу.       Влад ничего не ответил и просто смотрел девушке вслед. Шок до сих пор лежал в голове вперемешку с удивлением и непониманием. Вопросов было слишком много, только вот ни одного ответа не было.       А вот для Крейзи уже почти все разложилось по полочкам. Уже, возможно, даже никаких объяснений не надо было, чтобы узнать, кто такие они. Только вот сомнения все равно какие-то настигали. Слишком все тесно связано оказывается, как будто подстроено все.       Она вышла на улицу и направилась к остановке. Небо было чистым, без единого облачка, что было достаточно редким явлением для города, но вполне понятным для апреля. Трава начала зеленеть, на кустах и деревьях появлялись первые почки. Солнце ярко сияло и слепило глаза. Погода была именно такой, которую Крейзи ненавидела. Слишком все было ярко и жизнерадостно.       Крей, пока стояла на остановке, успела словить много недовольных взглядов со стороны окружающих. И дело явно было в руках, на которых красовались от пальцев до локтей белые бинты. Ей уже было все равно на то, что рукава рубашки были высоко закатаны и бинты красовались на предплечьях.       Дождавшись своего автобуса, девушка проехала несколько остановок и на одной из них вышла. Пересев на другой автобус, она ехала ещё около двадцати минут. Погода стояла ясная, и через окна были видны дети, которые после школы сразу вырвались гулять. Крейзи вышла из автобуса, которых уже начинал заполняться работягами, закончивших свою смену на работе.       Район, в котором оказалась девушка, был ей очень знаком, ведь здесь она провела почти половину своей жизни. Дома здесь были не высокие и достаточно старые. На улицах было чисто, несмотря на то, что проживали здесь довольно бедные фурри или из малоимущих семей. Настольгия накрыла Крейзи, но хорошего в ней было мало.       Вот уже знакомая детская площадка, знакомая пятиэтажка. Именно здесь прошло ее детство. Здесь, в окружении страха, опасности и издевательств. Крей зашла в подъезд, около которого сидели две бабушки. Она их помнит, они часто сидели на этой старой лавочке и обсуждали всех подряд. Когда девушка прошла мимо них, старушки начали перекатываться. Либо заметили ее перевязанные руки, либо вспомнили ту самую маленькую, беззащитную девочку.       Крейзи поднялась на третий этаж, перешагивая через ступеньку. Она остановилась у обгорелой деревянной двери и помедлила открывать ее. Немного задумавшись, Павер достала ключи и открыла дверь. Та с неприятным скрежетом отворилась, и перед глазами девушки показалась обгоревшая от пожара квартира. Именно здесь и именно от него умерла мама Крейзи. Ей стало очень душно и противно от осознания того, что в этот момент она была в школе, что не смогла помочь, спасти. Или просто умереть вместе с мамой.       От небольшой трешки, которая досталась еще от бабушки, не осталось почти ничего уцелевшего. Иногда Павер приходила сюда, наводила минимальный порядок и тот час уходила. Она могла сделать здесь ремонт, остаться жить, только угнетающее прошлое не давало этого сделать. Но сегодня ничего не хотелось делать, даже элементарно протереть пыль не было настроения.       Первым делом она зашла в свою комнату. Обои на стенах немного отклеелись от старости и пожара, кровати, шкаф и общий стол сестер были тоже не в лучшем состоянии. Наверное единственное, что уцелело в этой комнате, так это несколько личных тетрадей Крейзи и ее любимая игрушка – большой розовый плюшевый заяц. Девушка взяла его и легла с ним в обнимку на свою кровать.       –Извините, здесь живет Лилия Павер? – раздался чей-то незнакомый мужской голос. Крейзи не обратила на него внимания. "Блин, почему я дверь опять не закрыла?" сказала про себя она.       –Мама умерла 8 лет назад, – равнодушно ответила девушка. Но только на следующем вопросе она обратила внимание на стоящего в комнате парня. –А вы собственно кто и по какому вопросу?       –Я друг Сэма Павера, как понимаю, вашего брата, – начал тот немного замявшись, – и он просил передать вашей маме это.       Парень протянул Крейзи конверт. Услышав имя своего брата, которого не видела с момента смерти сестры, она села на кровать и открыла его. Внутри оказалось письмо, написанное от руки:

"Привет, мама. Если ты получила это письмо, то знай, меня уже нет.

С момента смерти Шлейзи, отец был сам не свой. Он стал выпивать, но меня не трогал. При первой же возможности, я стал жить один. В итоге он спился, Я жил и зарабатывал как мог. Но на днях меня сбила машина, я был в тяжелом состоянии, но...

Я хотел извиниться перед тобой, перед сестренкой. Я думал о вас каждый день, хотел вернуться, когда бы мог зарабатывать прилично. Я повел себя как последняя тварь в тот день... Извини меня, пожалуйста.

Твой умерший сын, Сэм"

      На глазах Крейзи искрились слезы. Теперь она убедилась, что осталась совсем одна, без единого родственника. Того парня, что принес письмо, уже не было, и девушка отдалась своим чувствам – слезам.