Князь Уссури

Утро началось с переполоха. Через окно, прикрытое тонкой бумажной ширмой, отчётливо доносились выкрики и бряцанье оружия. Судя по шуму, там собралось человек сто, не меньше. Толпа гудела, переговаривалась, но скорее тревожно, чем испуганно. — Миш, что там такое? — сонно спросил Алексей, которому совершенно не удалось выспаться. — Охрана набилась в сад и что-то рассматривает, — ответил Оболенский, выглядывая в окно. — Многие с копьями или палками какими-то. Отсюда плохо видно. Скорее всего, дикий зверь забрёл. Михаил зевнул, отошел от окна и принялся одеваться. — Вставал бы ты тоже, Лёш. — Какая ж рань! Миша, который час? — Почти восемь утра. — А у нас — шесть, — горестно вздохнул Алексей. — Ладно, всё равно поспать больше не дадут. Во дворце тэнно гостям было выделено по целому крылу с отдельным входом, где стояла личная охрана и куда не было доступа никому постороннему. Выйдя из своей комнаты в общий зал, чем-то напоминающий гостиную, Шувалов с Оболенским застали там Феликса. — Доброе утро, господа, — поприветствовал их Старк. — Не желаете завтрак? — А кофе есть? — с надеждой спросил Алексей. — Нет, — усмехнулся Феликс. — Могу предложить только зелёный чай — он тоже хорошо тонизирует. А также омлет, рис и жареный лосось. — Что за шум во дворе, не знаете, Феликс Оскарович? — спросил Оболенский, принимаясь за еду. — Ёкай, — вздохнул Старк. — Торакоиси каким-то образом оказался в саду, и теперь самураи думают, что с ним делать. — Ёкай — это же демон? — уточнил Алексей. — Не совсем, — пояснил Феликс. — Ёкай больше похож на наших банников, русалок или леших. Только в отличие от персонажей народного фольклора, ёкаи существуют на самом деле. — Ну… Ещё совсем недавно у меня хайху считались сказочными персонажами, пока Сайн не поселился в имении. — Не путайте, Алексей Константинович, — покачал головой Феликс. — Хайху — народность. Они рождаются, живут, едят и умирают. А ёкаи — появляются и больше не уходят. Понимаете, ёкаи — это не существа, а сущности. Они существуют только в Ниппонии, и природа их происхождения до конца не ясна. Есть мнение, что они представляют собой человеческие пороки, которые из-за полной защиты тэнно не развеиваются, а собираются, уплотняются и принимают форму. — А если их вывезти с островов? Убрать из-под влияния императора, то они исчезнут? — поинтересовался Михаил. — Нет, — хмыкнул Феликс. — Пробовали уже, они просто возвращаются назад. — А с этим Ториоси что теперь делать будут? — С Торакоиси? Не знаю. Если он облюбовал себе дворцовый парк, то тот, скорее, огородят и закроют для посещения. Потому что прогнать ёкая нельзя, но можно сделать так, чтобы он заскучал и ушел сам. На самом деле, господа, ниппонцы привычны к ёкаям. Нет такого дома, где бы не жил хоть один цукумогами. — А это ещё что за зверь? — спросил Михаил. — Это не зверь, наоборот, это предмет обихода, обретший сознание. Например, Каракаса — старый зонт, который может открываться сам по себе и летать по дому. Или Бакэдзоури сандалии, Камэоса — фляга, в которой никогда не заканчивается сакэ. — От последнего ёкая никто бы не отказался, — рассмеялся Алексей. — Ну да, пока его хозяин не сопьётся вусмерть. Торакоиси по крайней мере не агрессивен, хотя напугать может сильно. Знаете выражение: «Дурак в воду камень кинет, так сто умных не вынут»? Вот это он и есть. «Про меня поговорка, — с грустной иронией подумал Алексей. — Как что-нибудь ляпну — потом всем миром разгребать приходится…» Постепенно к завтраку собрались все остальные. Государи к появлению ёкая остались равнодушны, а вот Голицын рвался посмотреть. — Феликс Оскарович, а можно как-то получить разрешение глянуть на ёкая хоть одним глазком? — с надеждой спросил он. — Ну очень хочется! — Можно попробовать, — пожал плечами Старк. — До начала официальных мероприятий ещё полчаса. Пойдёмте, если хотите. В парке было людно. Охрана тэнно сначала не хотела пропускать гостей, но после заверения Феликса, что они пришли показать свою доблесть в борьбе с ёкаем, им всё же позволили подойти поближе. — Миш, тебе не кажется, что это тот самый «дохлый тигр», которого мы видели вчера? — Алексей толкнул локтем Оболенского. — Вы уже видели Торакоиси? — обернулся к ним Феликс. — Где?! — Ночью, когда по парку гуляли, — признался Алексей. — И не одного, а двух. Первый был прямо как этот — без полосок. Я чуть не сел на него, приняв за обычный валун. А второй такой же, но весь полосатый… Договорить Алексей не успел, потому что его заглушила вмиг загомонившая толпа. Самураи подобрались и поудобнее перехватили оружие — Торакоиси менял цвет. — Как-то раз поэт Басё делал тигра из кисё… — задумчиво процитировал Алексей когда-то читаный пародийный стишок. — Алексей Константинович, это, случайно, не ваш ёкай? — прищурился Феликс Старк.