Не одна

— Значит, он сбежал? — хмуро спросил мой коллега, прекрасный человек и по совместительству лучший друг — Мори Акио. Я поморщилась на позвякивание чайной ложки о керамику. Каждое такое движение отдавалось болью в висках и разбитыми надеждами о том, что мой организм способен нормально пережить вечер серьёзной пьянки. Всё, больше не пью. — Как только я сказанула ему про свои проблемы с головой, то услышала лишь: «Ой, мне нужно носик припудрить», а дальше передо мной пробежала размытая тень, со всех ног несущаяся в сторону выхода, — зло огрызнулась я, сжимая небольшие кулаки, — ну, правда, он другую отмазку придумал, но у меня слишком болит голова, чтобы вспоминать, что конкретно этот индивид сказал. Конечно же, я не виню того парня. Отлично понимаю, что немногим хочется иметь что-то общее с сумасшедшей, что иногда видит галлюцинации. Все хотят покоя в жизни. Мне просто обидно, что он даже не попытался понять меня. Отпив свой свежеприготовленный раф, Акио улыбнулся и задумчиво посмотрел в окно. Вот чего я точно не понимаю: почему ему так нравится кофе? Он же такой горький. Ему что, не хватает горечи в жизни? Не знаю о чём Акио думает, но каждый раз, когда он вот так зависает в своих мыслях, что, кстати, бывает довольно часто, я начинаю задумываться о том, как он сейчас возьмёт, да и улетит от меня в свои фантазии, в свой мир грёз. Оставит меня одну… Начиная нервничать от таких «позитивных» размышлений, я опять заламываю пальцы до хруста — привычка, от которой никак не могу избавиться. — А ты не думала, что не стоит сразу рубить правду-матку и выдавать свои странности на первом же свидании? — подняв бровь и ухмыльнувшись, спросил брюнет. — Своих демонов обычно держат при себе, Лея. — Но ведь… — воскликнула я. — Первое свидание как раз для того и нужно, чтобы отсеивать точно не подходящих тебе людей! Разве я не права? Специально же заходила на самые разные сайты в интернете и читала все статьи, что попадались на глаза и казались адекватными. И делала всё, согласно инструкции. Интересовалась им и его интересами, не была слишком навязчивой и так далее по списку. Думала, в этот раз у меня получится с кем-то сблизиться… Этот парень сам спросил о моих странностях. А я лишь сказала правду! Ненавижу лгать. Ухмыльнувшись ещё раз, Акио пошёл в ванную комнату. Придя с таблеткой в руке, он направился в сторону графина с водой. Надеюсь, она не из-под крана. От этого жука можно ожидать чего угодно. Хотя, наверное, я утрирую. Он замечательный. Наполнив стакан водой и поставив его вместе с капсулой на стол, он произнёс: — Может, но зачем? Зачем раскрывать себя, если ты всё равно не хочешь серьёзных отношений? — Я… — не то, чтобы не хотела, просто у меня не получается их завести. — Хочу быть честной с собой и с другими! — проглотив таблетку и отхлебнув воды, поморщилась и прикрыла глаза. Акио начал нежно поглаживать меня по голове, успокаивая, словно маленького ребёнка. Он знает, как мне нравятся подобные поглаживания. И сама я знаю этого человека, как облупленного. Мы с ним очень близки. Работаем в одном кафе-ресторане. Я — официантом, а он — поваром. Оба студенты: Акио — программист, моя же скромная персона — терапевт. После переезда в Японию с родителями в тринадцать лет я поняла, что вряд ли смогу вписаться в местный социум. Европейская внешность, явно контрастирующая на фоне местных мордашек, незнание языка и разный менталитет как-то не способствовали налаживанию социальных связей. Но, тем не менее, я не унывала! Была оторвой, бегала по разным заброшенным зданиям, веселилась от души, забивая на учёбу и приказы родителей. Наслаждалась юностью, так сказать. Всё это закончилось в одну из роковых разгульных ночей. Гуляя около старого заброшенного завода, я наткнулась на мальчика, неудачно спрыгнувшего с крыши и сломавшего руку. Этим мальчиком оказался Акио. Тогда я сразу же помогла ему подняться, не задумываясь ни о чём. Было очевидно даже для моего маленького и глупого мозга, что он находился в шоке. Этот дурачок смеялся, словно не чувствовал боли. Было такое впечатление, что он просто не понял, что случилось, и почему он не может встать. Приняв решение вызвать такси и отвезти его в больницу, я, полторашка, с горем пополам подняла с земли этого бугая и услышала звук, который заставил все мои волосы встать дыбом. Повернувшись на ужасающее рычание, мои глаза расширились, а в горле встал ком. Весь мир сузился до парня, опиравшегося на моё плечо, и красных глаз, так напоминающих человеческие. Чудище издало рык, от которого моё тело буквально парализовало. Я, кажется, даже забыла, как дышать. Когда оно бросилось на нас, в голове промелькнула мысль, что это конец. В тот момент я вспомнила только слова своей строгой матери: «Хватит шляться ночью непонятно где!». То, честно говоря, был единственный раз, когда я подумала, что надо её слушаться. Закрыв глаза и в отчаянии выставив руку вперёд, я стала ждать боли, ждать смерти. Но ни через секунду, ни через минуту так ничего и не случилось, а страшные звуки и запахи, от которых желудок хочет вывернуться наизнанку, исчезли. Открыв глаза, я поняла, что и сам монстр пропал. Это был первый и последний раз, когда Акио видел таких чудовищ. Наверное, поэтому он единственный, кто мне верит. Для меня тогда это тоже был первый, но далеко не последний раз. Я ещё неоднократно видела их в самых различных местах, но сразу же бежала со всех ног от них. Не знаю, кто они, что они. Существуют ли эти чудовища на самом деле или это всё просто плод моей больной фантазии, а тот случай с Акио — массовый психоз, но я перестала поздно гулять и взялась за учёбу. Подружилась с Акио, который после того случая тоже прекратил вести разгульный образ жизни. Хотя, не прямо в тот момент, ещё какое-то время мы бесились вместе, наверное, по инерции. И так даже стали лучшими друзьями, а я перестала переживать о том, что не вписываюсь в общество. Хотя, начиная со старшей школы, ко мне и стали проявлять внимание. Конечно, в основном, это был лишь интерес к культуре моей страны, моей внешности. Возможно, я бы хотела завести серьёзные отношения, найти ещё друзей… Но на это нужно так много сил. А у меня работа, учёба, игры в Стиме, которые я купила, но так и не прошла в конце концов! Мне хватает Акио и коллег с работы для общения. Да и проблема с чудовищами всё ещё актуальна. Я бы сама, если честно, сбежала от такой, да не могу. От себя не убежишь. *** Практика. Одно слово, а сколько эмоций оно вызывает у студентов. В моём случае большинство из них негативные. Дело не в том, что мне не нравится помогать людям или что-то подобное, нет. А в том, что каждый раз, когда я выполняла инъекции или заполняла системы для внутривенных капельных вливаний, в моих мыслях крутились вопросы: «Это то, чем я хочу заниматься? Может, мне сменить профессию?». Потом за этим точно следовало «А чем мне тогда вообще заниматься? Что я умею?». Каждый раз я откладываю эти мысли в долгий ящик и закрываю на замок с надеждой, что когда-нибудь об этом подумаю. Но не сегодня. По крайней мере, я общаюсь с пациентами. Многие из них очень хорошие и весёлые люди, но вот некоторые… Есть тут один дедуля, Итадори звать, не самый дружелюбный человек в мире, мягко говоря. Думаю, если бы был список самых ворчливых людей, то он бы точно занимал лидирующие позиции. Но вот зато его внук совсем другой: приносит цветы медсёстрам, постоянно на позитиве. Его розовые волосы очень подходят его характеру. Хороший мальчик, но, к сожалению, он единственный, кто приходит к этому ворчливому деду. Однажды я представила, как также лежу в больнице и ко мне приходит лишь один дряхлый Акио со своей женой, что терпеть меня не может. И стало грустно как-то. Вообще, хоть этот дедуля и не самое светлое солнышко в мире, но он человек, а когда люди умирают, это не приносит радости. Поэтому сегодня, когда я краем уха услышала, что он скончался, то довольно сильно расстроилась, задумавшись и о своей смерти. Сейчас же уже поздний вечер, я мгновенно подумала о том, как быстро смена пролетела. Весь день то и дело мелькали мысли о вчерашнем свидании. Надо же было мне так лохануться. В роддоме меня точно выдавали со словами «Нате, распишитесь — лохушка голубоглазая, одна штука». Нацепив капюшон старой, но любимой толстовки, я вздохнула и уже собиралась уходить, как вдруг увидела розоволосого внука Итадори. Его вроде Юдзи зовут. Сейчас он подписывал бумаги. — Спасибо за всё, — сказал он, отдавая листы. Даже странно… Выглядит спокойным, я бы на его месте сейчас рыдала. Хотя, я сегодня правда плакала, и моей одногруппнице пришлось отдать мне свою последнюю салфетку. Ну просто святая женщина. — Ты точно в порядке? — спросила медсестра, наклонившись и слегка улыбнувшись Итадори. Это Сато Ай, добрейшая душа, всегда печеньями меня угощает в перерывах. — Сильно переживаешь? — решила и я вклиниться в разговор. Мне действительно интересно, как он себя чувствует. — Ну я… впервые с таким сталкиваюсь, — сейчас, приглядевшись к нему, я поняла, что он всё-таки плакал: глаза красные, — я ещё не осознал всё полностью. Но если бы вечно хандрил, то дедушка бы наверняка заворчал. Так что буду смеяться после похорон! Хоть он и сказал это с улыбкой, но в глазах всё равно читается грусть. Точно не знаю, как бы я вела себя после смерти кого-то близкого, но думается мне, что пошла бы плакаться Акио. Он в принципе единственный, кому я могу довериться полностью и излить душу. А вот если бы умер он… К кому бы я пошла? Родителям? Смешно. — Мо-ло-дец! — по слогам пролепетала Сато. Она наверняка бы ещё что-то добавила, если бы не голос, эхом раздавшийся из коридора: — Итадори Юдзи, — голос был низкий, слегка грубоватый, определённо мужской. Мы все повернули головы на источник шума. Там, скрытый тенью, стоял парень, весь в чёрном. Совсем ещё подросток. Мафия пришла? Чего так грозно-то? — Я Фушигуро из Магического техникума. Нам надо поговорить. Сейчас. Паренёк произнёс это с самым невозмутимым видом, что я видела в жизни. Хотя, если вдуматься, сказал он полнейшую чушь. Магический техникум. У меня вообще не вяжутся эти два слова вместе — это раз. А два — магический?! Итадори, не раздумывая, пошёл за ним, а я спросила у Сато знает ли она, кто этот брюнет в чёрном, но она ответила, что впервые его видит. — Он сказал «магический» или у меня появились ещё и слуховые галлюцинации? — недоумевала я. — Да, я тоже слышала, — Сато поднесла палец к губам и хмыкнула, — а что значит «ещё»? Укуси меня пчела, почему я не слежу за языком? Я же не рассказывала ей! После вчерашнего парня и слов Акио я решила, что не буду больше никому рассказывать об этом. Всё, я теперь нормальная! Нор-маль-на-я! Но любопытство — не порок, а повод для исследований, поэтому я хочу узнать, кто этот парень и что ему нужно. Сделав вид, что не слышала вопроса, быстро попрощалась с Сато, а потом, спрятавшись за углом, услышала лишь обрывок фразы: — … мне он ни к чему. А что значит опасен? — спросил Итадори Юдзи, сев на спинку дивана. — Количество загадочных смертей и исчезновений в Японии в среднем больше десяти тысяч в год, — ответил Фушигуро, листая что-то в телефоне, — Большая часть из них — из-за проклятий. Кого? Про…клятий? О чём он? — Проклятий? — с непонимающим видом задал вопрос розоволосый, развалившись на спинке дивана. Вот принцесса недоделанная, зачем ногами-то залез?! Это же больница, нельзя быть немного чистоплотнее? Тут дети пациентов иногда пол облизывать могут, не то что диван! — Мне плевать, веришь ты или нет, но они существуют, — ответил черноволосый. Не понимаю, неужели он говорит о тех самых монстрах, которых я вижу?! Загадочные смерти... Это так сходится с тем, что я знаю… Однажды, задержавшись после школы, я услышала отчаянный крик… нет… скорее, визг девочки. Я побежала со всех ног на него, но потом сильно об этом пожалела. Нечто огромное, скрюченное и ужасающее пожирало девочку, а всё, что я могла — смотреть и трястись. Но ужасней всего было его лицо. Причиной душераздирающего, панического крика, вырвавшегося из меня, стали глаза. Или скорее место, где должны быть глаза у нормальных живых существ. Их там не было. Лишь лишённые всякого смысла веки, нависали над зияющими чёрными глазницами. Вопреки какому-либо смыслу, они уставились на меня, шепчущие, гниющие и мёртвые. Даже сегодня я вряд ли смогу найти правильные слова для описания того ужаса, который охватил меня. Примерно также я почувствовала себя и в первый раз, когда встретилась с подобным чудовищем. В этот раз монстр просто так не исчез… это я убежала оттуда. Всю ночь не могла уснуть, думая об этой девочке и надеясь, что мне это почудилось. Но утром, услышав новость, что одна из учениц пропала, я поняла, что это и была та самая девочка. И, возможно, я бы могла сделать хоть что-то… хоть как-то помочь, но мне не позволил этого страх, сковавший меня в тот вечер. Я корила себя очень долго, не ходила в школу и думала только о том, что я ужасный человек, который даже не смог вызвать полицию или скорую из-за своей глупости. Акио тогда сильно меня поддержал, а я пообещала себе, что впредь буду храбрее. Ещё в то время я точно поняла, что никогда не предам и не оставлю этого человека. Это было уже довольно давно, больше я не встречала людей, которых пожирали монстры, но самих этих чудовищ видела ещё множество раз. — Негативные эмоции скапливаются в местах по типу школ, больниц и так далее. Такие эмоции становятся источниками проклятий, поэтому во многих школах тайно хранят проклятые предметы, как талисман. Ты нашёл один из них, — продолжал Фушигуро. — Он же нас защищает, да? Вроде хорошая штука, — вклинился Итадори, подняв руку, как в школе. — Дай закончить! — а этот Фушигуро довольно пугающий, а ещё ему бы причесаться… Или сейчас модно у подростков, когда волосы во все стороны торчат? Ладно, не суть, я не осуждаю, не осуждаю. — Могущественный проклятый предмет отгоняет другие проклятия послабее… — Фушигуро и дальше что-то говорил, но шум крови в моих ушах заглушал всё остальное. После его слов о проклятых предметах меня охватили воспоминания. В глазах была картинка с той девочкой. Если вспомнить, мне говорили, что она нашла какой-то предмет в школе и очень радовалась этому, но домой не относила. Не знаю, что это было, но его потом нашли на том самом месте, где её… сожрали. Через некоторое время, придя в себя, я увидела, что Фушигуро схватил Итадори за рукав, а сам Юдзи говорил про то, что некая вещь находится у его друзей. — Что?! — с читаемым страхом в голосе закричал брюнет. — Точно! Они говорили, что собрались распечатать талисман. Не знаю конкретно почему, но, скорее всего, от шока, Фушигуро зашагал назад и не мог вымолвить ни слова, уставившись сначала во все глаза на парня, а после сильно помрачнев. — Это что, плохо? — почесал розовый затылок Итадори. Секунда… Две… — Хуже некуда. Они… умрут. *** Кошмар! Мои лёгкие! Не надо было прогуливать пары физкультуры! Говорили же, что пригодится, а я всегда отшучивалась «Не учите меня жить, лучше помогите материально». Когда растрёпыш черноволосый сказал про смерть друзей Юдзи, они вдвоём немедленно рванули к школе. Ну а я что? Мне нужно понять, действительно ли то, о чём говорил этот пугающий брюнет, это то, что вижу я. Надеюсь, это действительно так! Как же я устала от того, что мне никто не верит! Устала быть одной, кто видит это! Прибежав к воротам школы, я мечтала лишь о мягкой подушке под голову и ещё одной, чтобы обнять её, а потом сладко заснуть. Ох, блин, хватит думать об этом. Немного отдышавшись, я поняла, что Итадори стоит перед воротами один. Посмотрев по сторонам, убедилась, что Фушигуро поблизости нет. — Итадори! — окликнула парня. — А? — он развернулся на мой зов. — Тётенька? Вы же из больницы? — Да, я Лея Гринн. И почему тётенька?! Мне всего двадцать один год и… — я уже хотела начать возмущаться, что выгляжу младше, на его возраст считай, но передумала. Нет смысла объясняться. — Ай, ладно, где парень, который был с тобой? — Он ушёл к школе. Юдзи показал пальцем на здание. Приглядевшись, я отметила, что оно выглядит очень странно. Как будто вокруг него образовался смог. Я уже видела подобное. Вот совпадение, в тех местах всегда были чудовища. — Нам нужно туда! — сказанула я это смело, конечно, но внутри начиналось настоящее цунами от нарастающей паники. — Но там проклятия, да и Фушигуро сказал оставаться тут, — парень развёл руками. Да, это опасно. Но я пообещала себе, что должна быть храбрее. «Через двадцать лет вы будете более сожалеть о том, чего не сделали, чем о том, что вы сделали. Поэтому, отбросьте сомнения», — говорят нам. Но касается ли это случаев, после которых я вообще могу больше ни о чём не жалеть? Мне буквально будет нечем. Ладно, не думай об этом, Лея, действуй! — Тогда оставайся, я пошла. Не могу упустить такой шанс. Я должна узнать, сумасшедшая ли я. Хотя, если там меня ждет смерть с косой, а я сама туда лезу, то точно сумасшедшая. Плюнув на все сомнения и бросив свой рюкзак, немного неумело перелезла через забор. Когда я легко открыла дверь в школу, то все страшные мысли на какое-то время замолчали и в голове было лишь: "Иди на звук". Но, добежав таким образом до верхнего этажа и завернув за угол, все панические мысли заорали вновь, глуша всё здравое. Передо мной открылась страшная картина: Фушигуро и два волка стояли перед массой, похожей на уродливое насекомое, только больше раз в сто. Оно пожирало девушку, скорее всего, подругу Итадори. Мне невольно вспомнился случай с девочкой в моей школе. Сердце на секунду пропустило удар. Быть не может… Я застыла на месте, не понимая, что делать. — Чёрт! Жрут её вместе с проклятым предметом! — выкрикнул Фушигуро самому себе. Внезапно, где-то в желудке, во мне что-то загорается. Эмоции захлёстывают, а сплошной адреналин только и кричит о том, что нужно бежать, помогать, делать хоть что-то, чёрт возьми! Это чувство берёт надо мной верх прежде, чем я успеваю что-то обдумать: ноги, чуть ли не спотыкаясь, сами несутся в сторону Фушигуро, но тут в окне, краем глаза, я замечаю силуэт, а через мгновение различаю в нём Юдзи, который врывается в стекло, громко разбивая его ногами. Я резко отшатываюсь назад и в голове остро всплывает непонимание: на четвертый этаж?! Кто он такой?! Не успев толком понять, каким образом он это сделал, я восхищаюсь тем, как он развернулся прямо в воздухе, зацепившись рукой за окно, и ударил прямо по голове проклятия, схватив девушку и отпрыгнув в сторону. Через секунду этого монстра разрезало пополам какой-то силой Фушигуро и я вновь застыла на месте. Это была… магия? Какая-то часть моего мозга принимает происходящее нормально. Мол, Лея, ты чего? Мы видели и чудовищ, и людей, которые ходят зимой в шортах, что может быть страннее? А другая часть кричит, как истеричка, и не понимает, что за хрень сейчас происходит. Чем больше я смотрела на эту разрезанную массу, тем больше чувствовала подходящую из желудка другую массу. Так что, отвернувшись от этого зрелища, я пошла к парням. Подойдя, услышала, что брюнет сказал розоволосому «Ты молодец». Итадори на комплимент улыбнулся, а Фушигуро, заметив меня, спросил, кто я такая и что здесь делаю. — Я… ну… — не знаю, что тут отвечать. Меня к таким случаям не готовили. Я тут по случайному стечению обстоятельств. Ну и по своей глупости. — Скажем так, мимо проходила. Натянув глупую улыбку, я постаралась изобразить из себя дурочку. Фушигуро не повёлся на это и явно хотел продолжить наш диалог, но Юдзи его отвлёк: — А что это за собаки жуют проклятие? — указал он на волков, и правда пожиравших это чудище. Я бы, наверное, даже восхитилась ими. Они были очень красивые и необычные, но в ту сторону мне вообще тяжело смотреть. — Мои Шикигами. Ты их видишь? — немного удивлённо спросил Фушигуро. — Обычные люди проклятий не видят. Разве что на грани смерти или в особенных местах. Вот почему Акио тогда видел чудовище на заводе. Но в последующие встречи с проклятиями он их не замечал, хотя мой пальчик точно указывал на них. Подождите-ка, получается, я не обычный человек? — Я тоже их вижу. И это не первый раз, — мой голос пронёсся внезапно даже для меня. — Правда? — Фушигуро пригляделся ко мне. — Странно, но в тебе почти нет проклятой энергии, как и у обычного человека. Любишь гулять в опасных местах? — Да давно уже нет… Мы с Акио давно завязали со всем этим. Итадори начал вставать, держа на руках спасённую девушку. У неё из кармана выпало нечто, напоминающее палец. Юдзи успел поймать это прежде, чем оно достигло пола. — Ой. Это он? — как же беззаботно. Видимо, это тот проклятый предмет, который распечатали его друзья. — Да, особенный предмет — палец Двуликого призрака. Его чудом ещё не съели, — ответил Фушигуро, держа руки в карманах. — А что будет, если съесть? Он вкусный? — задал максимально глупый вопрос парень. Зачем он задумывается о таком? Кто вообще из людей… съест это? Или у него шарики за ролики заехали от всего случившегося? — Не глупи, — вот, верно сказал брюнетик, — так делают, чтобы получить большую силу. Он опасен, отдай его мне. Стоп. Что? Такие пальцы едят, чтобы получить какую-то силу? Ну тогда это уже не звучит, как глупость. Но, в любом случае, он слишком отвратителен, я бы даже держать его не стала. — Да-да… — лениво пролепетал розоволосый. Юдзи потянулся отдавать его, но тут из потолка начало вылезать ещё одно проклятие. Я не успела понять, что случилось, как Фушигуро оттолкнул нас с Итадори. — Бегите! — прокричал он нам прежде, чем монстр вместе с потолком обрушились на него. Когда пыль немного улеглась, мы увидели, что брюнета схватило чудовище с четырьмя красными глазами и жёлтым гребешком. Первой же мыслью было: "какое же оно огромное…". — Фушигуро! — выкрикнули мы с Итадори одновременно. Брюнет, что был в лапах проклятия, сделал какое-то движение руками и произнёс слово, которое я не разобрала. Но это не помогло — проклятие кинуло его прямо в стенку. От этого у него изо рта пошла кровь, но сознание парень не потерял. Видимо, чудом небесным. Его Шикигами, что были рядом с нами, начали таять. Я хотела встать и помочь парню, но несколько вспышек ослепили меня, а грохот разрушаемой стены оглушил на некоторое время. Прокашлявшись и проморгавшись, я увидела огромную дырку в стене, которую проделал своим телом Фушигуро, когда этот монстр отбросил его на переход между зданиями третьего этажа. Если вспомнить о всех мною полученных знаниях в институте, то могу практически стопроцентно сказать, что Фушигуро сейчас должен быть мёртв. Итадори, не задумываясь, побежал помогать парню, а я, очнувшись, как от страшного сна, осмотрела мальчика и девочку, лежавших рядом без сознания. Вроде не так критично, они в отключке, но оба дышат. Им нужно срочно в больницу. Поняв, что никак сейчас им не помогу, я решила достать телефон и вызвать скорую, но мобильника нигде не было. Я даже не могла понять, где мой рюкзак. Чёрт. Забыв о нём, я побежала к парням и увидела, как этот монстр держит Итадори прямо перед своим ртом. Ещё чуть-чуть, и он его съест! Моих ушей достиг крик Фушигуро «НЕТ! НЕ СМЕЙ!», а затем, как в замедленной съёмке, я вижу, что Итадори подбрасыват палец вверх и проглатывает его. Первое, что я подумала: «Зачем?». Но сразу отбросила эту мысль, не став вникать, а просто начав действовать. Не знаю, что мной руководствовало, но я, подхватив камень и разогнавшись, со всей силы, что у меня была, ударила монстра по глазу. Не понимаю, зачем я это сделала, вряд ли мой удар хоть как-то поможет, но… просто стоять тоже нет никакого смысла. Я ожидала, что проклятие хоть немного отвлечется на меня, но оно просто… исчезло. Как в тот раз на заброшенном заводе. Даже пылинки не осталось. Из-за Итадори? Или… из-за меня? Прибывая в шоке, я не могла понять, что же случилось. Всё было так расплывчато, и я не сразу заметила, что случилось с Юдзи. Мои глаза не успели сфокусироваться, но уши услышали. Услышали странный смех, который издавал Итадори. Что с ним..? Он покрылся странными татуировками, а под глазами прорезалась ещё одна пара глаз. Он смеялся так, что я стала сомневаться в его осознании происходящего. Мне стало страшно. — Ах, я знал! Свет во плоти куда приятнее видеть, — Юдзи разорвал на себе толстовку, — плоть проклятия скучна! Где люди? Где тут женщины? Его голос стал не таким, каким был раньше. Он звучал грубее, и было такое чувство, что его обладатель — обитатель психушки. Вмиг вспотевшие ладошки я сжала в кулачки, царапая ногтями кожу. Юдзи начал вертеть головой, и тут его взор зацепился за меня. — Ох, как мне повезло, — скользко произнёс он, оглядывая меня непонятным взглядом. Я как будто смотрю в глаза не человеку, а животному. Мерзкая ухмылка расплылась на его лице до самых ушей. В следующее мгновение он схватил меня и повалил на своё плечо. Я лишь успела издать непонятный звук, как он запрыгнул со мной на ограждение. — Что ты делаешь?! — попыталась докричаться до него, но была успешно проигнорирована. — Какая чудесная эпоха настала, — начал говорить этот… это… господи, что это… это точно не Юдзи! — женщины и дети снуют здесь, как личинки… Превосходно! Будет резня! Он снова начал смеяться, как сумасшедший, сжимая меня одной рукой так, что было трудно дышать. Но тут его свободная рука схватила себя за лицо. Юдзи, или то, что раньше было Юдзи, спустилось с ограждения, всё ещё сильно сдавливая меня. — Что ты делаешь с моим телом? — голос Итадори… прежнего Итадори! Получается, он внутри? А это что — проклятие? Это от того, что он съел палец? — Верни. — Как ты можешь двигаться? — кажется, это уже сказало проклятие, что вселилось в него. — Ну, это же моё тело, — он ответил это так спокойно, как будто объясняет, сколько будет два плюс два ребёнку. Я не знаю, что было бы дальше, но их разговор резко прервал Фушигуро, который сидел рядом весь в крови: — Замри, ты больше не человек! Согласно магическим законам, Итадори Юдзи, я изгоню тебя, как проклятие! Брюнет сделал странный жест руками, опираясь на одно колено, а вокруг него начала образовываться чёрная дымка. Розоволосый ослабил хватку и, поставив меня на землю, извинился. Он поднял руки, мол, сдаётся, и встал перед Фушигуро. — Стой! Всё же хорошо, да и мы изрядно потрёпаны, нам нужно в больницу. Татуировки с его тела начали исчезать, а дополнительные глаза закрылись, оставив лишь напоминание о них — полоски, которые превратились в нечто, похожее на шрамы. Он взял проклятие под контроль? Что теперь будет делать Фушигуро? Посмотрев на израненного парня, на краткий миг мне показалось, что он сейчас упадёт в обморок. Ему нужно срочно в больницу. Не до изгнания проклятий, уж точно. Как только я собралась поддержать Юдзи и сказать, что он немножечко не в том состоянии, чтобы геройствовать, меня прервал внезапно вмешавшийся голос. Человек с повязкой на глазах появился из ниоткуда. Я точно уверена, что его тут только что не было. Когда я оглядела его, то подумала только: «Его не учили, как нужно маски носить?» — Как обстановочка? — бодро произнёс он. Кто это? Маг, как и Фушигуро? — Учитель Годжо? — повернулся брюнет на голос. Это его учитель? Ну, тогда точно маг. Блин, а его волосы… Я взглянула на свою испачканную шевелюру. Ещё десять минут назад она была такой же белоснежной, как у этого парня. Он тоже красится? Забавно, если у него ещё и глаза голубые. — Привет! — улыбнулся беловолосый. — Я не собирался приходить… ох, ну и досталось тебе, покажу это нашим второкурсникам! Я вообще не так уж и много ожидаю от людей. Некоторые из них странные, я в больнице многое видела, но то, что сделал этот парень, удивило даже меня. Этот… учитель достал телефон и начал с разных ракурсов фотографировать Фушигуро, своего ученика, который сидит еле живой. Да ещё и говоря: «Улыбочку!». Он что… идиот?