"Дикий мир" оборотня-хомяка

При виде знакомых пейзажей королевства у короля Дениса Пугофкина волнительно застучало сердце. Вот они, почти рядом. Он уже здесь, в этом волшебном мире! Только бы получилось зацепиться и задержаться хоть одним пальцем! А там, даже если год пешком к своему Дворцу придется топать, Денис был согласен. А ведь ничего не предвещало! В ту ночь, когда ему приснилась сказка, она ему не приснилась! Ему как раз приснилась сама «Принцесса Рапунцель», невестушка родимая, ненаглядная, милая и нежная (ну, когда она в образе эльфа, конечно!). Не зря Денису та рыжая бестия, Лисица-сестрица, что колобка Лысого замочила, когда на тропинку к ним навстречу вышла, показалась смутно знакомой, ой не зря! Повадками и разрезом глаз и милой мордахой она была похожу на Эльфиню, невесту его свежеобретенную, да где-то оставленную. Заскучал он по ней! Ой, как заскучал. Еще бы! Не сказано просто! Ни в сказке сказать, ни пером описать! Век бы с ней в мегаполисе жил бы, лишь бы не оказаться здесь и сейчас. Особенно когда эта Рыжая маньячка укокошила колобка (а желтолицый и желтоволосый Лысый всем своим поведением, судьбой и присказками, именно его и напоминал). Ведь когда она уложила одного парнишу, она на этом не успокоилась, а двинулась к следующему. К Дениске. А Дениска никогда не был богатырем сказочным, волшебным мечом опоясанным. Он вообще не помнил, как в эту сказку попал, и как возле домика Бабки с Дедком, что по сусекам скребли, оказался, да еще в такой неподходящий момент. И вот раз отступил Денис назад, два отступил, третий шаг шагнул, да и уперся спиной в дерево. И глаза закрыл. Не в его правилах было бежать постыдно. Это он потому до этого бежал, что влиянию Колобка поддался, да неопределенности ситуации доверился. А теперь же все было понятно. Взмахнет косой Лисица, да косой не девичьей, не из волос сплетенной, а из металла скованной, для сенокоса заточенной, и не будет больше добра молодца Дениски расчудесного, короля самопровозглашенного. А ведь как хорошо все начиналось! Вжих! Свистнул воздух да хохот Лисы душу вымораживающий послышался, да хохот-то Лисы и оборвался! Денис был ни жив, ни мертв. Ни тела, ни духа не чуял, обмер. - Ну и че стоим? - грубо окликнул орочий голос. - Я думала ты у меня храбрый. Денис приоткрыл один глаз, а потом распахнул оба. - Краса ты моя ненаглядная! - обрадовался Дениска. Ох, как обрадовался безобразине зеленой с перекачанными мускулами, с перекошенной клыкастой мордой и кровавой алебардой на плече. А Лиса теперь на тропинке лесной лежала, аккуратно поверх Колобка и так же аккуратно пополам поделенная. Посмотрел Дениска на четыре куска человеков и к невесте на шею бросился. Принялся поцелуями осыпать, руки целовать, молитвы хвалебные Богам посылать. Как же ему повезло, с невестой-то! - Харэ, ну! - орочка брезгливо человека от себя отодвинула. - Слюни-сопли, тьфу! - Не буду! - поклялся Дениска, сияя лицом. В таком приподнятом состоянии он чего угодно пообещал бы, ибо несказанно рад негаданному спасению был. - Тогда пойдем! - орчиха развернулась и пошла вперед по тропинке. - Куда же? - Денис торопливо засеменил следом. Изредка косился на острое лезвие алебарды с которого все еще капала лисья кровушка. - Домой, - дернула плечом орчиха. - Куда же еще? И шли они так долго, что три каменных посоха источили, да три железных хлеба съели! Тьфу, привязалось! Не было у них этих тяжеленных несуразностей, просто серьезно долго шли. До тех пор, пока сказочный лес не кончился, и не начались выжженные пустоши. - Здесь апокалипсис случился? - Денис осматривал разрушенные территории. Земля черная, перерытая, от деревьев и избушек только черные тычки остались, а трава так до сих пор где-то горела. Хотя головешкам лет сто, наверно, было. А сейчас они еще аккурат на середину пылающей пустоши приперлись. И вот именно тут апокалипсис рисовался во всей красе, а там, где «сто лет как назад» вполне себе пост. Постапокалипсис. - Чего? - орчиха обернулась и непонятно посмотрела на женишка своего непутевого. - Да нет. Это территория драконов. Летают тут иногда, поджигают то, чего отросло, не спросясь. - Зачем? - тупо спросил Денис. - А чтоб не шарились всякие! - и она приготовилась взмахнуть алебардой, потому как один такой обходчик как раз на вираж зашел, готовясь то ли к посадке, то ли к «прополке». Вжих! Спикировал над головами. Дениска присел и уши ладонями зажал, уж больно свист стоял лютый, от крыльев магических. А когда глаза-то открыл, обнаружил, что нет никакой пустоши. На полянке стоит он. На зеленой, благоухающей, с бабочками. Вокруг горы и башня высокая. Та самая, в которой маг могущественный жил. Живет. Тот, который та. Эльфиня. Да и орк теперь был никакой не орк, а эльф. Снова. Красивый и прекрасный. У Дениса челюсть отвалилась. Эльф - он мой. Мужского рода. Стоит, в штанах, плоский, но с завидной шевелюрой. - Спасибо, добро молодец! - эльф поклонился. - Расколдовал ты меня, век тебе благодарен буду! Сказал так, развернулся, да и пошел к себе домой, лишь только косичками длинными взмахнул напоследок. А король стоял-стоял, да и тоже пошел. К себе. К своим. Отряд свой поискать, да во дворец вернуться. Ну, а блин, а что еще делать-то? Не по эльфам он, неа. Вот никак. И даже если это морок какой, обман для чего-то придуманный, то и... А что с того? А вдруг нет? Ему, Дениске, еще и за парнями-эльфами начать бегать, да умолять девицей оборачиваться?! Он еще из ума не выжил! Да, и к тому же, хлопотно было, с эльфиней-то этой. Пока сама по добру по здорову отпустила, тикать надо. А вернуться, всегда успеется. Дорогу знает. Только вот бы мозги в холоде держать, трезвыми и острыми, а чувства нешуточные подальше в глубину заныкать, и не доставать по случайности, не вспоминать, чтоб не терзали.