Спокойной ночи, агент Романофф

Наташа знала, что рано или поздно придет к Тони. Это даже смешно, если подумать. Всю свою жизнь Романова старалась запихать свои чувства куда подальше, лишь бы они не вырвались наружу. Но это, черт возьми, Старк - главный плейбой планеты. И почему-то именно сейчас она не может отказаться от искушения прийти и прижаться к сильному телу, обвить ногами натренированный пресс и выдохнуть ему в рот свое желание вперемешку с горячим воздухом. Наверное, лучше было никогда не знакомиться с Тони. И почему на то задание не могли послать кого-то другого? Какую-нибудь ассистентку Фьюри, а не ее. Но Нат одна из лучших агентов Щ. И. Т. а, директор не мог обойтись без нее. Наверное, лучше было бы подготовиться. Позвонить Старку и назначить встречу в каком-нибудь богом забытом отеле, а не нестись на бешеной скорости по ночной трассе к его дому. Впрочем, мысли в голове Наташи скакали так же быстро, когда она спускалась в мастерскую. По совету Джарвиса она нашла Тони там, работающего над очередным костюмом. Романова остановилась в нерешительности, пару минут спокойно наблюдая за ним, за его сведенными к переносице бровями, сжатыми губами, которые могут целовать так нежно и горячо, что внутри все дрожит и плавится. Такой Старк нравится ей больше всего. Сосредоточенный и серьёзный, всем своим видом вызывающий улыбку. Тони сам замечает ее, разворачивается и впивается пронзительным взглядом в незваную гостью. -Наташа? -он хмурится, бросает расчёты и направляется к застывшей в дверях шпионке. У Романовой по-детски смешно пересыхает во рту, совсем как у пятнадцатилетней девчонки, пытающейся первой признаться парню в своих чувствах. -Что ты здесь делаешь? -продолжает наступать Старк. Нат еще пару минут таращится на него, после сокращая расстояние между ними и жадно впиваясь в его губы, обнимает руками за шею, притягивая ближе к себе. Шпионке так нужно почувствовать кого-то рядом, ощутить тепло и свою важность в жизни значимого для нее человека. Романова не знает, правильно ли поступает, с головой окунаясь в омут безумия, который тут же затягивает в пучину, не позволяя остановиться. Да и зачем вообще думать? Сейчас есть только Старк и она, а завтра будет завтра. Какая разница? Тони грубо отрывает ее от себя, сжимая руками ее плечи и тяжело дыша. -Что ты делаешь?! -нетерпеливо интересуется и смотрит так отчужденно, что по телу быстрыми волнами расползаются мурашки. Наташа не может ответить, зачем пришла к нему. Вернее, она знает, что ей нужно, но Старк не из тех, кто сразу соглашается на авантюры. А их близость, пожалуй, можно назвать авантюрой. -Тони, -шпионка вновь тянется к его губам, желая ощутить знакомый микс мягкости и тепла. -Пожалуйста. Тони скажет, что у него отношения с ягодной Пеппер и попросит ее уйти, окончательно разрушив все надежды провести хотя бы эту ночь не в одиночестве. И Нат покорно примет его выбор, в который раз забудет про собственные желания и сделает так, как лучше, потому что ее так учили с самого детства. Делай свою работу хорошо, и все будут счастливы. Но лицо Старка смягчается, руки понемногу отпускают хрупкие плечи, но лишь для того, чтобы лечь на талию, притягивая Романову к себе и накрывая ее губы своими. Нат даже не успевает переварить случившееся, когда Тони подхватывает ее на руки, вынуждая обвить ногами его талию, и несёт в свою спальню, попутно пытаясь стянуть со шпионки очередную кожаную куртку. Наташа наслаждается мокрыми поцелуями в шею, натягивается словно струна в сильных руках и выгибается с несдержанными стонами. И все вроде бы хорошо. Она хотела этого. Хотела, чтобы Старк прижимал к себе и рвано дышал в ее шею. Хотела, чтобы прикосновения вызывали мелкую дрожь и фантомные подбрасывания. Хотела чувствовать его повсюду, ощущать его чуткие руки на своей талии. Но все портят сомнения. Наташа забудется вместе с ним на какое-то время, проблемы отойдут на второй план. Но после ей снова придётся уйти, вернуться в холодную тёмную ночь и поехать домой, прокручивая в голове кусочки часов, проведённых с Тони, зарыться с головой в яму собственного ничтожества. Романова неизбежно будет чувствовать привычную тревогу и безнадежную усталость от одиночества. Придётся свыкнуться с мыслью о Пеппер. Когда-нибудь они с Тони поженятся и заведут детей. Станут примерной семьёй, прямо как Бартоны. Нат останется в стороне, топя отчаяние в бокале вина. Она привыкла. Она не знает, что будет завтра. Как можно обещать и надеяться на что-то, когда не можешь быть уверенным в следующем дне? Скоро начнётся новый катаклизм, заявится какой-нибудь Альтрон с наклонными представлениями о мире и все пойдёт по краю, снова придётся балансировать между желаниями и долгом. Старк обрывает мысли, впиваясь в губы и хватая Наташу за руки. Он нежно поглаживает запястья, переключаясь на шею и ключицы, заставляя чувствовать неописуемый восторг. Она падает. Падает в бездну удовольствия и забытья, ощущая как Тони покрывает мелкими поцелуями ее лицо. Падает, абсолютно не веря в происходящее. Как она могла снова оказаться в одной постели со Старком? И почему с ним так до бабочек в животе легко? Это же Тони, не идеальный Стив, с ним не может быть так правильно и просто, так гладко и спокойно. Старк непривычно нежный, совсем не такой, как на людях. Так странно ощущать заботу с его стороны, чувствовать неловкие объятия. -Нат? С тобой все в порядке? -тихий шёпот возле уха. Романова поднимает наполненные слезами глаза и кивает, когда внутри все рвётся на части и маленькая Наташа кричит про себя, что все плохо. Нельзя сваливать свои проблемы на Тони, у него своя жизнь. Не нужно было приходить к нему. Господи, ну почему все так нелепо? И почему она разревелась? Разве ее не учили прятать эмоции за маской безразличия? -Наташа? -Старк стирает большими пальцами мокрые дорожки на щеках и устраивает у себя на коленях шпионку. Первоклассная убийца расклеилась прямо на глазах у изобретателя. Расскажешь кому - не поверят. -Хочешь остаться? -Тони гладит ее по волосам, пропуская сквозь пальцы горящие пряди. Наташе кажется, что она ослышалась. Но в глубоких карих глазах лишь тревога и теплота, такая всепоглощающая забота, что все сомнения отступают, оставляя неприятный осадок. Дышать становится легче, когда Старк накрывает ее одеялом, прижимая к себе, и так по-собственнически кладёт руку на талию, немного надавливая. Он нежно целует за ухом, раскидывая рыжие пряди по подушке, и шепчет глупые подбадривающие фразы, которые сейчас почему-то так помогают. Нат чувствует себя защищённой, прижатая спиной к его груди. Она поворачивает голову назад, устраиваясь в объятиях поудобнее. -Спасибо, -шепчет одними губами, накрывая своей рукой руку Тони. Губы Старка расползаются в знакомой мягкой ухмылке, когда он тихо шепчет: -Спокойной ночи, агент Романофф.