Разговоры с Ким Тэхёном

      Говорят, что супружеская жизнь скучная и однообразная, что быть холостяком намного лучше. Нет никаких ограничений, обязанностей, можно спать где угодно, с кем угодно и как угодно. Говорят, что и секса в браке нет, а если и есть, то дай бог (но я атеист) раз в месяц. И то, на пять минут, кончили и спать. Однако, я могу с вами поспорить. Когда мой друг вышел замуж (да, я говорю именно так), его жизнь кардинально изменилась, и, естественно, в лучшую сторону. Могу с вами поделиться моментами из его супружеской жизни, может найдете для себя полезную информацию.       Меня зовут Ким Тэхён. Усаживайтесь поудобнее, налейте себе вкусный чай/кофе, или что-то покрепче. Сейчас я буду вещать вам свой рассказ, надеюсь вам будет смешно и интересно меня слушать. Много времени это не займет, но если вы здесь, то думаю заинтересованы в общении со мной.       В общем и целом слушайте, рассказывать я буду про Чон Хосока и Чон Юнги (до брака — Мин Юнги, но взял фамилию мужа). Пара взрывная на все сто процентов. Смесь веселого Хосока и спокойного, на первый взгляд, Юнги, создают такой тандем, что и под наркотиками не придумаешь. Они отлично подходят друг другу, как Инь и Янь — дополняют друг друга.       Они познакомились ещё в подростковом возрасте, их отношения начались с обычной мужской дружбы, никаких чувств не было, но это только по началу. Чем старше они становились, тем яснее становились их чувства и они решили попробовать перейти на новый уровень отношений. Стоит ли упоминать, что они были первыми друг у друга? Думаю это и так понятно. Первым лишился «девственности», ой блять какой девственности, просто очко свое первое подставил, короче это был Юнги. Ему больше подходила роль пассивчика в их отношениях, однако это было только в сексе, в остальном, главным был Юнги. Он был старше Хосока, поэтому последний обожал называть его хёном, особенно во время горлового минета от старшего. Мммм, такой кайф. (Я не проверял, это Хосок рассказывал).       Юнги, конечно, думал над тем, чтобы нагнуть своего тонсена, однако пока тот не давался никак. Однажды, за бутылочкой виски (да они не пидоры какие-то коктейли пить), Хосок проговорил такую фразу, за которую ему так стыдно, что выть хочется.       Суть в том, что он сказал: «Я дам тебе на растерзание своё самое сокровенное место только после года отношений в браке», на минуточку они тогда встречались примерно полгода. Как вам такая фраза? Я тоже немного в ахуе был, когда мне Юнги рассказал. Вы можете сказать, ой, та это было по пьяне, они уже забыли и простили, но не будет Мин-на тот момент-Юнги, чтобы не записать данную информацию на диктофон, а Хосок то принципиальный, это Юнги тоже знает, Чон своё слово держит. Однако есть небольшая ремарочка, Чон не делал Юнги предложение руки и сердца. Тут как бы слово своё держит, но и замуж не зовёт. Хитро? Ещё как хитро.       НО! Юнги, не целка и не тёлка, чтобы плакать и ждать, когда ж его там позовут в ЗАГС, у него есть яйца, и я повторяюсь, это только в сексе он пассив, в жизни он более активный, поэтому он сам позвал Хосока замуж. Разве не мило, Хосок — жёнушка, а Юнги — муженёк. Вот только не муженёк ебёт жёнушку, а наоборот. Как бы, кому как нравится, дело каждого. Так я ушёл от сути истории, сорян.       После 8 месяцев отношений, Юнги просил руки и сердца Хосока, тот, естественно, согласился. Так как в Корее однополые браки запрещены, они полетели…бля я не помню в какую страну, короче будем считать в ту страну, в которой не очень дорого и однополые браки разрешены. И тут начался самый сок их отношений. Кто там говорил, что секс после брака это как дар божий? Ну значит только у него такая проблема, ибо у этой парочки начался такой трахтуризм, что вам и не снилось. Как-бы это тупо не звучало, секса в их жизни стало в разы больше, и он всегда был разнообразный, неожиданный, спонтанный, быстрый и медленный, так сказать на любой вкус и цвет. Разнообразия хватало, чтобы опробовать абсолютно каждый вид презервативов.       Но это не тот «спонтанный» секс, как у подростков, к которому вы всегда готовы и только и ждёте, чтобы вам вставили или вставить самому. Это не спонтанный, вы же сами понимаете.       В семейной жизни есть свои преимущества, например, можно не заморачиваться каждый раз над тем, что сначала свидание — еда — прогулка — и потом, может быть, секс. Тут всё просто — сразу секс. Наличие носочков на ногах добавляет какой-то шарм что-ли, а секс в гостях у родителей, пока те пошли в магазин за молоком для зятя, вообще взрывает бо́шку от адреналина. Вы можете сказать, что это банальность которая присуща и холостым людям, но это не так. Тут важен не сам результат — секс где-то ещё кроме спальни, а сам процесс, само желание, которое охватывает партнёров, та отдача с которой они желают уединиться несмотря ни на какие преграды.       Шо там по фразам: «Любимый, не приезжай ко мне я болею и плохо выгляжу», только в браке данная фраза теряет всю свою смысловую нагрузку. Не так ли? Вы же и так живёте под одной крышей.       Короче, вот уже год прошел после свадьбы и Юнги понял, что день икс как бы должен уже наступить, но что-то Хосок ни глазом не моргнёт, ни ручкой не помашет, даже попс свой вкусный на показ не даёт. Подозрительно, не так ли? Вот и Юнги так думал. Он уже хотел поговорить с мужем на этот счёт, но тут произошел коллапс — Юнги заболел. Вот так незадача, да?       Заболевание не серьезное, что-то с органами грудной клеткой, я не особо вникал в подробности, не моё это дело, как говорится, своих болячек хватает. Тем более сам Юнги не особо горел желанием рассказывать о подробностях своей болячки. (Но секс — это не болячка, о ней можно рассказывать постоянно).       Ходили они к врачу, назначение на лечение им выписали, всё как положено, по высшему разряду. Вот только дома уже Чон Юнги очень просил мужа поставить ему банки, тип мама так делала, аля народная медицина.       — Хоби, ну поставь мне эти банки, тебе что, трудно что-ли, ну пожалуйста, — Юнги прыгал вокруг мужа, как зайчик, толкнув при этом рукой об руку.       — Да твою мать, хватит прыгать вокруг меня, я из-за тебя кофе пролил, — Хосок злобно посмотрел на парня, который начал чуть ли не скулить от давящей ауры злого тонсена (шо, смахивает на омегаверс? давящая аура, бла бла, но нет, просто реально, когда Хосок злой, лучше к нему не подходить, сделать ему подношение в виде новых колонок или уникальной упаковки «спрайта», и не попадаться на глаза ближайшее дни, пока тот занимается новыми игрушками). — Я сколько раз тебе говорил, чтобы ты не прыгал вокруг меня, когда я держу в руках кофе? Это что, так сложно запомнить?       — Ну малыш, ну чего ты такой злой? Опять танцевальная дорожка не получилась? Или недотрах? — игриво подмигнул Юн на последнем слове.       — Это у тебя будет недотрах на неделю вперёд!       — Хосок! Ты что, серьезно?! Ты не можешь ограничить меня в сексе, — возмущения начали набирать обороты.       — О малыш, ещё как могу, ты что забыл, что это я твою задницу посещаю. И вот сейчас ей доступ закрыт за твоё поведение. И никакие возмущения тебе не помогут.       — Ну и ладно, — Юнги понимал, что спорить с мужем бесполезно. — Ну так хоть банки мне поставишь? — с надеждой в голосе поинтересовался старший.       — … — мыслительный процесс парня начал шевелить извилинами.       — Хоби, ты меня слышишь? Я говорю, ты банки мне поставишь?       — … Д-да поставлю. Иди готовь все принадлежности, я скоро прийду, — ой какой план то в голове появился. Мммм каеф.       Юнги, довольный положительным ответом, побежал в спальню доставать все принадлежности для такого случая, вот только он на радостях не уловил интонацию своего тонсена, и очень зря.       Сейчас я вам расскажу о каких банках говорил Юнги, вдруг кто-то не понял, ибо я спрашивал у Хоби, что это собственно за штука какая. Как сказал вышеупомянутый человек, это: медицинская банка, благодаря создаваемому в ней вакуума, присасывается к коже и, как принято считать, усиливает лимфо- и кровообращение в коже и более глубоко расположенных тканях и органах, что улучшает питание тканей, способствуя, в свою очередь, более быстрому излечению воспалений. Также предполагается, что такой массаж повышает тонус и эластичность мышц и упругость кожи.       Как говорил ему Юнги, банки ставятся на такие участки тела, которые отличаются хорошим мышечным и подкожно-жировым слоем (подключичные, подлопаточные, межлопаточные области и т. д.).       Пока Хосок пил свой почти разлитый кофе, Юнги готовился к процедуре. Он сходил в душ, чтобы всё тело было чистым.

***

      Для проведения данной процедуры необходимо следующее оснащение: вазелин (его Юн забыл купить, поэтому взял смазку), спирт этиловый 70° (ну в аптеке купил заранее, продуманный парень), банки медицинские, спички; пинцет (также заранее отобрал у соседки), вата, полотенце.       Когда Юнги всё это подготовил и разложил на столике возле кровати, он пошёл в другую комнату в поиске мужа, ибо на имя тот не откликался. Оказалось, что тот ушёл к себе в студию работать.       В общем настало время медицинского осмотра и становления банок.       Юн ложится на живот, повернув голову в сторону и обхватив подушку обеими руками. Для правильности расположения спины. Хосок, продумывая свой план в голове, завязал мужу руки в изголовью кровати.       — А зачем ты мне руки крепишь? По инструкции такого не нужно делать.       — Так надо для надёжности, чтобы не дёргался лишний раз, — ой как хорошо, что Юнги не видит выражение лица Хосока, ой как хорошо.        Хоби сел мужу на бедра, упираясь пахом ему в ягодицы. Заманчивая поза, не так ли?       — А что, вазелин ты не нашёл? — взяв смазку, Чон начал наносить ее на спину мужа тонким слоем. Параллельно делая лёгкий массаж, разминая мышцы и связки мужа. Сделал специальный фитиль (из ваты и пинцета). Сам фитиль смачивается спиртом, поджигается и помещается в банку на 0,5—1 с. Это необходимо для прогревания банок. И затем приложил банку к коже (пламя наполняет банку тёплым газом, давление которого снижается при охлаждении до комнатной температуры, и кожа втягивается в банку, приобретая затем ярко-красную или багровую окраску).       — Милый, а оно так и должно быть, да? — Юнги явно чувствовал как горячие банки присасывались к его коже, а в особо чувствительных местах от соприкосновения кожи с банкой, он издал лёгкий вздох. Не стон, конечно, но тоже приятно для ушей. Хосок имел фетиш — стоны, вздохи, мычания мужа возбуждали его.       — Не уж то ты там возбудился?       — Н-нет, т-тебе п-показалось, — и опять вздох, уже более похожий на стон, который был приглушен подушкой.       Чон слегка надавил своими бёдрами на бедра мужчины, создавая лёгкие толчки. Они не прекращались, а только увеличивались, с ещё бо́льшей амплитудой, более медленные, тягучие, тразнящие.       — Хоб~а, а что ты сейчас делаешь? — о да, притворится глупой «омежкой» в самом репертуаре Чона. Тип не понял, значит не дал сигнал для действий.       — Я? — толчок, — ничего, — толчок, — не делаю, — опять прошёлся уже чуть твердым органом по ягодицам мужа, — я просто пытаюсь найти более удобное положение, или тебе что-то не нравится?       Чон не мог сказать, что ему не нравится, ещё очень даже нравится. Но не всё так просто. Он же неподвижен, так ещё и руки скреплены. Вообще ни как не может шевелиться. Какой тут может быть секс, и вообще то его тут лечат, банки ставят, как-то вообще не сексуально выглядит.       По правилу, следующим этапом следует накрыть одеялом и лежать так 10—25 минут. Снимаются банки поочередно путём отклонения банки в сторону и придавливанием кожи у края банки пальцем. После снятия всех банок кожа протирается ватой или марлевой салфеткой.        — Малыш, ты же понимаешь, что ты сейчас немного неподвижен? — Хосок проговорил эту фразу низким, хриплым голосом, куда-то в районе уха мужа, при этом проезжаясь стояком по ягодицам.        — И ч-что это з-значит? — говорить было сложно, уж слишком приятные ощущения. Вся спина была усеяна горячими банками, любимый человек сидел на твоих бедрах, упирался своим стояком и дразнил, просто бессовестно дразнил и возбуждал.       Хоби слез с мужа и начал снимать с него домашние штаны, при этом приподнял за бедра мужчину, чтобы тот встал на колени и поспособствовал снятию лишней одежды.        — Хоб~а, ты что делаешь? Я же не могу двигаться, — Юнги стоял на коленях и рефлекторно прогнулся в спине (да, это их самая любимая поза), — ты же не собираешься заняться со мной сексом, напоминаю ещё раз, для особо слепых, я неподвижен.        — Так в этом и есть вся прелесть, любимый. Я могу делать с тобой всё что хочу на протяжении 25 минут, пока на твоей спине банки. Ты весь мой на это время, — Хоби прошёлся ладонями по ягодицам мужа и чуть развёл их в стороны и прошёлся языком по гладкой ложбинке мужа.        — Аххх, — Юнги простонал с голос от такого действия мужа. Римминг всегда был одним из самых чувствительных видов секса в их половой жизни.       Хоби вылизывал мужа быстро, но качественно. Он мог бы этого и не делать, время то и так ограниченно, но ведь от этого только интереснее. У него всего 25 минут. 1500 секунд, чтобы несколько раз довести своего мужа до оргазма. И он этого добьется, ведь знает каждую точку на теле любимого мужа. А доставить мужу удовольствие — основная задача для Хосока на данный момент. Когда человек передаёт свою любовь через ласки, прикосновения, поцелуи,       Одной рукой он крутил левый сосок, сжимая и прокручивая между двумя пальцами, не жалея их. Второй рукой мял ягодицы и ласкал пальцами пульсирующее анальное отверстие, при этом не прекращал свои манипуляции языком. Зная каждую точку на теле любимого человека, ты не просто доставляешь ему физическое удовольствие, но и ментальное, духовное, психологическое, называйте как хотите, но это факт. Секс — это не только движения туда-сюда, секс в первую очередь в голове, через могз проходят все импульсы и только потом отдаются по нервным окончаниям по телу в мышцы. Если ты не занимаешься сексом с человеком на уровне мозга, то и ни о каком физическом наслаждении речи быть не может.       Любовь между Хосоком и Юнги на каком-то ином уровне, они любят свои тела, они любят тела друг друга, но самое главное — они любят внутренних людей, душу партнёра, а это дорогого стоит.        — Мой малыш такой сладкий, такой вкусный, — Хоби знает, что Юнги обожает, когда его хвалят во время секса, он плавиться от таких слов и его член дергается на каждое слово. — Ты каждый раз отзываешься на мои желания и прихоти, ты хочешь получить ещё больше ласки от меня, и ты её получишь, — мозг Юнги не знает на что его реагировать сильнее: на стимулирующие соски, на язык, проникающий с каждым толчком всё глубже и глубже, или на голос любимого, на его похвалу. Уже слишком много всего, хочется прикоснуться в ответ, хочется поцеловать такие желанные губы, хочется стонать над ухом, хочется ощутить член внутри себя. Слишком много хочется, однако наружу выходят только не связные между собой слова: «п-папочка…ахх…п-пожал-луйста…п-пап-почка».       Спустя долгих, по мнению Юнги, пять минут, Хосок оторвался от своего занятия и навис над мужчиной, обдавая своим дыханием мочку его уха и начал тихо стонать в него и толкаться пахом прямо в ягодицы мужа, но стояк был прикрыт одеждой, что несказанно расстраивало Юнги, настолько, что у него потекли первые слёзки. Да, Юнги очень чувствительный во время секса, всегда такой разнеженный, просящий и желанный. Он не может контролировать свои эмоции, нет Хосок не садист, чтобы доводить любимого до слёз, но его малыш такой прекрасный в такие моменты, что Чон тихо ликует внутри себя от поведения старшего.        — Ты такой нежный, ты заводишь меня своими стонами. Ты так хорошо принимаешь мои пальцы, — Хоби ввёл сразу два пальца, не боясь навредить старшему, ведь прекрасно знает, что тот любит погрубее, — так приятно сжимаешься вокруг них, твой член так и просит, чтобы на него обратили внимание, — Хосок резко берется за член старшего, начиная медленно надрачивать ему и такт своих толчков. Попав по простате почти с первого раза, Хо не прекращал свои поступательные движения, при этом добавив третий палец, — ты течёшь как сучка. Кончи для меня, малыш.       Юнги не мог спокойно соображать, его простата так хорошо стимулировалась, его член получал необходимое давление, слова мужа возбуждали ещё больше, Юн мог только громко стонать и подмахивать рукам мужа, — Хоб-а, я не смогу, я — я не смогу.        — И как это ты не сможешь? Разве я плохо стимулирую тебя? Разве папочка плохо всё делает? — Хо знает, на какие «точки» нужно надавить.        — Н-нет папочка, это не так, ты, — опять стон от новой разрядки, — ты хорошо меня… — Юнги еле шевелит губами, ибо из его уст выходят только стоны.        — Давай, малыш, ты должен кончить, иначе я не трахну тебя сегодня, — от такой угрозы и томного голоса над ухом, быстро двигающейся руки на члене и в заднице, Чон бурно кончает на кровать и всхлипывает от полученного оргазма и уже хочет упасть на кровать, но сильные руки мужа не дают этого сделать. — Ну-ну-ну, куда ты падаешь, мы еще не закончили. Прошло только 15 минут, а у меня ещё 10 минут в запасе.        Юнги издал что-то похожее на стон или вздох, непонятно, но явно не особо доволен ответом мужа, — давай может закончим? — он выдохся, он слишком быстро устал. Приятная нуга распласталась по всему телу, банки давали свой эффект — полное расслабление спину и тела в целом, быстрый оргазм был как дополнительный бонус.        — Как я могу закончить? Я же говорил, что ты полностью в моей власти, — Хоби отошел от кровати, на которой лежал Чон и снял с себя одежду, громко выдохнул, когда по сочащемуся члену прошелся легкий холодок и он вернулся на своё законное место и добавил несколько капель смазки и начал медленно входить в своего мужа, попутно целуя каждый участок кожи, до которого может дотянутся, в качестве извинения за некую грубость. Они не всегда пользуются презервативами, тем более стабильно проходят мед.осмотр во избежание проблем со здоровьем.       Хосок по началу был медленным и аккуратным, но уже спустя минуту, получив подталкивающие движения бёдер старшего, перешел на более жёсткий, грубый темп. Он не гнался за скоростью проникновений, нет, он делал акцент их глубине и четкости попадания по нужным нервным окончаниям. Доставляя колоссальное удовольствие, в первую очередь своему партнеру, а в последующем и себе. Ведь нет ничего прекраснее, чем доставить удовольствие своему партнеру.       Спустя отведенных 10 минут, Юнги опять кончает на постель, получая второй оргазм за вечер, так сильно сжимая член мужа в себе, что последний изливается во внутрь, не успев вытащить.       Хо, не выходя из мужа, снял все банки по спину Юнги, поцеловал каждый кружок на теле и только потом аккуратно вышел, и лёг рядом, обнимая мужа в своим телом и одеялом. начал много-много целовать и говорить всякие нежности, которые только в голову придут. Он всегда становится слишком нежным после оргазма, желая отдать всю свою любовь и заботу второй половинке.       — Я очень сильно тебя люблю, — Чон шептал это на ухо мужу и целовал в висок.       — Настолько сильно, что разрешишь мне быть сверху? — Юн посмотрел своими глазками, как у котёнка, хлопал ресничками, его щечки были розовенькими от смущения и недавнего секса.       — Не ну ты имей какие-то границы, малыш, — Хосок рассмеялся и прижал к себе, брыкающегося мужа.

Может когда-нибудь, я дам тебе то, что ты желаешь…

Это была короткая история одной замечательной пары. У меня есть ещё много рассказов, про данную парочку, а также про семейство Кимов и вторых Чонов, но это уже в следующий раз, ты маякни, как захочешь послушать меня и я обязательно поболтаю с тобой. С любовью, ваш Ким Тэхён.