за белой вуалью

Перед глазами лениво плыл густой туман. Сквозь его непроглядную толщу едва проходил свет. Постепенно молочная дымка расходилась, превращаясь в солнечные лучи, что мягко ласкали взор. Будто за тонкой белой вуалью виднелось бескрайнее голубое небо, застланные травой поля и могучие горы. Вблизи стояло одинокое дерево изящной сакуры, а под ней вырисовывался силуэт, подобный свету. Ветер разносил розовые лепестки, кружа их в медленном танце. Казалось, воздух ведал, как нежен вишневый цвет, а потому касался бережно, с вниманием. Силуэт под деревом становился все точнее и точнее, вылепляясь, подобно скульптуре, в образ прекрасного юноши в красном. Локоны цвета зелени обрамляли безмятежное лицо незнакомца. Веки его были мирно прикрыты, будто в глубокой дреме. Ветер крепчал. Зеленые пряди слабо колыхались, напоминая ивовые ветви. Глаза юноши медленно раскрылись. Он плавно повернул голову в сторону безмолвного наблюдателя. Тепло янтарных глаз казалось ощутимым. Юноша улыбался. Улыбался нежно, подобно лепесткам сакуры.

***

– Казуха, – коротко позвал мужской голос. – Казуха! – А? – парень перевел взгляд полуприкрытых глаз на друга. – В облаках витаешь. – протянул Горо. – Просто думаю. – Что-то случилось? – Нет, нет... – Казуха ободряюще улыбнулся. – Мне просто приснился хороший сон. – Настолько хороший, что ты весь день его из головы выкинуть не можешь, – Горо прищурился, вдруг расплываясь в довольной улыбке. – Расскажешь? – Нет уж, жуй свой обед. – Но мне интересно! – Обойдешься. – закрыл тему Казуха, посмеиваясь. Улица встретила Казуху приятной свежестью летнего вечера. Парень возвращался домой, и люди вокруг тоже куда-то спешили: кто-то шел в скою квартиру, кто-то, вероятно на работу, а кто-то просто гулял. Казуха все никак не мог выбросить из своих мыслей сегодняшний сон. Когда он думал о нем, в голову то и дело приходило слово "сливочный". В памяти всплывали красивые черты лица незнакомца, отчетливые, как наяву. Парень по неведомой причине ясно ощущал, что та улыбка была особенной. От этой мысли на душе почему-то становилось теплее. Потерявшись в своих мыслях, Казуха не заметил, как врезался в прохожего. Тот тихо охнул и тут же продолжил свой путь. – Простите! – воскликнул Казуха. Он опустил взгляд под ноги и увидел упавший наушник. Быстро заключив, кто являлся владельцем, парень поднял пропажу и обернулся. – Подождите, пожалуйста! – крикнул уходящему незнакомцу вслед Казуха, переходя на быстрый шаг. Парень остановился и с почти неуловимым удивлением посмотрел на зовущего. Тот резко замер. Перед ним стоял... парень из сна? Глаза его были не такими яркими, а волосы и вовсе черными, но те черты лица невозможно было спутать с кем-то другим. – Ох, – вдруг Казуха осознал, что молча пялится на парня, который видит его впервые. Он протянул ладонь, в которой лежал наушник. – Вы обронили. Недоверие в чужих глазах сменилось чем-то иным, чем-то, что Казуха был не в силах понять. Было видно, как юноша слегка замялся в раздумьях. – Спасибо. – тихо проговорил незнакомец. Он спешно забрал пропажу, слабо кивнул головой в благодарном жесте и развернулся, продолжая свой путь. Казуха смотрел ему в спину еще пару мгновений. «Может, показалось?»

***

Яркий свет софитов немного резал чувствительные глаза Казухи своей живостью, бас музыки приятными волнами разливался в грудине. Умело уворачиваясь от толпы, парень прошел к барной стойке, усаживаясь на высокий стул. – О, прелестнейшая из женщин, – с театральным обожанием проговорил Казуха. – Моя неповторимая госпожа Бэйдоу! – Сколько раз еще повторить? – женщина резко развернулась с нарочито недовольным выражением лица. – Не буду я тебе бесплатно наливать, придурок! – Да ладно тебе... – с довольной улыбкой на лице парень уложил подбородок на собственную ладонь, по-кошачьи щурясь. – Чего надо? – Коньяк мне налей. – Мой мальчик вырос? – Иди ты! – рассмеялся Казуха. – Чего полуголый ходишь? – спросила Бэйдоу, подбородком указывая на несколько расстегнутых пуговиц чужой рубашки. – Мне совсем раздеться? – Забудь! – фыркнула женщина, отворачиваясь к бутылкам. – И перестань переиначивать мои слова. – Я подумаю над этим, если ты нальешь мне за свой счет. – Казуха прожигал чужую спину взглядом, выводя указательным пальцем круги на поверхности стойки. – Ты такой наглый стал. – Есть в кого. – усмехнулся парень, прикусывая кольцо на губе. На соседний стул вдруг села черная фигура, чьи рваные движения зацепили боковое зрение Казухи. Он обратил взгляд на гостя, с удивлением подмечая, кто именно снова попался ему. – Это в кого же? – Бэйдоу с громким звуком поставила бокал перед другом. – Да есть тут одна дама, уверен, ты ее знаешь. – Ну-ну, как же... Казуха уже не слушал свою подругу, то и дело посматривая на парня справа. По тому, как он держался, было трудно не заметить, что пришел он сюда не по собственной воле. Такая обстановка была чужда гостю. Он с вниманием рассматривал свои ладони, нервно трогая ногти и хрустя пальцами. – Тебе некомфортно? – обратился к незнакомцу Казуха, делая глоток из своего бокала. – Не люблю подобные места... – после недолгого молчания выдавил из себя брюнет, не смотря на собеседника. – Какое совпадение, – широко улыбнулся Казуха, одаривая юношу хитрым взглядом. – Я тоже. Незнакомец вздохнул, неспешно поворачивая голову. Теперь Казуха не сомневался, что парень, сидящий перед ним, тот прохожий, в которого он врезался некоторое время назад, и образ из сна – один человек. – Что же Вы... – брюнет остановился на секунду, о чем-то задумавшись. Взгляд его стал рассеянным. – Ты... Что ты тут делаешь в таком случае? – Госпожа бармен, – начал Казуха, кивая куда-то по направлению к Бэйдоу. – Она моя хорошая подруга. Люблю иногда заходить сюда, чтобы проведать ее. Губы незнакомца почти незаметно дрогнули, но Казуха сумел уловить перемену. Осознавать это было так захватывающе, что ему пришлось сдерживать себя изо всех сил, чтобы не начать улыбаться как последний умалишенный. – А ты-то что тут забыл? – Моя... – парень потупил взгляд в пол. – Моя сестра любит клубы, но ходить одной опасно, поэтому я пошел с ней. Правда, делать мне тут нечего, еще и атмосфера дискомфортная. – Похоже, она многое для тебя значит, – ласково отозвался Казуха. Он сделал еще один глоток и полностью развернулся к собеседнику. Опершись обеими руками на край барного стула, Казуха слегка наклонился. – Мне оставить тебя в покое или, напротив, составить компанию? Губы брюнета слегка разомкнулись в удивлении, казалось, что на секунды на его лице появилась краска. Хмыкнув, он поднял усталый взгляд на говорящего. Светлые волосы незнакомого ему парня касались плеч, несколько прядей спадали на лицо. Усталый взгляд встретился с выжидающим. – Останься, пожалуйста. – вдруг тихонько выпалил брюнет, отворачиваясь. – Твое имя? – спросил Казуха, наслаждаясь полученным ответом. – Сяо. – не сразу отреагировал юноша. – Красивое, – проговорил блондин, в мыслях заключая, что тому подходит. – Приятно познакомиться, Сяо. – А ты? – Казуха. – Рад знакомству... – Сяо понемногу расслаблялся. – Учишься? Работаешь? – Работаю. Я татуировщик. – Да ну? – вдруг подорвался Казуха. – Могу я посмотреть твои работы? И записаться на сеанс, если это не проблема... – Нет! – оживился брюнет. – Вовсе нет! Это не проблема... Дай мне свой телефон, пожалуйста. Казуха выпрямился, пытаясь вытащить смартфон из кармана узких штанов. Сяо терпеливо рассматривал чужую черную рубашку, поднимаясь от талии по вырезу к шее и цепляясь взглядом за кольцо на нижней губе. – Вот, держи. – Благодарю, – Сяо живо принял разблокированный телефон, тут же что-то тыкая на экране. – Вот, это мой профиль. Напиши мне по поводу сеанса позже. Брюнет аккуратным движением вернул телефон хозяину. Казухе от этого простого жеста хотелось провалиться под землю. – Обязательно, – ответил он с благодарностью, счастливо улыбаясь. Казуха вдруг снова вспомнил сон, образ зеленоволосого юноши в красном ханьфу и его нежную, точно вишневые лепестки, улыбку. Парень перед ним был таким же, хоть и выглядел иначе. Тусклый усталый взгляд, синева под глазами, хмурый вид... Но если бы он улыбнулся, Казуха точно провалился бы под землю в тот же момент, потому что в мире не было бы ничего более драгоценного, чем счастье этого человека. – Что-то не так? – запереживал Сяо, ощущая, как нагло на него пялятся. – А... – опомнился Казуха, смотря в чужие глаза. – Это подводка? Сяо безмолвно захлопал глазами на столь неожиданный вопрос, заметно смутившись. – Тебе очень идет. – тут же добавил Казуха. – Да, я подвожу глаза иногда... – с трудом проговорил Сяо. – Это идея сестры, она тоже говорит, что мне идет. – Отдаю ей должное, выглядит потрясающе. – хитро улыбнулся Казуха, облокачиваясь на барную стойку. – Не хочешь потанцевать? – Нет уж... Не мое это. – Хорошо, хорошо, – рассмеялся блондин, всматриваясь взглядом полуприкрытых глаз в чужие черты лица. В голову ему пришла одна интересная мысль. – Не хочешь безе? – Здесь подают безе?.. – поинтересовался Сяо, хмуря брови. – А тебе хочется? – Я не фанат, но если ты угощаешь, то не откажусь. – Я запомню. – заговорщически ухмыляясь, сказал Казуха. – Может, выйдем ненадолго? Подышишь свежим воздухом. – Хорошо. Свет ночного города освещал улицы и прятал от сонных горожан небо. Теплый ветерок пробежался по дорожкам, любовно касаясь всех, кто попадался ему на пути. – Куришь? – спросил Казуха. – Нет, а ты? – Иногда. – Собираешься сейчас? – Нет, ты ведь рядом, – твердо ответил Казуха. – Не хочу, чтобы ты дышал дымом, мы же вышли ради воздуха. Сяо посмотрел на собеседника лицом, которое выражало эмоцию совершенно непонятную. Наверное, он и сам не совсем понимал, что чувствует. – Мне уже надо идти, а тебе нужно было освежиться, Сяо. – Уже уходишь?.. – слегка расстроенно проговорил брюнет. – Если бы у меня был выходной завтра, я бы обязательно остался здесь, – сказал Казуха, мягко улыбаясь. – С тобой.

***

В студии Сяо было на удивление светло. – Привет, – с порога поздоровался Казуха. – Столько времени прошло с нашей последней встречи. – Это ты, – Сяо спешно встал со своего места, заметно оживляясь. – Сначала нужно уточнить кое-что с эскизом. – Как скажешь. – Присаживайся пока, хочешь чаю? – С безе? – игриво поинтересовался Казуха, тихонько посмеиваясь. – Тебе нравится безе? – Да, – усевшись в небольшое креслице, блондин оперся на ладонь и странно поднял брови. – Я люблю безе. – Вот как... – заключил Сяо, не понимая, почему Казуха выглядел таким по-детски довольным. – Не хочешь прогуляться после работы? – О чем ты... – Я подожду, если понадобится. – Я... – Сяо вдруг затих, заканчивая приготовления эскиза в нескольких размерах. – Я подумаю. – Хорошо, – Казуха облегченно вздохнул. – От чая, пожалуй, откажусь. – Итак, ветвь клена на ключице. – Как тебе затея? – проговорил Казуха, вставая и неторопливо расстегивая свою белую рубашку. Вещь легко скользила по плечам к ладоням, струясь по коже. – Давно хотел. – Нравится, – запнулся на полуслове Сяо, наблюдая за действиями собеседника. – Буду рад поработать. – Я рад. – ответил Казуха, кокетливо улыбаясь. Плавными движениями рук он собрал волосы в хвост и уселся перед Сяо, выжидающе прожигая того взглядом. – Ты хочешь тату отсюда, – Сяо крайне аккуратно, будто боясь навредить, коснулся чужого плеча и с осторожностью прошелся пальцами чуть дальше по ключице к шее, отмечая вторую точку. – Досюда. – Да. Сяо с особой внимательностью вбивал краску в кожу. Иногда он по случайности наклонялся слишком низко, но тут же одергивал себя. Казуха рассматривал чужое сосредоточенное лицо, которое изредка становилось неожиданно смущенным, а затем еще серьезнее, чем до этого. Блондину нравилось наблюдать. Мастеру пришлось остановиться, когда в студии заиграл рингтон чужого телефона. Казуха бросил виноватое «Прости за это», отвечая на звонок. – Алло? – Каэдэхара, черт бы тебя побрал! – высокий мужской голос по ту сторону линии был неожиданно громким. – А, это ты. – Что это еще за отношение?! – звонивший становился все недовольнее с каждым произносимым им словом. – Я занят, отвали. – Где тебя носит, незыблемый ты идеал коллеги? – Я взял отгул, не нуди. – Да что ты говоришь! – Все, давай, – хихикнул Казуха. – Передавай Горо «привет» от меня. – Ты... – звонок прервался. – Коллега? – неуверенно поинтересовался Сяо. – Да, любит мне мозги повыносить, – ответил Казуха, убирая телефон. – Чудо, одним словом. – Вот как... – брюнет умолк, кусая губы. – Так твоя фамилия Каэдэхара? – Да, – ответил Казуха с довольным видом. – Нравится? – Она красивая. – Хочешь примерить? Сяо совсем опешил, одарив блондина взглядом, полным искреннего непонимания. Однако лицо Казухи было настолько серьезным, что парень начал сомневаться, правильно ли он понял вопрос. Убедившись, что над ним не шутят, Сяо тяжело вздохнул. – Каэдэхара Сяо... Звучит так себе. – И правда, – задумался Казуха. – Как же ты жить-то будешь? Сяо вопросительно поднял брови, на что блондин отмахнулся: – Мысли вслух. – Я рад, что ты все-таки надумал прогуляться. – Сестра говорит, что мне нужно больше общаться не только с близкими. – Ого, и поэтому для этой ответственной роли ты выбрал меня. – Мне с тобой комфортно, поэтому... – Сяо скривил губы, смотря куда-то в небо. – Да. – Сочту за комплимент. – Это он и есть... – Сяо слабо улыбнулся. Для Казухи видеть такую перемену было сравнимо с возможностью увидеть падающую звезду посреди темного атласа неба. Подобно чуду. – Я так и не спросил, чем ты занимаешься? – Сяо съежился от дуновения ветра, возвращая лицу привычное холодное выражение. – Я работаю в издательстве. Мне нравится работать с текстами. – Звучит удивительно... – Ты мне льстишь, – усмехнулся Казуха. – Твоя работа тоже удивительна. Сяо промолчал и коснулся кончика своего носа. Холодный. – Тебе идет кольцо. Казуха с удивлением повернул голову к Сяо, затем неожиданно робко отвернулся. Он быстрым движением руки коснулся своей нижней губы, привычно нащупывая украшение. – У меня тоже есть. – вдруг Сяо сам повернулся к Казухе. Сначала он убрал с лица прядь волос, показывая пробитую правую бровь, затем открыл обзор на левое ухо с несколькими кольцами и цепочкой. – Вау... – Казуха впервые ненадолго сконфуженно затих, не сумев подобрать слов. – Я в восторге. – Спасибо. – Покажешь мне потом свою тату? – Да, покажу. – Ты довольно непредсказуемый, знаешь? – От непредсказуемого слышу, – вдруг улыбнулся Сяо. – Не забудь, что ты должен прийти ко мне для фотоотчета, когда тату заживет. – Дашь мне свои личные контакты? Рабочий профиль меня не устраивает. – Собрался писать мне сообщения день и ночь? – Как ты догадался?

***

Пасмурная погода радовала своей прохладой, давая возможность дышать. Тем временем, Казуха сидел в офисе, имея рядом лишь окно – кусочек свободного ветра, возможность слушать плач дождя. – Алло? – Привет, Сяо, – удовлетворенно ответил Казуха. – Так ты свободен сегодня? – Да. – Тебя точно не затруднит прийти в район моего офиса? То кафе может подождать... – Не вздумай, – перебил его Сяо. – Я обязательно приду. – Знаешь, мое имя из твоих уст слышать особенно приятно. – Иди работай. – Так это он сегодня бросил трубку? – спросил Горо. – Так ему и надо! – вмешался тот самый громкоголосый «парень-чудо». – Замолчи, – Казуха закрыл уши ладонями, притворяясь, будто ничего не слышит. – Ты смущаешь Сяо своими речами. – Это тебе Хутао сказала? – Ты... – Я совершенно не удивлен, вы ведь лучшие друзья... Меня просто убивает тот факт, что она сестра Сяо. – А теперь заткнись ты и послушай умного человека! – А это мысль, пойду позвоню Хутао. – Ах ты, чертов... – Дождь сильнее пошел. – резко сменил тему Горо, смотря на окна. – Да там ливень, – улыбнулся Казуха, вслушиваясь в дробь капель по стеклу. – Вовремя, как раз к концу рабочего дня. – Там кто-то мокнет, зря без зонтика вышел. Казуха подошел ближе к стеклу. Мир затих. Спустя мгновение до него дошло. – До встречи, ребят, – быстро бросил он на прощание коллегам, выбегая на улицу и на ходу раскрывая зонт. Под ливнем стоял Сяо, промокший до нитки, замерзающий. – Господи, – облегченно выпалил Казуха, добежав до друга. Забрав из чужих дрожащих рук какой-то пакет, он наконец посмотрел в лицо напротив. Он тихо начал: – Сяо, ты стоял под дождем, потому что не захотел заходить в мой офис из-за людей? Брюнет опустил взгляд на землю, шмыгая. По его щекам текла подводка, а с волос капала вода. – Я все понимаю, – Казуха бережно обнял друга, прижимая к себе. – Я живу недалеко отсюда, я говорил... Тебе нужно согреться и высушить одежду, пойдем. – Я хотел увидеться с тобой. – Я тоже очень хотел, Сяо. Я тоже... Казуха ловко отпер замок входной двери, пропуская Сяо вперед. – Я принесу что-нибудь из своей одежды. – проговорил он, ведя замерзшего друга за руку на кухню. Оставив пакет на столе, Казуха поспешил выйти из комнаты. – Ничего, если я дам рубашку? – донесся издалека его голос. – Ничего! – крикнул в ответ Сяо, снимая черного цвета водолазку. – Вот, – вернулся Казуха с рубашкой в руках, протягивая ее другу. – Надевай пока, я повешу твои вещи сушиться и еще принесу штаны. Сяо рассматривал рубашку в своих руках. От нее приятно пахло кондиционером. Казалось, ванильным. – Ты хотел посмотреть мою тату. – проговорил Сяо, слабо сжимая в руках рубашку. – В другой раз, – донеслось из другой комнаты. – Сейчас тебе нужно согреться. Сяо тихо хмыкнул, накидывая на себя рубашку. Его замерзшие пальцы с трудом двигались. Вскоре вернулся Казуха с сухими штанами и полотенцем в руках. Увидев, что Сяо не может застегнуть пуговицы, он положил чистую одежду на стол к пакету и подошел ближе к парню, укладывая полотенце на темноволосую макушку. – Садись, – сказал Казуха, указывая на высокий стул у столешницы. Лицо его выражало беспокойство. – Руки не согрелись еще, да? Задав вопрос, блондин потянулся к пуговицам чужой рубашки. Застегнув одну за другой, он остановился на верхних и посмотрел Сяо в глаза. Во взгляде Казухи читалась забота, за которой плескалась искренняя нежность. Губы его постепенно растягивались в улыбке, на лице появлялся слабый румянец. Казуха трепетно коснулся чужого лица, вытирая потекшую подводку. Сяо стало чуть труднее дышать. – А что за пакет? – спросил Казуха, вспоминая, что нес что-то. Брюнет охнул и повернулся к столешнице под пристальным взглядом друга. Взяв пакет, он достал оттуда коробку. Внутри оказалось безе. – Ты говорил, что хочешь, вот я и... – Сяо не договорил, увидев, как Казуха закрыл лицо руками. – Сяо, это... – блондин рассмеялся, забирая из чужих рук коробку и отставляя ее на столешницу позади. Закусив губу, он наконец успокоился. – Знаешь ли ты как переводится «безе» с французского? Сяо перед ним в этот момент выглядел невинным, словно маленький ребенок, у которого спросили чересчур сложный вопрос. Он слабо повертел головой в отрицательном жесте, на его лице отразилось непонимание. – «Поцелуй». – тихо проговорил Казуха, укладывая ладони на стул по бокам от чужих бедер. – Так ты... Все это время... – растерянно начал Сяо, на что блондин с довольной улыбкой на лице кивнул. – А по-человечески сказать не судьба была? – Разве ж это интересно? – ответил Казуха, наблюдая за разливающейся по чужому лицу краской. – Ты такой... – Романтик. Сяо недовольно фыркнул, пряча глаза от чужого взгляда. – Тогда могу я... – брюнет тяжело вздохнул прежде, чем продолжить. Сердце его стало слишком громким. – Получить свое безе? – Ты же сам его купил. – ответил Казуха, убирая полотенце с чужой головы. – Да не об этом я, идиотина. – Вот как, – устало-нежно протянул Казуха, заправляя темную прядь волос за ухо. – Можешь. Сяо неуверенно подался вперед, робко накрывая чужие губы своими. Касание это было таким нежным и мягким, казалось, совсем невесомым. Не открывая глаз, юноша немного отстранился. От чужой кожи слабо пахло сандаловым деревом. Казуха любовно рассматривал мирное лицо напротив, подмечая небольшие перемены. В памяти скользил цветущий образ из сна. Блондин встал еще чуть ближе, устраиваясь между чужих бедер. С особой осторожностью он коснулся щеки Сяо, увлекая того в еще один поцелуй: ласковый, более уверенный и долгий. Другой рукой Казуха обнял чужую спину, прижимая парня вплотную к себе. Отстранившись, он еще раз осмотрел чужое лицо и тихо рассмеялся. – Почему ты смеешься? – Потому что ты милый. – Не вижу связи! – обиженно возразил Сяо. – Ты тоже милый... На лице брюнета расцвела радостная улыбка, такая, какой Казуха еще не видел: самая теплая и светлая среди всех подаренных ему Сяо. Улыбка, сравнимая со сном. – Твоя улыбка похожа на весну, – прошептал Казуха, касаясь своим лбом чужого. – На мой самый счастливый сон.

***

Теплый весенний ветер убаюкивал. Казалось, он согревал даже сердце. Что-то вдруг коснулось расслабленного лица Казухи. Парень распахнул глаза, медленно убирая с щеки лепесток сакуры. Неподалеку стояло само дерево, а под ним – юноша из сна. Он как и когда-то давно умиротворенно вслушивался в шепот ветра, прикрыв глаза. Почувствовав пристальный взгляд, он улыбнулся. Той самой нежной улыбкой, сравнимой с вишневым цветом. – Иди сюда. – проговорил Сяо, смотря на лежащего на траве возлюбленного. Глаза его уже не были янтарными, но по-прежнему согревали. Казуха неторопливо встал и сделал несколько шагов вперед, не сводя влюбленного взгляда с парня. Он коснулся чужого предплечья и проскользил ладонью вниз. Казуха переплел их пальцы и поднес чужую кисть к своим губам, оставляя короткий поцелуй. – Знаешь, однажды ты мне снился. – Неужели ты не видишь меня каждую ночь во снах? – с наигранным удивлением спросил Сяо. – Это было до нашего знакомства, – ответил Казуха. – Ты был в красном. Если подумать, это свадебный цвет. – К чему ты ведешь? – Выйдешь за меня? Сяо резко посмотрел на парня в удивлении. Он сморщил нос и скривил губы, притворяясь недовольным. – Ты же знаешь, что я не могу тебе отказать. Ни сейчас, – Сяо поднял голову, всматриваясь в чистое лазурное небо. – Ни тогда во сне.