Горечь расставаний

Фостер беззвучно плачет, смотря на себя в большое зеркало. Тушь потекла, глаза красные и опухшие от слез, под ними залегли  тени. Софи знает, что такое непозволительно долгое нахождения в ванной взволнует Сандора, а за ним и родителей. Но она не может успокоиться, но ведь стоит хотя бы попытаться? Она делает глубокий вдох, дабы медленно и спокойно выдохнуть.  Но вновь срывается на плачь, прижимая руки к груди. Она крепко зажмуривает глаза, пытаясь отогнать болезненные образы, но в голове так и бьется: "Софа, Софа, Софа". И все назойливым, но таким родным голосом Тэма. Он называл ее русским вариантом имени, ведь ему так нравилось. Да и ей тоже. Только вот, ее больше никто так не позовет... Сонг решил прервать связь, такую неправильную, и опасную, для них обоих. Опять тихий всхлип, Фостер часто моргает глазами. Ресницы подрагивают, из-за чего с них вновь и вновь падают капли слез. Почему все так? Почему он ушел именно тогда, когда стал так нужен...  Софи присаживается на пол, от неосторожности ударяясь коленками об кафель. Она старается не плакать, вытирая слезы с щек, тыльной стороной ладони. И на какой-то момент ей это удается, когда в голове возникает вопрос, выкидывающий ее из реального мира. "А когда все это началось?" И больше не моргая, словно зачарованная, она начинает погружаться в такие далекие воспоминания. Наверное, точкой невозврата стал его добровольно-принудительный уход к Незримым. Такое чувство, что ранило это событие ее больше всех, даже больше Лин. Она закрылась, оттолкнула даже Фитца. В тот период она часто плакала. Либо плакала, либо думала. Сонг для нее был другом, и честно признаться, далеко не последним человеком. Раньше она этого не осознавала, но он всегда был рядом. Когда появились мысли убегать, тоже нельзя сказать верно. Но с какой-то из многочисленных миссий у нее остался кристалл в Запретные города. Перебирая вещи и наткнуться на такую вещицу - безумно. И Фостер этим воспользовалась. Она забыла про родителей, друзей, про Фитца, про Черный лебедь. Ей просто хотелось сбежать от этого всего, что она и сделала. Деньги обменяла, мир и устройство людей знала, способность полиглота - гарант на все страны. И первым делом она отправилась в Турцию. Стамбул. Еще будучи совсем малышкой она с человеческими родителями посетила его и до сих пор тешится воспоминаниями об этом отдыхе.  И было бы что-то дальше, но Софи в душу запал этот город, его люди и обычаи. У Фостер были веселые деньки, начиная турецкими яркими праздниками и заканчивая алкоголем. Эльфийка теперь смогла понять, что находят люди в алкоголе. Тишину.  И, черт с ним, но ей всего пятнадцать лет. Для заядлого алкоголика среди людей - рано, а среди эльфов и подавно. Но она не могла ничего с собой поделать, все больше погружаясь в спасительную тишину раки¹. Турецкий напиток обжигал горло, она могла напиться совсем в щепки, а потом в тишине комнаты проклинать себя и свою недалекость. И за все эти однообразные, но насыщенные дни, ни одна мысль, касающаяся родных у нее и не появилась. Все перебил алкоголь и жаркий Стамбул. Она хорошо помнит тот день, когда он появился. Софи отказывается от помощи благородного парня, что вызвался провести ее до номера, и, пошатываясь, покидает заведение. Она часто заходила в него, ведь находился недалеко от ее отеля. И заходя в комнату, она не сразу замечает парня у себя на подоконнике. Да и не заметила бы, если бы тот не подал голос. -Почему ты тут? Почему напиваешься каждый вечер, Софи.. - Ее прошибает холодный пот, и, с трудом фокусируя взгляд, она обращает внимание на юношу. Фостер даже немного протрезвела, понимая, что перед ней Сонг. Тэм же смотрит обеспокоенным взглядом, изучающе бегая глазами по ее лицу. - Я давно за тобой наблюдаю, и не понимаю.. - Он говорит уже шепотом. Она машинально отступает на пару шагов  назад, задней мыслью понимая, что он теперь чужой. Да, он все еще Тэм Сонг, чью жизнь она перевернула с головы на ноги, который стал ей верным товарищем и напарником. Но ведь он теперь на другой стороне, а значит, и опасность представлять вполне может. Навряд ли Тэм может ослушиваться поручений, встречаться со старыми друзьями, а уж тем более помогать им. Страшно думать, что его новые товарищи по команде за такое могут сделать. А могут они многое. В любом случае, Фостер выбирает не вешаться тому на шею, а лишь глазами ищет удобный путь, если придется бежать. Бровь Тэма в удивлении изгибается. Прошел какой-то год, а его боится подруга. А хотя, чего он ожидал от этой встречи? Теперь он чужой, враг. Тэм горько усмехается, на мгновение прикладывая руки к лицу. Но от своих целей, причем довольно благородных, он решает не отступать, и поправляя пятернёй волосы, вновь поворачивается к Софи. -Почему ты здесь? - он спрашивает мягко, даже немного печально. Но Софи все равно слышит нотки стали. Он явно ждет ответа, но она лишь бормочет что-то наподобие"не твое дело", отступая еще на шаг. Тэм решает немного поменять тактику, и буквально через мгновение оказывается на расстоянии метра от девушки. Фостер невольно расслабляется, чем следовало бы наоборот. Эльфийке теперь лучше видно парня, что заметно изменился внешне. Да и не только внешне, в этом можно быть уверенной. Сонг отпустил волосы, теперь те почти достают плеч. Черты лица стали чуть грубее, да и в плечах он явно стал шире. И каково было ее удивление, когда она заметила, что волосы теперь чисто - черные. Он перекрасил серебряные пряди. И само собой у нее вырвалось. - А Лин оставила.. И эти слова бьют парня по больному. Он ушел ради сестры, он оберегает ее и любит все так же. Но тем, что уничтожил последнее, что их объединяло - окончательно разорвал все связующее с Лин. Софи тупит взгляд, понимая, что не стоило это говорить, видя реакцию парня. Она много раз хлопает ресницами, уже собираясь вырвать парочку, по старой нервной привычке. Но ее руку перехватывает мужская, не давая этого сделать. -Не волнуйся, все нормально. - Он несильно сжимает ее ладонь своей , отмечая разницу. Софи же хочет  возвразить, что ее это явно не интересует, но это так и осталось несказанным. Тэм практически не оставил ей того личного пространства, да и дистанции между ними, которая хоть как-то спасала. А сейчас, оказываясь с ним лицом к лицу , она словно завороженная, даже еле дышит. Сонг, не скрывая, любуется девой. Софи выросла, это первое, что приходит ему в голову. Да, пусть под глазами синяки, а в них - бездна печали, она все так же красива. Карие глаза чуть потемнели, все больше напоминая омуты, в которых он медленно, но верно тонул. Лицо больше не имело детских резких черт, внешность Фостер стала более утонченной. Волосы теперь доставали поясницы, светлые, и, совершенно прямые. Его взгляд скользнул ниже. Узкая талия, бедра заметно округлились и стали шире. И, в груди, заметно прибавилось в обхвате, размера на два больше. И  вроде бы Тэм не должен думать и размышлять о подруге детства в таком ключе, но он уж ничего не мог с собой поделать. Софи красива, это глупо отрицать. Но его бесцеремонные разглядывания прерывает короткая фраза, смысл которой не сразу до него доходит. -Из-за тебя. - В до того нерушимой тишине, собственный голос показался Софи чужим. Она вскинула голову вверх, заглядывая Сонгу в глаза. Фостер все так же не убирает свою ладонь из чужих рук. Вот и ответ. Потребовалось секунд тридцать, дабы до него дошло. Вся ее жизнь сейчас - последствия его поступка. Тэм нехотя поднимает взгляд, и, он с трудом подавил желание дернуться. Вместо этого он сильнее сжимает ее руку, сводя дистанцию между их лицами на минимум. Она смотрит дерзко, прямо, выжидающе, следя за каждым его движением. -Я не мог по-другому, ты же знаешь. - Он шепчет ей прямо в губы, не отрывая взгляда от ее глаз. И черт бы его побрал, но соблазн был так велик. Долго не думая, Сонг целует ее. Он и сам не заметил, как его губы накрыли чужие, но отступать поздно. Тэм  сильно удивляется, когда получает ответ. Софи отвечает неумело, но пылко, и Сонг терпеливо ждет, когда через пару поцелуев та вошла во вкус. Руки сами собой обвили его шею. Юноша же бесцеремонно обнимает Фостер за талию, ближе прижимая к себе. Она подставляет шею под его губы, совсем не противясь, когда те спускаются ниже или оставляют пару отметин. Софи давно не пьяна, но не сильно соображает, что делает. Но у нее стойкое ощущение, что делает она что-то неправильное. Рваные вздохи, кроткие стоны девы  действуют на Тэма опьяняюще.  Незаметно на пол сбрасывается лишняя и такая ненужная в тот момент одежда, а дальше как в  тумане.  Утром Софи проснется одна, и о прошедшей ночи будет свидетельствовать только пара ярких отметин на ее шее. Она не жалела, нет. Но тогда у нее появилась некая неопределенность и чувство ожидания. Сейчас, вспоминая, Софи с точностью может сказать, что последнее пропало под тяжестью очередных гуляний. Фостер дергается, вспоминая  горячие поцелуи. Он всегда  ее успокаивал, будто маленького ребенка, убаюкивая в своих жарких объятиях. Во время ее истерик целовал так нежно, что Софи таяла. А сейчас его больше нет рядом, он больше никогда ее не утешит. Губы кривятся, она вновь пытается сдержать громкие всхлипы. Судорожный вздох, она прячет лицо в ладони, часто вздрагивая. Давится своими же слезами, но не издает ни звука. А моменты их встреч не хотят уйти в затаенные уголки ее памяти, а от того больнее. Как сейчас помнит. Он приходил еще много раз с того дня, и совсем незаметно, стал почти всегда быть с ней. Она доверилась, она открылась, она скучала. Позволяла целовать себя, думая, что это последний раз, что им обоим скоро это надоест. Но они встречались вновь и вновь, и Софи пропускает тот момент, когда не влюбилась, а полюбила. Она жила от одной их встречи до другой. Потом Тэм уговорил вернуться ее домой, обещал, что они все равно будут вместе. Тогда она не поверила, и , сжав зубы, перенеслась домой. Думала, последняя их встреча. Дома слезы, ругань и лживые объяснения. Она сказала, что была у Незримых. Почти правда, ведь один из них всегда был с ней. Той ночью она плакала. Из-за него. И через пару месяцев стала отпускать, вновь решив подпустить Фитца к себе. Попробовать. И когда все наладилось, он пришел. Это была тихая и спокойная ночь. Софи не спалось, ей было как-то тревожно. Она пребывала в тяжелом и неясном ожидании, наблюдая за ночным Хэвенфилдом. Фостер чувствует его присутствие, ощущает взгляд спиной.  В ушах стоит стук собственного сердца, которое, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Зачем он пришел? Что он хочет? Сколько еще он будет ее мучать? Мысли сменяются одна за другой с бешенной скоростью, но ни одна не задержалась и на миг. Но поток мыслей прерывает одно действие. Его действие. Она чувствует его  теплую ладонь у себя на талии, его горячее, обжигающее дыхание у себя на шее. Софи забывает как дышать. -Уходи, пожалуйста. Тэм, я тебя прошу, уходи.  - Она шепчет, чтобы было слышно лишь ему. Капля горячей слезы скатывается по ее щеке. Она дрожит. -Прости, прости, прости. - Он оставляет поцелуи на ее щеках, целует шею и плечи. - Софа, милая, я больше тебя не брошу, обещаю. Никогда. Он сжимает хрупкую деву в своих руках, не намереваясь выпускать из своих объятий. А она верит, прижимаясь к нему ближе. Они провели всю ночь вместе. Тэм рассказывал в каких Запретных городах ему удалось побывать, чем он занимается в организации. Поведал Софи о России и какова интерпритация ее имени в этой стране, девушке имя София тоже приглянулась, а ласковое сокращение "Софа" - еще больше. Сонг всегда ее так называл. И каждый раз он рассказывал что-то новое. Они знали, что их связь опасна. Что для Софи, что для Тэма. Смертельно опасна. Но они рисковали, им везло, но вот Сонг понимал, что везти не может вечно. И он решился. -Я не хочу однажды увидеть твой труп, пойми. Я тебя люблю, всегда буду любить. Это ради твоего же блага. - Она не отвечает ему ни на слова, ни на поцелуй. Тогда наступила некоторая апатия, а сейчас.. Она опять плачет, глотая слезы. А в голове так и бьется. "Софа, милая, я больше тебя не брошу, обещаю. Никогда." Она медленно ложится на пол, не чувствуя холода или дискомфорта. Сейчас ей все равно. Фостер прижимает руки к груди, поджимая ноги к ней. "Никогда. Никогда. Никогда" Тэм Сонг - лгун. Он действует против того, что сказал. И она опять поверила. Дура. Софи закрывает глаза, позволяя забыться себе в тревожном сне. Утром она проснется заплаканная, лежа на холодном полу и у нее больше не останется слез плакать. Внутри будет пустота. Но это завтра, а сейчас слезы, истерики, и горькие воспоминания. Она дважды ощутила, какая она, горечь от расставаний.