Голубая бездна

- Ты слишком много знаешь. Направленный пистолет, и Ханагаки, ноги которого не слушались упал на колени, закрывая веки. - Шутка - с беззаботной улыбкой сказал Майки, наблюдая за реакцией Ханагаки. Такемичи ели, сдерживая слезы, открыл глаза и перевел свой взгляд на светловолосого, словно ища ответ на один единственный вопрос: «Когда ты прекратишь это безрассудство? » «Это только начало» - сам за себя отвечал взгляд Майки. Подойдя ближе, и, сев на корточки, он посмотрел на волосы парня. - Несколько прядей волос поседели - сказал Майки, перебирая, аккуратными движениями пряди Такемичи стволом пистолета. Страх снова вводил Ханагаки в дрожь. - Не волнуйся- спокойным голосом прошептал Майки - Он стоит на предохранители- указывая на пистолет, проговорил светловолосый. Но для Такемичи, это не прозвучало утешением, а скорее как: «В любой момент я могу снять его с предохранителя и направить пулю прямо между твоих взволнованных глаз». - Хватит... - тихим, дрожащим как осиновый лист голосом смог произнести Ханагаки. - Что? - переспросил Майки на лице, которого было явное удивление. - Прекрати! - громко со слезами крикнул Такемичи, голос которого стал увереннее, но ужас объял его тело после того как он прокричал. Бровь Майки приподнялась, зрачки значительно увеличились. На какое-то время он застыл, будто ожидая чего-то, затем на его лице появилась широкая, азартная улыбка. - Прекратить? Майки отбросил пистолет в сторону и набросился на Такемичи, нависая над его хрупким, измученным телом. Безумное желание овладело разумом Майки. Он желал причинить Ханагаки боль, которую он запомнит на всю оставшуюся жизнь. Для чего? Он и сам не понимал... Нависшее тело начало спускаться ниже, к талии Такемичи. Сердце билось как бешеное, пульс усиливался с каждой секундой, адреналин зашкаливал, воздуха не хватало. - Идиот, что ты творишь?! Майки поднял взгляд на свою «жертву» и на миг застыл. «Взгляд в пустоту, он меня вообще слышит?» В ту же секунду Майки расстёгивает ремень и вытаскивает верёвку из шлёвки порванных джинс Ханагаки. Вынув всю длину, Майки хватает руки Такемичи и завязывает шибари на костлявые, хрупкие кисти Такемичи. Одно неверное движение Майки и хруст треснувшей кости пронёсся по всему периметру комнаты. Запоздалый, но пронзительный крик вырвался из груди. Боль заполняла всю конечность, постепенно распространяясь по всему болезненному почти бездыханному телу Ханагаки -Упс... я не хотел такого исхода Такемучи. Ты сам виноват, что дёргался и пытался сбежать. Саркастично отвечал Майки в ответ на слёзы его пленника. Иногда нервный смех овладевал Майки. Был ли он защитной реакцией или он просто угарал над тем, что не умеет вязать пленников. Ханагаки тихо всхлипывая, смотрел на светловолосого, ожидая от того чего угодно. Язвительная улыбка всё больше и располагалась на лице Майки. Чувства все смешивались в одну кашу, что мутили мысли в голове. Попытки сопротивления были напрасны, усугубляя своим положением Такемичи попытался вскрикнуть, но резкая как молния боль пронеслась в районе грудной клетки. Холодные, тонкие, но очень крепкие руки начали мешать сделать глубокий вдох. Ханагаки был настолько слаб, что одной руки блондина хватало для удержания. Поднеся свою левую руку к лицу Такемичи, Майки грубо схватил за щеки и начал смотреть пристально, как в чистейшее небо, как бездонный океан, глаза заложника. Взгляд Майки пожирал ту непорочность и наивность Такемичи своей непоколебимостью. Казалось, что глаза блондина настоль пусты, в них не было ни единого блеска жизни, ни единой цели и смысла к существованию. В них была лишь тьма, окутывавшая в свои объятия. Вдруг маленький блеск пронёсся в зрачках Майки, будто падающая звезда в мрачном, ночном небе. Эта искра была концом прошлого и началом будущего...