Jag håller din hand

— Детка, успокойся. Я не хотел тебя обидеть. Билл знает, что врёт. Очень хотел её обидеть и обидел. Хотел, чтобы ей было больно, обидно, досадно и горько, так же как и ему. Билл, ты осёл! Она хотела просто обезопасить себя. Нашла информацию про Алиду. Естественно, что её это напрягло. Ты здоровый, взрослый мужик, у тебя постоянная партнерша, но ты берёшь её с собой на уик энд. Что она должна была подумать? И всё же она доверилась тебе. Почему ты вечно всё портишь?  — Успокойся, малыш. И прости ещё раз. Билл говорит спокойным, тихим тоном, чтобы она успокоилась. Она жмется к нему и хлюпает носом. Билл снова успокаивает, гладит по спине и волосам. -Min lilla (моя маленькая). Билл продолжает шептать ей милые словечки по шведски. Потом нашел своей рукой её ладонь и сильно сжал. Она сидит на нём верхом, а он гладит ей спину. Выглядит это очень и очень… хм. Встречная машина посигналила. Хорошо, что мелкая всё ещё хлюпает носом и ни на что не обращает внимание.  — Билл, прости меня.  — За что? Это я повел себя, как скотина. Нужно было поговорить с тобой и всё объяснить, но я хотел сделать тебе больно, потому что ты разозлила меня. Я не сдержался, хотя мог просто прекратить разговор на тему своих отношений.  — Я обсопливила тебя. Билл заржал.  — Да, это уже не в первый раз. Сопливить мне шею становится нашей традицией. Она отстранилась и слегка улыбнулась. Её лицо очень близко от его лица. Огромные глаза и эти вспухшие губы… Билл поймал себя на мысли, что хочет втянуть их своими губами и почувствовать такие ли они мягкие, какими кажутся. Остановись, Билл!  — Наверное, это прозвучит как-то ненормально, но ты очень красивая, когда плачешь.  — Вот и Джей так всегда говорил.  — Кто это, Джей?  — Джейсон Холл.  — Понятно. Билл отстранил от себя Киру.  — Но знаешь что? Мне все-таки больше нравится вот так. Билл большими пальцами приподнял уголки её губ вверх, изображая улыбку. Она улыбнулась. Билл засмеялся.  — Очень хорошо. Она снова уткнулась ему в шею.  — Ты вкусно пахнешь. Билл прижимает её к себе. Она дышит ему в шею и Билл начинает медленно сходить с ума.  — Расскажи мне всё. С самого начала. Кира отрицательно машет головой.  — Это слишком долго.  — Пусть. Разве мы куда-нибудь спешим? Зато тебе может стать легче. Иногда нужно выговориться, чтобы почувствовать облегчение. *** -Моя бабушка- Александра Ракса, родилась в 1924 году где-то на границе Польши с Германией. Ракса польская фамилия. Её родители были из польской шляхты. Это что-то вроде польских магнатов. Первая Мировая война в Европе и Революция в России согнали бабушкиных родителей с их земель. Они потеряли землю и всё имущество. Они оставили всё, взяли только необходимые вещи, детей и бежали в Европу. Бабушка рассказывала, что её мама очень сожалела об оставленном имуществе и до конца своих дней мечтала вернуться на родину. Она говорила, что её родители были очень обеспеченными. У них был большой дом, земли, много денег. Они всегда жили в достатке и ни в чём не нуждались. Сначала они поселились на границе Польши и Германии, там родилась моя бабушка. Александра самая младшая. Сколько всего было детей в семье бабушка по причине малолетнего возраста не помнит. По слухам знает, что живых родилось восемь детей. А сколько на самом деле, даже её мать не помнила. Мертворожденных младенцев просто хоронили на кладбище под крестом без имен и фамилий. К началу Второй Мировой войны в Европе их семья жила уже на границе Франции и Германии. Бабушка не любила вспоминать тот маленький французский городок на границе с Германией, где прошло её детство. Детство было голодным, холодным и в постоянной нужде. В их городке проживали и немцы и французы и Александра до конца своих дней прекрасно разговаривала на этих языках. А вот с английским у неё были проблемы. К 1940 году, когда Германия начала завоевание Франции от их большой семьи остались только моя бабушка, её мама, старшая сестра и самый старший брат. Остальные дети и её отец умерли от болезней и тяжелой работы. Потом в 41 году на войне погиб и брат. В 1942 году, едва закончив школу, в восемнадцать лет она вышла замуж за моего деда. Его звали Сильен-Терри Триаль. Это был брак по договоренности. Он был на 10 лет старше и бабушка не любила его. Надо уточнить, что только сначала. За этот брак мать моей бабушки отдала последние украшения, которые вывезла из Польши. Она хотела сбыть с рук последнего ребенка. К тому времени старший брат уже погиб, а старшая сестра была замужем и жила отдельно. Надо сказать, что со старшей сестрой Александра после замужества больше никогда не общалась. Накануне свадьбы бабушка прибежала к ней и валялась в ногах, просила помочь, чтобы её не отдавали за нелюбимого. Сестра была строга и выгнала её, притащила за шкирку домой. Это потом бабушка узнала, что мать за свадьбу отдала семье Триаль в том числе дорогие бриллиантовые сережки, которые были обещаны сестре в приданное. Потом бабушка со смехом вспоминала, что когда они ругались с дедом, он обхватывал голову руками и причитал:"За что мне это всё?» А бабушка ехидно говорила:"За жадность, милый, за жадность!» В том же 1942 году бабушка с дедом, спасаясь от войны, бежали в Канаду. Они поселились в городе Леви во французскоговорящей провинции Квебек. Жили бедно, трудно, оба очень тяжело работали. У них родилось двое детей. Первый ребенок умер в три года. Второй умер от воспаления легких в полтора года. После этого они очень долго не могли родить детей. Бабушка работала на тяжелом производстве и не могла нормально выносить ребенка. Уже много позже бабушка устроилась в школу учителем французского. У неё был чистейший французский без всяких акцентов. И только тогда, в 1963 году родился Гай-Марин Триаль-мой отец. На тот момент бабушке уже было 39 лет. Бабушка с дедом сосредоточились на единственном сыне. Мой отец говорит, что ему ни в чем не было отказа. Любой каприз выполнялся мгновенно. Отец хорошо учился и после школы поступил в университет учиться на инженера-строителя. Занимался проектированием, возведением и строительством мостов и дорог. Дед умер в 1993 году в возрасте 79 лет. Отцу было 30. Он закончил учиться и много работал по профессии. Много строил в Канаде, в Европе и Америке. Когда он работал в Европе, то познакомился с моей матерью. Про неё я ничего не знаю, даже имени. Я не знаю как она выглядит, потому что отец сжег все фото. Он не любит вспоминать эту историю. Единственное, что отец однажды сказал о моей матери-это то, что она была красивой. Бабушка говорила, что моя мать была шлюхой и охотницей за богатыми мужиками, только с отцом она просчиталась. Голос у Киры слегка задрожал и Билл крепко сжал её ладонь. Она уткнулась ему в шею.  — Всё нормально, продолжай.  — Бабушка никогда не забывала упомянуть, что мой дурной нрав от моей матери-шлюхи. Билл улыбнулся.  — У тебя сложный характер? -Билл смягчил слова Киры, -Не заметил.  — Александра говорила, что я вредная, упертая, неблагодарная, у меня грубые манеры, дурной нрав и скверный характер.  — А отец что?  — Отец молчаливо с ней соглашался.  — Понятно. Кира отстранилась от Билла.  — Я, наверное, утомила тебя и тебе не интересно слу…  — Интересно, -Билл быстро перебил её, -Продолжай.  — Хорошо. На чём я остановилась? -На твоей матери.  — Да. Отец работал в Европе, когда познакомился с моей матерью. Они познакомились, быстро сошлись и стали жить вместе. В 1997 родилась я. Отцу на тот момент было 34 года. Он закончил строить объект и собирался домой в Канаду. Младенец не входил в его планы. Он не хотел детей и не хотел жить с моей матерью. К тому времени все чувства давно прошли, осталось одно раздражение.  — Кто тебя так пафосно назвал?  — Мама. Имя Киран, как мужское, так и женское и имеет санскритское происхождение, истолковывается как «солнечный свет». Второе и третье имена французские. Второе означает- океан, а третье-дочь солнца. Мама хотела угодить отцу и выбрала французские имена. Но это не помогло. Как только закончился контракт Гай вернулся в Канаду. В 2000 году отец заключил долгосрочный контракт с крупной американской компанией и готовился переехать в Америку.  — А все эти три года он не вспоминал про вас?  — Вспоминал. Александра рассказывала, что моя мать постоянно требовала денег на содержание ребенка. В том же 2000 году Гай встретился с моей матерью. Сказал, что это произвело на него сильное впечатление. Говорил, что моя мать к тому времени превратилась в законченную наркоманку и алкоголичку. Все деньги, которые посылал отец уходили на алкоголь и наркотики. Я была маленькой, худенькой и больной. Гай фактически украл меня у матери и привез в Канаду. Уже потом все вместе мы переехали в Америку. Александра говорила, что им пришлось потратить много сил и средств, чтобы поставить меня на ноги. Я переболела в детстве всеми возможными детскими болезнями. И в фигурное катание меня отдали в шесть лет, потому что так доктор посоветовал. Он сказал, что мне нужно заниматься зимними видами спорта, а фигурное катание улучшает работу сердечно-сосудистой и дыхательной систем, укрепляет иммунитет. Так что у меня не было выбора.  — Понятно. Твой отец был женат? У тебя есть братья, сестры. И что стало с твоей матерью?  — Нет, отец так никогда и не женился. У него были женщины. С некоторыми он нас с Александрой даже иногда знакомил. Но ни с кем из них, так и не связал свою жизнь. Александра говорила, что это-моя мать-ведьма околдовала его. Поэтому я единственный ребенок, к сожалению.  — Почему к сожалению?  — Я всегда мечтала, чтобы у меня был брат или сестра, а лучше несколько. Тебе не понять. У тебя большая семья. Это здорово.  — Да. В большинстве случаев. Но поверь, бывают иногда моменты, когда хочется оказаться единственным.  — Понимаю. Только это не про меня. Я всегда мечтала, что у нас будет большая семья. Не сложилось.  — Ну а что с матерью? Киран пожимает плечами.  — Я не знаю. Она никогда нас не искала. Отец считает, что она, скорее всего, снаркоманилась окончательно.  — Понятно. Давай дальше.  — А дальше и рассказывать почти нечего. Я училась и занималась спортом. Спорт, учеба. Учеба, спорт. Я каталась посредственно. Так говорил мой тренер. Я бесталанная. Но в 14 лет все изменилось. Видя, что из меня не получится хорошей фигуристки-одиночницы, тренер предложил мне перейти в спортивные пары. Он начал подыскивать парня, которому нужна партнерша. Так в моей жизни появился Джейсон Холл. Джей. Он старше на четыре года, красивый и талантливый. Нашу пару никто всерьез не воспринимал, но, неожиданно, у нас получилось. За год мы очень хорошо и быстро скатались. По одиночке у нас ничего не получалось, а в паре все сошлось. Через год мы представили хорошие программы и вышли в финал юниорского Гран-при. Не выиграли, конечно, но были третьи. Вот тут начался настоящий спорт. Мы перешли к другому тренеру, более профессиональному. С нами занимался профессиональный хореограф. Он же поставил нам новые, шикарные программы. И в следующем сезоне мы выиграли юниорский Гран-при. Были третьи на юниорском чемпионате Америки. Было много соревнований и я много где побывала. Жизнь стала другой и мне это очень нравилось. На следующий сезон у нас были грандиозные планы. Мы хотели перейти из юниоров во взрослый спорт. Соревноваться с самыми сильными парами мирового спорта. Но для этого нам надо было выиграть юниорский чемпионат Америки и мы работали, как проклятые. У нас были сложные программы, мы тратили много сил. Наверное, поэтому все это и случилось. Кира замолчала. Билл прижал её крепче к себе.  — Что случилось, малыш?  — Моя травма.