Хрустальные крылья птицы

Метель за окном напоминала о боли внутри. Возможно он дурак, раз позволил ему уйти, а теперь вот, страдает. Сам виноват во всём что произошло и теперь ищет виноватых. Всё же конька было предательски мало, всего один стакан. Голову кружило, во рту горький вкус алкоголя. Его потряхивает, похмелье сейчас пройдёт. Он просто соскучился. " — Почему не позвонишь ему? «. " — А смысл? «. " — Ты хоть старался? «. " — Одна тысяча четыреста восемьдесят три раза. Ни на один из этих звонков не было ответа «. Опустошение? Наверно. С мыслью о том, что Чан уехал и больше не вернётся, свыкаться не получалось. Он просто оставил его одного. А алкоголь помогал забыть о существование Кристофера, да всех в принципе, он забывал о всех и о всём, а на утро всё равно помнил, поэтому вновь напивался и так бесконечно. Магазины уже не работали, а из всего что осталось в холодильнике, был засохший кусок торта со дня рождения Сонми. Всё же спать не хотелось, алкоголь помог взять его разум под контроль, поэтому хмыкнув, он пошёл в гостиную, где пытался посмотреть телевизор. Шла какая-то телепередача на корейском. Ли не вслушивался в слова, он нашёл журнал на столике, поэтому листал страницы. В дверь постучали. — Кто там припёрся? — фыркает Ли и откладывает интересные страницы, чтобы узнать, кто решил так позно его навестить. Дверь открывает сразу, даже не смотря, потому что уверен, что это Чанбин. Но как бы не так. На пороге, весь в снегу, стоял кудрявый парень. Сильно похудевший на лицо, волосы на голове сильно отросли и так забавно выглядели. Это лицо он узнает из тысячи, и если Чан, стоящий перед ним, плод воображения, возникший от частых срывов, то пожалуй, он готов сойти с ума, лишь бы видеть его. — Ликс~и, — зовёт он. Из его глаз начинают течь слёзы. Нет, Феликс не жалеет его, просто наблюдает и пытается понять, что чувствует. Кристофер так давно не появлялся в его жизни. Он каждую секунду ненавидел его за то что бросил и одновременно желал видеть, хотел, как всегда, обнять, уткнуться носом в грудь и замереть, слыша как бьётся сердце старшего. — Правда прости меня, я мудак, я не думаю никогда о других, — он падает на колени, а слёзы сильнее льются из карих глаз.- Солнышко, правда прости, — руки дрожат, но всё же касаются голых ног напротив. Обнимает, крепко держит за голени.- Ликси, я люблю тебя, я правда люблю. Феликс рушится рядом, он падает рядом ним, берёт заплаканное лицо в руки и усыпает поцелуями, не пропуская ни одного участка без внимания. Слёзы тоже начинают литься, но это не мешает. Чан крепко обнимает за талию, пытаясь ухватиться за хрупкое тело и никуда не отпускать. Они так сильно нуждались друг в друге. — Я правда больше жизни люблю тебя. *** Парень лежал на кровати, перебирая свои художественные принадлежности. Спать не хотелось, поэтому он планировал дорисовать картину с целующимися парнем и девушкой, что так давно хотел закончить. Минхо сегодня ночевал у себя дома, спихивая всё на то, что ему нужно побыть одному и разобраться в себе, да и всю ситуацию не помешало бы обдумать. Поэтому Хван даже перечить не стал, просто утопал домой, пока тот был в душе. Отпуск предательски кончался, а вся раскрутка всей запутанной истории попадала как раз на его конец, что определённо не радовало. Ещё Сынмин раздражал постоянными звонками по поводу того, куда после отпуска он сразу отправиться, в Китай или Японию, давать интервью и новых показах. Он каждый день думал о Джисоне и о том, что неправильно тогда поступил, ведь друг хотел как лучше, а тот просто эгоистично забил на него. Лучшие друзья так не делают. Он бы сам позвонил, чуть попозже, но первый не вытерпел Хан именно сейчас звонил Хвану. Тот конечно сразу снял трубку, откладывая кисти в сторону. — Привет. — Привет. — Как ты? — банальный вопрос, но хотелось услышать это так давно. Джисон правда соскучился по Хёнджину, они никогда так долго не разговаривали друг с другом, он просто хотел узнать как тот себя чувствует и всё ли у него впрорядке. — Нормально, — как-то тихо произносит Хёнджин.- Ты как? — Плохо без тебя, — фыркает Хан. — Представил как ты закатил глаза, — улыбается брюнет.- Я тоже скучал. Знал бы как сильно, — Хёнджин шмыгает носом. Джисон вздыхает. — Я хотел сказать, что был не прав, прости, я не подумал о том, что для тебя это так важно, — Хан немного промолчал. — Сам прости, я ни о ком не думал кроме как о себе. Честно, Сон~и, я не знаю что произошло со мной тогда, но меня всё взбесило, да и никто не поддерживал меня тогда и получилось, что вылилось всё на тебя, — Хван вновь шмыгает носом. — Я не обижаюсь, всё хорошо. *** — Чонин, ты издеваешься? — спрашивает парень. Парень сидел за столом и пил кофе, как в дом ворвался Ян. — Чонин~и — оппа! — вскрикивает девочка и подбегает к парню. Младший подхватывает ребёнка на руки, спрашивая как прошёл вчерашний день и усердно ли она учиться. Когда малышка убежала назад в комнату, Чонин сел напротив Чанбина. — Нини, чего ты хочешь от меня? — фыркает Со, откладывая в сторону газету, которую читал. — Просто отдай мне те документы, я отстану, — Ян забирает газету рассматривая главную страницу, отмечая, что печать стала лучше. Чанбин шумно встал из-за стола и направился в комнату. Чонин улыбнулся сам себе, сделал для себя чай. Всё-таки чай у Чанбина в доме был невероятно вкусный, да и кружки с милыми лисятами. Сонми обладала прекрасным вкусом, поэтому кофе и чаи в доме Со были какие-то особенные, собранные со всего света. Он ценил в ней это. — Подавись, — Со бросает на стол папку с бумагами.- Чтобы я в жизни больше не слышал от тебя имя Сонми, всё что она делала, всё о Феликсе и Чане. Ясно? — Пап, а кто это? — спрашивает Джису, обнимая Со со спины и целуя плечо. — Бывшие мои друзья, моя хорошая, — Чанбин тоже целует девочку в лоб.- Ты собралась уже в школу? — Я поеду с вами! — взвизгивает Чонин.- Джису, ты ведь не против, чтобы Нини-оппа проводил тебя до класса? — улыбается он девочке. — Конечно нет! — радуется малышка и подбегает к Яну, обнимая.- Папа, можно? Чанбин минуту смотрит на эту картину, умиляясь, всё же тихо вздыхая. — Конечно нет, — он смотрит на младшего.- Но нам Чонином предстоит ещё поговорить. Чонин смущённо улыбается и прячет лицо в макушке малышки. Он знает, о чём говорит хён, и это смущает. *** Минхо проснулся около трех часов дня, понимая что проспал вчера весь день, всю ночь и полову сегоднешего дня, да и всю жизнь в общем. Если честно, он бы не просыпался, просто иногда вставал бы чтобы накормить бездельников, но на телефон пришло куча смс от Хёнджина, который страдал в одиночестве. — Ты всё это время спал? — Хёнджин лежал головой на коленях Минхо. Тот в свою очередь перебирал его пряди. — Ну да, — говорит правду парень.- Это когда слишком много эмоций, типо не можешь с ними справиться и всё такое. — Я понял. Хван подмял под себя Дуни, потому что он единственный не фыркал и не кусал его, а спокойно лежал рядом и дремал, позволяя парню себя гладить. — Чонин-хён звонил? — спрашивает Ли, убирая голову парня с колен и ложась рядом, протягивая шоколадную конфету. Хёнджин улыбается и забирает сладость, целует в лоб старшего, а затем обнимает, позволяя тому уткнуться лицом в изгиб шеи. — Мне никто не звонил, — пожимает плечами брюнет.- Только вот единственное что, вчера я утром его видел. Мне нужно было съездить за продуктами на рынок, я ходил к нему. Он убрал свою лавку, ты в курсе? Минхо говорит что нет. Парни продолжают лежать в тишине. Хёнджин в одно из мгновений открывает конфетку и откусывает одну половинку, протягивая Ли вторую. — Хочешь? — спрашивает он. Рыжий быстро мотает головой, на что Хван жмёт плечами и съедает вторую половинку, пряча обёртку у себя в кармане. — Я видел его на той точке, где мистер Чанбин продавал рыбу. Он увидел меня, поздоровался и сказал что ему нужно что-то уладить. Типо он же говорил подождать пару дней, — младший ещё раз жмёт плечами и целует в лоб вновь засыпающего Минхо.- Что-то мне твоё самочувствие совсем не нравиться. — Всё в порядке, малыш, — тихо проговаривает Ли, прижимаясь к Хёнджину. Тот усыпает его лицо мягкими поцелуями, уделяя особое внимание губам. — Хён, — зовёт Хван почти уже уснувшего старшего.- Джисон сказал что завтра прилетит. Он поможет нам. — Нахер ему сюда ездить? Он вообще в курсе всего этого? — Хёнджин кивает головой.- А о нас знает? — Хван вновь кивает.- Пиздец, дорогой, ты ещё Сынмина введи в курс дела и позови помочь, — фыркает Минхо. Хёнджин с минуту молчит. — Ну так-то они завтра вместе прибудут… Минхо распахивает глаза и смотрит в потолок. — Слушай, ты думаешь это всё нам поможет? Хён в курсе, что ты собрался всех своих друзей о помощи попросить? — рыжий садится на кровать, убирая руки младшего. — Да, он знает, я как раз тогда и сказал ему. Минхо закатывает глаза и встаёт с кровати. Не этого он хотел.