Поцелуй

На небе не было ни облачка, и солнце ласково прикасалось к крышам домов, отбрасывая большие тени. Люди неспешно ходили от прилавка к прилавку, покупая что-то или просто разговаривая с натруженными продавцами. Некоторые сидели на лавочках около фонтана, уставшие от жары и суеты, и освежались брызгами прохладной воды. Где-то в переулках, где совсем не проглядывало солнце, местная ребятня бурно обсуждала какую-то тему. — Монстром нужно сделать тебя! — Девочка с двумя каштановыми хвостиками топнула ножкой, показывая пальцем на парнишку, который с удивлением вытаращился на нее, — почему это ты всегда решаешь кем кому быть? — Ее подхватили другие дети, согласно гудя. — Меня?! Я вообще-то недавно был им! — Он возмущенно поджал нижнюю губу, складывая руки на груди, — Решаю я потому, что старше вас! — Недавно — это семь игр назад? Да и старше ты меня всего на пять дней, так что я тоже имею полное право распределять роли! И вообще, некоторые были уже хилличурлом дважды подряд, так что твоя очередь! Дети спорили и выкрикивали все свои претензии друг другу, пока остальные поддерживали дискуссию. Но вдруг из-за угла появились две новые фигуры. Все сразу же замолчали, обращая на них внимание. — Привет, а мы к вам, — первый начал говорить мальчик с красными волосами, завязанными в хвост, широко улыбаясь. Из-за его спины выглянула синеволосая макушка, хозяина которой мальчик крепко держал за ладошку. Это были всему Мондштату известные Кэйя и Дилюк, которые были не разлей вода. Отец Дилюка приютил под свое крыло Кэйю, так что они всегда и везде были вдвоем. Но иногда к ним присоединялась старшая дочь Гуннхильдр — Джинн. — Позже к нам подойдет еще кое-кто! Дети радостно загудели, довольные новым игрокам. Чем больше людей, тем веселее! У самого старшего мальчика заговорщически засверкали глаза. — Давайте сделаем монстром Кэйю! Он как раз и выглядит так же..! Все вылупились сначала на того, кто предложил эту идею, а затем и на вздрогнувшего мальчика. Ребята недоуменно застыли: как-то это… неправильно звучало? — …С одним глазом и цвет кожи отличается! Точно-точно! Кэйя, ты будешь отличным монстром! — он, довольный тем, что снова увильнул от этой роли в игре, поставил руки в боки и прикрыл глаза с легкой ухмылкой. Какой же он молодец..! Вот только Кэйя быстро прижал свободную ладонь к бинтам на правом глазу, словно в защитном жесте, и будто сквозь красную пелену смотрел за внимательно наблюдающими за ним лицами. Его радужка глаза резко дергалась от лица до лица, а дышать стало настолько тяжело, что мальчик начал дрожать. А может быть из-за предательски подходящих слез? — Я… Не… Не… — Кэйя быстро потряс головой в разные стороны и, вырвав у своего спутника из хватки руку, убежал оттуда. Дилюк сначала и не понял, что произошло, а когда до него дошел смысл сказанных в адрес его брата слов — помрачнел. Он в два шага добрался до умника, сказавшего такое, и толкнул в грудь так, что тот свалился на землю. — Ай! Ты что творишь?! — Он уже хотел было возмутительно посмотреть на толкнувшего его мальчика, но застыл, увидев его. — Если еще раз скажешь такую гадость, то я… — Он надулся, не зная что добавить, так что просто протянул устрашающе «ы» и пригрозил кулаком. Дилюк рванул вслед за Кэей, споткнувшись на углу. Мальчик знал, куда ему бежать. Большое, раскидистое, растущее не далеко от города дерево, которое будто забирает себе все твои тревоги и печали. Около него ощущается вечная прохлада из-за тени, вечно лежащей на земле. Трава мягкая-мягкая и всегда такая свежая, что хочется в ней остаться навсегда, уснуть и вдыхать этот прекрасный запах зелени. Кристальные бабочки летают, своими крылышками создавая тихую тонкую звенящую мелодию. Это место можно описать одним словом — умиротворенность. Запыхавшийся Дилюк обошел вокруг дерево и заметил сжавшуюся фигуру, которая дрожала. На голове Кэйи сидела бабочка, и красноволосый случайно залюбовался этой картиной. Он сделал шаг, и насекомое тут же упорхнуло в каком-то направлении, которое Дилюка не интересовало. Его интересовал человек, сидящий и накручивающий себя зря. Мальчик присел перед своим братом и положил руку на предплечье, обнимающее колени. — Хэй, Кэ, это я, — мягко позвал его Дилюк, смотря прямо на макушку, скрывающуюся в руках. Он хотел увидеть светящийся взгляд, с красивым зрачком-звездочкой. Но в ответ лишь промолчали и даже не пошевелились. Красноволосый прикрыл глаза и громко выдохнул, бухаясь рядом с сидящим. Он согнул правую ногу в колене и положил на него правую руку, опираясь на землю левой. Время тянулось, Дилюк уже успел отдохнуть от бега и вернуть свою бледность лица. Он наслаждался приглушенным чириканьем птиц, сидящих на ветках над ними. Через некоторое время Дилюк заговорил: — Здесь так красиво… — Скажи, Люк, я и вправду монстр? — Перебил его Кэйя, резко поднимая голову и смотря на мальчика с красными глазами и поджатой губой. — К-конечно нет! Что за ерунда? — Дилюк встрепенулся и развернулся к брату, меняя свою позу на более удобную. Он взволнованно и озабоченно смотрел на Кэйю. — Ты правда веришь их словам? Глупости какие! Ты самый прекрасный человек в моей… жизни! — Он слегка покраснел на своем откровении, а его глаза заблестели от искренности. — Тогда почему так говорят все… — Потому что они не знают тебя так хорошо, как я! Кэйя молча с приоткрытым ртом завис на своем брате. Они просидели так несколько секунд, смотря друг на друга, — один с удивлением, другой с уверенностью — пока синеволосый не отвернулся. — Но мой глаз отвратителен, — Кэйя прижал дрожащую руку к бинтам. Но его щеки тут же резко обхватили и развернули обратно. Мальчик ойкнул и убрал свою руку, закрыв глаз, когда почувствовал на нем чужие шершавые губы. От него отстранились так же быстро, как и развернули. Кэйя смотрел с шоком на лицо напротив, а на него в ответ так же серьезно смотрели красные блестящие глаза. — Не говори про себя плохие вещи. Ты прекрасен любой. И я… всегда буду любить тебя, несмотря ни на что! — Кэйю резко потянули в объятия, и мальчика прижали ухом к груди. Чужой быстрый стук сердца отдавался эхом в ушах. Синеволосый задрожал, и его снова прорвало. Он вцепился в брата так крепко, будто Дилюк — это спасательный круг в одном огромном бескрайнем море, и плакал, плакал, плакал. Только уже плакал от счастья. Ему так давно не говорил эти слова, он так давно их не слышал… Слышал их последний раз только от родного отца, когда тот… тот… Он нуждался в них больше, чем когда-либо. Он хотел знать, что любим кем-то и нужен кому-то. — Я т-тоже люблю тебя, Люк, — заикаясь от слез, нежно пролепетал мальчик, наслаждаясь поглаживаниями по голове и засыпая от бури пережитых эмоций. *** — Я тоже люблю тебя, Люк, — Дилюк вздрогнул от шепота, медленно поворачиваясь к заснувшему за барной стойкой капитану кавалерии. Таверна уже закрылась, и никого в ней не было, кроме Кэйи и самого хозяина таверны. Рагнвиндр аккуратно поставил протираемый стакан на барную стойку, положив рядом тряпку, и обошел стол, встав около мужчины. Дилюк разрешил из-за хорошего настроения допить бокальчик Альбериху, но тот незаметно заснул, подложив левую руку себе под голову. Красноволосый легко вытащил бокал из ладони Кэйи и отставил его в сторону. «Люк» — детское прозвище вызвало ностальгию и едва заметную улыбку. Но Дилюк сразу ее убрал, заметив, как дрожит мужчина. Рагнвиндр закатил глаза, снимая с себя объемистое пальто, оставаясь в жилетке. «Только сегодня тебе такие привилегии» — проворчал мужчина и накрыл Кэйю теплой вещью. Наклонившись достаточно близко к его лицу, он заметил мокрые следы на щеках. Дилюк недоуменно уставился на них. Что же ему такое снилось? Он вернулся обратно за барную стойку протирать стаканы и задумался. Нежные воспоминания из детства накрыли его. Иногда он так хотел вернуть былые времена, когда у них все было хорошо, без ссор и разногласий. Он скрывал все свои чувства за маской безэмоционального человека, желая жить с Кэйей как раньше. С такими же теплыми словами, ночными объятиями, шутками, заразительным смехом Альбериха. Но между ними была будто огромная бетонная стена. И никто не хотел (не мог) ее преодолеть. Но возможно… ему стоит первым сделать шаг и поменять что-то в их жизнях?