Может быть, "42" - это не просто трек

Бан Чан всё же улетел в Австралию. Находиться дома с родными было приятно. Мамина еда и разговоры до вечера, прогулки с Берри - Крис очень скучал по этому. А ещё он скучал по Хёнджину. Сейчас Чан сидел в самолёте, направляющемся обратно в Сеул, и вспоминал последний вечер в общежитии. Они с Хенни не разговаривали с того дня. Чан переписывался с Чанбином и Феликсом, поэтому узнал от них, что Хёнджин уехал к родителям. На самом деле, Крису было страшно написать или позвонить, человеку, заполняющему все его мысли. После того робкого поцелуя они проговорили до поздней ночи, поделились своими чувствами, рассказали о том, сколько раз хотели признаться друг другу, а когда Чан пошёл им за чаем, Хённи заснул сидя на диване. Крис аккуратно перенес его в кровать и не удержался от поцелуя в лоб. А рано утром уже уехал. Почему он не написал? Ему до сих пор кажется, что это был сон, наваждение, да что угодно, ведь и Хёнджин не писал ему. Всё, что младший говорил ему в тот вечер, слишком нереально, чтобы быть правдой. И даже если бы он решился написать, то не смог подобрать слов. Он чувствует себя подростком - смущенным и нерешительным.

***

Аэропорт Сеула. 23:15 Входящий вызов: "А.Хёнджин" - Джинни? - Чан не мог скрыть дрожь в голосе - Хён, ты прилетел? - Да. За мной уже приехали, скоро сажусь в машину - Хорошо - Ты что-то хо... - гудки. Хёнджин отключился. И что это значит? Все также погруженный в свои мысли Чан заходит в общежитие. Его практически сразу сбивает с ног младший и крепко обнимает за шею. Чан пытается отстраниться, но Хённи только сильнее прижимается к нему. - Малыш, ты чего? - Крис находится в приятном шоке, он не ожидал увидеть младшего в общежитии, ведь он должен быть дома. - Эй, ну, посмотри на меня, Джинни. Хёнджин, наконец, отлип от Чана и посмотрел на него своими большими глазами, в них читалось смущение. - Я скучал - выдохнул Джинни, опустив глаза вниз и сделав шаг назад Это дало Крису больше пространства для действий. - Кто в общежитии? - уточнил Чан - Хан ещё в студии, а Феликс дома у Чанбина, поэтому пока никого - прошептал Хёнджин, всё ещё смотря в пол. Кристофер закинул Хёнджина на плечо и потащил к себе в комнату. Младший возмущался как маленький ребёнок. Но когда его наглым образом усадили на кровать, а сев рядом перетащили к себе на колени, все возмущения утихли, сменившись на покрасневшие щеки и смущенный взгляд из полуопущенных ресниц. Единственное, чего сейчас хотелось Крису - снова почувствовать вкус этих пухлых губ. Поэтому недолго думая, притянув младшего ещё ближе к себе за талию, Чан прижался к этим манящим губам. На этот раз поцелуй был настойчивым. Крис ненавидел себя, за то, что добровольно лишал себя возможности быть рядом с Хённи всё то время из-за своей неуверенности. Поэтому сейчас он собирается восполнить всё, что упустил. Чан слегка оттягивает нижнюю губу Хёнджина, получая первый сдавленный стон. Криса ведёт от того, что младший отвечает так неумело. Ведёт от того, каким разным он может быть вне камер и впределах их видимости. Хёнджин обвивает шею Бан Чана и зарывается своими длинными пальцами в его кудряшки слегка оттягивая. Чан тем временем забирается под неизменную толстовку младшего очерчивая ребра и впалый живот. Джинни снова стонет в поцелуй, тем самым давая Чану возможность проникнуть внутрь, переплетая их языки. Крис опускает свои руки на бедра младшего, и практически вжимает того в себя, но все ещё хочется ближе. Джинни уже не сдерживаясь хнычет, обвивая ногами талию лидера, а руками исследуя шею, плечи, ключицы Чана. Воздуха катострофически мало, поэтому Крис нехотя отстраняется от желанных губ. Восстановив дыхание, Чан снова оставляет короткий поцелуй на губах напротив, а затем расцеловывает каждый сантиметр родного лица. - Давай немного поспим, котёнок. Чан хотел бы сказать сейчас совсем другое, а лучше даже не говорить, а сделать, но ещё слишком рано. Поэтому они ложатся, пытаясь уместиться на маленькой кровати. Лидер обвивает младшего со спины, утыкается носом в основание шеи и шепчет: - Я тоже скучал, малыш