Жизнь одним днём.

      Как-то одним невесёлым и на удивление отвратным весенним днём, собралась в подъезде одна дюже подозрительная, а при детальном рассмотрении так ещё плюс ко всему сомнительная компашка. И начала она думы великие думать и вот как-то так вышло, что не пойми какими ветрами, но меня туда прямиком к этим самым подозрительным индивидам шаловливым ветерком и пришибло.       Из-за того, что это был наш первый, так сказать пробный рейд мы по общему признанию все порядком так волновались, загонялись по различным пустякам, а выглядели со стороны и того хуже, как шальные ребята обделавшиеся палёным энергетиком, которых вдобавок в задницу петух клюнул… Плюс, разбор полётов проходил не в первый и далеко не последний раз, что несколько портило общий настрой отряда, однако поделать с этим мы ничего не смогли, некоторых ребят хорошенько так клинануло на этой теме.       — В общем значит так дорогие во всех смыслах камрады, расклад у нас выходит следующий, нам надо всего и желательно побольше, а потом умножить надвое, но нужные нам магазины расположены все, словно под копирку криво и ой, как неудобно… — начал было вдаваться в подробности Костя, но запнувшись, поймав себя на мысли, что где то он уже такое слышал… а потом покрутив, так, и этак пришедшие в голову пару-тройку мыслей махнул на всё рукой непринуждённо выдав. — Да кому я тут заливаю, вы и сами не один год в этом районе живёте, вроде бы должны понимать, что где лежит, а сам я уже язык стёр всё это талдычить.       Послышались тихие смешки и хмыканья.       Ура, словесному насилию и экзекуции пришёл конец!       А по поводу последнего высказывания, ещё бы мы этого не знали, в нашем районе соотношение обычных продуктовых магазинов и различных пивных заведений равен один к десяти, хорошо хоть у аптек статистика несколько получше будет, там один к пяти тоже не фонтан, но пусть уж лучше так, это ведь ещё не самый худший расклад, могло быть и гораздо хуже. Не стану упоминать мелкие кафешки и точки с шавухой, там еды кот наплакал, в основном там обитала быстро портящаяся еда и по сути заготовки под неё же.       — Дим, Дим-а-а… Димо-о-ончик… — послышался приглушённый шёпот-крик Вадима, который, по-видимому, был решительно намерен, как капризный ребёнок либо снова, в очередной раз вывести меня из себя, либо таки забрать всё моё внимание единолично себе любимому.       — Д… — продолжил тот свои «мартовские» завывания на одной зацикленной ноте тот.       Страдальчески поморщившись, я сдавил его щёки рукой тем самым заткнув в то время, как вторая, не глядя уже во всю энергично вдавливала в нос заранее заготовленными и несколько задроченными за последнее время карточками с наиболее актуальными и часто повторяемыми, естественно на мой дилетантский взгляд, фразами.       — «Заткнись, друже, отвлекаешь».       — Дх-а тх-ы же… нихера… н-хе делаешь… — с каплей возмущения просипел Джок перестав придуриваться и с трудом преодолевая усилившееся давление моего захвата еле как выговорив вымолвил. — Отпуфти… фёчк-и-и… фкатина беффофефтная!       Посмотрев на эти клоунские кривляния, я сардонически фыркнул и едва заметно улыбнулся, забавный он всё же придурок, тем не менее задумчиво покрутив его головой из стороны в сторону милостиво решил исполнить ранее озвученную им просьбу.       — Дим… — протяжно протянул тот требуя внимания, при этом спокойно наблюдая за тем, как я с налётом лёгкой брезгливости вытираю его слюни об свои плотные штаны. — Почему ты стремишься почти всегда меня игнорить? На минуточку прошу заметить, своего лучшего друга.       — «Потому что ты либо подъёбываешь меня, либо несёшь малосвязанную с реальностью пургу, третьего варианта в этом мире и не дано», — расщедрился я на развёрнутое объяснения.       — Так вот, что ты обо мне думаешь… но ведь это не правда! — не поведя бровью, без капли раздумий выдал этот фрукт, причём если первая часть была похожа на осознанный ответ, то вот вторая… явно выдана на автомате.       — В смысле почти! — переобулся Джок, когда осознал несостоятельность последнего утверждения.       — «Ах… ну тогда да, раз у тебя ко мне есть очень важное дело, то так и быть я весь во внимание, можешь начинать говорить», — выцарапал я в своём блокноте постаравшись максимально точно излить свои чувства на бумагу в которых превалировало ничем не прикрытое сарказм, сомнение и неверие в его полные склизкой лжи, слова. Джок аж просветлел лицом, всем своим видом стараясь показать, что вот сейчас он соберётся, самоорганизуется и скажет такое… такое, что прям ух.       — Кхм-кхм… и так внимай мне, ибо я… я… я… э-э-эх-хе-хе… я всё забыл, — повесив голову тихо буркнул тот неловко отводя взгляд в сторону.       — «Ты мне наверное не поверишь, но я вот совсем не удивлён».       — Это всё ты виноват, зачем ты давил на меня! — тыкнув мне пальцем в бок произнёс этот фрукт.       — «А ты часом не охренел?», — поле недолгих гляделок уточнил я.       — Не, ну так-то да, возможно, и охренел малость… Хотя погодь, вроде вспомнил! — стукнув своей ладонью по лбу воскликнул тот.       — В общем хе-хе, слушай контекст, конечно, потерялся, но и так, наверное, поймёшь, — помахав руками авторитетно произнес Джок попутно продолжая по дебильному хихикать. — Значит вот, да, когда говорили про то, что мы сами должны знать, где какие магазины и прочая фигня находятся то так и знай это был камень в твой огород, ведь ты мелкий амогус до сих пор теряешься в трёх ближайших дворах стоит тебе выйти дальше порога общаги, гы-гы-гы…       Состроив уродливую гримасу преисполненную массой презрения я незатейливо показал ему фак, дабы в ответ получить его зеркальное отражение на пару с зубастой улыбкой. Собственно, чего и следовало ожидать, Вадим в своём репертуаре, ничего нового я тут уже не увижу.       — Эй, вы там закончили?              — Да-да, мы это уже слышали.       — Что слышали?       — Да всё слышали и про то, и про это… или нам, по-твоему, делать больше нечего, как фигнёй маяться перед первым выходом наружу? — крайне правдоподобно начал развешивать вермишель на уши благородных слушателей Джок, мгновенно среагировав и переключившись на другую тему.       Помолчали.       — Неправдоподобно вышло? — невозмутимо проговорил тот после паузы.       — Ну такое себе…       — Ага, я тебя знаю, как облупленного в одно ухо вошло из другого со свистом вышло, спасибо уже плавали, — покивав в такт своим словам проговорил Костя.       — Эх-хе-хе…       — Проехали, — посмотрев на неловкую улыбку, устало выдал тот оборачиваясь к остальным.       — Значит так, весь путь молчим, издаём минимум звуков, не чихаем, не пукаем и самое главное не крякаем, это очень важно. Общаемся по возможности жестами или так как так уж вышло, что мы не знаем никаких языков жестов то очень-очень, не поленюсь повторить, очень тихо, — задумчиво постучав по подбородку скороговоркой произнёс тот в конце добавив. — Короче на месте разберёмся, что по чём, поди почти взрослые мальчики и даже вроде пока люди.       — Главное помните, молчание золото, всем понятно? — снова в n-ый раз повторил Антон, чтоб уж даже для тех, кто по жизни отбитый танкист и живёт в наглухо заваренном изнутри танке дошло.       — Да-да Дим, помни молчанье золото! — приобняв и похлопав по моему плечу нараспев вторил ему Джок, за что получил от меня ответную оплюху, выраженную ударом моего острого локтя в его мягонькое подбрюшье, ибо бесит! Если хочешь позубоскалить, то пожалуйста, но не настолько же безвкусно и банально.       — Кха!

***

      Быстро отметясь у безрадостных ребят на спешно переоборудованном КПП и наконец-таки выбравшись из уже порядком доставшей за последние дни общаги на бетонное крыльцо все как-то разом встали, как вкопанные притихнув, при этом начав напряжённо всматриваться в окружающее нас пространство вертя головой на все триста шестьдесят градусов. Среди них был и я, зрелище, встретившее нас на улице, было… ну наверное удручающим.       За неполные две недели или сколько там успело уже минуть?       Это и неважно, сейчас уж точно даже за столь короткий срок без человеческого пригляда улицы сумели преобразиться не в лучшую сторону. Всё успело замести всяким лёгким, непойми откуда взявшимся мусором, на удивление чистым почти не тронутым и не успевшим растаять белоснежным, рыхлым снегом, который почему-то до сих пор не спешил избавить нас от своего присутствия и уйти из нашей жизни, а ведь уже весна на носу.       И это уже не то, чтобы круто, мало того, что он нам мешает даже банально передвигаться, так ещё и пробуй поиграть в стелс, когда каждый твой неосторожный шаг отдаёт смачным хрустом на всю округу, а сам ты на открытом заснеженном пространстве выделяешься, как прыщ на том самом месте.       Не будем опускаться до банальностей вроде того, что ещё помимо этого великолепия я предпочёл опустить не самые аппетитные детали растерзанных в клочья мертвых тел и уже давным-давно заледеневших во льду алых кристалликов и лужах крови.       — И так, — разорвал оглушительную тишину размеренный голос Джока от которого все разом вздрогнули. — Куда путь держим?       — В магазин, — чуть помедлив тихо выдал Костя. — Недавно же обсуждали.       — Правда?       — Кхм, в смысле, конечно, да-да… я помню, — пробурчал Джок нервно махая руками. — Но я другое имел в виду, то есть не в общем глобальном смысле, как-таковом, а конкретном, эм-м-м, то есть куда именно?       — Просто иди за всеми, — выслушав малость несвязный вопрос посоветовал тот.       — Ну да, наверное, и как я сам об этом не догадался?       Стараясь двигаться на не просматриваемом пространстве по возможности жмясь как можно ближе к стенам зданий и прочим укрытиям мы черепашьим шагом плелись к заранее намеченным нами целям на пути к которым у нас стоял череда улиц, парк и куча открытой ничем не прикрытой местности ибо все нужные нам объекты находились, вот так совпадение, возле хорошей такой дороги с тремя полосами в одну и другую сторону.       Хорошо хоть пока мертвецы встречались или слишком далеко от нашего маршрута или в своём дефолтном мирном состоянии, ну это я ещё не сбрасываю со счетов теорию, что они словно не без известные всем ксеноморфы просто притворяются кучкой безобидных какашек, заставляя проходящих мимо людей притупить уровень паранойи и почувствовать себя в относительной безопасности в их тихой, мирной компании.       И вот таких лежачих растяжек на нашем пути было в достатке. Следуя своим домыслам, я тихо шикнул, привлекая общее внимание к себе после чего «высказал» свои размышления, меня выслушали, прониклись и с куда большим подозрением уставились на предполагаемых лазутчиков.       Они, впрочем, не подавая признаков активности спокойно себе валялись в своих переломанных сценических позах и беззастенчиво чилили на полуденном солнце, которое на мой взгляд являлось единственной причиной, не дающей им окончательно и бесповоротно вмёрзнуть в холодную землю. Ждать у моря погоды было откровенно не резон, покидать камешками или потыкать в труп палкой тоже такой себе вариант, а уж искать обходной маршрут так и вовсе было в некотором смысле в лом.       Повезло, что долго оставаться в неведенье нам не пришлось, разрешить столь спорный вопрос помогла бедная не в чём не повинная птичка решившая с какого-то перепугу приземлиться в непосредственной близости от нашего нового знакомого, который тут же воспользовался возможностью и не преминул показать свою гнилую натуру резко сцапав птаху своей лапой отправив ту в свою своевременно открытую пасть.       Под смачным хрустом заживо перемалываемого пернатого, который словно нам в насмешку звучал в полной тишине по всей улице мы не проронили ни звука. Хотя если судить по выпученным глазам и беззвучно шевелившемся губам у моих друзей было что сказать на подобную подлянку от этой вшивой реальности, в основе своей содержащее скорее всего не глубокую мысль с тонким философским подтекстом, а простейший, как лапоть матерный посыл.       Окинув новым взором доступное нам пространство, мы извиняюсь за тавтологию, так сказать, прозрели. Таких гребенных подснежников, которые по-хорошему должны были быть давно окоченевшими и насквозь промороженными трупами в обозримом нами пространстве было около десятка. Спасибо, что не больше и по идее наша «тима» могла всех «кильнуть», так как нас шестеро и если всё выверить, то это будет не сложнее чем отобрать вкусняшку у лольки… Надо признать, что это такое себе сравнение, потому как мне кажется, что это задачка посложнее будет чем «нокнуть» и аннигилировать пачку промёрзлых зомбарей. Повезло, что они рандомно разбросаны по площади, а не валяются в одной куче, это конечно не изменило бы итоговый результат, но вполне было способно несколько осложнить нам нашу жизнь.       После непродолжительных кривляний, молчаливых споров и невысказанных обвинений мы все пришли к выводу, что в принципе упокоить их не такая уж и проблема, а изначально, казалось бы, плохая идея перестала вызывать былое отторжение, преобразившись в нечто терпимое, а главное вполне реализуемое, а потому…       Разобрав себе цели так, чтобы последние четыре мертвяка были на виду и в наиболее невыгодной позиции мы приступили к упокоению мертвецов. Делов-то на пять минут, как два пальца обос… об асфальт. Подкрался тихонечко выцепил наиболее уязвимое место и вдарил от всей широты своей души, если промахнулся то просто лупи как придётся, главное чтоб твой оппонент не встал на ноги. Не без ошибок, конечно, но выполнив запланированное мы дружно принялись забивать толпой четырёх оставшихся индивидов, что ели как встали в вертикальное положение и принялись в раскорячку перебирать ножками в нашу сторону, за что справедливо получили звездюлей.       — Вот же хитрые скоты, с какого такого ляда они устраивают на нас засады?! — приглушённо с не наигранным возмущением выдал Толян экспрессивно размахивая руками. — Это вообще не по канону, они должны быть тупы как хлебушек и неповоротливы, как дядя Вова после недельного запоя! А не вот эти вот выкрутасы с охотой и стелсятиной!       — Да успокойся уже, мы тут не в игре если ты не заметил, — без особых эмоций в голосе проговорил Антон, в ответ на его негодование.              — Да и ничего они никому не должны, их главная цель — это нежно ухватить тебя за задницу и проверить насколько глубок твой внутренний мир.       — Тебе, что совсем перди… перенди… кулярно, насрать в смысле? — нервно расхаживая из стороны в сторону наехал на того Толик. — Они, растуды его сюды, оказываются эволюционируют потихоньку, наплевав на все каноны, а тебе совершенно пофиг?       — Эх-хе… — тоскливо вздохнув Антон перевёл взгляд на Джока. — Будь другом, расскажи ему что мы видели на днях.       — А, ты про тот самый случай в туалете?       — Какой ещё случай, в каком туалете? — сбившись с настроя, растерянно переспросил Рыжий.       — Ага, именно тот, — проигнорировав новый вопрос, подтвердил Тоха.       — Ну значица слушай, пошли мы, как-то утром в толкан, но путь наш был ой не лёгок…       — Похоже они активно развиваются в этом направление, — вставил свою ремарку Костя, игнорируя повесть о туалетной истории, продолжая при этом задумчиво так прицениваться и рассматривать валяющиеся на асфальте трупы.       — И возможно мне это кажется… или они немного изменились внешне? — с всё нарастающим удивлением продолжил тот, наклоняясь к трупу, который, судя по всему, безраздельно завладел его вниманием, была в нём некая неуловимая деталь, за которую пытался зацепиться взгляд, то что выделяло его из общей массы своих собратьев по разуму.       Также заинтересованный его репликой я неспешно подошёл к нему со спины, стараясь понять, чем тот был так сильно заинтригован.       — Может быть, всё дело в…       Однако стоило моему непоседливому товарищу переступить невидимую границу, как до этого, казалось бы, смирно лежавший недавно убиенный зомбак сделал низкий рывок, неестественно выгнувшись в стремительной попытке вцепиться своему обидчику в глотку ради призрачной надежды в последний раз испить терпкую, обжигающе горячую, словно глоток вкуснейшего какао по утру, такую живительную влагу.