Мы есть друг у друга

Московское общежитие. Комната 213. Здесь засыпает за ноутбуком паренёк со странным именем Олегсей. Последние дни ему не удаётся попасть в собственную кровать, ведь настал период сдачи курсовых. Круглосуточно ему звонят нерадивые студенты, вспомнившие об этом только сейчас. Олежа отказался бы делать всё за них, но когда ты хиленький студент-заучка, не умеющий постоять за себя и нуждающийся в деньгах, выбирать особо не приходится. На часах 3 часа ночи или утра, непонятно, ведь сейчас за окном уже предрассветные сумерки, на столе кружка с недопитым и уже холодным кофе, работы почти доделаны, а Олежа совсем без сил. Ему хочется просто лечь в кровать и уснуть вечным сном. Может ему приснятся его похороны? Они теперь там частое явление. Массивный чёрный деревянный гроб, обитый красным атласом изнутри, красивые цветы, близкие и знакомые, уверяющие, что Олежа был хорошим человеком, вечный покой... Нет, не надо отвлекаться от работы, о смерти можно подумать когда-нибудь потом, а сейчас совершенно нет сил. -Осталось ещё чуть-чуть…- прошептал Олежа. В глазах уже рябило от контраста чёрного текста на белом листе. Голова гудела от большого количества заумных слов и разнообразной информации. Всё тело мелко дрожало. -Ещё немного…- тяжело выдохнул он. Последние страницы. Последние абзацы. Последние предложения. Последние слова…буквы…точка. -Всё…- устало улыбнулся Олежа. Он отправил сообщения заказчикам, что всё готово, и он передаст работы завтра, то есть уже сегодня. Он выключил ноутбук, встал из-за стола, на подрагивающих и совсем не держащих ногах дошёл до кровати и уже упал на нее, облегчённо выдохнув, но на телефоне зазвенел будильник. Время 6 утра. Хотелось просто взять этот кусок пластмассы и металла и кинуть в стену, нельзя, на его починку денег со стипендии не хватит, что там уж говорить о покупке нового. Чтобы внезапно не провалиться в сон, Олежа всё же принял решение встать и пойти в душ. Время 7 утра. Солнце уже поднялось над горизонтом и освещало крыши многоэтажек. Студент едет на автобусе в институт. Людей в транспорте напичкано, как килек в бочке. Найдя место у поручня, Олежа прислонился к нему, прикрыл глаза и надеялся, что люди не обратят внимания на его дрожь и уже синие круги под глазами. Он знал, что всем плевать, но почему-то ещё верил в людей, а всё из-за одного человека. Антон. Умён, красив, силён – идеален. Его чудный голос мог заставить слушать любого, слова заставляли верить ему, жёлтые, как у ястреба, глаза горели загадочным огнём…так, что от них можно было расплавиться на месте. Портрет Антона появился перед глазами, точёный подбородок, скулы - всё в нём прекрасно. Кроме одного…Антон-Дипломатор. Это значит, что он может прибежать к Олеже среди ночи раненый и весь в крови, это значит, что им приходится это скрывать, бегать от полиции прятаться по закоулкам, стирая маску и переодеваясь. Это значит, что он всегда в опасности. Один неосторожный шаг и всё кончено. Это значит, что он почти не спал. И, несмотря на всё это, он был всегда идеален. Его волосы всегда были превосходно уложены назад, от пиджака пахло дорогим одеколоном, а на лице спокойная и приветливая улыбка…Автобус тряхнуло, Олежа чуть не упал, вцепившись покрепче за поручень, он открыл глаза и устремил свой взгляд в еле видный из-за многочисленных людей краешек окна. Сориентировался по маршруту, понял, что выходить нужно через две остановки. Время 8 часов. Олегсей сидит за партой в просторной и светлой аудитории. Лектор монотонно рассказывает материал. Олежа конспектирует всё, выделяя самое важное и записывая на полях оговорки преподавателя. Олежа – прилежный студент, он не может себе позволить того, что себе позволяют многие прямо сейчас. Некоторые однокурсники спят, мирно посапывая, некоторые сидят в гаджетах, некоторые просто болтают. Олежа отчаянно пытается не заснуть. Глаза сами собой закрываются, и приходится прилагать огромные усилия, чтобы оставлять их в открытом состоянии. Хорошо, что сегодня всего 2 пары, можно будет хотя бы недолго вздремнуть. Как же Олеже хочется прилечь на его жёсткую кровать, потрёпанную, как и её хозяин, студенческой жизнью. Как же ему хочется закрыть глаза и забыть обо всех проблемах и невзгодах. А проблемы, скорее всего, уже ждут его за дверью аудитории. В их лице предстают студенты, считающие забавой издеваться над и так побитым жизнью худощавым пареньком. Видимо это весело вытряхивать вещи из его рюкзака, живущего только на добром слове и многочисленных стежках чёрной нити. С ухмылкой пытаться отобрать «Тот самый конспект» из крепко сжимающих его длинных и дрожащих пальцев. Но у Олежи есть принципы, которые он никогда не нарушает, и это один из них – он никогда не отдаст свой конспект кому-то из этих неотёсанных болванов, да в принципе паренёк никому его не отдавал, а то мало ли в какие руки тетрадка может попасть потом. Но… Поверьте, всегда найдётся «но», в роли этого «но» выступал Антон. Ему Олежа был готов предоставить свой конспект в любое время суток, если бы он ещё бы был нужен ему. Всё-таки Олегсей младше, и не мог помогать Антону с конспектами, хотя всё равно вызывался делать рефераты, в шутку прося за это молочную шоколадку «Алёнка». А что? Полезно для ума, как говорила мама ещё в детстве. Олежа встряхнул головой, отгоняя лишние мысли. Если продолжать дальше, логическая цепочка привёдет его от мамы до развода, от развода до отца и далее по наклонной. Уставшему студенту совсем не хотелось погружаться в эти печальные воспоминания, поэтому он принялся ещё усерднее вслушиваться в слова лектора, подчёркивая термины разноцветными маркерами с нарисованными мордочками котят. Эти маркеры подарил Олеже Антон на прошлый день рождения, видимо он заметил, как Олежа во время прогулок по торговым центрам всегда останавливался у отдела канцтоваров в книжном и перебирал различные принадлежности. Также вероятно причиной выбора именно маркеров стал его «Тот самый конспект», который наконец-то принёс что-то хорошее, а не только извечные попытки украсть его. И вот пара закончилась, как уже говорилось, Олежа знал, что, скорее всего, ждёт его за дверью. Он тяжело выдохнул, и стал быстро собирать вещи, чтобы была возможность слиться с толпой однокурсников и не попасться на глаза хулиганам. Руки подрагивали, вещи постоянно валились на пол, не прошло и трёх минут, как аудиторию покинул последний человек. В голове пронеслась шутка, что «Миссия провалена», и Олежа слегка улыбнулся, ну надо же как-то справляться со стрессом и усталостью, а то так и в депрессию легко укатиться. Всё же ему удалось положить все вещи в рюкзак и выйти из помещения. Но на удивление парень не встретил задир, у окна коридора стоял Антон, явно дожидаясь его появления. - Доброе утро, Олежа, – улыбнулся Антон, заметив своего друга, выходящего из аудитории. - Если бы оно ещё было добрым, – зевнув, ответил Олежа. Олежа был так рад встретить Антона, ведь последний раз они виделись только 3 дня назад на митинге. Обычно они встречались каждый день, обсуждая либо «Дипломаторские дела», либо учёбу, либо просто разговаривали друг с другом, снимая накопившийся стресс за приятной беседой с кружечкой ромашкового чая. - Не будь таким пессимистом. - Во-первых, я реалист, во-вторых, я технарь и, в-третьих, я не выспался, – начал перечислять студент, – так что мне можно. - И чего ты не выспался? Снова всю ночь сидел за ноутбуком? - Скоро конец семестра, следовательно, заказов сейчас больше. Повисло молчание, повернувшись всем корпусом, Антон укоризненно смотрел на Олежу, явно выражая недовольство его поведением. Олежа стал рассматривать пол, особенно заинтересовавшись каким-то пятнышком неизвестного происхождения. Он не хотел, даже не мог, смотреть на Антона, ибо снова станет заикаться, весь покраснеет, и все его старания быть спокойным в разговоре с другом пойдут насмарку. Эта пытка для парня длилась недолго, Антон, поняв, что сверлить Олежу взглядом бесполезно, вновь развернулся к окну. Из окна второго этажа было видно небольшую площадку перед институтом, где сновали студенты. Некоторые курили, собравшись маленьким кружком и что-то бурно обсуждая, другие, запыхавшись, подбегали к институту. - Отдохнул бы ты, – выдохнул Антон, рассматривая эту картину. - Отдохну на том све… - начал свою коронную шутку Олежа, но его прервали. - Не шути так. Через несколько дней митинг, и если ты там свалишься от недосыпа, будет плохо. Надежда Олежи, что Антон просто так заботится о нём, разбилась о бетонное слово «митинг», как кирпичом по голове ударили. Но надо не подать виду, что большое Олежино сердце, в которое вмещался не только Антон, но и Оля, и множество бездомных котят, подбито. Надо улыбнуться и отшутиться. - А как мне ещё тогда шутить? – усмехнулся парень – И вообще, кто бы говорил о недосыпе! - Туше, – студент хлопнул Олежу по плечу, кровь прилила к щекам – сколько у тебя осталось пар? - Ещё одна, а что? – он посмотрел Антону в глаза, где в золотом море плескались какие-то загадочные искорки – Вообще-то я хотел спать. Стоп. Почему хотел? Я и сейчас хочу. - Поэтому ты едешь со мной – обезоруживающе улыбнулся собеседник, повернулся и пошёл по коридору. Вот в этот момент сердце Олежи с Антоном, Олей и котятами попросило сделать остановку, но поняв, что эта не его остановка, что оно не доехало, и что оно куда-то опаздывает, начало биться так, что видимо место, куда оно опаздывает, находилось по ту сторону Олежиной грудной клетки. Краска прилила к щекам, в голове появилось множество лихорадочных вопросов «Что?», «Куда?», «Почему?», «Зачем?». - Как то, что я хочу спать, может быть причиной, почему мне надо ехать с тобой? – пытаясь не отставать от Антона и придать своему голосу наиболее будничную интонацию, спросил Олежа. - Просто, я слышал, что сегодня в общежитии намечается большая вечеринка – пояснил Антон – И тебе не дадут поспать ни днём, ни ночью, так что переночуешь у меня. Скорее всего, Антон узнал о вечеринке, потому что его туда пригласили. Его часто приглашали на такого рода мероприятия, как звезду всея университета, но он всегда отказывался. У Антона всегда были дела важнее, чем обычная студенческая жизнь: организация митингов, сочинение речей, «разговоры» с коррупционерами и многое другое, входящее в обязанности Дипломатора. Бонусом к этим обязанностям служили и многочисленные травмы, получаемые в процессе от рук служителей закона, от пик на кованных оградах особняков коррупционеров и бега от тех и других. В общем, Антону не хватало времени, чтобы поспать, а на общение с однокурсниками тем более. - Эмм, у меня ещё много работы: нужно доделать курсовые, дописать рефераты, а может ещё появилось несколько заказов, к тому же никто не отменял и моей домашней работы, и… - его прервали. - Олеж, хватит так загоняться по работе, ты же… - снова перебили, видимо это их игра: кто кого больше раз перебьёт, тот и победил. - Кто бы говорил, – Олежа одарил Антона одним из своих фирменных взглядов. - Кстати об этом, если ты поедешь ко мне, то обещаю, что эти выходные я проведу дома. - Не врёшь? - Не вру. - Ну, если мы заедем в общагу и возьмём мой ноут, то ладно – сдался на уговоры Олежа. - Хорошо, у меня тоже осталась только одна пара, так что после встречаемся у выхода. До встречи, – попрощался Антон и удалился в сторону своей аудитории. - Ага, до встречи, – промямлил Олежа в ответ, уходящему другу, и пошёл к своему кабинету. Всё-таки эта ситуация с ночёвкой в квартире у Антона была, хотя даже не в первый раз, смущающей. Во-первых, у Антона есть две собаки, которые наконец поняли, что Олежа не еда, и ему абсолютно точно нравилось это, но теперь эти огромные создания сбивали только что пришедшего Олежу с ног, забыв про существование своего хозяина. Антон потом в шутку говорил, что ревнует. Во-вторых, Олежа был влюблён в своего друга, и если он и научился говорить с ним, не запинаясь на каждом слове, то в его квартире это возвращалось. А в-третьих, Олежа не хотел мешать Антону. Но если эта ночёвка обеспечит безопасность «героя», хотя бы на выходные, то это уже огромный плюс и радость для Олегсея. Предвкушая, просмотр какого-нибудь фильма в компании друга с ромашковым чаем и печеньем, Олежа зашёл в аудиторию. Его грустное настроение улетучилось, и, будучи в таком приподнятом состоянии духа, пара прошла незаметно. Теперь осталось только собраться и идти к главному выходу, где, наверное, его уже дожидается Антон.