Русские идут

— Так, сосредоточься, а теперь направь эту энергию через руки. Эльза глубоким голосом диктовала напряженной Алекс инструкции. Та сидела в позе лотоса и пыталась удержать свою магию в концентрации. Получалось так себе. Она все больше становилась девочкой-подростком. Похоже, разум подстраивался под физическую оболочку. Может быть, именно поэтому у нее с каждым разом самоконтроль получался все хуже и хуже. Но, на подобные мысли ни времени, ни сил не оставалось. День за днем Алекс пыталась обуздать свою силу. Однако прогресса не было. Скорее даже наоборот. С каждым прошедшим занятием Эльза становилась все более унылой, а Нацу однажды не выдержал: — Может быть ты наконец скажешь, что тебя так беспокоит, что ты не можешь сосредоточиться? — Нет. Короткий ответ, но как много он значил для всех троих. — Нет, — маленькая девочка упрямо говорила это слово трем пьяным мужчинам, которые зажимали ее в подворотне. Ей было тринадцать. Несколько лет назад она вступила в банду. Но она все еще не могла противостоять троим взрослым. Тьма поглотила ее, пока она не очнулась в той же подворотне через несколько часов. — Нет, — испуганно говорит тот самый мальчик, который привел ее в мир краж и разбоя. Она рассказывает ему все. А он жмется к стене. Ему пятнадцать, он был ей как старший брат все это время, пока он не выскакивает через окно, заслышав сирены милиции. Даже когда в лачугу зашел отряд спецназа, она не осознавала, что уже осталась одна. — Нет, — упрямо твердит она тете-сержанту, что она ничего не знает. Нет, ей больше нет дела до тех, кто ее бросил, пусть она и была готова умереть за них, Саша ничего скажет. Она не предатель. — Нет, — злиться воспитатель в детском доме, когда она хочет поиграть в машинки. — Ты девочка, иди, поиграй в куклы, — как же она ее ненавидела. И ее, и учителей, и сырую курицу в столовой. — Нет, — говорят Эльзе, пока она пытается выполнить задание. — Неправильно. — Ее снова бьют плетью. Она почти смирилась. — Нет, — шепчет Нацу, когда понимает, что Игнил пропал. Он знает — что найдет его. — Знаешь, что я никогда себе не прощу? — Эльза поднимает глаза и смотрит на блондинку. Та непонимающе хмурит брови. — Если брошу товарища! Оставшиеся двое не поняли, что она имеет в виду. Но все прояснилось, когда они вышли во двор. Нацу ушел, стоило Алой грозно на него посмотреть. — Попробуй представить, что-нибудь теплое. Тренировка началась заново. Но после легкого свечения вокруг Алекс они обе поняли — победа! — Ты станешь счастливой, — слова вечно-пьяного трудовика отпечатались в ее сознании. Ей никто этого не говорил, «неудачницей» она называла саму себя. Но почему-то это воспоминание стало самым теплым, что у нее было.

***

— Ну как? — Отлично. Эксперимент по внедрению прошел успешно, впрочем, как и стирание памяти. — Экая интересная эта штука у них! Два человека сидели в комнате с приглушенным светом. На компьютере виднелись какие-то таблицы и пара фото юной девушки. В кабинет зашел еще один человек в военной форме. — Как подопытная? — Все еще ничего не подозревает. — Отлично. Пусть КГБ и ушло в подполье, но мы все еще сильны. В таком случае, объявляю начало операции «Русские идут»! Остальные двое отдали честь и снова повернулись к экранам. Командир удалился. Его ждал отряд специального реагирования. Пора начинать.