Хрупкое счастье фанатки

Мануэль решил подышать свежим воздухом после дождя и выйдя из виллы, направился вниз, в город, чтобы может быть прогуляться вдоль озера и выпить чашечку кофе в каком-нибудь кафе. То, что судя по отдельным густым и темным облакам дождь ещё мог вполне был пойти, его не пугало. Собственно у него было уже такое паршивое настроение, которое не могла испортить никакой ливень и вообще погода. Хуже уже казалось быть не могло… Хмурый он топал по привычной тропинке, спускающейся к городу. Увидев девушку, сидящую на земле с слегка несчастным лицом и болезненной гримасой, Мануэль сперва застыл на месте, встретив взгляд её огромных, карих, испуганных глаз. Они показались ему довольно красивыми и такими огромными и как будто бы заполняли все её лицо. По крайней мере, её глаза словно околдовали его, так как сначала кроме её глаз он ничего больше не мог видеть. Правда её совершенно мокрые длинные, каштановые волосы тоже тут же привлекли его внимание. Несмотря на то что они были настолько мокры, что с них капала вода, они выглядели густыми и слегка вились. Он просто обожал густые и длинные волосы у женщин, волнами спадающие с плеч. Но здесь ему в глаза бросилась футболка вратаря Баварии Мюнхен и как бы что-то сразу подтолкнуло его, потому что он, не обращая внимания на то, что девушка как-то беспомощно сидела на тропинке, по которой он собирался дальше пройти, поспешно отвел от неё взгляд и сделал огромный шаг, чтобы скорее уйти. Первую мысль, которая появилась у него в голове, когда он только что увидел её, он быстренько прогнал. Ибо, мысль была довольно грязная, скажем так. Одним простым словом: девушка ему понравилась. Нет, конечно же он видел и девушек покрасивее в своей бурной жизни знаменитости, но в этой ему показалось ещё что-то другое… Может в этом её взгляде он уловил что-то то, что его привлекло. Но понравилась она ему или нет, теперь не имело значение, так как тут было оно «но». С фанатками он имел правило не связываться. С него было довольно несколько негативного опыта в этом в прошлом. Карина опомнилась, когда Мануэль даже не просто прошёл мимо неё, а буквально протиснулся, потому что она сидела прямо посередине тропы. Она же, оторопевшая, смотрела ему уходящему в спину. Тут она неожиданно выкрикнула: — Это как так понимать? Вы что мне не поможете, господин Нойер? Она вся закипела возмущением. Он явно видел, что она не смогла встать сама и слышал стон боли, когда увидел её, идя по дорожке. Неужели он не предложил ей помощь? Как это так? Это вообще он? Её кумир и любовь? Кто это вообще? Все эти мысли бурлили в её голове, ставя весь её мир наголову. Мануэль остановился. «Чёрт! Конечно ж она меня узнала! — пронеслось у него в голове. — Почему Нойер ты такой идиот, что не можешь просто взять сейчас и проигнорировать это». Он скривил губы, а потом тут же изобразил что-то наподобие улыбки и обернулся к девушке, произнеся как можно вежливее: — Извините, а что-то случилось? Услышав этот мягкий, до боли знакомый голос, Карина тоже улыбнулась, проигнорировав этот собственно тупой по её мнению в этой ситуации вопрос. Она почувствовала даже если и очень легкую. но все же надежду на спасение из своего дурацкого положения. «Боже… Какой же он высоченный!» — подумала она, ловя момент и восхищаясь тем, что видела перед собой. Ей всё ещё не верилось, что это вообще мог быть он! И что ей так повезло! Как она и представляла себе все эти годы, он был очень высокий. Но всё же она почувствовала легкое разочарование, что в остальном он был таким каким-то вполне обыкновенным, даже если и весьма привлекательным мужчиной. Короткая, видимо очень свежая, стрижка, русые волосы и ещё усталый взгляд его бледных голубых глаз… Двухдневная щетина на загорелом лице. Руки в карманах черных в обтяжку джинс, серый свободный адидасовский пуловер с капюшоном, белые кроссовки. Признаться, Карина ожидала что Нойер будет выглядеть как-то по-другому, эффектнее что-ли… Хотя его губы…. да, почему-то именно его губы очень привлекали её внимание, но так было уже и когда она смотрела видео или фотографии с ним, и она не заметила, как остановила свой взгляд именно на них. Она настолько утонула в своих мыслях, что абсолютно потеряла дар речи, не замечая, что её любовь и кумир ждёт ответа. А этот самый кумир слыл довольно нетерпеливым по натуре и вскинув брови иронично переспросил, сделав шаг в её направлении: — Мадам? Карина, снова услышав этот сладкий голос, «вернулась с небес на землю» и поспешно отведя взгляд от его губ и опустив на мгновение глаза, ответила: — Прошу прощения… — Да вы же видели, что я упала и не могу идти дальше? — возразила она снова подняв взгляд на него. — Извините, но я ничего не видел, — ответил невинно Мануэль, подойдя к ней чуть ближе. — И потом… — продолжил он, сложив руки на груди, — если я буду подходить к каждому, кто случаем приземляется на этой дороге, то… — Стоп! Хватит! — в гневе отрезала ему не на шутку разозлившись Карина. Она не знала, что её больше взбесило, его странное безразличие и хладнокровие или разочарование в нём и одновременное крушение всех её грёз о нём. — Валите себе дальше, куда вас там несло, уважаемый господин Нойер! — съязвила она. В этот момент ей было уже плевать на всё на свете. Она отвернулась и закрыла лицо руками, чтобы не видеть, как он уходит и не делать себе ещё больнее. «Всему миру расскажу потом какая он сволочь!» — подумала она в досаде. Мануэль понял по её акценту, что она не из Германии, улыбнулся и ответил подавая ей руку: — Я не говорил, что я не собираюсь вам помочь. Вопрос скорее в том, что мне с вами делать? Наша героиня подняла голову и посмотрела ему в глаза. Вся злость её как испарилась. Она не могла иначе и только робко протянула свою руку, за которую он её сразу же ловко потянул наверх, поставив на ноги. Она сделала несчастное лицо, боясь посмотреть на него. Эта дурацкая боль снова пронзила её ногу. Она задрожала то ли от этого, то ли от его близости или просто холода и сказала тихо и беспомощно, снова опустив взгляд: — Я не могу идти… Мануэль подумал, что надо наверное вызвать скорую, но пока они до сюда доберутся, может и уже стемнеть, а он совершенно не собирался оставаться здесь и дольше минуты. И бросить её тут так просто он почему-то не мог. Может быть, потому что она была иностранка и гостья страны, может и ещё по другой какой-то причине, которая ему была непонятна. Обычно ему действительно не было дела до незнакомых людей, которые здесь прогуливались. Надо было что-то делать. Каждый момент могли появиться ещё какие-нибудь люди и увидеть их. А ему только и не хватало фоток в сети с фанатками неподалеку от его виллы. — Что вообще не можете? — спросил он. Карина сделала небольшой шаг, держась за Мануэля, и ответила, виновато посмотрев на него в надежде: — Ну если только совсем немножко. Я потерплю. А куда? Мануэль посмотрел на её руку на нём, потом ей в глаза, вздохнул и, посмотрев в сторону, откуда пришёл, ответил: — Тогда, я могу предложить следующее: Вы остаётесь здесь и ждёте помощи ещё от кого-то, вызываете скорую или ещё что-то или вы идёте ко мне и я посмотрю как я могу помочь вам с вашей ногой. Карина тут же отпустила его. А он остановился и посмотрел ей в глаза, которые опять так широко раскрылись и как ему показалось стали ещё прекраснее. Она же почему-то снова уставилась на его губы, вся ошарашенная и застывшая на месте. — Но если выберете второй вариант, есть одно небольшое условие, — донеслось до её ушей. — Какое? — опять опомнившись и отведя взгляд осведомилась Карина. Она чувствовала, что уж слишком теряет контроль над собой. Мануэль взял её за подбородок и тем самым заставил смотреть на него. Этот жест её немного взбесил, но она не стала сопротивляться. В этом моменте было что-то магическое и сладкое. — Ты подпишешь бумагу, документ или договор. Называй это как хочешь. В котором будет упомянуто, что ты никогда не была в моём доме. И то что будет происходить в моем доме, остается в стенах этого дома. Карина удивлённо вскинула брови и было открыла рот чтобы сказать что-то, но не успела. — А если кому-то проболтаешься, то придется платить очень высокий штраф, — перебил её он, глядя на неё в упор так, чтобы она поняла, что он не шутит. — Весьма высокий. Шестизначная сумма. Близкая к семизначной. Мануэль решил, что она не дочь миллиардера и понадеялся на своё чувство. А наша далеко-не-дочь-миллиардера (на счастье Мануэля) округлила глаза. «Во наглёшь!», — вихрем пронеслось у неё в голове. Покусав губы в размышлении, она всё же кивнула в знак согласия, понимая, что как бы там ни было, но это наверное самый подходящий вариант в её ситуации. Конечно можно было вызвать скорую, но она боялась темноты и уже смеркалось. И потом… ей естественно нравилась идея попасть в его дом!!! Дураку ясно! Она даже в самых своих бурных мечтах об этом не мечтала! — Хорошо. Я согласна. Пошли, — ответила она, затрепетав внутри от волнения. «В конце концов, ничего страшного. Можно и помолчать вполне. Что тут такого? Кому мне рассказывать то?» — подумала она. Мануэль довольно улыбнулся и достал из кармана джинс свой айфон. Номер удался. Впрочем, его это и не удивило. Удачно прошедший много раз вариант. Он быстро нашёл что-то в телефоне и протянул Карине со словами: — Подпишите пожалуйста, — и добавил немного построже, — имя и фамилия полностью. Карина удивленно и с осторожностью взяла его айфон и так же осторожно провела пальцем по экрану, чтобы пробежать глазами, что это. — Неужели прямо сейчас? — спросила она. — Да, прямо сейчас. Позже уже никак, — ответил он, ухмыляясь и наблюдая за ней. — Чтооооооооо? Если я скажу кому-нибудь, то штраф в…! — воскликнула она в недоумении, когда быстро просматривая текст и, игнорируя некоторые слова, которые не понимала, дошла до суммы. — Вы правильно всё поняли, — услышала она короткий и не допускающий возражений ответ, старающегося выглядеть серьёзным Мануэля. — Я же сказал, шестизначная сумма. Карина ошарашенная не могла поверить, что видит и слышит, и на секунду замерла на месте, забыв как дышать. Она не знала, что и думать, кроме типа «Ну и наглость же!» и «Я не первая видимо…» и «Они все что не проговорились?». Затем она вздохнула и всё же подписала пальчиком документ на экране этого милого айфончика, номер которого ей так хотелось знать… — А у меня копия будет? — осведомилась она, неохотно протягивая ему назад айфон. — Естественно, — ответил он забирая его и, коротко взглянув на дисплей, улыбнулся. Затем он медленно повёл её в гору, положив её руку вокруг его пояса и обхватив её покрепче. Он буквально тащил её и молил при этом про себя бога, чтобы их никто не увидел… уже ругая себя, что пошёл вообще на это… Карина же шла и медленно умирала про себя, но не только от жгучей боли, из-за которой она то и дело издавала лёгкие стоны, стараясь правда сдерживать себя, а ещё от того, что чувствовала его тёплое, сильное тело, которое так приятно грело её, мокрую, как собаку. Приятный запах одеколона исходил от него и это всё вскружило ей голову. И ещё… она шла с ним не куда-нибудь! А прямо к нему домой!!! Ей не верилось, что это происходит с ней! А Мануэль шёл и тоже весьма отчётливо воспринимал прямую и приятную близость тела Карины. У него в голове вертелась мысль, что зачем он все это затеял? Зачем он опять начинает эти проделки? Привлекало то, что до сих пор ему этот номер вполне удавался и он часто мог развлечься по полной программе с тем, кем хотелось, выйдя из воды сухим. А это ж классно! Через мокрую одежду он смог уловить украдкой, что у этой девушки красивая фигура. И вообще, ему казалось, в ней просто зашкаливало женственностью, она просто благоухала женщиной, несмотря на её проблему с больной ногой. Но в этом случае он должен был оставить все свои игры в стороне. Во-первых, она — фанатка, а во вторых, он лишь помогал ей. Услышав, как она шумно дышит и тихо постанывает, он невольно представил её в более интимной ситуации, и прикусил губу. У него промелькнула взбесившая его сразу мысль, что он даже наверное был бы готов наплевать на то что она фанатка… «И всё же… жаль, что у неё настолько болит нога…», — подумал он, слабо ухмыльнувшись. — Как ваше имя вы сказали? И откуда вы? — спросил он, чтобы отвлечься от этих мыслей. — Я ведь даже не знаю, кого я веду к себе домой. Кроме того, что вы — моя поклонница. Он улыбнулся и посмотрел на неё, показывая взглядом на футболку с номером один Баварии Мюнхен. — Карина, — тихо ответила она и тоже улыбнулась, подняв на него коротко свой взгляд, в этот момент с каким-то страхом почувствовав, что её глаза кажется оказывали на него какое-то воздействие, или… даже… о боже… нет… чепуха! … что ему что-то в ней нравилось? От волнения сердце её забилось сильнее и она даже забыла о своей ноге. Правда следующий её шаг так внезапно подкосил её от боли, что она обмякла в его руках. Сильные руки тут же подхватили её, не дав ей упасть. — Я всё же не думаю, что это перелом, — сказал он так убедительно, что Карина решила поверить ему. Оставалось пройти совсем немного. Они вышли уже на более широкую дорогу, где слева и справа от них виднелись шикарные виллы. Мануэль решил, что надо поторопиться и понёс её. У Карины помутился разум. Его лицо так близко! Она заметила, что он переживает. «Понятное дело», — улыбнулась она про себя и произнесла следующее: — Вот уж не знала, что именно таким образом встречу вас, дорогой Мануэль Нойер….