Пространственная близость

Солнце медленно уходит за горизонт, окрашивая облака, кружевными узорами обрамляющие темнеющее небо, в спелый малиновый цвет. Огненный диск горит пламенным светом, яркими бликами отражаясь от окон многоэтажных домов. Сквозь стекла льются чистые насыщенные лучи, густо обливая стены комнат. Пол усыпан переполненными вещами коробками. Преимущественно пусто. Стол украшает пара книг и косметика, на тумбе зарядка для телефона и пластинки мятной жевательной резинки. В позе лотоса на огромной постели сидит юная леди, устремив пустой взгляд прямо на солнце, выжигающее пятно на сетчатке глаза. Золотистые кудри собраны в небрежный пучок. Широкая белая майка скрывает стройное белое тело. Мария наслаждается тишиной, порождаемой отсутствием противного голоса ее мачехи. Девочка месяц назад окончила школу, успешно сдав все экзамены, и морально готовилась к взрослой жизни, хотя еще не была совершеннолетней. Мария Третьякова была любимицей всего своего окружения. Ну или почти. У родителей были сложные отношения, из-за чего она большую часть детства жила с мамой, чью фамилию и носила. Отношения с матерью были великолепные, пока женщина не вышла замуж. Ребенок стал получать слишком мало внимания, а после вообще был отдан на воспитание отца, но ситуация мало изменилась. Дочка купалась в отцовской любви, которая уступила сильным чувствам к новой возлюбленной. Мужчина женился, смещая девочку с первого места в своей жизни, с чем она довольно быстро смирилась. Новоиспеченная мачеха была равнодушно принята ребенком, отчего ее ненависть к девочке возросла до потолка. Агрессия проявлялась в бесконечных оскорблениях, пренебрежительном отношении и грубых высказываниях о матери Маши. Последнее задевало блондинку сильнее всего. В семье девочка была будто чужой. Все время проводила в своей комнате, не желая встречаться с гадкой женщиной, в чьи умения не входило держать язык за зубами. Отец закрывал глаза на поведение любимой жены, так что Маша уже даже не пыталась доказать свою правоту в ответ на очередные обвинения мачехи. Мария была невероятно обаятельна и остроумна. Свободное время проводила в компании книг, изредка встречаясь с подругами. Горячий характер лишал представлений о возможной реакции на определенные события. Она могла задушить в объятиях, могла удивить неслыханной дерзостью, могла и вовсе одарить полнейшим безразличием, но в целом ребенок послушный. Дверь распахивается и в комнату без разрешения врывается недовольная брюнетка. От звона ее голоса у Маши бьет в висках. — Почему ты сидишь? — возмущенно вскрикивает женщина. — Ты должна быть уже собрана, отец сейчас приедет. Ты собрала диски со шкафа? Мария тяжело вздыхает, поднимаясь с кровати. Майка расправляется, неровно падая на ягодицы. Она подходит к столу, берет в руки косметичку и направляется в сторону мачехи, не поднимая на нее карих глаз. — Нет, папа сказал тебе это сделать. — А я сказала, чтобы это сделала ты. — по красивому лицу мечется бешеный взгляд ее зеленых глаз. Маша проходит мимо, меняя тон с отсутствующего на раздраженный. — Я не собираюсь выполнять твою работу. — тихо проговаривает девушка. — Что ты сказала? — Пошла к черту. Сказано уже в лицо. Мария заходит в ванную комнату, закрывая ту изнутри, пока обескураженная женщина не успела за ней зайти. Как же она выматывает. Голова поднимается и глаза встречаются с потолком, зависая в одной точке. Через пару секунд она уже сосредоточена на нанесении макияжа. Рисует тонкие стрелки, красит ресницы и легкими движениями наносит пудру на впалые щеки. За дверью слышатся тяжелые шаги. Девушка выходит, заглядывая в соседнюю комнату, и замечает копающегося в бумагах отца. Встречаться с ним не решается, и быстро пробегает вперед, скрываясь в своей комнате. Опаздывает все-таки. Утром папа сообщил о семейном ужине в честь приезда его родной сестры. Женщину Мария видела от силы раза два когда еще жила с матерью, поэтому лично с ней знакома не была. Из рассказов отца она знала, что Лаура не питала нежных чувств к семье, за исключением своего сына и, быть может, брата. Саму Марию и вовсе ненавидела. Отец об этом прямо не говорил, но о напряженных отношениях между Лаурой и ее матерью все же упомянул. На такие мысли девушку натолкнуло полное внешнее сходство с мамой. Если не любит Третьякову старшую — не любит и ее. Белый топ, черные классические брюки, короткий пиджак и Мария готова. Душистое масло расходится запахом миндаля от тепла юного тела. Девушка берет сумку и в компании «родителей» покидает квартиру. Черный автомобиль катится по мегаполису, приближая девушку к знакомству с загадочной тетей. Она волнуется, что заметно по сжатым в кулаки холодным пальцам. Белоснежные зубы покусывают губы, сдирая кожу до металлического вкуса крови. За тонированными стеклами мелькают большие частные дома, за каждый из которых цепляется бегающий взгляд. Внимание привлекают высокие темные стены двухэтажного особняка. Мимолетно проскакивает желание побывать внутри. Желания сбываются и машина медленно тормозит, останавливаясь на большом участке. Липкий страх вызывает в коленях легкую дрожь. Выходить не хочется, но низкий мужской голос к этому активно призывает и Маша встречает теплый воздух, осторожно закрывая дверь. Мужчина подходит к девушке, нежно поправляя белую прядь. — Если Лаура скажет тебе что-то резкое, не обращай внимания. Она не желает тебе зла. Не реагируй слишком остро и будь умницей. Значит все-таки ненавидит. Каблуки неуверенно стучат по каменной дорожке, ведущей к главному входу. Дом обрамлен гирляндой с большими лампами, холодный свет которых заливает весь двор. Вокруг растут яркие цветы и аккуратно стриженные кустарники. Окна закрывают жалюзи, не давая возможности издалека оценить ситуацию. Мужчина открывает дверь, пропуская дочь вперед, отчего его жена испускает недовольное шипение. Реакция вызывает на нежном лице удовлетворенную улыбку. На входе их встречает женщина в возрасте, лучезарно улыбаясь вошедшим. Лицо Марии покрывается поцелуями, чередующимися с крепкими объятиями теплых рук. По девушке проходит любящий взгляд, вызывающий широкую улыбку. — Машенька. — сладко произносит бабушка девушки. – Как ты выросла, я так давно тебя не видела. Ты бы хоть приходила чаще. Совсем о нас забыла. — пальцы заправляют вьющуюся прядь за ухо, голова неодобрительно покачивается. — Извини бабуль. Экзамены, сама понимаешь. Боковым зрением Мария замечает движение на кухне и поворачивает голову, концентрируя внимание на стройной женской фигуре. — Ну ты иди. Там Лаура и дедушка. Егорка наверху. Брови в непонимании хмурятся от звука незнакомого имени. Должно быть сын. Маша кивает и проходит вперед, ожидая отца. Взгляд тревожно скользит по стенам, то и дело возвращаясь к арке, ведущей на кухню. Грубый толчок в плечо заставляет бросить острый взгляд в сторону мачехи. — Чего ты встала? Снова шипение. По истине змея, только кожу не сбрасывает. Маша закатывает глаза и, заметив прошедшего за женой отца, направляется к остальным. Раздается громкое приветствие и сдержанный, быстро гаснущий смех. Стоящие впереди люди расходятся и взору Марии предстает высокая статная шатенка. На женщине черное платье, подчеркивающее идеальную фигуру. Улыбка с красивого лица медленно сползает, оставляя уголки в презрительно приподнятом состоянии. Голубые глаза высокомерно скользят по смущенной девушке с буквально осязаемым холодом. Маша смотрит прямо в глаза, ощущая волны негативной энергии. Радостью тетя не светится, поэтому девушка убирает с лица дружелюбную улыбку. — Здравствуйте. — шатенка коротко кивает. — Маша. Руку протянуть не решается, точно зная, что жест останется без внимания. — Лаура Альбертовна. — строго отвечает женщина. — Лаура, она твоя племянница. — мужчина устало вздыхает, оборачиваясь к дочери. — Можно просто Лаура. — серьезный взгляд летит в сестру. — Тетя не обидится, так ведь? — Это не должно мешать ей с уважением относиться к старшим. — надменный взгляд наконец переводится на другого человека, давая Марии возможность облегченно выдохнуть. Пренебрежительно брошенная в сторону падчерицы фраза усмешкой отразилась на самодовольном лице брюнетки, что не скрылось от голубых глаз. Шатенка слегка нахмурилась, но особого значения не придала. Их семья, пусть сами разбираются. Возникшее напряжение разбавляет звон столовых приборов. Взрослые ведут оживленную беседу, в которой девушка предпочитает не участвовать, изредка усмехаясь на забавные выражения отца. Недавняя стычка оставила неприятный осадок. Щеки раскраснелись от переизбытка эмоций, глаза не поднимаются дольше, чем на пару секунд. Ее почти не замечают, потому что слишком увлечены занимательными разговорами, но Маша чувствует на себе непроницаемый взгляд. Лаура села прямо напротив. — Так ты больше не планируешь уезжать? — заинтересованный голос отца заставляет отвлечься от возни в тарелке. — Нет. Егор хочет чаще видеться с бабушкой и тут ему больше нравится. Я возвращаюсь в агентство. Теперь мы живем здесь. Лаура на нее не смотрит, чем Мария пользуется. Карие глаза скользят по бархатным щекам, опускаясь на тонкие губы. Осматривает скулы и нижнюю часть лица. Шатенка облизывает губы, закусывая нижнюю. Ловушка. Маша зависает и, подняв глаза, замечает, что Лаура на нее смотрит. Снова краснеет и быстро отворачивается. Странным девушке показалось отсутствие за столом мальчика. Он в доме, но почему не со всеми? — Я слышала ты купил дом. — бархатный голос ласкает слух. — Да. Мы с Лизой планируем родить ребенка, чтобы Маше не было скучно. — мужчина дарит дочери добродушную улыбку, ожидая встретить счастливый блеск в глазах. Однако лицо брезгливо морщится, заставляя отца смущенно прочистить горло. — Извините, я отойду. Было очень вкусно. — не желая испытывать это унижение, Мария встает из-за стола, покидая душную комнату. Скрывается из чужого поля зрения, медленно осматривает коридор, заглядывая в открытые двери комнат, не решаясь войти. Вся мебель в доме пахнет большими деньгами. Ноги ступают по невероятно мягким дорогим коврам темных оттенков. Блондинка обходит первый этаж и доходит до лестницы, ведущей на следующий. Бесшумно она поднимается по гладким ступеням, скользя пальцами по лакированным перилам. Приглушенный свет горит только в коридоре, освещая стены цвета темного дерева. Внимание привлекает дальняя комната. Дверь полностью раскрыта, выделяясь устрашающим черным пятном. Стоит мертвая тишина. Маша медленно подходит ближе и осторожно переступает порог, скрываясь во мраке. Глаза привыкают к темноте и рукой блондинка пытается нащупать на стене кнопку. — Привет. Тихий детский голос неожиданно разрезает тишину. Блондинка дергается, в испуге прижимая к груди дрожащую руку. Маша поворачивает голову и замечает сидящего в углу мальчика. Большие глаза минуту смотрят на него в полном шоке. — Привет. — она стоит на месте, не отрывая от мальчика взгляд. — Извини, я напугал тебя. — мальчик отклоняется от стены, пересаживаясь на край кровати и хлопает ладошкой рядом с собой, призывая девушку присоединиться, что она и делает. — Меня зовут Егор. — Маша. — холодные пальцы жмут протянутую руку. — Почему ты сидишь здесь в темноте? — Я читал и уснул. Наверно мама свет выключила. Значит, ты моя сестра? — Получается, так. Сколько тебе лет? — Десять. А тебе? — Семнадцать. — Мама раньше не говорила о тебе. Может потому что мы жили не тут. Но сейчас остаемся здесь и мы сможем видеться чаще. — большие серые глаза поднимаются на блондинку. Ответом становится быстрый кивок, хотя Мария не уверена, что тетя позволит общаться с братом. — Твой папа тоже тут? Я не видела его внизу. Мальчик полностью поворачивается к Марии, внимательно оглядывая ее лицо. — Его тут нет. Мама не разрешает с ним общаться, говорит это не принесет мне пользы. — Егор передергивает плечами, склоняя голову. — В зале есть приставка, хочешь поиграть? Маша тепло улыбается младшему брату и проходит за ним в большую комнату, падая на воздушный диван. Несколько ловких движений и ладони детей уже сжимают джойстики, перебирая круглые кнопки пальцами. На большом экране гипнотизирующе сменяются картинки. Потери виртуальных жизней и победы над опасным врагами меняют на детских лицах эмоции. Сложные задачи способствуют сплочению и дети быстро находят общий язык, сближаясь за считанные минуты. Когда глаза устают, Мария не сдерживается и щекочет нового знакомого, впитывая звонкий смех. Игры прерывают вошедшие родители. В дверном проеме стоит улыбающийся отец и недовольная Лаура. Глаза шатенки щурятся, челюсти плотно сжимаются. Мария замечает суровое лицо и убирает руки с бьющегося в истеричном смехе мальчика. — Очень рад, что вы подружились, но пора ехать домой. Собирайся, Машенька. — Маша, не уходи. — мальчик умоляюще смотрит на сестру и переводит взгляд на дядю. — Можно она останется? — Нет, Егор. Маша устала и хочет домой. — шатенка молниеносно бросает острый взгляд на сына, давая понять, что слова не подлежат обсуждению. Егор расстроенно опускает голову и направляется за взрослыми, желая проводить гостей. Маша выходит из дома и в сопровождении мальчика доходит до машины. Парень галантно открывает ей двери, на прощание крепко обнимая. Отец Марии кладет руку на его плечо и твердо произносит. — Давай я завтра возьму тебя в гости? Поиграешь с Машей. Мама не будет против. Я прав? — оборачиваясь к Лауре спрашивает мужчина. Лаура смотрит на сына и медленно кивает, борясь с желанием отказать. — Да! Я буду ждать. Попрощавшись со всеми, семья садится в машину и покидает территорию дома. На нежно-персиковом лице Маши играет легкая улыбка. Не раздражают даже нежности отца и мачехи, которыми они перебрасываются. В мыслях всплывает образ высокомерной женщины, одаривающей ее нескрываемым презрением, которую, к сожалению, она должна звать своей тетей.