Падение

      Руки отца всегда холодные, с длинными пальцами, что никогда не подбадривали. Белоснежная кожа, глаза, в которых плескался океан.       Он в очередной раз ухмыльнулся, кривя губы. — Этого недостаточно, Дино.       Свист стремительно пролетевшей рядом фигуры заставил ангела напрячься. Крики. Тысяча криков там, внизу, под облаками, вынуждали его периодически закрывать глаза. Сжимать их так сильно, словно он и правда верил, будто бы все исчезнет, когда он откроет их. — Ты слишком наивен, Дино,- шипел родной голос, переходящий на крик- Наивен! — Замолчи,— шептал он себе под нос.       Порой его крылья дрожали на большой скорости, выдавая желание спуститься в гущу изувеченных тел, но он упрямо разрезал облака, ведомый только одним.       Секундное замешательство, и вот он уже пикировал вниз, забывая, что есть более надежные способы приземлиться. Безопасные. Нет, он — словно лебедь — не думая сложил крылья за своей спиной, на мгновение замерев в небе, чтобы в следующую секунду полететь камнем вниз. Пока наконец красивый и невинный небесный пейзаж не сменился выжженой землёй с огненными всполохами. Увиденная картина заставила его сильно сощурить глаза, лишь бы не зацепить взглядом тысячи мечей и копий, что вспороли земную кожу, посеяв в ней гроздья гнева. В его голове мелькнула шальная мысль: «А что, если затянуть еще больше? Пролететь еще несколько метров?»       Но в последний момент белоснежные крылья подобно вееру раскрылись, поднимая вихрь пыли на пересушенной земле. — Отец, — прошептал ангел, раздираемый изнутри биением собственного сердца.       И Фенцио услышал его, оборачиваясь под звуки оседающей пыли. Его высокая фигура была облачена в длинный черный плащ, а белоснежные волосы с проседью рассыпались по спине. — Сын мой, — произнёс он, открывая этим в сердце юноши рану. Но Дино не хотел себя обманывать. Он знал, что произнесенные слова не находили отклик в сердце родного для него человека. И от понимания этого он только сжал кулак под лязг металла, вытягиваемого его отцом из пронзенного тела врага. — Я знал, что именно ты встанешь у меня на пути. Только духу-то у тебя хватит, чтобы родного отца убить, а, Дино?       А Дино и не знал.       Не знал, когда сюда летел, что будет делать. Даже оружие не взял, до последнего надеясь непонятно на что. А если бы и взял, всё равно бы не смог даже напасть исподтишка, давая себе тем самым преимущество. Он только хотел остаться наедине с ним, посмотреть, что стало с его единственным живым родителем. И не дать ему пройти в глубь поля битвы.       А дальше что? — Только я должен заранее предупредить тебя... в этот раз я не буду тебя жалеть. Ты же понимаешь это?       И большие голубые глаза не нашли в себе сил, чтобы задержаться на зверином оскале, что изуродовал мужское лицо напротив, делая своего носителя настоящим демоном, невзирая на цвет крыльев за его спиной. Тех самых, что наполовину были окроплены каплями крови, стекающими в единые потоки, разливающиеся под ногами отца. — Ты не можешь больше называться ангелом, отец, — прошептали пересохшие полные губы.       Грубый смех пронзил тело Дино, заставляя его невольно вздрогнуть, но собраться с духом и стойко вернуть взгляд к лицу собеседника. И стоило только родственным глазам встретиться, столкнуться друг с другом, как пальцы молодого ангела нащупали рукоять меча, торчащего из трупа демона. Чуть подрагивая, его рука крепко сжала металл, дергая его на себя. — Вижу, ты не намерен разговаривать, Дино, — одобрительный кивок, возникший на миг, сразу же оборвался. — Нет, я хочу узнать: может, есть хоть какая-то надежда переубедить тебя, отец? Давай поговорим!       Его пылкие слова были грубо прерваны тихим смехом. — А ведь я только похвалил тебя... не трать силы. Я столько лет вынашивал свою месть, что уже не существует на этом свете нечто, способное меня направить на другой путь. Даже ты.       Однако спустя столько времени, когда все уже сдались и поставили клеймо... Дино всё же был ангелом. Настоящим. И дело было не в цвете его крыльев — у мужчины напротив они были такими же. Ангелом нарекали за поступки, за надежду, что они давали. В самом широком понимании этого слова. За то, что пару минут назад он не упал с небес с оружием, а стоит тут, пытаясь достучаться до давно потерянного человека. Он до последнего хотел верить. — Мамы давно больше нет с нами. У тебя остался только я. Может, ты никогда и не любил меня, но даже если ты никогда не считал меня достойным... неужели даже тот факт, что я являюсь частью твоей семьи, не стоит того, чтобы хотя бы выслушать меня? — шумно дыша, громко проговорил Дино, стараясь совладать со своими эмоциями. — Неужели ты готов направить на меня этот меч под влиянием Мальбонте, под влиянием обиды, что держишь внутри годами, на женщину, что когда-то люб… — Это не женщина! Это неблагодарная тварь, змея, что наступила мне на грудь, когда я подставил её перед ней! — яростно зашипел Фенцио, разрезая мечом земляной покров под ногами. — Ты не можешь наказывать всех из-за одного человека! — Дино... я вижу перед собой вроде бы взрослого парня, но наивного, непонимающего. Хочешь знать, почему я с Мальбонте? — Ты знаешь, что хочу, — нахмурился ангел, на что Фенцио только улыбнулся, смотря таким взглядом, словно перед ним ребёнок, глупый и несмышленый.       Он начал медленно обходить сына по кругу, и Дино был вынужден делать так же, внимательно следя за каждым движением фигуры, ожидая внезапного удара. — Я никогда не говорил, что дело было только в Ребекке, — спокойно сказал Фенцио. — Да, я ненавижу её за то, что она сделала, но в то же время я бы убил её быстро в благодарность за то, что ненависть к ней сделала меня сильнее. Она открыла мне глаза на несправедливость. Ведь даже после её предательства, никто из верхов не давал мне больше и шанса, чтобы показать мою силу! Они забрали у меня цель, к которой я так усердно стремился годами! И разве ты видишь в этом справедливость, ответь?! — почти выкрикнул он последние слова.       Дино хотел бы по привычке, как в детстве, зажмуриться, чтобы не видеть этой ярости в глазах родного человека, но не имел в тот момент права на подобный жест. — Я считаю, что это несправедливо. Но за их ошибки не могут расплачиваться все остальные, отец. Ты должен это понять. — Они всего лишь платят за то, что молча поддерживали этот строй. Конечно же, ведь все готовы терпеть и мириться, пока это что-то не затрагивает их... но за Мальбонте я иду не для какого-то обещанного влияния в будущем. Я не настолько выжил из ума, как ты можешь думать, чтобы считать, что меня он даже просто оставит в живых. Всё, что я мечтаю увидеть — это как верхи падут, клянусь, что готов на многое пойти, чтобы просто посмотреть, как их головы полетят с плеч, — горячо прошептал Фенцио, содрогаясь от ярости своих слов.       Дино же ощутил, как мурашки расползаются у него по спине от сказанных слов и тех ошалевших глаз, в которые он смотрел. Насколько же сильны его обида и злость, раз он решился даже пожертвовать собой? И его взгляд — одержимый, цепкий. Он словно загнан в угол подобно зверю, что скалил зубы, готовясь во что бы то ни стало перегрызть глотку всем, кто осмелится подойти.       Он хотел убедить себя в том, что его отец просто пал под дурным влиянием Мальбонте. Что это просто дурман, навеянный красноречивыми речами или же магией или артефактом.       Но Дино знал своего отца... поэтому он только крепче обхватил рукоять меча, медленно направляя лезвие в его сторону, вызывая у последнего усмешку.       Его отец не просто был готов пойти по головам других, он готов был пасть сам, лишь бы совершить свою месть, а Дино помнил, как страшны люди, которым уже нечего терять, потому что он уже сталкивался с такими.       Поэтому он тихо обратился к Фенцио с мольбой в голосе: — Пожалуйста, отец.       Но ангел напротив только молча поднял лезвие, вставая в стойку.       Друг напротив друга. — До последнего вздоха, Дино, — только и промолвил он.       Секунда. Только одна секунда, во время которой Дино чувствовал. По-настоящему чувствовал, как сердце сжимается у него в груди, причиняя ощутимую боль, что была куда хуже физической.       И уже в следующую — белоснежные крылья обоих раскрылись, поднимая вокруг ветер. Вскоре по округе разнёсся звук соприкосновения лезвий.       Дино чудом уклонился от рубящего удара в бок, стараясь сконцентрироваться на бое, но руки предательски отказывались наносить смертельные раны, всячески пытаясь найти компромисс. Но тут Фенцио ударил по кисти сына, едва не разрубая её, и стон Дино слился с рычанием, рвущимся наружу через сжатые зубы. Он резко отлетел назад, действуя механически, перехватывая меч уже другой рукой. С ужасом к нему пришло осознание — его правая больше не в состоянии держать клинок, а ведь это только начало боя.       А Фенцио только продолжил нападение, из-за чего Дино пришлось до скрежета сжимать зубы, пытаясь отбивать удары одной рукой, что с непривычки давалось ему не так легко. — Как ты не понимаешь, они не дали мне ни единого шанса, хотя я пожертвовал ради неё своим будущим, — прорычал отец. — Посчитали это поступком слабака, не имеющего больше право на прохождение испытания!       Дино успел отклониться от рассекающего удара и парировать его, но чуть было не потерял зрение от пыли, что поднял отец своими крыльями. Молодой ангел стремительно отлетел в сторону, но не прошло и нескольких секунд, как противник вновь влетел в него, заставляя его отступать назад, уворачиваясь от яростных ударов. Если бы сейчас кто-то появился на поле боя рядом с ними, отец бы даже не заметил этого. — Я прошу тебя, остановись! — закричал Дино. — Я не хочу убивать тебя!       Громкий воинственный крик отца пролетел по полю сражения. Его движения сильны, но можно было заметить, как они становятся более неосторожными. Ярость застилала ему глаза, заставляя вкладывать всю свою силу в удар, желая первым закончить бой. — Отец!       Сильный толчок заставил тело Дино отлететь на несколько метров назад, но этого всё ещё недостаточно, чтобы он остановился. Сопротивляясь, он погрузил пальцы в сухую землю, пытаясь затормозить. Краем глаза молодой ангел заметил, как его руки потряхивает — он оставил несколько ногтей в земле. Только вот боли он почти не чувствовал. Был только озноб и тщетные попытки отдышаться. «Неужели больше нет ни единого шанса переубедить отца. Неужели это все?» — пронеслось в голове у парня.       Уклонение, и вот он расправил крылья, намереваясь подняться ввысь. «Пожалуйста, остановись. Я умоляю тебя. Шепфа!» — только и крутилось в голове у молодого ангела.       Дино взлетел на пару метров, но потом услышал рычание за спиной, и только после ощутил, как его с силой кидают вниз за крылья, заставляя впечататься в землю. Кажется, он услышал хруст в крыльях, и только после понял, что сломал их. Боль мгновенно сковала его тело. — Мы так много тренировались. Но где это сейчас?!       Не дыша, буквально на автомате, Дино встал и отскочил в сторону, начиная бить себя в грудь, чтобы заставить лёгкие вновь вдыхать воздух. Получилось не сразу, но все-таки в какой-то момент он громко вдохнул, жадно набирая воздух в легкие.       Отец собирался убить его, а потом отправиться за другими, хотя они и так уже вкладывали все силы, пытаясь остановить Мальбонте. Дино не мог подпустить Фенцио к ним. Просто не мог.       Он на мгновение прикрыл глаза, борясь с головокружением после удара головой, и услышал, как лезвие врезалось в землю неподалеку. И звук этот приближался, как и тяжелые шаги. — Похоже, это конец, — прошептали губы, и глаза наконец распахнулись, сталкиваясь с родным ему человеком. — Вот ты где. Я тебя потерял. Ты уже забыл, что у нас с тобой последняя тренировка, перед твоим поступлением в Академию. Поэтому я решил лично быть твоим противником сегодня. — Что? Но ведь всегда… — Сегодня особый случай, и я хочу быть уверенным в том, что ты будешь готов ко всему. Быстро в стойку!       Рывок, но Дино успел оттолкнуться от земли и уклониться, чтобы в следующую секунду скрестить мечи под звонкий лязг. — Бей сильнее! — Я не могу тебя бить! — Надо! Я никто для тебя сейчас. Очередной противник, вот и всё. Поэтому соберись наконец! — Тебе придется убить меня, чтобы остановить, — прошипел мужчина, надавливая сильнее на рукоять меча. — Я знаю, отец.       Далее последовали стремительный толчок с мечом наперевес и удар.       Громкий крик Фенцио разлетелся по округе, заставляя эхом пройтись по полю боя. Он сразу же отлетел назад, сжав зубы от боли и злости. Приземляясь, мужчина чуть было не упал, и только тогда он позволил своему лицу не скрывать удивления. Застыв на секунду, Фенцио сначала почувствовал боль в ноге, а после ясно осознал, что теперь не сможет двигаться так быстро. Дино уравнял их шансы. — Бой на мечах — это не рубка до посинения! Ты должен занять выигрышную позицию для мгновенного поражения врага!       Дино сжал зубы от боли, казалось, разрывающей все его мышцы. Пальцы уже плохо слушались, ослабляя хватку на рукоятке клинка, в то время как отец наносил всё больше и больше отточенных рубящих ударов. — Нет, держись, держись, — горячо шептал молодой ангел. — Я справлюсь. — Хватит отступать! — закричал его отец.       Злая ухмылка озарила лицо Фенцио, он молча наблюдал за сыном, медленно идущим в его сторону, смотрящим на него немигающим, застывшим взглядом. — Этого мало, чтобы остановить меня, Дино. Этого очень и очень мало, — громко рассмеялся мужчина, пытаясь встать, по-прежнему поглядывая на ничего не выражающее лицо своего ребенка. — Я так долго шел к этому. Наконец, всё можно поменять, Дино. Для таких отвергнутых — это единственная возможность за множество лет!       Очередная попытка Фенцио закончилась падением и дикой болью в поврежденной ноге. Он только скалился на сложившуюся ситуацию, но снова пытался подняться. — Они просто закрыли мне все пути, сын. Хотя я искренне хотел помочь ей достичь своей цели: выбиться наверх. Я хотел, чтобы она была наверху со мной. Чтобы мы вместе. И вот как они все со мной поступили! — уже закричал он, наконец вставая и удобнее перехватывая меч, запыхаясь.       Дино на секунду остановился, и Фенцио удивленно отвёл взгляд от оружия напротив, заглянув в лицо сына. В таких непривычно пустых глазах он что-то заметил. Всего на миг, но, прежде чем понять, что это было, он снова стал вовлеченным в бой.       Яростное сближение из последних сил, и вот лезвие разрезало воздух, пройдясь в нескольких миллиметрах от глаз Фенцио, разрезая кожу и заставляя того гортанно закричать от боли. — Быстрее, сильнее! Ты не можешь позволить себе такую роскошь, как осознание того, что это все тренировка. Ты всегда должен относиться к этому так серьезно, словно это настоящий бой. И цена в нем — твоя жизнь! — Этого недостаточно, Дино, — закричал отец. — Я остановлю их!       Находя в себе силы, используя крылья, Фенцио снова влетел в сына, рыча, словно загнанное животное, сшибая Дино с ног, заставляя его перекатываться по земле, уклоняясь от лезвия, преследующего его. Но одно крыло не успело уйти с линии удара, и окровавленный меч погрузился в него, раздирая следом за собой кожу и кости.       Дино с силой сжал зубы, но из его рта не вылетело ни звука. Его нога врезалась в живот отца, следом он вонзил в него меч, после чего откинул Фенцио на достаточное расстояние, чтобы иметь возможность подняться. Невзирая на боль, Дино быстро вскочил на ноги, чтобы сразу же замереть.       Тело Фенцио безвольно пыталось подняться, но только еще больше кренилось к земле, держась только на силе воли.       Дино осознал, что был не в силах пошевелиться, смотря прямо на безумную улыбку отца. Тот прижимал ладонь к окровавленному животу и широко улыбался, глядя на сына измазанным в грязи лицом. — Признаться честно, я хотел убить себя тогда. Но духу не хватило, — тихо посмеялся Фенцио. — Но Мальбонте... мне не жалко их, Дино, мне плевать, что он сделает с ними. Даже если после смерти я буду обречен на страдания из-за своих действий — я готов.       Меч впился в землю, служа опорой, но все попытки подняться потерпели крах, и мужчина снова упал на колени. Чтобы спустя пару секунд, не отдышавшись, снова воткнуть меч в землю, в очередной попытке встать.       Снова и снова.       Раз за разом. — Отец, — глухо прошептал Дино.       Но Фенцио не слушал и только в очередной раз вогнал лезвие в землю, шепча что-то неразборчивое себе под нос. — Отец! — Стоп! Конец тренировки, ты неплохо справился сегодня. Не идеально, но намного лучше, чем в прошлый раз. — Наконец-то можно отдохнуть, — проговорил подросток еле дыша. — Кто сказал, что это всё? Сейчас ты отдохнешь пару часов, а после мы снова вместе потренируемся. — Но отец... — Хватит! Это даже не обсуждается. Пойдем, нужно обработать твои раны.       Окровавленная рука замерла, мужчина поднял своё лицо, смотря на сына таким невинным и удивленным взглядом, словно и не узнавал человека перед собой. Дерганная улыбка снова появилась на его лице, медленно расползаясь, придавая ему какое-то измученное, уставшее выражение. И Дино, кажется, умер, когда из широко открытых мужских глаз начали скатываться слезы, смывающие с его лица кровь, смешанную с грязью. — Почему ты не понимаешь, Дино? — прошептал он. — Почему ты не понимаешь?       Падший ангел отвернулся от сына, заваливаясь куда-то набок, оставляя окровавленный меч в земле и начиная медленно ползти в противоположную сторону.       Дино опустил усталые веки, рвано вдохнул ртом воздух, пытаясь унять дрожь во всем теле. Крылья им больше не чувствовались, а его покалеченная правая рука плохо слушалась, но всё же сжимала рубашку на груди в области сердца. Молодой ангел и не заметил, как в какой момент начал утробно стонать, открывая глаза, застланные пеленой слез.       Пальцы разжались, отпуская рукоять меча, и он медленно начал идти вперед. — Я доберусь. Я знаю это. Мне осталось еще немного, — прохрипел мужчина, не обращая внимания на тень, что заслонила собой солнце, преграждая путь.       Осторожно Дино перевернул Фенцио, но тут же столкнулся с яростью, пытаясь уклониться от ударов кулаков, уходя к нему за спину и захватывая его шею в тиски, медленно сжимая. Фенцио зарычал, пытаясь отбиваться из последних сил, игнорируя еще больше раскрывающуюся рану на животе.       А Дино молчал, не произнося ни звука, даже когда чужие ногти начали царапать его лицо. — Отпусти меня... я же вырастил тебя!       Дино закрыл глаза, сжимая руку у горла отца сильнее. «Спаси его душу, прошу», — мысленно взмолился он. — Дино... мы могли вместе пойти против них… — прохрипел мужчина, отчаянно хватаясь за руку, обхватившую его шею. «Спаси его», — в голове повторил молодой ангел. — У тебя был такой потенциал, сын… «Прошу…» —А ты оказался... таким разочарованием.       Руки замерли, медленно опадая к земле.       Безмолвие.       Трясущаяся рука надавила на шею сильнее, хотя сил больше не было. Земля вдруг стала медленно погружаться во мрак от надвигающихся грозовых туч.       Дино сидел так какое-то время, качаясь вперед и назад, шепча что-то неразборчивое пересохшими губами. Покрасневшие глаза все же распахнулись, открывая проход для скопившихся слёз, стремительно падающих на лицо бездыханного мужчины.       Перед ним предстало усталое лицо с полуприкрытыми глазами, смотрящими прямиком наверх — к небесам. Ему казалось, что он никогда не видел своего отца таким свободным от мыслей, что были закрыты ото всех раньше. Как многое он держал в себе. — Прости меня, — устало прошептал он.       Рука медленно соскользнула с шеи, перемещаясь к лицу, аккуратно вытирая скопившуюся на нём грязь и кровь. И хоть это не сильно помогало, но он стирал и стирал.       Снова и снова.       Сначала стирал кровь, а после и влагу, что капала из его глаз. Руки крепче прижали к себе тело, сильнее раскачиваясь вперед и назад. — Что же мы наделали? До чего докатились, — глухо промолвил он, пытаясь стереть с лица горькие слёзы.       В голову непрошено полезли картины с поля боя, что он оставил, улетая искать отца. Растерзанные тела, некоторые из них он видел еще живыми в Академии. Ангелы и демоны.       Где-то там остались его друзья, всё ещё надеющиеся на помощь.       Дино грубо вытер лицо, последний раз прижимая тело Фенцио к себе. Он должен покинуть это место. Они должны покинуть его.       Но его крылья... он не мог взлететь из-за полученных ран.       Белые крылья раскрылись, вызывая у ангела приступ адской боли из-за чего он аккуратно положил тело отца, отползая в сторону, погружая искалеченные пальцы в землю и выгибаясь от боли.       Он больше не мог взлететь, к тому же солнце нещадно палило, нагревая воздух, уничтожая кислород. Он находился так далеко ото всех. И если он что-нибудь не предпримет, то умрет прямо здесь.       Один, за много тысяч километров от других.       Неужели всё должно закончиться для него именно так? Упрямо, через сжатые зубы он еще раз раскрыл крылья, и уже не смог сдерживать крик, слыша хруст костей.       Он яростно закричал, не сдерживая себя, заполняя воздух болью и яростью.       Безумный хрипящий смех вырвался изо рта Дино. Стеклянные глаза запрокинулись к небу, забегали по небосводу. — Спаси нас, — прохрипели израненные губы.       Но Шепфа не слышал или же просто молчал. Дино не знал. «А, может, он уже погиб от рук Мальбонте? Может, они уже проиграли? Сколько он сражался с отцом?» — все эти вопросы вихрем проносились в сознании парня. Он вдруг забыл, откуда он сам летел. И он не знал, куда возвращаться.       Словно по команде каждая рана дала о себе знать нещадной болью, разлившейся по телу. Но у него даже не было сил сморщиться.       В голове крутилась только одна мысль: «Я умру здесь к рассвету от потери крови или от теплового удара, если не выберусь».       Усталый, обессиленный взгляд упал на неподвижное тело, пройдясь по каждой знакомой черте лица. Дино прикрыл глаза от секундной усталости, но тут же широко открыл их. «Не спать! Нельзя засыпать!» — подумал он.       И тогда безумная идея зародилась на кромке сознания. Сумасшедшая. — Даже если умру, то хотя бы попробую, отец, — прохрипел он, закидывая трясущиеся руки к основаниям крыльев, крепко обхватывая их. Он бросил, возможно, последний взгляд на тело отца, снова чувствуя теплые дорожки стекающих слёз. Как бы местами не ненавидел, как бы порой не проклинал в своих мыслях, Дино всё равно любил его. — Я всё же не оставлю тебя здесь, — прошептал он.       Руки напряглись, ангел начал тянуть, не сдерживая истошного крика, слыша хруст костей. Капли, нет, кровавые ручьи полились по телу, стекая к ногам.       Он позволил себе остановиться лишь на секунду, жадно делая вдох-выдох, всеми оставшимися силами борясь с головокружением.       Вдох-выдох.       Зловещей крик сотряс небеса, и они, словно отвечая ему, начали закрывать тучами солнце, готовясь через какое-то время пролить свои слёзы.       Последние движения через силу, и истерзанные крылья полностью были вырваны из спины под крик ангела и грома молнии в отдалении. Тело сразу же соскользнуло в грязь, выворачиваясь спиной назад, в тщетных попытках унять агонию боли.       Пальцы сами пропалывали землю, из последних сил подтягивая ангела по направлению к буздыханному телу отца. Порой казалось, что он вот-вот отключится, что он уже на грани, но что-то держало его, заставляя ползти дальше. — Я не умру здесь, — еле слышно произнёс Дино.       Холодная капля упала на его ладонь, словно спасая от очередного провала в забытьё, и он устремил глаза к почерневшему небу. На кончик носа приземлилась ещё одна капля, а после ещё одна и ещё, пока ливень не обрушился на землю, намереваясь поглотить всех. И для Дино это словно знак, спасение, потому что ему сразу стало легче дышать. Это дало ему силы на последний рывок. Он достиг отца, через силу поднимаясь на колени и аккуратно укладывая тело Фенцио на них.       Решительный, но усталый взгляд осмотрел горизонт. Кажется, Дино начал вспоминать: откуда прилетел. А спустя минуту раздумий парень стал уверен. Теперь он знал, куда лететь, осталось только…       Руки сильнее сжали тело отца, словно боясь потерять. Небо озарила вспышка света, а за ней последовал мощнейший раскат грома прямо над их головами. И когда этот звук рассеялся по округе, белоснежные, ещё массивнее, чем были раньше, крылья вырвались из спины по направлению к небу.       Дино зашёлся очередным криком, кашлем и, кажется, даже смехом. Он чуть запрокинул голову, наслаждаясь тем, как ливень смывает с его тела запекшуюся кровь и грязь.       Он словно рождался заново. — Спасибо, — глухо произнёс ангел, перебиваемый гулом поднявшегося ветра.       А дальше, дальше Дино широко расправил крылья, застилающие собой метры земли. Едва не соскальзывая наземь, он смог устоять, крепче прижимая тело отца к груди. Парень знал только одно: сколько бы километров ни пришлось лететь, он должен долететь до своих и, если бой еще не закончился, оказать им помощь.       И уже не важно, что будет на пути и как сильно усталость будет рубить его... он отдохнет только тогда, когда враг испустит свой последний вздох, закрывая глаза и выпуская воздух, сдаваясь.       А до этого…       Движение массивных крыльев Дино разрезал воздух, стремительно возвышаясь к небесам. — Болит? — Есть немного, но ничего страшного. — Привыкай, будет намного больнее.       Дино попытался скрыть свое удивление, но получилось не очень хорошо, если судить по ухмылке Фенцио. — Звучит как угроза.       Улыбка отца стала шире, а глаза устремились вдаль. — Это угроза. Но не от меня, Дино, — сказал отец, продолжая идти вперёд, даже не замечая, что сын отстал. — А от кого тогда?