считай это свиданием.

это было предложение казухи, чтобы они с скарамуччей пошли на вечернюю прогулку по кварталу. только они двое. «считай это свиданием». и так они пошли тандемом, держась за руки. на их лицах были улыбки, когда они бесцельно болтали с беззаботным смешком между ними. их слова эхом разносились по всей площади, уносясь прочь в свежем вечернем воздухе. атмосфера ранних сумерек была спокойной, пока они шли неторопливым шагом, прочищая головы в успокаивающем гуле сумерек. вдали грохотало тихое жужжание машин, и несколько сверчков щебетали свои песни. это было в то время, когда день переходил в ночь, и небо приобретало цветовую палитру мягких голубых и глубоких розовых цветов с редкими полосами солнечного света. каэдэхара внезапно отпустил руку скарамуччи и крикнул: «поймай меня, если сможешь!» со смехом, когда он убежал в другое место. он немного пожалел о своих действиях, мгновенно потеряв теплоту руки скарамуччи, переплетенной с его. казуха отбросил эту мысль, пока он носился по окрестностям. импульс его тела поднял воздух, и ветерок обдал его лицо, кожу и одежду. блондин оглянулся, чтобы увидеть, где был сказитель. скарамучча гнался за ним на приличном расстоянии. он слишком далеко, чтобы точно прочесть его, но каэдэхара понял, что ему так же весело. в это же время казуха переключил свое внимание на себя, решив, что ему следует посмотреть, куда он несется вообще. вдалеке он заметил местный парк. это парк, в котором они с скарамуччей постоянно играли. парк, в котором хранится так много их детских воспоминаний. один вид этого вызвал у казухи чувство ностальгии, и на его лице появилась теплая улыбка. он снова почувствовал себя маленьким ребенком, где ему было наплевать на все. он задавался вопросом, чувствовал ли скар то же самое. казуха со временем немного сбавил темп, когда добрался до детской площадки, прежде чем снова ускориться, чтобы бежать на ее вершину. задыхаясь, он подошел к перилам, его грудь вздымалась и опускалась, сердце было готово вылететь из груди после такого бега. он оперся локтями о перила и обратил внимание на то расстояние, на котором солнце садилось за горизонт. солнечный свет был теплым, окрашивая вечерний лазурный холст золотисто-желтыми полосами. солнечные лучи пробивались сквозь деревья, ветер шелестел листвой, их силуэты нежно покачивались на ветру. цвета сливались друг с другом, жидкие пигменты окрашивали холст, как акварель. на холсте тонкими чернильными полосами протянулись служебные линии. вдали мерцали и плясали огни домов, а фары машин двигались взад и вперед по горизонту. светловолосый восхищался неземным видом, прежде чем его мысли были прерваны тяжелыми шагами, которые, как он мог предположить, принадлежали скарамучче. он резко повернул голову, и скар мчался по по територии детской площадки. шестой остановился, чтобы перевести дух, когда достиг вершины, положив руки на колени. затаив дыхание, темноволосый подошел к каэдэхаре стоя рядом с ним. внимание обоих мальчиков было приковано к заходящему солнцу. никаких слов не было, только глаза были очарованы золотыми атмосферными явлениями. приветственная тишина спокойно накрыла их, как прилив, окутывая залитыми солнцем оттенками сумерек и цветущими сумерками. кто знал, что такое обычное повседневное явление может быть настолько захватывающим? ㅡ красиво, не правда ли? - это был казуха, который решил нарушить молчание, его слова выходили мягкими вздохами. скар не мог его винить, и он позволил словам каэдэхары ускользнуть в безмятежности сумерек, прежде чем ответил. ㅡ ага, но знаешь, что красивее? - казуха не был новичком в высказываниях своего парня (скорее клише), и он, вероятно, мог догадаться, куда этот конкретный направился. тем не менее, он решил подыграть. ㅡ кто? - он выжидающе посмотрел на сказителя, приподняв бровь. ㅡ я! - уверенно произнес скарамучча с самодовольной ухмылкой. ответ застал каэдэхару врасплох, но он не мог не фыркнуть, подавляя смешок. он не больно ударил скарамуччу по руке, понимая, что ему следовало ожидать и от него такой же реакции. из его носа вырвался легкий веселый вздох, а уголки губ растянулись в тонкой улыбке. беловолосый потер его руку, посмеиваясь, быстро успокоившись, продолжая: ㅡ я и ты. он сделал паузу, положив руку поверх руки скарамуччи. "вместе." казу крепче сжал руку сказителя, переплетая их пальцы. его губы изогнулись в нежной и яркой улыбке, на щеках появился легкий румянец. ах, что за придурок! собственная улыбка скарамуччи смягчилась, когда с его губ сорвался легкий смешок. теперь это было больше того, чего он ожидал, больше того, к чему он привык. сладкие и простые, повседневные линии пикапа с небольшим чутьем каэдэхары казухи. и все же каждый раз, когда блондин патетически флиртовал с ним, скар не мог отрицать, что его сердце тёплое и нечеткое, ритмично бьющееся в груди. бабочки в животе щекочут его изнутри, и ему кажется, что он плывет. он предположил, что его щеки, вероятно, порозовели и из-за смущения переключил внимание на закат. взгляд казухи переместился с их сцепленных рук на лицо темноволосого, подсознательно глядя на его черты. он заметил, как мягко солнце освещает каждую мелочь, что заставило его еще больше влюбиться. как темно-фиолетовые волосы сказителя, хоть и немного растрепанные из-за пробежки, прекрасно отражали мягкое сияние вечернего солнца. как его губы слегка изогнулись вверх, изображая на его лице царственную улыбку (которая всегда украшала день казу). как этот слабый румянец на его щеках стал румяным. каким противно прекрасным и очаровательным он выглядел. тем не менее, каким необоснованно милым является скарамучча для казухи. как сильно он его любил. и всегда любил. при этой мысли у блондина трепетало сердце, и он не мог не восхищаться своим парнем под слабым блеском загадочного солнечного света его парень, в которого он по уши влюбился, споткнувшись в кроличью нору подавленных эмоций и сильной, но, казалось бы, безнадежной тоски. боковым зрением сказитель заметил, что казуха смотрит на него с тупым любовным выражением лица, и слегка щелкнул его лбом, выводя его из оцепенения. ㅡ знаешь, пялиться - это довольно грубо. - упрекнул скар, хоть и дразняще, и они оба знали это. конечно, это не помешало блондину поморщиться от щелчка и драматично завизжать, массируя область средним и указательным пальцами. он прищурился, глядя на сказителя, надувая губы, пока его мысли пытались найти причину, чтобы оправдать себя. ㅡ как я могу не смотреть, когда ты здесь? такой невероятно милый? это совершенно несправедливо, - выпалил он, обиженно указывая на скарамуччу, который бросил на него озадаченный взгляд. он быстро собрался со вздохом и протянул руку. два его пальца были вытянуты, слегка отодвигая челку скарамуччи от его лица, кончики пальцев касались его кожи, как лепестки роз. ㅡ и кроме того, - начал казу, изящно заправляя прядь волос за ухо скарамуччи, - я твой парень. мне разрешено смотреть. он слегка похлопал сказителя по носу в качестве последнего штриха. скар моргнул несколько раз, обдумывая сказанное каэдэхарой, прежде чем коротко улыбнулся, сморщил нос и слегка нахмурил брови. ㅡ как скажешь. он отбросил руку казухи весело закатив глаза. он подпер щекой ладонь и обратил внимание на закат. тем не менее, они подсознательно вернулись к казухе, чей взгляд вернулся к ландшафту. скарамучча в ответ начал замечать черты лица казу, которые были освещены прозрачным золотым покрытием, покрывающим его. он заметил несколько легких шрамов и небольшие травмы. под тускло освещенным золотым небом, покрытым росянкой, он заметил, как цвет лица каэдэхары светился розовым янтарным оттенком. как его волосы казались мягче, кроваво-оранжевые глаза сияли ярче. как его улыбка мягко изогнулась на его щеках, глаза сощурились в уголках. скарамучча понял, что слишком долго смотрел. упс. похоже, блондин тоже заметил. ㅡ посмотри, кто сейчас пялится, - поддразнил казу, обвиняюще указывая пальцем на сказителя. ㅡ мне разрешено, не так ли? - спросил скарамучча с понимающей улыбкой, приподняв бровь. ㅡ конечно. но только потому, что это ты, - ответил каэдэхара с нежной улыбкой, затем надул губы и указал на свой лоб. ㅡ хотя, я думаю, ты должен поцеловать меня за это. глаза казу загорелись энтузиазмом, напоминая скарамуччу игривого котенка. милый. изо рта сказителя вырвался легкий смешок, и он нежно обнял казуху за плечи, наклонив голову вниз. скар быстро встал на цыпочки, прижался губами ко лбу блондина. он быстро отстранился, упав пятками на землю. ㅡ доволен? ㅡ очень, - каэдэхара кивнул. он протянул руку и приложил два пальца ко лбу, ощущая фантомное ощущение мягких губ, словно лепестки цветов, нежно щекочущие его кожу. в его голове вспыхнула лампочка, и он застенчиво усмехнулся. ㅡ а, но ты можешь лучше поцеловать меня в губы? скарамучча закатил глаза и скептически посмотрел на казуху. сказитель вздохнул, мягко посмеиваясь над своим парнем. он нежно взял руку казухи в свою и переплел их пальцы. ㅡ конечно могу, - ответил он тихим шепотом, губы изогнулись в легкой улыбке. казуха улыбнулся в ответ и склонил голову. скар наклонился вперед, сокращая расстояние. их глаза закрылись, а губы нежно сжались. вскоре после этого темноволосый отступил, и каэдэхара сделал то же самое. поцелуй, словно теплые солнечные капли на их губах, был целомудренным и коротким, длился всего лишь мгновение. тем не менее, небольшое общение между ними всегда заставляло их трепещущие сердца взлететь на луну. казуха решил в последний раз поцеловать кончик носа скарамуччи, мягко усмехнувшись тому, как после этого его нос сморщился. он ослабил пальцы вокруг его, все еще нежно сцепляя их вместе. после недолгого молчания послышался слабый шепот: ㅡ я люблю тебя, - прежде чем они снова замолчали, купаясь в безмятежном сиянии теплого солнечного света, наблюдая, как росянное небо стало темно-синим. еще до того, как наступила ночь и наступило завтра у их порога, они позволили своим заботам смыться в лучезарном сиянии сумерек, находя утешение возле друг друга. это было так ужасно обыкновенно. простая вечерняя прогулка превратилась в созерцание заката. глупая уловка, чтобы заставить скарамуччу поцеловать казуху, не то чтобы он отказался, если бы его просто попросили. это было похоже на любое другое свидание, на которое они ходили. на самом деле, ничего особенного. тем не менее, это было как-то волшебно. поскольку они находятся в своей собственном мире, где все остальные спят, и только они двое не думают ни о чем конкретном. просто наслаждаясь этим моментом. вместе.