бездомный

Пальцы Майрона медленно и дотошно перебирают пряди Мелькора, пока тот отмокает в ванне. Он всегда моется в холодной воде, ибо горячую он просто-напросто превращает в что-то лаваподобное. И из-за этого Саурону приходится очень долго извиняться перед соседями. - Ну, вроде крови больше нет... Где ж тебя так порезали? - Ах, эти божеские дела... Ну, ты знаешь...          Черноволосый отмахивается и с головой уходит под воду...           Саурон лишь закатывает глаза и удаляется на кухню. Как у этого "бездомного бога" вечно получается нагрянуть в самый неподходящий момент? Рыжий снова открывает свой ноутбук, смотрит на недописанную статью о выдающихся импрессионистах и гневно захлопывает крышку гаджета.             Черт бы побрал этого Мелькора!              Или для Темного Властелина это норма? И знает ли он, кто такой черт?              Для искусствоведа подобные вопросы уже норма. Его уже вообще ничего не удивляет. Ну да, живет среди эльфов, гномов и хоббитов. Ну да, один из Валар иногда у него ночует. А что тут такого? Его уже вообще ничего не удивляет. - Я там тебе сажей ванну чуть-чуть испачкал, ничего? - Ничего, я потом ототру, - буднично отвечает Саурон. - Да, кстати, насчет одежды не заморачивайся. Я её себе сейчас наколдую.             Только не это! - Нет! - успевает выкрикнуть Майа, заслуживая удивленный и, в некотором роде, пошлый взгляд Мелькора. - Я, конечно, могу и голым походить... - В прошлый раз после твоего колдовства мне пришлось очень долго обьяснять соседям, что у меня ничего не горит, и я их не поджег... Если тебе нужна одежда, то можешь взять мою...             Похотливые желания Мелькора только что разбились об стального Саурона. Но он не железный, он стальной. Когда-нибудь, но он точно поддастся.               Майрон старается не обращать внимания на Мелькора в его старом свитере и растянутых пижамных штанах. Получается плохо. - Ты голоден? - безэмоционально спрашивает он. - Не без этого. - Я заказал роллы, скоро должны привезти. - Что такое роллы?                Мелькор раздражает. Раздражает тем, что не знает банальных понятий, которые в современном мире известны даже ребенку! - Это такое блюдо из рыбы. Кстати, есть теория, что его давным-давно придумали хоббиты... - да уж, теорий рыжий знает безумное количество, это издержки профессии. - А если хочешь пить, то я заварил матча-чай... - Что такое матча-чай? - Это... - Майа нервно клацает по кнопкам клавиатуры. - Чай! Не знаю, как ещё обьяснить... - Я тебя отвлекаю? - дошло, наконец... - Да, я должен писать статью... - Что значит "писать статью"? - Да блять! - он хлопает ладонью по столу. - Ты издеваешься?! Слушай, я привык к твоим приществиям, но, пожалуйста, хоть не отвлекай меня от работы!              С этими словами он забирает свой ноутбук и уходит в другую комнату.               Всё-таки, что удобно в Мелькоре, так это его понятливость. Вот скажешь ему один раз, чтоб заткнулся, и вот он уже целый час молчит и смотрит на кухне "Семейство Кардашьян".              Статья была успешно дописана, Мелькор, как оказалось, не обиделся, а курьер подоспел как раз вовремя. - Как ты это делаешь? - недоуменно спросил Мелькор, наблюдая за тем, как его собеседник ест палочками. - Легко и просто, - усмехнулся Саурон.                И Майрону уже кажется это таким привычным, что Бог Тьмы может сидеть с ним на кухне и есть "Филадельфию", смотреть реалити-шоу, болтать. Может, это из-за недостатка общения с нормальными людьми? Да, у Саурона были коллеги, знакомые, но вот друзей особых не было. Да и не нужны они ему. Одиночество это круто, и огненноволосый бы не хотел чего-то другого. Но, кажется, только Бауглир достоин этого его одиночества.             Вот они уже сидят перед телевизором с увлажняющими масками на лице. - А вообще, ничего так... - тихо говорит Мелькор. - А то! Я всегда так расслабляюсь! - Пахнет вкусно. - Да, она с экстрактом черники, - оба блаженно закрывают глаза. - Эльфы, небось, придумали? - спрашивает брюнет. - Ага. - Блять.               Валар никогда не позволяет себе остаться больше, чем на ночь. В этот раз он уходит под утро. Как всегда, в окно. Саурон часто думает, куда же он пропадает, эта неприкаянная душа. Помнится, у них уже был разговор на эту тему. - Мелькор, а почему ты шляешься по земле? - А где же мне ещё быть? - Ну, не знаю, на небесах, в Пантеоне, Асгарде... или, как это у вас там называется?                Но на это брюнет лишь звонко рассмеялся. И от этого Саурону стало как-то даже неловко. Столько боли было в лице Валар весь оставшийся день.               Мелькор рассказывал ему дивные истории о своем прошлом, обьяснил, почему из всего мира ушла магия и почему Валар стали лишь городскими легендами.                Саурон приучал его к микроволновой печи, телевизору, ноутбуку и интернету, а ещё показал, как пользоваться метрополитеном. А ещё он часто рассказывал ему о своей работе и о великих художниках. - Вот, посмотри, это фрески Сандро Ботичелли, - он с довольным лицом показывал ему "Рождение Венеры". - Поговаривают, что он был эльфом.              Моргот лишь пожимает плечами. - Оно и видно. Посмотри, как он вырисовывает голых мужиков...               От того, как он тыкает пальцами прямо в монитор Саурона коробит. И от фраз этих тоже. Он просто презрительно смотрит на Бауглира. - Ты настоящий расист, Мелькор... - Что? - Не бери в голову... А это работа Иеронима Босха! - взору брюнета предстает "Сад земных наслаждений". - Вот это мне больше нравится. Больше похоже на мир во время моего царствования! - Ты невыносим...               А ещё Мелькору нравится лежать у парня на коленях. Нравится, когда Саурон перебирает его спутанные волосы. И всё равно, если он делает это одной рукой, пока читает пособие о том, как понимать экзистенциализм.               Иногда рыжему кажется, что всё происходящее - всего лишь плод его воображения, что он медленно сходит с ума от одиночества, а Мелькор - его своеобразный "воображаемый друг". Но сходить с ума именно так ему до одури нравится.                Саурон варит себе кофе, когда он вновь проходит в квартиру через окно. - Ты доведешь меня до инфаркта, - чеканит Майрон. - Извини, не могу по-другому...                  Он тщательно укладывает волосы, надевает замшевый пиджак на свою черную водолазку и приступает к макияжу. Не то, чтобы он красится, но тональный крем и румяна наносит, как минимум, чтобы не выглядеть, как мальчик из Освенцима.                   Рука сама тянется к темной подводке для глаз. Странно... - В тебе всё-таки есть это... - внезапно говорит Моргот. - Что? - Сгусток тьмы... Ты, возможно, сам не замечаешь, как он разрастается.                 Ага, конечно. Всё он замечает. И даже не препятствует этому.                 Майрон уже давно замечает это в себе. Это странное желание зайти в тот антикварный магазин, пройтись мимо полок с ритуальными свечами. Это тупое рвение скупить эти гримуары ведьм и путеводители по черной магии. Кажется, он превращается в чернокнижника. Ну и пусть!                  Мелькор подходит к нему близко-близко, выставляя свою черную руку вперед, зажимая его между книжным шкафом и собой. - Именно эта тьма мне в тебе и нравится.                   И у Саурона нет ни капли противоречий по поводу того, что происходит. Да, похоже, что в нём действительно есть тьма. Он тянется к Мелькору всё ближе и ближе, раскрывает рот, будто хочет его поцеловать. Только коснувшись сухими губами чужих губ. Кажется, этот Темный Властелин только что попался в его ловушку. И вот, когда момент слияния уже был близок, Майа ловко высвободился из его хватки, снова поправил свою прическу. - Мне пора на работу... - он уже был у входной двери, когда вдруг остановился. - Мы можем продолжить, когда я вернусь...             Вот так он стал хозяином положения. И Мелькор останется, и будет ждать его и терпеть.              На работе он старается не обращать внимания на пристальный взгляд в свою сторону от старикашки Гэндальфа. Он работал в музее искусств архивариусом и давно, как казалось Майрону, начал подмечать изменения в парне. И огненноволосый не находит ничего лучше, чем уткнуться в книжные полки в поисках...черт! Куинджи? Ван Гог? - Что-то в тебе изменилось, - вдруг сказал старик. - Да, я начал пользоваться подводкой для глаз, - Саурон убрал за ухо прядь волос, улыбнулся. - Не в этом дело... Что-то в тебе самом изменилось. Только не могу понять, в какую сторону...              И Саурон предпочитает не продолжать этот разговор, а спокойно уйти готовиться к выставке.              Он распахивает дверь в свою квартиру, его Темный Властелин встречает его в прихожей. Мелькор тянет к нему свои черные руки. Они черны из-за того, что Мелькор когда-то нёс в них могущественной силы камни. Бауглир осторожно прикасается к щекам парня, и тот доверчиво прижимается к чужим рукам, трется о них, просит больше.               Саурон сам целует его, обхватывая руками его шею, чувствуя, как его поднимают над землей. Он покрывает поцелуями шею Мелькора, затем впивается в тонкую кожу зубами. Бауглир уносит его в гостинную - туда ближе. Уж он точно знает, где удобнее...               Когда всё заканчивается, они сидят напротив друг друга. Мелькор бесстыдно его разглядывает. Хотя, какая уже разница. - В тебе больше тьмы, чем я думал... - подмечает Айнур. - И что? - Ты стал бы отличным преемником... Новым Темным Властелином...                Саурон на него удивленно смотрит, ворошит и без того растрепанные волосы и смеется. - Что смешного? - Саурон  - Властелин Тьмы... Смешно звучит!                Он вдруг встает с дивана и подходит к своему рюкзаку. Тонкие пальцы парня выуживают железную связку и кладет на прикроватный столик. - Я сделал тебе ключи... Чтобы ты больше не входил через окно...                  Мелькор одаривает его ухмылкой и забирает связку ключей...