Круги на воде

      — Профессор Снейп, при всем уважении, но мне кажется, что вы промахнулись со сроками…       Девушка нерешительно мялась возле нескольких котлов с медленно томящимся зельем для переноса сознания Гарри и формирования здорового тела. Гермиона расстроено поджала губы и засунула слегка подрагивающие ладони в кармашки своих джинсов.       — Что ты сказала? — Северусу показалось, что его голос сел до старческого шёпота.       — Вы что, не расслышали? Гермиона сказала, что вы наделали делов с какими-то сроками, — Рон немедленно вступился за свою девушку. Пускай он понятия не имел о предмете разговора, но тон Снейпа ему совершенно не понравился.       Северус выдохнул сквозь зубы и медленно прошелся вдоль котлов. Его лаборатория была идеальной, зелья тоже. Так о чём она, чёрт возьми?..       — Объяснитесь, — Северус подошёл к своему столу и вытащил толстую тетрадь с черной обложкой, намереваясь свериться со своими записями.       — Самочка феникса отложит яйцо через семь дней, — Гермиона загнула один палец.       — Я знаю, — раздраженно отмахнулся Северус.       — Дайте ей сказать, — вновь насупился Рональд. Переживания за Гарри и пренебрежение к словам его девушки делали из него вспыльчивого человека.       — Плод в яйце сформируется ещё через четырнадцать дней, — девушка загнула ещё два пальца. — Итого получается двадцать один день.       — Двадцать один… Мерлин мой, — Северус прижал ладони к лицу. — Я идиот, я всё испортил! Катастрофа!       — Северус, бог мой, что? Что случилось? — Голос Гарри дрожал.       Северус не мог ответить, казалось, что кто-то перекрыл весь кислород.       — Сэр, не стоит, — Гермиона быстрым шагом пересекла лаборатория и положила свою руку на худое плечо Снейпа. — Наоборот, все удачнее.       — Да что вы говорите! — Северус с раздражением сбросил хрупкую ладошку девушки с плеча. — Чертово варево созреет ровно через две недели! Две, а не три!       — В этом и загвоздка! — Гермиона улыбнулась.       — Профессор, вы тон сбавьте, пожалуйста, — Рон Уизли сжал челюсть.       — Что происходит? Всё пропало? Не молчите, я требую объяснений!       — Мисс Грейнджер, простите мою несдержанность. Гарри просит вас объяснить ему суть вашего плана. Да и я не совсем понимаю вашу задумку. — Северус выдвинул стул из-за стола и обреченно опустился на него. Выхода он по-прежнему не видел, поэтому разрушительные мысли уже занимали его голову. — И как только я так поспешил? Поставил зелье на неделю раньше, подумать только. Всё чертовы птицы, не могли пораньше заняться размножением, что ли?       — Сэр, — Гермиона выдвинула соседний стул и села, — идея непростая, но мне кажется, что она куда жизнеспособнее, чем перенос сознания Гарри в готового цыпленка.       — Цыплёнка? — Скептически переспросил Северус.       — Цыплёнка?!       — Прости, Гарри, — Гермиона улыбнулась. — В общем, суть идеи в чем, проводить ритуал в два этапа, а не в один. После того как самочка феникса снесёт яйцо, необходимо поместить яйцо в зелье, которое как раз дойдет до нужного состояния готовности и осуществить перенос сознания Гарри в него. До того момента, как птенчик начнет формироваться.       — Хм, в этом есть разумное зерно. — Северус постукал себя пальцем по губе, —но вот загвоздка, когда птенец вылупится, мы не сможем сразу же провести ритуал восстановления тела.       — Почему?       — Мисс Грейнджер, вы же понимаете, что такое лунные фазы? Не мне вам это объяснять, я не занимаюсь астрономией, — Северус расслабил плечи.       — Ах, черт. Точно, — Гермиона нахмурила лоб. — Придется тебе Гарри побыть сначала в скорлупе недельку, а потом в виде птенчика по меньшей мере две недели.       — И как это скажется на Гарри?       — Я в восторге, черт возьми.       — Не слышу заявленного восторга, Гарри. — Северус грустно улыбнулся. — Я и сам не в восторге. Я уже привык к твоему голосу в голове.       Рон и Гермиона обменялись многозначительными взглядами.       — В общем, мы, пожалуй, пойдём.       Гермиона встала и направилась к камину, Рон медленным шагом двинулся за ней.       — Я рад, что вы зашли, вы помогли мне избежать серьезной ошибки, — признался с трудом Северус. Ужасно осознавать, что из-за собственной торопливости чуть не погубил зелье и яйцо. Неизвестно когда самочка соизволила бы отложить ещё одно. Соответственно воскрешение Гарри отложилось бы на неопределенный срок.       — Да я и сама хороша, совсем забыла о лунных фазах для проведения ритуала, — Гермиона неловко улыбнулась.       — Невозможно знать вообще все, — мудро изрек Рональд, — поэтому мы и занимаемся этим вопросом все вместе.

***

      — Гарри, прости меня, — Северус снова прижал ладони к лицу, когда Гермиона и Рон скрылись в языках ядовито-зеленого пламени.       — За что? Северус, я слабо понимаю, если честно, для чего вообще эти зелья?       — Сейчас объясню подробнее, — руки Северуса беспорядочно забегали по столу, нарушая его идеальный порядок. — Эти зелья в котлах, — Северус махнул на них головой, — вообще-то не основное зелье для твоего восстановления, а только часть его. Основное зелье будет включать в себя воду, кровь врага, плоть слуги и кость отца. Те же зелья, что стоят сейчас здесь нужны исключительно для переноса твоего сознания в птенца и сами зелья в теории должны были загустеть коконом вокруг тебя в птенце, как новая скорлупа. Но сейчас я понимаю, что это мое соображение, во первых, не дееспособно, во вторых, я ошибся со сроком приготовления. Я и подумать не мог, что птицы так задержатся с яйцом…       — Это очень повредит нашим планам?       — Не должно, только вот одна загвоздка.       — Какая на этот раз? Что еще?       — Мы три недели не сможем общаться. Сначала ты неделю будешь доходить до кондиции в яйце, а потом ты две недели будешь жить в теле цыплёнка…       — Северус, — начал Гарри трагическим голосом.       — Что, Гарри?       — Пообещай мне одну вещь…       — Всё что угодно!       — Ты не будешь кормить меня червями.       — Ты, — Северус прыснул со смеху и в третий раз за день прижал ладони к лицу, — такой идиот, ты знаешь это?       — Неделя нам осталась на общение, а потом я стану Шалтай Болтаем.       — Скоро наступит моя блаженная неделя тишины без тебя и твоих дурацких шуток, — Северус встал, намереваясь проведать птиц.       — Ты будешь скучать без моих дурацких шуток, вот увидишь!